Диссертация (1101270), страница 26
Текст из файла (страница 26)
raglja ‘трещетка’,ropotulja ‘погремушка, трещетка’, klopotec ‘клопотец – трещетка для отпугивания птиц’;серб. клепетуша ‘колотушка, колокольчик’, гакуша ‘ворона, каркуша’, дромбуља ‘варган’,клепало ‘клепало – доска, служащая в монастыре вместо колокола’. В сербском языке лишьодна из вторичных номинаций выделяется из общего ряда метафор, образованных посхожему принципу: муљало ‘давилка (для винограда)’. К иной ЛСГ как источнику метафорытакже принадлежит словенский пейоратив driska ‘понос’, обозначающий ворчливого,жалующегося человека и, в силу своей яркой негативной окраски, тяготеющий к общейоценке.
Отдельные фактические переносы по смежности (метономические дериваты)отражены во внутренней форме производящих основ, например, слов. gobezdalo, gobezdač,gobezdulja ← gobezdati ← gobec, gofljač, goflja ← gofljati← goflja ‘презр. рот, пасть’, слов.jezikavec, jezikač, jezikulja ← jezik ‘язык’, серб. језичина ← језик, слов.
čeljustač ← čeljustati ←čeljust ‘челюсть’ (перенос части на целое).Рассмотрим семантические различия, проявляющиеся в рамках каждой из подгрупп.Для словенских единиц, составляющих признаковую подгруппу «Болтливость», в качествеядерной семы выступает компонент «много говорить». В значении большинства лексем ондополняется семой «говорить пустые, бестолковые вещи»; судя, в первую очередь, пословарному толкованию, к ним относятся пейоративы klepetulja, gofljač, klobasač, brbljač,žlobudrač, devetkač, brbra и однокоренные наименования лиц (см. таблицу), а также лексемыnakladač, čvekač, trobezljač.
Приведем пример употребления одной из вышеперечисленныхединиц в данном значении: «Populist, ki uporablja populizem za politiko, je slab politik in dobergofljač, všečen ljudem in priskuten politikom» («Популист, использующий популизм вполитических целях – плохой политик и хороший трепач, который нравится людям ивызывает неприязнь у других политиков» Интернет, 2011).В семантике словенских пейоративов, мотивационно связанных с понятием «рот» вего стилистически сниженном варианте (слов. gobezdač, gofljač и однокоренных лексем),наряду с вышеупомянутым компонентом «много говорить»,появляется периферийныйпризнак «говорить нагло, дерзко»: «Muhammad Ali, eden izmed najbolj karizmatičnihšportnikov vseh časov, je bil gobezdač.
Tekmece je uničeval tako s pestmi kot z jezikom»116(«Мухаммед Али, один из самых харизматичных спортсменов всех времен, был наглымболтуном. Соперников он поражал не только кулаками, но и языком» Delo, 2007). Такимобразом, данные единицы приближаются по своему значению к подгруппе «Саркастичность,злословие».Для пейоратива kričač одной из доминирующих сем оказывается признак «говоритьгромко (глупые вещи)»: «…na sceni bo zdaj vsak dan več kričačev. Videli boste, kako se bo vpitje«proti» sporazumu v naslednjih dneh stopnjevalo» («…на сцене теперь с каждым днем будет всебольше крикунов. Вы увидите, насколько в последующие дни усилится ор “против”соглашения» Интернет, 2010).Семантическая структура словенских лексем ropotulja и ropotač также содержиткомпонент «говорить громко (глупые вещи)», пейоратива raglja – сему «говорить быстро», alajnar, в свою очередь – «постоянно твердить одно и то же», однако о наличии данныхсмысловых нюансов мы можем судить исключительно на основе словарных дефиниций имотивирующих признаков лексем, так как примеры их употребления в корпусе и Интернетередки или вовсе отсутствуют.При анализе сербских пейоративов на первый план выходит такой социокультурномаркированный признак, как гендер.
Из таблицы следует, что в данном языке лексемы,обозначающие исключительно лиц женского пола, составляют значительную долю единицподгруппы «Болтливость» (10 из 21), причем две из них (торокуша и алапача) относятся кчислу трех наиболее частотных. Для словенского языка пейоратив женского рода (klepetulja)также является лидером по количеству упоминаний в корпусе и Интернете, однако всербском языке, в отличие от словенского, присутствуют лексемы, не имеющие негативноокрашенного коррелята мужского рода (алапача, џафтара, гакуша) либо же имеющиемалоупотребительный коррелят (ср.: торокуша и торокљивац).Приведенные факты, безусловно, свидетельствуют об общем восприятии болтливостикак стереотипного женского качества, причем данная особенность наиболее ярко выражаетсяв сербском языке. Маркированные по полу лексемы женского рода в обоих языках могутслужить в качестве номинаций и для мужчин, что усиливает степень их негативнойэкспрессивности, например: «…o Mihailu Gorbačovu lahko rečemo, da je bil klepetulja» («… оМихаиле Горбачеве можно сказать, что он был пустобрех» Delo, 2007) или «Иван је највећаалапача на Фарми!» («Иван – главная болтушка на шоу “Ферма”!» Интернет, 2014).
Нельзяне упомянуть, что пейоративные номинации женщин как в сербском, так и в словенскомязыках содержат периферийную сему «сплетница», которая актуализируется, в частности, вследующем контексте: «Било је и оних завидних џафтара, што скоро никад ништа не раде117већ наслоњене на неку тарабу поваздан нешто ћућуре и неког оговарају» («Были там изавистливые болтушки, которые сами почти никогда ничего не делают, а обопрутся об забори целыми днями трещат, сплетничая о ком-то» Милан Сантрач, Мартина времена).С учетом рассмотренного гендерного фактора, сербские лексемы в целом являютсявыразителями значения «говорить много и пусто, нести вздор».
Данный смысловой оттенокспособны выражать и отдельные лексемы мужского рода, например, лајавац, включающая всебя два ЛСВ, о втором из них см. ниже: «Сазнаћемо да Обама није нада ове генерације и даније човек од великих речи и још већих дела него да је само лајавац који добро прича и лошоради» («Мы еще узнаем, что Обама не надежда поколения и не человек больших слов и ещебóльших дел, а обычный трепач, который хорошо говорит и плохо работает» Интернет,2009).
Сербское кричало семантически соотносится со словенским kričač, однако контекстыиспользования данного пейоратива, в отличие от словенского аналога, не былизафиксированы. Отдельные лексемы полностью не вышли из употребления, но встречаютсяисключительно в иных, выходящих за пределы сферы персональности контекстах: вчастности, дрндало может использоваться по отношению к будильнику: «…моје маштаријепрекида аларм, старо дрндало» («...мои грезы прерывает будильник, старый пустозвон»Интернет, 2014).Пейоративы, относящиеся к подгруппам «Ворчливость, склонность к постоянномунытью» (2) и «Критичность» (3), достаточно близки в семантическом плане, однако вторыеиз них отличает более явно выраженная направленность на объект критики, в то время какпервые имеют более общее значение и концентрируют внимание на постоянномнедовольстве, раздражительности как черте характера.
В рамках подгруппы 2 словенскиелексемы godrnjalo и godrnjavs близки по значению к русскому брюзга, ворчун, а nergač (иоднокоренное nerga) к русскому нытик, например: «Spominja me na nergača, ki se venomerpritožuje, kako da ni nikoli zadel na loteriji, a sploh ne ve, da mora najprej kupiti srečko» («Оннапоминает мне нытика, постоянно жалующегося на то, что он никогда не выигрывал влотерею, но даже не подозревающего о том, что сперва нужно купить лотерейный билет»Delo, 2003). Сербские пейоративы подгруппы 2 (намћор, закерало, чангризало, брундало,писличар, цања) главным образом склонны выражать признак «ворчливость», например:«Баш сам ја неко закерало! Стално ми нешто смета» («Я такая брюзга! Меня постоянно чтонибудь раздражает» Интернет, 2007).
Наиболее частотная единица намћор отражает целыйряд признаков: «ворчливость», «упрямство», «капризность». Тем не менее ЛСВ ‘ворчун,зануда’ может быть явно выявлен в ряде контекстов: «Овај намћор само псује» («Этотбрюзга только и делает, что ругается» Интернет, 2006) или «Одувек сам била намћор.118Враћам се добром старом обичају – писању постова у најнезгоднијим ситуацијама за то» («Явсегда была ворчуньей. Возвращаюсь к старой доброй традиции – написанию постов в самыхнеподходящих ситуациях» [далее следует текст пессимистического характера] Интернет,2011). Обратим внимание на то, что в последнем примере намћор используется дляноминации лица женского пола.Вторая из схожих по значению подгрупп «Критичность» (3) представлена меньшимчислом единиц, не отличающихся широкой употребительностью или не упоминаемых вИнтернете и корпусе (сербские приговарало, замерало).
Определенное количествоконтекстов (менее 50) дает словенская лексема kritikaster, которая, однако, характеризуетсяналичиемдвухЛСВ,изкоторыхпервыйиспользуетсявпрофессионального рода деятельности, упомянутой в рамкахкачественоминацииглавы, посвященнойидентифицирующим пейоративам.Подгруппа 4 «Саркастичность, злословие» включает в себя семь словенских и трисербские единицы, из которых подробного рассмотрения заслуживает словенская лексемаzabavljač, контексты употребления которой в корпусе свидетельствуют об изменении еезначения по сравнению со словарной дефиницией (‘острослов (неодобр.)’) или как минимумо приобретении новых ЛСВ. Пейоративное употребление данной единицы не является длянее характерным; основные значения, зафиксированные в корпусе, имеют экспрессивный,но, как правило, нейтральный в отношении оценки характер: ‘шутник, остряк’, а также‘шоумен’, ‘гуляка, тусовщик’: «zabavljač nas je spravil v smeh» («шутник нас насмешил»), «onje umetnik, ne pa zabavljač» («он художник, а не шоумен»), «lasvegaški zabavljač» («ласвегасский тусовщик») и т.п.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
