Диссертация (1100963), страница 16
Текст из файла (страница 16)
de. Diálogo de la lengua, 1946. P. 162).Произведения испанской словесности (т. е. написанные на кастильскомязыке) Вальдес разделяет на поэзию, прозу и переводную литературу. Мериломхорошего произведения для Вальдеса, наряду с перечисленными факторами,становится подобающий стиль написанного.Стоит особо отметить, что весь разговор о литературных образцах посвящентекстам на кастильском языке и кастильским авторам.
Это кардинально отличает«Диалог о языке» от «Грамматики кастильского языка» А. де Небрихи, гдеобразцами для чтения служат произведения классических (в основном латинских)165166Anguita Peragón, José Andrés. Una aproximación a la gramática de Nebrija. Sevilla, 2005. P. 67.Fontán A.
Juan Luis Vives (1492-1540). Humanista. Filósofo. Político. Ayutamiento de Valencia, 1992. P.9.73авторов. Например, Небриха выступает против создания поэзии на народномязыке, ориентируясь, прежде всего, на классические источники167.Чтение поэзии на каком-либо языке Вальдес одобряет только в отношенииего носителей и не рекомендует изучающим язык168.В кастильской поэзии пальма первенства общепризнанно принадлежитХуану де Мене169, говорит Вальдес. Но лично он согласен с этим только по частивысокого стиля и некоторых вопросов морали в сочинениях поэта: Х. де Менанесовершенен в употреблении слов и выражается слишком сложно и «темно».Поэтому его язык похож больше на «плохую латынь», чем на «хорошийкастильский»:Valdés.
– Pero, porque digamos de todo, digo que, de los que han escrito en metro, dan todoscomúnmente la palma a Juan de Mena, y, a mi parecer, aunque la merezca cuanto a ladoctrina y alto estilo, yo no se la daría cuanto al decir propiamente ni cuanto al usar propios ynaturales vocablos, porque, si no me engaño, se descuidó mucho en esta parte, a lo menos enaquellas su Trecientas, en donde, queriendo mostrarse docto, escribió tan oscuro, que no esentendido <…> lo qual a mi ver es más scrivir mal latín que buen castellano.Вальдес.
– Так как мы говорим откровенно, я не согласен с тем, что пальму первенствав поэзии все бозоговорочно отдают Хуану де Мене. Это утверждение верно, когда речьидет о высоком стиле и нравоучениях, и совершенно, на мой взгляд, необоснованно,когда дело касается правильности его языка и употребления слова. Если я неошибаюсь, он допустил большую небрежность такого рода в своих «Триста», где,желая блеснуть талантом, так затемнил смысл, что ничего невозможно понять.
<…>отчего четверостишие кажется написанным на плохой латыни, а не на хорошемкастильском языке170 (Valdés, J. de. Diálogo de la lengua, 1946. P. 163).В качестве достойных образцов стиля и языка Вальдес называет многиеимена из сборника “Cancionero popular”171: Гарси Санчеса де Бадахоса172,167Rico F. De Nebrija a la Academia // Homenaje a Pedro Sainz Rodríguez / Tomo II. Alcalá, Estudios de lengua y literatura.Madrid: Fundación Universitaria Española, 1986. P. 519-525.
P. 524.168Valdés. – Confiando en esa promesa, digo que, como sabéis, entre lo que está escrito en lengua castellanaprincipalmente hay tres suertes de escrituras, unas en metro, otras en prosa, compuestas de su primer nacimiento enlengua castellana, ahora sean falsas, ahora verdaderas; otras hay traducidas de otras lenguas, especialmente de la latina.El leer en metro no lo apruebo en castellano, ni en ninguna otra lengua, para los que son aprendizes en ella [Valdés 163].169Имя Хуана де Мены упоминается 32 раза в грамматике Небрихи и является синонимом для слова «поэт».
–Anguita Peragón, J. A. (ed.) Una aproximación a la gramática de Nebrija. Sevilla: Alfar, 2005. P. 20 - 21.170Перевод Э. Чашиной.171«Всеобщий песенник» (“Cancionero general”, H. de Castilla, impreso en Valensia, 1511).172Garci Sánchez de Badajoz, 1460-1526.74Бачильера де ла Торре173, Антонио де Гевары174, Маркиза де Асторги175, Хуанадель Энсины176.Больше остальных хвалит Вальдес Хорхе Манрике177 и за содержание, и застиль. Торреса Наарро178 – за простоту стиля (“es muy llano y sin afetación ninguna”[Valdes 164]) и соответствие изображаемым простолюдинам. Но при изображениилюдей воспитанных и благородных Т.
Наарро использует тот же «низкий» язык,который не подходит им, как подходит простонародью (с которым Наарро, пословам Вальдеса, общался гораздо больше)179. Т.е. Вальдес обвиняет Наарро внеумении менять регистры при изображении различных характеров.Вальдес не упоминает других поэтов, достойных похвалы, потому какмногие из них не изданы и так как их в целом немного. Можно предположить, чтоэто именно современные Вальдесу авторы, которые еще не успели попасть всписок классиков, гуманисты близких ему кругов или знакомые, которым самгуманист не отказывает в «благоразумии».Поэзия, которая самим фактом своего существования более изысканна исложна, нежели проза, продожает Вальдес, – должна, однако, содержать четкоулавливаемую мысль, выраженную подходящим количеством подходящих для нееслов (облик которых не меняется из-за нужд метра или произношения), обладатьхорошим стилем:Por buenas [coplas] tengo las que tienen buena y clara sentencia, buenos vocablos,acomodados a ella, buen estilo, sin superfluidad de palabras y sin que haya ni una sílabasuperflua por causa del metro, ni un vocablo forzado por causa del consonante; y por malastengo las que no son de esta manera (Ibid.
P. 166).Изящество хорошей кастильской поэзии также заключается в том, чтобы онабыла похожа на прозу, а то, о чем в ней говорится, было бы высказано, как в прозе173Bachiller de la Torre, ?-1570.Antonio de Guevara, 1480-1545.175Marqués de Astorga, 1459-1505.176Juan del Encina, 1468-1529.177Jorge Manrique, 1440?-1479.178Bartolomé Torres Naharro, ?-1531.179Valdés, J. de. Diálogo de la lengua, 1946. P. 166.17475(мы снова встречаем тезис о соответствии устной и письменной речи):la gentileza del metro castellano consiste en que de tal manera sea metro que parezca prosa, yque lo que se escribe se dice como se diría en prosa (Ibid. P. 168).Siendo fuera de propósito que una lengua vulgar se pronunnie de una manera y escriva deotra (Ibid.
P. 73).Такие стилистические предпочтения постепенно становятся популярными, идругие гуманисты также считают, что устная и письменная речь должнысоответстовавать друг другу и стоиться на принципах естественности.Например, эту же позицию высказывает позже и Б. Кастильоне в«Придворном» (1529 г.), и выражает свое непонимание по поводу того, чтонеприемлемые для устной речи слова могут быть весьма почитаемы в письме:Paréceme luego estraña cosa juzgar en el escribir por buenas aquellas palabras que enninguna suerte de hablar se sufren, y querer que lo que totalmente y siempre paresce mal enlo que se habla, parezca bien en lo que se escribe.
Porque sierto, o a lo menos según miopinión, lo escrito no e otra cosa sino una forma de hablar que queda después que el hombreha hablado <…> Yo, señor, os confieso, dixo entoncesmiser Federico, que escribires unmodo de hablar (Castiglione, B. El cortesano, Libro I, cap.
VI. – Castiglone, B. de. Elcortesano. Introducción y notas de Rogelio Reyes Cano. Escapa-Calpe, Madrid, 1984. P. 107108).У Хуана Луиса Вивеса в сочинении «О природе словесного выражения»(1532 г.) находим схожее утверждение:Как сказал благородный автор трагедий Филоксен Сицилийский, всего лучшеплавание вблизи от берега, путешествие вблизи от воды, поэзия, которая наиболеесходна со свободной речью, и проза, наиболее сходная с поэзией180.Простота стиля и выражения мысли становится идеалом гуманистов, онистановятся на сторону народного языка и его живого естественного строя впротивовес классической часто «перегруженной» латыни.Переводной прозы Вальдес практически не приемлет и не читает, так каксам владеет латынью и итальянским: “Cuanto a la prosa, digo que de los que hanromanzado he leído poco, porque, como entiendo el latín y el italiano, no curo de ir al180Вивес Х.
Л. «О природе словесного выражения». С. 315.76romance”181. Следуя этим словам Вальдеса, при его жизни у переводчиков особойлюбовью пользовались латинские и итальянские авторы, а не, например,греческие.В этом контексте Хуан де Вальдес называет две работы, которые можноназвать достойным переводом на кастильский язык и с точки зрения смысла, иформы, где кастильский язык не испорчен, а предстает в естественном виде, гдепроявляется мастерство и умение переводчика.
И эти два перевода – чуть ли неединственные, которые Вальдес читал на кастильском, как выясняется изразговора.Первый из них – «Утешение философией» Боэция182, автора переводакоторогоВальдеснепомнит.Втораяработа –“Enquiridion”183ЭразмаРоттердамского, переведенная гуманистом Арседьяно дель Алькор (el Arcidianodel Alcor, 1475-1559), которая, по мнению Вальдеса, чуть ли не превосходитлатинский оригинал по части стиля184.Вальдес утвержает, что якобы не читал «Придворного»185 Б.
Кастильоне,“Странника» Я. Кавичео186 и другие сочинения, переводы которых хвалитобщественность.Подробнее всего гуманист останавливается на памятниках кастильскойпрозы. Мы встречаем критические замечания Вальдес относительно рыцарскихроманов, философской прозы, исторических хроник.Рыцарские романыИз существующих на кастильском произведений самыми лучшими181Valdés, J. de. Diálogo de la lengua, 1946. P.
169.Boethius, “De consolatione philosophiae”. По мнению Р. Лапесы, имеется в виду издание Х. Кромбергера вСевилье, 1518.183Эразм Роттердамский, «Воспитание христианского государя» («Оружие христианского воина»). Переиздавался впереводе как минимум четыре раза в период 1525-1528.184Valdés, J. de. Op. cit. P. 171.185Castiglione D. “Il Cortegiano” (1529), переведен на кастильский языка Хуаном Босканом в 1534 г.186J. Caviceo, “Il Peregrino”. Переведен на испанский язык Эрнандо Диасом в 1527 г.18277образцами стиля Вальдес называет «Амадиса Гальского»187, «Пальмерина»188 и«Прималеона»189.В противоположность им гуманист упоминает целый ряд сочинений, недостойных внимания, которые он называет примерами несносного стиля илживого содержания (однако на которые сам он «истратил десять лет своейжизни»)190. Вальдес среди них называет “Esplandián”, “Florisando”, “Lisuarte”191,“Cavallero de la Cruz”192, а также переводные “Guarino mezquino”193, “La lindaMelosina”194, “Reinaldos de Montalván”195, “La Trapisonda”196, Oliveras de Castilla.Вальдес констатирует всеобщую любовь и почитание четырых книг “Amadisde Gaula”197 как образца хорошего стиля.
Однако сам обвиняет автора внеестественности и небрежности, а также в скачках стиля от высокого к низкому.Гуманист называет некоторые черты, которые отображают плохой стильэтого произведения, чтобы объяснить друзьям, чем ему так неугоден язык«Амадиса Гальского».Большинство перечисленных явлений относятся к архаичным для 30-х гг.XVI в.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
