Диссертация (1100887), страница 29
Текст из файла (страница 29)
– А вот это взгляните… – и он подкатил кДарье Александровне вновь выписанное кресло для выздоравливающих. –Вы посмотрите. – Он сел в кресло и стал двигать его. – Он не может ходить,слаб ещё или болезнь ног, но ему нужен воздух, и он ездит, катается…» (тамже, 199-200).Долли же не может сразу увидеть в устройстве больницы насмешку надрусским крестьянским бытом, для неё всё ново и необычно, и она простодушно верит в благие начинания Вронского. Здесь автор также выражает 135 оценку не прямо, а косвенно: роскошь больницы контрастирует с бедностьюкрестьянского быта, с «босыми ногами» крестьян (там же, 184).Читатель же замечает данное несоответствие.
Однако Толстому важно,чтобы его поняла и Долли. И она вполне осознаёт расстояние, отделяющее ееот этой жизни, представляющейся ей издалека чуть ли не идеальной, толькопосле ночного разговора с Анной, после ее признания, что она решила больше не иметь детей.
Долли «вдруг почувствовала, что стала уж так далека отАнны, что между ними существуют вопросы, в которых они никогда не сойдутся и о которых лучше не говорить» (там же, 215).Доминирование точки зрения Долли в цикле обусловлено тем, чтоименно с этой героиней связана толстовская «мысль семейная», утверждаемая в предшествующем цикле, где показан уклад жизни в имении Левина вПокровском. Из относительно простой семейной обстановки ПокровскогоДолли попадает в Воздвиженское, полное «изобилия… щегольства и… европейской роскоши» (там же, 191).
Комната, куда её поселили, напомнила ей«лучшие гостиницы за границей» (там же, 190). Повествователь, передающийнаблюдения Долли, подчёркивает несемейную атмосферу Воздвиженскоготакже тем, что называет всех собравшихся у Вронского «гостями», а его самого – «хозяином» этой гостиницы (там же, 205). Анна же является «хозяйкой только по ведению разговора» (там же).По контрасту дан и состав персонажей в обоих циклах. «Женское царство» Покровского, где до приезда Стивы и Васеньки было только двое мужчин (Левин и Кознышев), противопоставлено мужскому обществу Воздвиженского, где только две женщины: Анна и княжна Варвара. Приезд Облонского и Васеньки в Покровское, а Долли – в Воздвиженское нарушает это соотношение.
Центральные фигуры в циклах (Кити и Левин, Анна и Вронский)противоположны по поведению и характеру. Левин воспринимает ухаживания Васеньки как оскорбление, Вронский же «поощрял эти шутки» (там же,208). Кити ведёт себя в рамках приличия, одновременно следя за реакцией 136 мужа и страдая из-за него. Анна же кокетничает с Васенькой на протяжениивсего цикла. Кити и Левин – муж и жена, а Анна с Вронским – любовники.Иногда совпадения во мнениях персонажей объясняются различнымипричинами.
Так, Левин не признаёт земских больниц и земства, поскольку наопыте убедился в их ненужности и даже вреде. Анна не поощряет увлеченияВронского общественной деятельностью, но основная причина этого – в ееревности, в нежелании оставаться одной.Различно в циклах освещение детской темы, воспитания. В первом есть4 эпизода с детьми: сватовство Кознышева происходит в лесу в окружениидетей; Левин, встречая Облонского и Васеньку, выпрыгивает из окна классной комнаты, где он обучал Гришу; наказание Тани за «мерзкое» поведение иразговор Долли с Левиным о Васеньке даны в одном эпизоде. Во второмцикле в системе персонажей есть только один ребенок – маленькая дочкаАнны, которую видит Долли.
Анна в детской чувствует себя лишней, онаочень редко появляется там, она не знает, где любимая игрушка дочери, незнает даже точно, сколько у неё зубов, что поражает Долли. Девочка большепривязалась к кормилице-итальянке, чем к матери.В дальнейшем детская тема затрагивается только в разговорах междуВронским, Анной и Долли. Дарья Александровна и Анна расходятся навсегдаименно из-за разного отношения к детям.
Но этот перелом в их отношенияхпроисходит постепенно, что передано во внутренних монологах Долли. Напротяжении цикла, то есть в течение одного дня, мысли Долли неоднократноменяются на диаметрально противоположные. В первом внутреннем монологе Дарья Александровна сетует на свою жизнь и приходит к выводу, что «загублена вся жизнь!» (там же, 182). Она даже завидует Анне и считает еёсчастливой женщиной. Однако постепенно, сначала неосознанно, Доллиприходит к обратному мнению.
Кульминацией внутреннего разрыва с Аннойявляется ночной разговор героинь о детях, когда Долли осознаёт, что понимание между ними невозможно. Это, в частности, подтверждают и многоточия в их диалоге. Покидая Воздвиженское, Долли по-другому смотрит и на 137 свою жизнь. «Воспоминания о доме и детях с особенною, новою для неё прелестью, в каком-то новом сиянии возникали в её воображении» (там же, 217).Различны типы диалогов между героями.
В цикле «В Покровском»большое место занимают диалоги, направленные на взаимопонимание междугероями. Установка на взаимопонимание, непоказной интерес к словам собеседника характеризует, например, разговор Долли, Кити и княгини, вспоминающих о том, как их мужья делали им предложения. Левин делится с Китисвоими мыслями о любви и долге.
Это доверительный разговор двух любящих и понимающих людей. После приезда Васеньки Кити и Левин дваждыссорятся и дважды мирятся. Долли участвует во многих диалогах и выражаетсвоё мнение. Кити спрашивает её мнение о Кознышеве и Вареньке. Левинхочет, чтобы Долли подтвердила, что тон Васеньки «ужасен, оскорбителендля мужа» (там же, 175). Долли подтверждает не только это, но и то, что«приволакивание» заметила не только она, но и Облонский. В конце циклаДолли смешно рассказывает об изгнании Васеньки, вызывая общее веселье.Во втором же цикле таких искренних разговоров почти нет.
Есть монологи внутренние (Долли) и обращенные (Анна и Вронский) и очень многоописаний. Мысли и чувства Долли переданы в основном через ее внутренниемонологи, Анны и Вронского – через обращенные монологи. Если в первомцикле описаний интерьера в Покровском почти нет и неоднократно подчеркивается возникшая из-за наплыва родственников и гостей теснота, то вовтором цикле даны подробные описания роскошной усадьбы, богато убранной спальни и детской. Описаний природы, напротив, здесь почти нет; в первом же цикле описывается берёзовая роща (намеренная отсылка к русскомупейзажу), поле, болото, лес.Одной из интересных особенностей в данном цикле является особаяформа повтора (итератива), которую не отмечает Женетт, – это когда повторяется дискурс, а история имеет практически нулевое воплощение.
КогдаДолли попадает в Воздвиженское, Анна несколько раз говорит о том, что уних впереди длинный разговор: «об этом мы всё переговорим после» (там же, 138 192), «впрочем, это мы переговорим после» (там же, 194), «после, наединевсё переговорим. Мне столько тебе нужно сказать» (там же, 211). Однако дваих диалога – это скорее обращенные обрывистые монологи Анны, из которых выясняется, что две женщины не могут понять друг друга, что междуними – бездна.
Таким образом, обещанного диалога не произошло междудвумя героинями, что подчеркивает их отчуждение. Толстой постепенно отдаляет двух матерей, чем ближе Анна к роли любовницы, тем психологически дальше она от Долли.Вронский также возлагает особые надежды на разговор с Долли. Однако говорит практически он один, периодически перебивая Долли, при этомона замечает противоречия в его суждениях. Княжна Варвара об Анне иВронском говорит, что «они живут совершенно как самые лучшие супруги»(там же, 196). Однако между Анной и Вронским не состоится на протяжениивсего цикла ни одного развернутого диалога.
Их ночной разговор занимаетдве строчки.Хотя у Толстого важнейшую роль играет речь повествователя, в нейнередко присутствуют «зоны речи» героев, создавая «гибридную конструкцию»232. Так, очевидна лексика Долли в речи повествователя, когда она вспоминает об умершем маленьком сыне: «всеобщее равнодушие пред этим маленьким розовым гробиком и своя разрывающая сердце одинокая боль предбледным лобиком с вьющимися височками» (там же, 181).
В описании детской, которое формально принадлежит повествователю, можно «услышать»голос Долли: «Тут были и тележечки… и инструменты для обучения ходить,и нарочно устроенный диван вроде бильярда, для ползания, и качалки, и ванные особенные, новые» (там же, 193).Невербальный диалог, который передает повествователь, обычно сопутствует репликам персонажей. В циклах он распределен неравномерно.
Вовремя разговора Кити с Левиным представлены почти все виды невербального диалога: постоянно указываются тон разговора, жесты (прикосновения), 232Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. М., 1975. С.118. 139 поцелуи, взгляд, поза, мимика (улыбка), слезы и рыдания. Часто параллельнопереданы мимика и жесты Левина и Кити, повторяющие друг друга: «сказалЛевин, улыбаясь Агафье Михайловне и желая развеселить её» (там же, 130),«сказала Кити, тотчас же поняв намерение мужа… улыбаясь и поправляя наней косынку» (там же, 130). Отмечены прикосновения друг к другу во времяпрогулки Левина и Кити: «она крепче оперлась на его руку и прижала её ксебе» (там же, 130); «сказал он, прижимая её руку» (там же, 131).
Слова и жесты здесь дополняют друг друга.Но невербальный диалог между Левиным и Кити резко меняется послеприезда Весловского. Трижды упоминаются страшно блестящие глаза и кулаки перед грудью Левина (дважды в объяснении с Кити и один раз сВесловским). «Вид этих напряженных рук, тех самых мускулов, которые оннынче утром ощупывал на гимнастике, и блестящих глаз, тихого голоса идрожащих скул убедили Васеньку больше слов» (там же, 177). В разговореже с Кити у Левина «голос обрывался» и лицо «выражало страдание», которое трогало Кити.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
