Диссертация (1100655), страница 90
Текст из файла (страница 90)
Вот как изменяет Введенский небольшие детали в отрывке из «рождественской»главы романа:As brisk as bees, if not altogether as light as fairies, did the four Pickwickians assemble onthe morning of the twenty-second day of December, in the year of grace in which these, theirfaithfully-recorded adventures, were undertaken and accomplished. Christmas was close athand, in all his bluff and hearty honesty; it was the season of hospitality, merriment, and openheartedness; the old year was preparing, like an ancient philosopher, to call his friends aroundhim, and amidst the sound of feasting and revelry to pass gently and calmly away.
Gay andmerry was the time; and right gay and merry were at least four of the numerous hearts that weregladdened by its coming.Рано по утру, двадцать второго декабря, в тот самый год, когда совершалисьописанныя нами события, пикквикисты, проворные, как пчелы, поднялись с своихпостелей и поспешили приветствовать друг друга в общей зале. Приближались святкиво всем своем грозном величии и со всеми счастливыми обетованиями для честных людей,способных ознаменовать это время беззаботною веселостью, гостеприимством ипростодушною любовью к ближним. Старый год, подобно древнему философу, готовился385собрать вокруг себя искренних друзей и распроститься с ними раз навсегда за веселойпирушкой, при звуках труб и литавр.
Веселое время! Счастливое время! Таким покрайней мере было и казалось оно для четырех пикквикистов, утопавших в океанеблаженства при одной мысли о предстоящих святках. (ИВ, т. 2, с. 1)Как видим, смысл и эмоциональная окраска этого отрывка переданы весьма точно,однако присутствует целый ряд мелких отклонений от образной стороны оригинала: уВведенского пиквикисты только «проворные, как пчелы», тогда как у Диккенса они еще и«легкие, как феи», Старый год в оригинале готовится проститься с жизнью «легко испокойно», «среди звуков пира и веселья», у Введенского же появляются болееконкретные «звуки труб и литавр»; наконец, пиквикисты в оригинале просто «счастливы»наступлением святок, а в переводе — «утопают в океане блаженства».2. Еще один пример небольших отступлений у Введенского — описание праздничноговечера в доме мистера Уардля:A happy party they were, that night.
Sedate and solemn were the score of rubbers in whichMr. Pickwick and the old lady played together; uproarious was the mirth of the round table.Long after the ladies had retired, did the hot elder wine, well qualified with brandy and spice,go round, and round, and round again; and sound was the sleep and pleasant were the dreamsthat followed.
It is a remarkable fact that those of Mr. Snodgrass bore constant reference toEmily Wardle; and that the principal figure in Mr. Winkle's visions was a young lady with blackeyes, and arch smile, and a pair of remarkably nice boots with fur round the tops.Беззаботно, игриво и совершенно счастливо прошел этот вечер, оставшийсянавсегда в памяти ученаго мужа и занявший несколько блистательных страниц вделовых отчетах его клуба. Степенно, чинно и торжественно списывались изаписывались ремизы, когда м-р Пикквик играл в карты с почтенной матерью семейства;шумно и буйно веселились молодые люди за круглым столом, в почтительномотдалении от стариков.В глухую полночь дамы разошлись по своим спальням; но долго и после них обходиликруговую пуншевые стаканы и бокалы с искрометным; и здоров был сон всей честнойкомпании, и радужно-пленительны были ея грезы. Достойно замечания, что м-р Снодграсбредил всю ночь о мисс Эмилии Уардль, между тем как сонныя видения м-ра Винкеля386имели главнейшим образом весьма близкое отношение к черным глазам, лукавой улыбке имеховым полусапожкам одной молодой девицы.
(ИВ, т. 2, с. 15)В этом отрывке мы также видим ряд небольших дополнений и изменений, часть изкоторых направлена на повышение эмоциональности текста (вечер в оригинале прошел«весело», в переводе же — «беззаботно, игриво и совершенно счастливо»), а частьявляется, вероятно, порождением фантазии Введенского, который в сотворчестве сДиккенсом развивает и конкретизирует его образы: вечер в переводе «занял несколькоблистательных страниц в отчетах клуба», чего нет у Диккенса, дамы разошлись «в глухуюполночь», чего также не сказано в оригинале, а вместо «старого вина, сдобренного брендии пряностями» пирующие поднимают «пуншевые стаканы и бокалы с искрометным».3. В отрывке, посвященном рождественскому путешествию пиквикистов, мынаблюдаем такой же характер сокращений, замен и дополнений:Upon this, Mr. Pickwick smiles with great good-humour, and drawing a shilling from hiswaistcoat pocket, begs the guard, as he picks himself out of the boot, to drink his health in aglass of hot brandy-and-water; at which the guard smiles too, and Messrs.
Snodgrass, Winkle,and Tupman, all smile in company. The guard and Mr. Weller disappear for five minutes, mostprobably to get the hot brandy-and-water, for they smell very strongly of it, when they return, thecoachman mounts to the box, Mr. Weller jumps up behind, the Pickwickians pull their coatsround their legs and their shawls over their noses, the helpers pull the horse-cloths off, thecoachman shouts out a cheery 'All right,' and away they go.М-р Пикквик улыбается наилюбезнейшим образом и, вынимая шиллинг из кармана,снисходительно просит кондуктора выпить за здоровье своих костей стакан горячагопунша: кондуктор улыбается и снимает шляпу, и на лицах Снодграса, Винкеля иТопмана тоже появляется лучезарная улыбка.
Чемоданы уложены, сумки упакованы,провизия взята; все счастливы и довольны. Кондуктор и м-р Уэллер исчезают минут напять, вероятно для того, чтобы выпить на дорогу заздравный тост в честьпикквикистов, и страшно несет водкой из их уст, когда они вновь взгромождаются наверх дилижанса. Кучер взбирается на козлы, пикквикисты закрывают шалями своиносы, м-р Уэллер дает условный знак: возжи тронулись, бич взвился, и свежие конибыстро помчались из ворот конторы дилижансов. (ИВ, т. 2, стр. 3—4)387Как видим, в оригинале Пиквик просит кондуктора дилижанса «выпить за егоздоровье», Введенский же не упускает возможности вставить шутливое присловье —«выпить за здоровье своих костей»; строкой позже у него появляется предположение, чтоСэм Уэллер и кондуктор отлучались «выпить на дорогу заздравный тост в честьпиквикистов», чего нет в оригинале.
Ритмизованная строка, описывающая сборы(«чемоданы уложены, сумки упакованы…») полностью добавлена переводчиком —вероятно, чтобы подчеркнуть бодрый темп отрывка. Зато там, где в оригиналепиквикисты «укутывают ноги своими пальто, а носы — пледами», у Введенского онитолько «закрывают шалями свои носы»: образы Диккенса, пропущенные через живоевоображение Введенского, видоизменяются в мелочах, сохраняя основной смысл.Передача индивидуальных стилевых особенностейУсиление экспрессииДля перевода Введенского характерно добавление ярких, экспрессивных эпитетов вдиккенсовский текст — так проявляется позиция активного сотворчества с автором,характерная для этого переводчика, и его стремление передать читателю глубокоеэмоциональное впечатление, произведенное на него автором.1.
Например, Диккенс кратко описывает место, где находится контора юристовДоддсона и Фогга — подвальный этаж старого дома, закоптелого от лондонского смога.Описание этого места и самой конторы, следующее далее по тексту, с первых слов должновызвать у читателя ощущение запустения, мертвенности, грязи и духоты:In the ground-floor front of a dingy house…Введенский же прибавляет к эпитету «закоптелый» (dingy) эпитет «грязный», усиливаяощущение запустения:…в нижнем этаже грязнаго и закоптелаго здания…(ИВ, т. 1, с.
367)2. Таким же образом Введенский действует, переводя описание полуразрушенногозамка и его славного прошлого — осыпающиеся стены, в которых когда-то давно звенелооружие и шумели пиры:Behind it rose the ancient castle, its towers roofless, and its massive walls crumbling away,but telling us proudly of its old might and strength, as when, seven hundred years ago, it rangwith the clash of arms, or resounded with the noise of feasting and revelry.388Введенский последовательно добавляет эпитеты, усиливающие контраст междунынешней безжизненностью замка и жизнью, которая наполняла его когда-то: стенызамка не просто «разрушающиеся», а «готовые рухнуть от первого прикосновения»; гости«веселые», оружие «блестящее», попойки «продолжительные».За этой руиной возвышался древний замок со своими лишенными кровли башнями имассивными стенами, готовыми, повидимому, рухнуть от перваго прикосновения; новсе это тем не менее громко говорило о силе и могуществе стариннаго здания, где, засемьсот лет от нашего времени, раздавался шум веселых гостей, сверкали блестящияоружия, и время сокращалось в продолжительных попойках.
(ИВ, т. 1, с. 79)3.Ещеодинпримертого,какВведенскийусиливаетэмоциональностьиэкспрессивность текста: в оригинале Пиквик чувствует «некоторое беспокойство» (someapprehensions), в переводе — «серьезно беспокоится» и «припоминает с замираниемсердца»; друзья его в оригинале ведут себя только «таинственно» (mysterious), впереводе — «чрезвычайно странно и несколько загадочно».Mr.
Pickwick had felt some apprehensions in consequence of the unusual absence of his twofriends, which their mysterious behaviour during the whole morning had by no means tended todiminish.М-рПикквикуженачиналсерьезнобезпокоитьсянасчет необыкновеннагоотсутствия двух своих приятелей и припоминал теперь с замиранием сердца, что онивсе утро вели себя чрезвычайно странным и несколько загадочным манером. (ИВ, т. 1,с. 46)4. В противоположность предыдущему примеру, где Введенский нагнетает чувствонеопределенности и волнения, в описании мирной жизни в усадьбе Дингли-Делл изарождающейся влюбленности Тапмена переводчик усиливает ощущение идиллическойбезмятежности и сентиментальности.The quiet seclusion of Dingley Dell, the presence of so many of the gentler sex, and thesolicitude and anxiety they evinced in his behalf, were all favourable to the growth anddevelopment of those softer feelings which nature had implanted deep in the bosom of Mr.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
