Диссертация (1100655), страница 76
Текст из файла (страница 76)
Поэтому стратегия поздних переводчиков «Пиквика» в отношениинациональной специфики весьма размыта. С одной стороны, в силу возросших требованийк точности перевода и в силу того, что за прошедшие полвека русско-английскиекультурные связи углубились, многие бытовые, культурные и исторические реалии, непонятые или намеренно опущенные Введенским, сохранены в переводах Ранцова,Шишмаревой и анонимного переводчика «Дешевой библиотеки». С другой стороны,число случаев адаптации и даже явной русификации, замены английских реалий схожимипо функциям русскими («ямщик», «половой») не уступает таковому у Введенского и егосовременников.
Исключение составляет Шишмарева, чей уровень профессиональнойдобросовестности в целом наиболее высок; однако и у нее наблюдаются случаи прямойрусификации. Что же касается культурного комментария, то хотя поздние переводы иснабжены им, он гораздо более краток и скуден, чем у Введенского. Если Введенскийсвоим развернутым комментарием, напоминающим страноведческие эссе, как быподчеркивал тесную связь литературы с национальным бытом, невозможность ихпонимания в отрыве друг от друга, то для поздних переводчиков комментарий —вспомогательный справочный инструмент, способ дать читателю сведения, минимальнонеобходимые для понимания текста, при этом минимально вмешиваясь в него и не«заглушая» голос автора.
Нередко реалии, которые320подробно откомментированы уВведенского, в поздних переводах лишены комментария или вовсе устранены в целяхадаптации (тюремный «артельный билет», сленговые названия денежных единиц «боб» и«бендер», убийство ради продажи тела в анатомический театр и т. д.). ЛитературнаярепутацияДиккенсакакнаднационального,«мирового»классикапобуждаетпереводчиков быть внимательными к национальной специфике в рамках общей стратегииповышения точности перевода, однако не ставит национальный аспект его творчества вцентр переводческого внимания, не стимулирует выработку четкой и осознаннойстратегии по этому вопросу.3.
Литературная репутация Диккенса после публикациипереводов 1890-х гг.После публикации «Пиквикского клуба» в переводах Ранцова, Шишмаревой и ванонимном переводе «Дешевой библиотеки» Суворина (а также других переводовДиккенса в составе тех же книжных серий и собраний сочинений) литературная репутацияДиккенса как классического автора продолжает закрепляться.В 1895 году вышло исследование М.
Ледерле «Мнения русских людей о лучших книгахдля чтения»409. Исследование проводилось в форме анкеты: Ледерле обратился к своимреспондентам с просьбой выслать список книг, «произведших на вас наиболее сильноевпечатление» и «список тех книг, с которыми считаете вы необходимым познакомитьмолодежь и читающую публику».
Опрос производился среди представителей сферыискусства, а также образовательных и научных институтов, то есть среди авторитетныхлиц, имеющих влияние на формирование и поддержание литературного канона. Пословам автора, «Означенный циркуляр был послан по Адрес-календарю 1891 г. всемАкадемикам и корреспондентам Академии Наук, всем Профессорам восьми российскихуниверситетов, всем выдающимсяученым, литераторам,художникам, артистам,педагогам и общественным деятелям».
На анкету поступило 86 ответов. По результатамопроса Диккенс вошел в список книг, получивших более 7 голосов, наряду с Шекспиром,Байроном, Вальтером Скоттом, Гете, Шиллером, Купером, Гюго, Сервантесом и другимимировыми классиками. Диккенса включили в свой список лучших книг такие личности,как А. Ф.
Кони, А. Ф. Петрушевский, В. П. Острогорский, П. И. Гусаренко, Г. С. Вольтке,409Ледерле М. Мнения русских людей о лучших книгах для чтения. — СПб, 1895. С. 193.321Д. А. Коропчевский и др. Интересно, что все они упоминают преимущественно «ДавидаКопперфильда», «Домби и сына» и «Пиквикский клуб» — три романа, вышедшие нарубеже 1840—50-х гг. в переводах Введенского (скорее всего, опрошенные, как люди ввозрасте, знакомились с Диккенсом именно по ним, а не по новым переводам начала 1890х гг). Это еще раз свидетельствует, что именно переводы Введенского сыграли важнуюроль в формировании высочайшего культурного статуса Диккенса в России; без переводовВведенского не было бы Диккенса-классика и новых его переводов.Продолжают выходить историко-литературные работы, где Диккенс упоминается какгений, классик, великий поэт. Так, в «Северном вестнике» в 1897 г. появилась статья«Очерк истории романа XIX века»410 за авторством литературоведа А.
Кирпичникова. Совторой половины 1840-х годов, пишет автор, «первенствующую роль» в развитии жанраромана «начинает играть роман английский. Виновниками такого подъема его были одинталантливый и умный литератор и два великих поэта. Я разумею Бульвера, Диккенса иТеккерея»411. Эта заметка ярко отражает изменение литературной репутации Диккенса запрошедшие годы: Диккенс 1840-х гг. в ней назван великим поэтом, тогда как на самомделе в сороковые годы русские критики (даже такие благосклонные, как Белинский)только-только перестали видеть в нем талантливого беллетриста, равного Бульверу, иназвали его даровитым художником.
Как видим, литературная репутация классика,сложившаяся не так давно, распространяется и на прошлое Диккенса: статус классикавыглядит чем-то нерушимым, неоспоримым, изначально присущим писателю.Одним из лучших произведений Диккенса автор, традиционно, называет «Пиквикскийклуб», отмечая, что он «и теперь, через шестьдесят лет, читается и перечитываетсямиллионами людей»412.
«Простой, грубый смех доставляет удовольствие только наминуту», — пишет он; следовательно, не в смехе одном секрет популярностиДиккенса. Секрет успеха этого романа Кирпичников видит в соединении веселости исилы, рельефности изображения с глубокой гуманностью, евангельской любовь кчеловеку; любопытно, что он всецело приписывает успех роман его внутреннимсвойствам и качествам, не упоминая роль социокультурной ситуации и перевода.410Кирпичников А.И. Очерк истории романа XIX века // «Северный вестник», СПб, 1897 г., № 11. С. 93—110411Там же, с.
93412Там же, с. 96322Подобный подход нередко наблюдается и в современном литературоведении; тем болеенеобходимо тщательное изучение того, как исторически меняется рецепция того илииного автора со сменой его литературной репутации.В 1899 г. в серии «Дешевая библиотека» издательства Суворина выходит «Историяанглийской литературы» К. Вермеера413. Это переводная работа немецкого автора, но мывключили ее сюда, поскольку она вышла в той же книжной серии, что и один изпереводов «Записок Пиквикского клуба»; кроме того, как и оригинальные работы, этакнига участвует в отражении и формировании литературной репутации английскихавторов в русском литературном поле.
По мнению Вермеера, Диккенс стоит во главеплеяды английских романистов, а лучшим его произведением автор считает «ЗапискиПиквикского клуба»: «это юношеское произведение, — пишет он, — но Диккенс в нем,так сказать, превзошел самого себя и уже не написал ничего лучшего». В числедостоинств романов Диккенса автор отмечает их социально-преобразующее действие инравственную чистоту — по его словам,в них «нет никаких двусмысленностей илипошлостей».Разумеется, литературная репутация автора никогда не бывает полностью однородной,и Диккенс не исключение. Так, в 1897 г.
выходит книга известного русского критикаН. Страхова «Борьба с Западом в нашей литературе»414. В ней имеются следующиестроки, написанные автором 14 июля 1870 г.: «… уже давно английские романы занимаютпервое место между нашими переводными романами. … Все эти романы усердночитаются, но ни один из них никогда не возбуждает толков, не вызывает никаких споров исуждений. …. Произведения самых первых знаменитостей — Диккенса, Теккерея, —испытывают ту же судьбу». Иными словами, Страхов свидетельствует о том, что хотяпопулярность Диккенса еще высока и статус его также высок («первая знаменитость»),непосредственнаяактуальностьегодляотечественнойлитературы,способностьпровоцировать дискуссии и размышления, значительно упала.
Задаваясь вопросом,почему это так, Страхов видит причину в том, что английская литература не затрагиваетострых вопросов бытия, не выходит за пределы обыденной жизни. «Современнаяанглийская изящная словесность, точно так же как и английская философия, представляет413Вермеер К. История английской литературы. — СПб, 1899Страхов Н.Н. Английские романы // Н.Н. Страхов. Борьба с Западом в русской литературе. — СПб, 1896,Кн. 3.
С. 352—355414323сочетание следующих свойств: они отличаются чрезвычайной доброкачественностью ипостоянным недостатком глубины. … Сбирать факты, держаться крепко руководстваопыта и не ступать ни шагу туда, где он нас оставляет, рисовать картины быта, нечтовроде комедии нравов, изображать семейные сцены и события вседневной жизни и даватьсебе волю и отдых только в порывах юмора, лишь изредка переходящего в глубокуюгрусть, в то, что Гоголь назвал «невидимыми слезами» — вот твердая почва, на которойдержатся англичане. Она тверда, но едва ли заставит нас забыть о других, болеетревожных сферах, о других вопросах, не умолкающих в человеческом сердце».
Можнопредположить, что если для 1840—50-х годов, когда в центре русского литературногополя находилась натуральная школа с ее интересом к художественному осмыслениюповседневной,обыденной,«прозаической»реальности,Диккенсбылявлениемноваторским и дискуссионным, то с 1870-х гг., когда русский роман стал осваивать новыепространства человеческого бытия — тонкий и сложный мир психологии, вопросыфилософии и религии, глубинные законы истории — Диккенс перестал быть созвучен еготворческим поискам. В 1897 г., когда вышла книга Страхова, процесс превращенияДиккенса в классика и одновременной потери его актуальности лишь углубился; новыепереводы, ориентированные на точность и «образцовость», а не на новаторство иэксперимент, в значительной степени способствовали этому.Еще более резко критикует Диккенса журналист и драматург П.
Д. Боборыкин415(1900 г.), который даже отказывает ему в праве называться общечеловеческим писателем,упрекая в приверженности узким национальным традициям, хотя и признает за нимважное место в европейской литературе. А по воспоминаниям З. Гиппиус, на рубежевеков читать Диккенса с его оптимизмом и нравственной проповеди считалось средимолодежи дурным тоном416.
Однако официальная система образования и воспитания(частью которой можно назвать и новые переводы, благо они выпускались в недорогихсерияхдляюношестваинеподготовленногочитателя)транслировалавысокийкультурный статус Диккенса. Так, в 1899 г. в журнале «Юный читатель» вышла статьяМ. Сабининой «Чарльз Диккенс, знаменитый английский писатель»417. Диккенс для415Боборыкин П.Д. Европейский роман в XIX столетии.
— СПб, 1900Катарский И.М. Диккенс в России. М., 1966417Сабинина М.В. Чарльз Диккенс, знаменитый английский писатель // «Юный читатель», 1899, № 46.С. 1367—1374416324Сабининой — образец нравственности и сострадания, оставшийся в народной памятиименно за свои высокие моральные качества: «Прошло около 30 лет со дня смерти этогописателя, но не забыта ни могила его … ни чудные книги, которые он писал,воодушевленный чувством жалости к несчастным, страдающим и обиженным людям». Помнению Сабининой, Диккенс — «великий английский писатель», гуманист, просветитель,преобразователь общества силой слова. Эстетические особенности его творчества для неене столь важны, сколь его нравственная, человечная направленность. В качестве«образца» жизни и творчества великого писателя-гуманиста, с просветительской ивоспитательной целью, к статье прилагаются биографическая справка о Диккенсе исвяточный рассказ «Колокола».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
