Диссертация (1100655), страница 67
Текст из файла (страница 67)
Сколько я могу припомнить в настоящий момент, я знаю мистераПиквика около…— Покорнейше прошу вас, мистер Винкль, не уклоняйтесь от прямого ответа.Состоите вы или нет в короткой дружбе с ответчиком по настоящему делу?— Я только что собирался сказать, что…— Намерены вы ответить на мой вопрос?— Если вы не ответите, я вас оштрафую, сэр, — заметил маленький судья,выглядывая из-за своей книжки.— Ну что же, сэр? Друг вы ему или не друг? Да или нет?— Да.— Да, вы ему друг. Отчего же вы не сказали этого сразу? Позвольте вас теперьспросить: не знакомы ли вы также и с истицей?— Я незнаком с ней, но я видел ее.— А, вы не знакомы с ней, но вы видели ее.
Будьте добры, мистер Винкль, объяснитьгосподам присяжным, что вы под этим разумеете.— Я разумею под этим, что я не был ее коротким знакомым, но встречал ее, когдабывал в Госвельской улице у мистера Пиквика.— Как часто вы ее встречали?— Как часто?— Да, как часто? Я готов повторить свой вопрос хоть десять раз, если это вампоможет. (МШ, с. 413)Вот вариант В. Ранцова — форма оригинала сохранена столь же точно, однаконекоторые фразы даже несколько распространены (распространяющие элементывыделены жирным шрифтом и подчеркиванием).— …Если не ошибаюсь, вы ведь близкий приятель и друг ответчика Пиквика?— Сколько я могу вспомнить в данную минуту, я знаю мистера Пиквика уже около…— Прошу вас, г-н Уинкль, не уклоняться от прямого ответа на поставленный вамвопрос: состоите вы, или нет, в близких дружеских отношениях с ответичком?276— Я только хотел сказать, что…— Угодно ли вам, или нет, ответить на мой вопрос, сударь?— Если вы не ответите на вопрос адвоката, то будете немедленно жеарестованы! — заметил судья, взглянув в записную свою книжку.— Потрудитесь, сударь, ответить на мой вопрос категорически: да или нет?— Да, — отвечал Уинкль.— Странно, отчего вы не могли ответить на этот вопрос сразу! Быть может,сударь, вы знаете также и истицу? Ну-с, г-н Уинкль, что скажете вы нам на это?— Я с нею незнаком, но мне случалось ее видеть.— Так-с, вы с нею незнакомы, но вам случалось ее видеть? Соблаговолите теперьобъяснить гг.
присяжным, каким именно образом надо понимать ваше показание.— Я хотел сказать, что лично с нею знакомства не водил, но что она попадалась мнеиной раз на глаза, когда я заходил к мистеру Пиквику в Госуельскую улицу.— Сколько именно раз попадалась вам она на глаза, сударь?— Вы хотите знать, сколько раз?— Да, мистер Уинкль, я действительно хочу знать, сколько именно раз вы еевидели? Если вам угодно, я могу повтрить этот вопрос хоть целую дюжину раз…(ВР,т. 2, с.
90—91)Анонимный переводчик «Дешевой библиотеки», как и оба его коллеги, строго следуетформе оригинала, при этом распространений не допускает. Повторы и интонация Уинклятакжесохранены.Единственнаяошибка,допущеннаяэтимпереводчиком, —«Гроссуэльская» улица вместо Госсуэльской. В целом же перевод этой сценки в вариантесуворинского издательства отличается высокой формальной точностью.— Не состоите ли вы в числе ближайших друзей ответчика Пиквика?— Насколько я в настоящую минуту могу припомнить, я знаю мистера Пиквикаоколо…— Не уклоняйтесь от вопроса, сэр! Вы друг ответчика Пиквика?— Я только что хотел сказать…— Угодно вам отвечать на мой вопрос коротко и ясно, сэр: да или нет?— Если вы не станете отвечать на вопрос, я велю арестовать вас, сэр! — вскричалмаленький президент, свирепо выглядывая из-за своих бумаг.277— Ну так как же, сэр? — снова начал мистер Скимпин.— Да, я его друг.— А! Вы его друг! Но почему вы не хотели сказать этого с первого раза? Можетбыть, вы знаете тоже и истицу, мистер Винкель?— Знать я ее не знаю, но видеть видел.— А, вы ее не знаете, а видать видали.
В таком случае потрудитесь объяснитьгосподам присяжным, какую вы видите в этом разницу?— Я понимаю под этим, что близок с нею я никогда не был, но видал ее, когда посещалмистера Пиквика на Гроссуэлльской улице.— А сколько раз вы ее видели, сэр?— Сколько раз?— Да, сколько раз? Если вам угодно, я повторю вам этот вопрос, сколько выпожелаете. (ДБ, т.
2, с. 156—157)Как видим, все три переводчика весьма точны в передаче этого отрывка, вплоть достроения фраз и выбора лексики. При этом каждый перевод отражает особенности личнойманеры переводчиков: М. Шишмарева сохраняет баланс между точностью и краткостью,В. Ранцов склонен к распространению текста, тогда как анонимный переводчик Суворинанебрежен в деталях.Чтобы ярче показать различие между стратегией активного сотворчества, применяемойВведенским, и стратегией высокой формальной точности, свойственной позднимпереводчикам, проанализируем тот же самый отрывок в переводе Введенского:Извольте отвечать: принадлежите ли вы, как я, впрочем, не сомневаюсь, кчислу искренних друзей м-ра Пикквика, ответчика по делу вдовы Бардль?— Я имею честь пользоваться знакомством и дружбой м-ра Пикквика с тойпоры ...— Сделайте одолжение, м-р Винкель, не увертывайтесь от моего вопроса.Повторяю вам еще, и вы отвечайте без уклончивости: друг вы или нет ответчикапо делу м-с Бардль?— Я хотел сказать, сэр, что ...— Угодно вам или нет отвечать на мой вопрос, сэр?278— Если вы не станете отвечать, мы принуждены будем арестовать вас,сэр,— заметил вице-президент, небрежно перелистывая свою записную книгу.— Что же, сэр?— сказал м-р Скимпин.— Да или нет?— Да, сэр.— Что же такое — да?— Я друг м-ра Пикквика.— Конечно, друг, это мы очень хорошо знаем.
Почему же вы не объявилиэтого сначала? Быть может, вы знаете также м-с Бардль — да, м-р Винкель?— Я не знаю м-с Бардль; но я видел ее.— О, вы не знаете, но вы видели ее? Потрудитесь же, сэр, объяснитьгосподам присяжным, что вы под этим разумеете?— Я хотел сказать, что я не был коротко с нею знаком; но я видел м-с Бардль,когда приходил к м-ру Пикквику в его квартиру на Гозуэлльской улице.— A сколько раз вы ее видели?— Сколько раз?— Да, м-р Винкель, сколько раз? Я готов повторить вам этот вопрос ещетысячу раз, если вы желаете этого. (ИВ, т.
2, с. 151—152)Как видим, отрывок переведен Введенским в целом достаточно точно, однако в немимеются отклонения от подлинника: несколько реплик, добавленных переводчиком в устасудьи («как мы, впрочем, не сомневаемся», «сделайте одолжение, не увертывайтесь отмоего вопроса», «это мы очень хорошо знаем») и две добавленные реплики в диалоге(«Что же такое «Да“?» — «Я друг…»). Эти дополнения подчинены общему замыслу: ониусиливаютсатирическуюнаправленностьсценки.Вовставкахотпереводчикаподчеркивается чрезмерная напористость и раздражение членов суда, из них читателюстановится ясно, что судьи хорошо знают ответ на вопрос, который задают свидетелю, идопрашивают его лишь с целью запугать и запутать.
Добавленные реплики диалога,ведущие разговор по кругу («Вы друг…? — Да! — Что же такое «Да»? — Я друг…»),усиливают одуряющее, изматывающее впечатление от допроса. На этом фоне видно, чтопоздние переводчики воздерживаются от подобного активно-творческого преобразованиятекста в пользу максимальной формальной точности и уважения к оригиналу —возможно, отчасти уступая Введнскому в театральной выразительности сценки.279Случаи сглаживания приема повтораПрием повтора — один из наиболее выразительных диккенсовских приемов, наиболееорнаментальных, выделяющихся на нейтральном языковом фоне и даже спорных — награни нарушения законов хорошего стиля (не случайно редакторы часто устраняют изтекстов избыточные повторы). Поэтому при всем тяготении к точной передаче не толькосмысла, но и структуры диккенсовских фраз поздние переводчики часто отказываются отточного воспроизведения повтора. Исключение составляет М. Шишмарева — онанаиболее последовательно воплощает принцип формальной точности и при этом наиболеечутка к авторскому стилю, поэтому она в преобладающей части случаев сохраняетдиккенсовские повторы.
Но даже там, где поздние переводчики сохраняют повторы, ониникогда не утрируют этот прием и не добавляют его там, где его нет в оригинале, как этоделал Введенский.Ппоказательный пример — комический диалог Пиквика с извозчиком, построенный наповторах:'And how long do you keep him out at a time?' — inquired Mr. Pickwick, searching for furtherinformation.'Two or three veeks,' replied the man.'Weeks!' said Mr.
Pickwick in astonishment, and out came the note-book again.'He lives at Pentonwil when he's at home,' observed the driver coolly, 'but we seldom takeshim home, on account of his weakness.''On account of his weakness!' reiterated the perplexed Mr. Pickwick.М. Шишмарева с максимальной точностью вопсроизводит повтор, не останавливаясьдаже перед калькой (по-русски естественнее было бы повторить не слово «Недели!», аконец фразы — «Две или три!»):— А долго ли она ходит в упряжи за один раз? – продолжал мистер Пиквик своеисследование.— Недели две или три, отвечал извозчик.— Недели! — повторил изумленный мистер Пиквик и опять взялся за книжку.— Ее конюшня в Пентонвилле, — заметил хладнокровно извозчик, — но мы редкоставим ее в стойло, потому что она слишком слаба.280— Слишком слаба! — повторил в совершенном недоумении мистер Пиквик.
(МШ,с. 6—7)А вот анонимный переводчик «Дешевой библиотеки» сглаживает нарочитыйдиккенсовский повтор, перефразируя повторяющиеся фрагменты так, чтобы приблизитьзвучание диалога к естественной книжной речи:— А сколько времени остается она у вас в езде? — спросил мистер Пиквик, струдолюбием пчелы спешивший подхватить всякое полезное сведение.— Да недели две, а то и три, — ответил возница.— Две или три недели работы! — вскричал мистер Пиквик и мгновенно сновасхватился за свою записную книжку.— У нас конюшни-то в Пентонвилле, — холодно ответил извозчик, — а как она у насуж очень малосильна, то и попадает туда редко.— То есть как же это? Потому что она малосильна? — переспросил пораженныймистер Пиквик.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
