Диссертация (1100655), страница 52
Текст из файла (страница 52)
Спокойной вам ночи, сэр.317 (ИВ, т. 1, стр. 319—320)Таким образом, мы видим, что Введенский последовательно сохраняет в переводе (азначит, считает ценностью) стилевое разнообразие Диккенса и его умение создаватьвыразительный эффект, сталкивая элементы контрастных стилей. Такая стратегияодинаково далека и от стилевой прозрачности ранних переводов, и от стихийного,неоправданного засилья просторечия, в котором нередко упрекали Введенского. Тостилистическое богатство, которым пользуется переводчик, он черпает из русскойлитературы — а в ней оно было выработано именно в сороковые годы, когда в орбитулитературы стали входить новые сферы жизни и языка.
Используя это богатство,Введенский — как и в случае с просторечием — опирается на достижения натуральнойшколы и тем самым сближает с ней Диккенса в восприятии русских читателей.Однако, помимо общих достижений натуральной школы в области демократизацииязыка и расширения стилевой палитры художественной прозы, при переводе «Пиквика» уВведенского есть и конкретный стилистический ориентир — проза Н.
В. Гоголя.Гоголевская проза как стилистический ключКак уже упоминалось в начале этой главы, сходство Диккенса с Гоголем отмечали ужев начале 1840-х годов (вспомним письмо D/ Аксаковой). Там же мы показали, чтооснования для такого сближения действительно имелись в творческой манере обоихписателей и что тематическое, композиционное и стилевое сходство «Пиквикского клуба»и «Мертвых душ», явственно ощущавшееся современниками, заставляло рецензентов —как благосклонных, так и критично настроенных — снова и снова ставить имена Гоголя и317В.В.
Виноградов считает обилие грубоватой экспрессивной лексики одной из характерных черт«натурального» стиля: «И в стилистический канон «натуральной» школы вошел принцип переполнениядиалога «бранными» обращениями. Критики оппозиции справа постоянно глумились над этим приемом.«Сын отечества» (1843, № 1) именно с этой точки зрения расценивал повесть Е. Гребенки «Пруд»(«Утренняя заря. Альманах на 1843 год»): «Ваши лица — совершенные снимки с самых плохих изгоголевских героев. Они точно так же, как и те, плюются, сморкаются, бранятся, словно в харчевне.«Поросячья морда! Продувная бестия! Свинья! Чорт знает! Будь я проклят, анафема!» — Все эти красотымы уже прежде читали, на всех этих героев довольно насмотрелись в «Ревизоре» и «Мертвых душах»,наконец в новой комедии Гоголя: «Женитьбе»».
// Виноградов В.В. Этюды о стиле Гоголя. Л.: 1926, стр. 169212Диккенса рядом318. Таким образом, мотивы, по которым Введенский выбрал именноГоголя в качестве стилистического ключа к «Пиквикскому клубу», были заложены всамой литературной ситуации, предшествовавшей переводу: в расцвете гоголевскогонаправления, в том, что сходство Диккенса и Гоголя стало осознаваться и опознаватьсячитателями, в ценностных установках Введенского и «Отечественных записок», длякоторых Гоголь был иконой натуральной школы и символом всего нового, свежего иактуального в литературе.Прежде всего, Диккенса в переводе Введенского роднит с Гоголем использованиедемократических стилевых пластов, выходящих за рамки стандартного литературногоязыка «смирдинской школы». Важная роль Гоголя в расширении стилистической палитрырусской литературы несомненна: как отмечает В. В.
Виноградов, «Гоголь стремитсяввести в систему литературного выражения демократические стили просторечия,свойственные среде мелкого и среднего поместного дворянства, городской техническойинтеллигенции и чиновничества. На их основе, посредством скрещения их с формамилитературно-книжного языка и посредством соответствующего отбора и преобразованиялитературныхстилей«должнабыласложитьсяноваяразновидностьрусскоголитературного языка, несущая в себе новые выразительные и изобразительные речевыекатегории, не знакомые ранее сложившемуся стандартному литературному языку»319.Задействуя при переводе Диккенса эти языковые пласты, Введенский уже одним этимсближает Диккенса в глазах читателя с Гоголем и гоголевским направлением.
Примерыможно найти в двух предыдущих разделах.Однако Введенский применяет и прямую стилизацию под Гоголя, которая выражаетсяв различных формах. Одна из них — это частое употребление при передаче устной речислов с уменьшительными суффиксами, указывающее на их разговорно-фамильярнуюокраску: дельце,с_т_а_р_е_н_ь_к_а,капиталец кругленький и т.
д. Такой прием318Вспомним хотя бы Н. Полевого, исключавшего их из области изящного («Русский вестник», 1842, № 5—6, с. 40 (Критика)), и В. Белинского, хвалившего их в статье «Русская литература в 1844 году»(«Отечественные записки», 1845, т. 38, № 1, отд. V, с. 1—42).319Виноградов В.В. Язык Гоголя // Н.В. Гоголь: Материалы и исследования / АН СССР. Ин-т рус. лит.; Подред. В.В. Гиппиуса; Отв. ред. Ю.Г. Оксман.
— М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1936. — (Лит. архив). Т. 2. — С. 302213характерен для гоголевского стиля320: ср. в «Ревизоре» — суконце, фрачишка, шинелишка,в «Мертвых душах» — дельце, капиталец, сургучик, и т. д.Еще одно проявление стилизации — активное введение в перевод «сорных словечек»(«таки нешто», «эвона», «того», «собственно говоря» и др.), повторов, своеобразноготоптания речи на месте, эффекта «неумения подобрать слова» (т. е. дефектно-речевыхобразований, по Виноградову), маркирующих устный и просторечный характер речи.
Вотнесколько примеров:"Как много y вас кошек, м-р Брукс!" — говорю я.— Да, таки нешто, есть малаятолика,— говорит он. (ИВ, т. 1, стр. 358)"Вот что, брат Вильям, говорит маленький человек с необыкновенным азартом: —мне пришла в голову маленькая фантазия, этакая, в некотором роде, химера: хотелосьбы мне взглянуть один разок на городскую улицу, прежде чем я умру. И уж поверьтесовести, Вильям, если не хлопнет меня паралич, я возвращусь назад за пять минут доурочнаго часа" (ИВ, т. 2, стр. 275)— Ха, ха!— засмеялся м-р Пелль.— Не худо, истинно не худо.
Должностным людямподобает. В ранний час утра было бы, так сказать, приличия ради ...— Пусть идетрепетиция, почтеннейший, пусть идет. Гм! (ИВ, т. 2, стр. 315)Отдавая это приказание, старичок вложил в руку слуги пять шиллингов и устремил нанего пристальный взгляд.— Право, сэр, я не знаю, как это ... оно ведь того ... не водится. (ИВ, т. 2, стр. 533)Такие словечки тоже являются яркой приметой гоголевского стиля там, где онориентирован на сказовость или устность: ср.
в «Ревизоре»: «Дай бог вам всякогобогатства, червонцев и сынка-с этакого маленького, вон энтакого-с; Ну, брат, до этогоеще далека песня. Нет, вишь ты, ему всего этого мало - ей-ей! Ведь оно, как ты думаешь,Анна Андреевна…» и т. д.Встречаются в переводе Введенского и прямые отсылки к гоголевской прозе на уровнеотдельных запоминающихся слов и выражений.Препасквильная рожа! (ср. «Нос»: «Экой пасквильный вид!») (ИВ, т.
1, стр. 260)320Эйхенбаум упоминает уменьшительные суффиксы как характерную черту гоголевского стиля(Эйхенбаум Б.М. Как сделана «Шинель» Гоголя. // Литература: Теория. Критика. Полемика. — Л.: 1927.С. 154)214М-р Мивинс, не любивший курить, остался в постели и, выражаясь его собственнымисловами, "позавтракал выхрапкой натощак" теми блюдами, которыя заготовляютсяголодным воображением для всякаго джентльмена с пустым карманом и пустейшимжелудком. (ИВ, т. 2, стр. 290) (Ср. «Мертвые души»: «сон во всю насосную завертку»,«заехать к Сопикову и Храповицкому»).Наконец, Введенский заимствует у Гоголя для передачи устного рассказа ту сказовуюстилистику, которая в 1830-е — 1840-е гг. четко воспринималась как определяющаяпринадлежность гоголевского письма (именно на утрировании этой стилистики строилисьтогдашние пародии на Гоголя321) и которую В.
В. Виноградов описывает так: «Сказорганизуется путем постоянного перерезывания той сюжетной линии, которая в заглавииопределяется как основная, побочными эпизодами, «презабавными происшествиями»,всплывающими внезапно, в результате вольного, не сдерживаемого логическимипреградами течения ассоциаций. В сущности, сюжетно-композиционная схема рисуется вформе как бы механически скрепленных отрезков …, между которыми сознательноразрушена логическая связь. Однако эти отрезки не всегда прикреплены непосредственноодин к другому, уводя читателя далеко от того сюжета, разработки которого он ожидаетот автора, поверив его намекам»322. Вот несколько примеров того, как переводчиквоссоздает устные рассказы, вплетенные в ткань «Пиквикского клуба», используягоголевский сказовый стиль.He was pitched out of his gig once, and knocked, head first, against a milestone.
There he lay,stunned, and so cut about the face with some gravel which had been heaped up alongside it, that,to use my uncle's own strong expression, if his mother could have revisited the earth, shewouldn't have known him. Indeed, when I come to think of the matter, gentlemen, I feel prettysure she wouldn't, for she died when my uncle was two years and seven months old, and I thinkit's very likely that, even without the gravel, his top-boots would have puzzled the good lady not alittle; to say nothing of his jolly red face. However, there he lay, and I have heard my uncle say,many a time, that the man said who picked him up that he was smiling as merrily as if he hadtumbled out for a treat, and that after they had bled him, the first faint glimmerings of returninganimation, were his jumping up in bed, bursting out into a loud laugh, kissing the young woman321См. Виноградов В.В.
Этюды о стиле Гоголя // Виноградов В.В. Поэтика русской литературы: Избранныетруды. — М.: Наука, 1976. — С. 228—366.322Там же, с. 247215who held the basin, and demanding a mutton chop and a pickled walnut. He was very fond ofpickled walnuts, gentlemen. He said he always found that, taken without vinegar, they relishedthe beer.Однажды его выбросило из кабриолета, и он ударился головою прямо о дорожнуютумбу. Он так и остался недвижим на месте, и лицо y него, попав как раз в кучу щебня,до того было повреждено и изуродовано порезами, что, по собственному сильномувыражению дяди, родная мать не узнала бы его, если бы вернулась снова на землю.Впрочем, разсудив хорошенько, джентльмены, я полагаю, что она и без того не моглабы его, узнать, потому что умерла, когда дядюшке было всего от роду два года и семьмесяцев, и не случись даже щебня, одни высокие дядины сапоги сбили бы совсем с толкупочтенную леди, не говоря уже о его веселой, красной роже.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
