Диссертация (1100655), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Он ставит ряд вопросов,связанных с анализом репутаций: как измерить репутацию? как сравнивать репутации?каковы их источники и природа? Сам занимаясь вопросами репутации юристаБенджамина Кардосо, он прибегает к аналогиям из мира искусства и опирается на законыфункционирования репутации в этой сфере.Познерразделяетпостулатотом,чторепутация —ненечтопринадлежащее/свойственное автору или создаваемое им, а продукт деятельности5Lang, K. Lang G.
Recognition and Renown: The Survival of Artistic Reputation // American Journal of Sociology,1988, vol. 98, issue 1. P. 79-1096Posner, R. Cardozo: A Study in Reputation. — University of Chicago Press, 199015многочисленных людей, создающих мнение об авторе, и подчинена она целям этихлюдей, а не самого автора. Он разделяет и тезис о том, что репутация не тождественнакачеству творения, хотя и связана с ним.
Познер выдвигает свои гипотезы относительнотого, что способствует созданию благоприятной посмертной репутации писателя: этодвусмысленность, неясность, символичность его работ, игра удачи, политические ирыночные условия.Если Познер подчеркивает активную роль социума в формировании репутаций исравнительно пассивную роль ее носителя, то С. Янссен в статье Literary Reputation andAuthor’s Intervention in Critical Reception7 (1997), напротив, рассматривает автора не какпассивное лицо, репутациюкоторого формируютвнешние«институциональныечитатели», а как активного участника этого процесса.
Она ставит себе задачу выяснить,как и в какой степени автор может повлиять на то, как литературная критика выстраиваетего образ. Гипотеза Янссен заключается в том, что, дабы привлечь к себе внимание, автордолжен принимать участие помимо сугубо литературной деятельности в различныхпобочных занятиях (лекции, интервью, литературная полемика).Глубокий и подробный анализ проблемы литературной репутации дает Дж. Родден вкниге George Orwell: The Politics of Literary Reputation8 (1989). Он, как и многие,указывает на слабую теоретическую разработанность вопроса литературной репутации.Академические круги, говорит он, слишком увлечены интерпретацией литературныхпроизведений и не готовы обратить внимание на вопросы создания и разрушениярепутаций, а с ними — на свою собственную роль в формировании литературного канона.Родден, что ожидаемо, подчеркивает, что репутация, как общая оценка лица илипредмета, принадлежит межсубъектному, публичному пространству.
Репутация — этообраз, имидж, но не изолированный, а образ в глазах Другого; репутацию и образсвязывает акт говорения, распространения мнений и суждений, т. е. дискурс каксоциальный акт.Стремясь прояснить границы понятия, Родден проводит границы между репутацией иоценкой. Оценка по неким явным или скрытым критериям служит базисом для7Janssen, S. Literary Reputation and Author’s Intervention in Critical Reception // The systemic and empiricalapproach to literature and culture as theory and application.
— Research Institute for Comparative Literature andCross-Cultural Studies, University of Alberta, 1997. P. 278—297.8Rodden, J. George Orwell: The Politics of Literary Reputation. — Transaction Publishers, 200116формирования репутации писателя (например, его канонизации). Однако оценка —непосредственный личный акт, а в основе репутации лежит не только воспринятаяценность, но и многочисленные социокультурные факторы, обуславливающие восприятие«оценщика», например, господствующие в его среде эстетические направления.Репутация — это состояние культуры, в которое вовлечены все носители этой культуры,даже если они сами не знакомы с автором или книгой.
Также Роден уточняет связьрепутации с эстетическими категориями ценности и вкуса. Они тесно связаны, однакоценность — это ответ на вопрос «что хорошо и почему», а репутация — «что, по мнениюлюдей, хорошо и почему». Таким образом, автор снова подводит нас к социальнойприроде репутации.Современные ученые, говорит автор, нередко смешивают репутацию и ценность,игнорируя различие между социальным/историческим и индивидуальным/вневременным;а поскольку репутации сами по себе формируются и поддерживаются академическимикругами и другими авторитетными институтами, это приводит к жесткому делениюписателей на великих и второстепенных, к изгнанию второстепенных авторов из учебныхпрограмм, к подмене анализа произведений культом авторов. Сама проблемаформированиялитературногоканона,стольактуальнаявпоследнеевремя,рассматривается с точки зрения ценностей и вкуса, тогда как это во многом проблемарепутаций.
Репутации есть не только у писателей, но и у жанров, эпох, литературныхнаправлений. Эти репутации создаются и увядают, расцветают и гибнут, сменяют однадругую. Невнимание к проблеме репутации, говорит автор, приводит к навязываниюобществу единого культурного канона.Споря с этой негласно установившейся точкой зрения, Родден подчеркиваетисторическую природу литературных репутаций: «Писатели и книги зарабатывают итеряют репутации во многом в зависимости от того, как структурируется литературныйдискурс — а это само по себе часть истории литературы.».9 Репутация может сложитьсяпо самым необычным причинам: например, произведение может попасть в антологию илиучебники, потому что оно типично для своей эпохи и является удачным учебнымпримером, а может — потому, что оно нетипично и надо добавить разнообразия, илипросто потому, что оно невелико и подходит по объему.9Там же, с.
6517Родден, как и Беккер, понимает репутацию как процесс. Репутации, говорит автор,напоминают звезды: одни крупнее и ярче других, одни покидают небосклон, другиевосходят. Репутации распространяются во времени и в обществе, и, распространяясь,неизбежно меняются. Социолога литературы, говорит Родден, должен интересовать«культурный аппарат» распространения репутаций. Литературные репутации, какправило, распространяются от узких кругов к широкой публике: критики или ученыеформируют образ писателя, а широкие читательские круги распространяют версию этогообраза.Исследуя литературную репутацию, автор подчеркивает, что репутация — это одна изформ рецепции, но не любая, а структурированная и иерархизированная; некоторые этапырецепции, аудитории, моменты и т.
д. оказывают большее влияние на культуру, чемдругие — они-то и составляют репутацию. Поэтому, продолжает Родден, его интересуетне идеальный читатель, как, например, рецептивных эстетиков, а читатель реальный,подверженный влиянию социальных и исторических условий.
Это так называемыйинституциональный читатель, который существует внутри социальных институтов, отсемьи до университета. Особого внимания заслуживают авторитетные читатели —люди, чье положение в системе институтов позволяет им распространять репутацию,которая с высокой вероятностью будет широко принята другими.Поднимая вопрос литературной репутации вообще и динамики репутации Дж. Оруэллав частности, автор ставит ряд частных вопросов, позволяющих выяснить, как жевыстраивается литературная репутация, выявить «условия формирования репутации»(terms of repute).
Он считает, что такой подход удачнее некоего единого, обобщенногоконцепта, поскольку последний был бы слишком неповоротливым, чтобы описать всеграни и факторы формирования даже одной-единственной литературной репутации.Автор выделяет три типа репутаций: академическую («классик, пригодный кпреподаванию»), интеллектуальную, или авангардную — признание писателя другимиписателями и интеллектуалами, — и популярную, то есть успешные продажи и признаниеширокой публикой.
Таким образом, в его терминологии репутация — это синоним славы,высокой оценки, разделяемой обществом (как мы увидим позже, существуют и иныетрактовки этого понятия).18Помимо традиционных подходов к реконструкции литературных репутаций (таких,как, например, в книге Л. Шварца Creating Faulkner's Reputation: The Politics ofModern Literary Criticism10) возникают и инновационные — например, М. Табоада,М. Э. Гильес и П. Макфетридж в статье Sentiment Classification Techniques forTracking Literary Reputation11 предлагают количественный метод для реконструкциилитературной репутации писателей, основанный на анализе семантики прилагательных иих положения в тексте. Проект этих ученых направлен на то, чтобы сделать возможнымавтоматический анализ репутации по критическим текстам.В России проблема литературной репутации привлекла внимание литературоведовв начале XX века, когда в отечественной науке стали появляться первые изыскания посоциологии литературного творчества, а такие исследователи, как Тынянов, Эйхенбаум иТомашевский, позднее — Лотман, подняли вопросы литературной биографии илитературного быта12, т.
е. культурного и бытового контекста художественноготворчества. В 1928 г. И. Н. Розановым была написана работа «Литературныерепутации»13, в которой он заявил необходимость нового направления в плеяде историкои теоретико-литературных дисциплин — истории и теории литературных репутаций.«Относительность эстетических оценок, непрочность всякого догматизма в этомотношении все более и более проникают во всеобщее сознание. Вместе с тем в настоящиймомент особенное внимание привлекает вопрос о взаимоотношениях писателей ичитателей, проблема критики, как посредницы между ними.
И вот, рядом с историей итеорией художественной литературы, рядом с историей и теорией критики, намечаютсяновые области для изучения: теория и история литературных репутаций. Первая займетсяисследованиемфакторовлитературногоуспеха,вторая —изучениемфактоввисторической последовательности, выяснением их социологических причин.
Возведение10Schwartz, L. Creating Faulkner's Reputation: The Politics of Modern Literary Criticism. — Univ. of TennesseePress, 199011Taboada, M. Gillies, M. McFetridge, P. Sentiment Classification Techniques for Tracking Literary Reputation //LREC Workshop: Towards Computational Models of Literary Analysis, 2006. P. 36—43.12См.: например, Лотман Ю.М. Литературная биография в историко-культурном контексте (Ктипологическому соотношению текста и личности автора) // Лотман Ю.М.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
