Диссертация (1100655), страница 15
Текст из файла (страница 15)
Что же касается другихпереводчиков Диккенса, то их стратегии служат лишь предметом эпизодическихупоминаний (первые журнальные переводы — как синоним «уродующего сокращения»,переводы В. Ранцова — как синоним «серой ремесленности», переводы Е. Ланна иА. Кривцовой — как синоним «мертвящей точности»).Кроме того, перечисленные выше работы концентрируются на проблемах переводакак такового: рассматривая перевод как творческую деятельность, они практически нерассматривают его как средство отражения и формирования сложившегося в культуре«образа» Диккенса. Вопросы перевода как формы рецепции Диккенса затрагиваются вработе И. Катарского «Диккенс в России»119, который, кстати, дает и весьма подробнуюреконструкцию репутации Диккенса, правда, лишь до 1860-х гг.
Однако его книгаохватывает лишь два десятилетия (1840-е —1860-е гг.) и, признавая важную рольперевода в формировании литературной репутации автора, все же не ставит себе задачейглубокое изучение переводческих стратегий, концентрируясь прежде всего на отзывах о119Катарский И.М. Диккенс в России. — М.: 196660Диккенсе в критике и прессе. Ранние переводы Диккенса получают у Катарского краткуюоценочную характеристику «реакционных», «оглупляющих» и «уродующих» оригинал,многочисленные переводы конца XIX века вообще не попадают в область интересовавтора, подробно же освещено лишь переводческое наследие Введенского (хотя и здесьавторпривноситпереводоведениинестольвзглядамнамногоновогоВведенскогоккаксформировавшимсянеряшливого,новсоветскомталантливогопереводчика, который сочиняет «от себя», однако «пером, настроенным под Диккенса»).Следует также упомянуть две диссертационные работы, посвященные рецепцииДиккенса в России посредством перевода: это работа И.
Кондариной «Рецепцияроманистики Ч. Диккенса в 1850—1950 гг.»120 и работа И. Грединой «ВосприятиеДиккенса в России (1860—1880 гг.)121. Однако работа Кондариной сосредоточена впервую очередь на вопросах качества перевода (точного определения которому, впрочем,не дается) и верности его оригиналу и в целом следует «эволюционному» подходусоветского переводоведения, пользуется его терминологией и оценками 122. РаботаИ. Грединой ограничивается вопросами рецепции поздних произведений Диккенса, ивопрос переводческих стратегий в ней играет вспомогательную роль.Между тем именно на примере Диккенса можно удачно проследить историюотражения и формирования литературной репутации автора посредством перевода,проведя сравнительный анализ сменяющих друг друга переводческих стратегий.
Вопервых, потому, что Диккенс в России прошел путь изменения культурного статуса отбеллетриста второго ряда до признанного классика, которым стал уже в конце XIX века, имногочисленные отзывы в критике и прессе позволяют составить достаточно полное120Кондарина И. Рецепция романистики Ч. Диккенса в 1850—1950 гг. — М.: 2004.Гредина И.
Восприятие Диккенса в России (1860—1980 гг.). — Томск: 2000.122По сути, хотя нельзя не признать заслугу И. Кондариной в анализе нового текстового материала, еевыводы полностью повторяют положения советского переводоведения: «Переводы И. И. Введенскогоознаменовали поворот переводческой практики к новому пониманию адекватности в переводе. В.
В.Бутузов, К.Д. Ушинский, М.Д. Никонова, Л.А. Шелгунова, А.А. Архангельская, М.А. Шишмарева и многиедругие профессиональные переводчики, следуя принципам И.И. Введенского, стремились не техническипередать совершенную форму оригинала, а воспроизвести его смысловую и эстетическую ценность.Появление "буквальных" переводов во второй половине XIX века обусловлено, кагк правило, непринципиальной позицией переводчика, а недостаточно свободным владением лексико-стилистическимиресурсами родного языка. «…» Приверженцы литературоведческого подхода к переводу И.А.
Кашкин, Г.Р.Гачечиладзе и др. требовали от переводчика целостного восприятия оригинала и воспроизведения егоэстетической функции. Переводчики школы Е. Ланна подходили к переводу формально и стремились кбуквальному копированию каждого элемента иноязычного произведения». // Кондарина И. Рецепцияроманистики Ч. Диккенса в 1850—1950 гг. — М.: 2004.
С. 171—17312161представление о динамике литературной репутации писателя. Во-вторых, потому чтоДиккенс, начиная с первого появления его произведений в России и вплоть до 50-х гг. XXвека, активно переводился на русский язык; большинство его произведений претерпелонесколько переводов, причем не только хронологически сменяющих друг друга, но ивыполненных одновременно — настолько высока была журнальная и издательскаяконкурентная борьба за шанс первым познакомить читателя с романом или повестьюДиккенса. Такое обилие переводов, выполненных в различные периоды и с различныхпозиций, дает богатый материал для сравнительного анализа переводческих стратегий.Роман Диккенса «Записки Пиквикского клуба» представляет собой особенновыгодный материал для такого анализа, поскольку новые переводы этого произведенияпоявлялись регулярно на протяжении полутора столетий, охватывая весь долгий путьфункционирования романа в русской культуре: от первого появления на русском языке в1838 г.
до публикации в составе собраний сочинений в 1890-е гг. и полемическогоперевода Е. Ланна в 1933 г. Этот путь непосредственно связан с изменением культурногостатуса и литературной репутации Диккенса в России, что позволяет наиболее полновыявить роль перевода как отражения и фактора формирования литературной репутацииименно на материале переводов «Пиквикского клуба».Переводы «Записок Пиквикского клуба», выполненные на протяжении XIX века,будут основным материалом данного исследования. В качестве контекста, позволяющегосудить о литературной репутации Диккенса в России, будут привлекаться критическиеработы, журнальные статьи и заметки, учебные пособия и справочно-энциклопедическиеиздания.Скажем отдельно несколько слов о той методологии, которую мы ставим себезадачей опробовать и развить на материале русских переводов «Пиквика».
В самом общемсмысле она опирается на сравнение различных переводов романа. С одной стороны,сравнительный анализ переводов не является для отечественной науки чем-то новым.Однако обычно такой анализ тяготеет не к сравнению переводов друг с другом с учетомобщелитературного контекста, а к сравнению переводов с оригиналом, затем — друг сдругом по степени «близости» к оригиналу, и в конечном счете возвращается все к тем жевопросам «качества» и «верности» переводов — сводятся ли они к индивидуальномуталанту переводчика, или к правильности выбранного им «художественного метода», не62так важно. Кроме того, для сравнения обычно выбираются один-два наиболее ярких илиизвестных отрывка: это понятно с учетом их особой культурной значимости, но инакладывает известные ограничения.
Мы же предлагаем применить к отечественномуматериалу несколько иную методологию. Во-первых, это текстологический подход —метод комплексного, сквозного, на большом объеме материала, сопоставления перевода соригиналом с целью выявления повторяющихся паттернов, закономерностей вовнутренней логике переводческих решений, — т. е. переводческих стратегий.Во-вторых, это предложенный переводоведами культурологической школы(и также текстологический по сути) контекстуализированный сравнительный метод,т. е.
сравнение переводов с оригиналом и друг с другом с учетом их социокультурногоконтекста. Цель такого сравнения — выявить подвижную связь между переводческимистратегиями и тем состоянием литературной культуры, которое коррелирует с ними повремени. Поскольку эта связь двусторонняя — литературная культура порождаетопределенные стратегии, а затем сама развивается и изменяется под влиянием созданногопереводного текста, — очень важно насколько возможно тщательно восстановить этотизменяющийсякультурныйконтекстпереводаивосприятия(«преломления»,в терминологии А. Лефевра) «Пиквика» по сохранившимся текстовым свидетельствам:критическим отзывам, сведениям о работе издательств и издателей, справочным статьям,учебникам, мемуарам и т.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
