Диссертация (1099167), страница 15
Текст из файла (страница 15)
Корреляционные связи между переменными изучаемой триады оказались различными для исследуемых выборок. Согласно полученным на совокупной выборке данным, уровень креативности отрицательно связан с интолерантностью к неопределенности (ИТН) и положительно связан с толерантностью к неопределенности. Такие результаты консистентны представленным в литературе на других методиках (Корнилова, 2010d), следовательно, можно предположить инвариантность связей толерантности к неопределенности с креативностью, вне зависимости от выбранной методики диагностики вербальной креативности.
Использование эмоциональной информации при создании креативного продукта, оцениваемого другим человеком (в методической процедуре нашего исследования этим другим выступает эксперт), создание направленного на восприятие другим творческого продукта связаны с эмоциональным интеллектом
человека, что манифестируется положительной корреляцией уровня креативности с общим баллом теста на эмоциональный интеллект по MSCIET, показанной только на совокупной выборке. Для выборки творческих профессионалов установлена отрицательная связь показателей креативности по Креативным рассказам со шкалой понимание и анализ эмоций по тесту MSCIET и по Креативным заголовкам – со шкалой сознательного управления. При апробации теста MSCEIT в качестве правильных фигурируют ответы, наиболее часто выбираемые испытуемыми (Сергиенко, Ветрова, 2010). Таким образом, эта методика может интепретироваться как включающая и конпонент знаний о культурных нормах в отношении эмоций (Робертс, и др., 2004). Согласно полученным нами результатам, при выполнении методики, направленной на диагностику креативности, в которой требуется создать оригинальный продукт, люди, ориентирующиеся в этих нормах, не могут отойти от «клише» для описания оригинальных эмоциональных реакций в методике Креативные рассказы и создания смешного заголовка к карикатуре (оба этих показателя оцениваются экспертами в соответствующих методиках).
Показанная в исследовании связь толерантности к неопределенности со шкалой интуитивная способность (ИС) и использование интуиции (ИИ) по Опроснику Эпстайна консистентна описанным в литературе (Корнилова, Корнилов, 2013). На основе метода структурного моделирования было показано, что как доверие интуиции, так и толерантность к неопределенности в виде измеряемых переменных входят в латентную переменную Принятия неопределенности и риска (Корнилова и др., 2010). При этом, в нашем исследовании показана положительная связь шкалы интуитивная способность с интолерантностью к неопределенности и отрицательная связь использования интуиции с межличностной интолерантностью. В литературе при применении аналогичных методик показана отрицательная связь интолерантности к неопределенности со шкалой использования интуиции (Корнилова, Корнилов, 2013). Таким образом, можно предположить, что личностная склонность к стремлению к ясности в «мире идей» сопутствует снижению ценности интуиции,
однако противоположным образом связано с самооценкой своей интуитивной способности человеком.
Полученная связь шкал доверия интуиции со шкалой межличностного эмоционального интеллекта самооценочного опросника предполагает ключевую роль интуиции при работе с эмоциональной информацией о других людях. В ситуации недоопределенности стимулов, связанных с эмоциями, интуиция является тем звеном, которое обеспечивает правильное понимание и управление эмоциями в соответствующих эмоциональному контексту ситуациях. Нами обнаружена отрицательная связь шкалы использование интуиции и внутриличностного интеллекта, что говорит о том, что больше полагаются на свою интуицию те, кто хуже понимают себя.
Согласно полученным нами результатам, толерантность к неопределенности положительно связана со шкалой межличностного эмоционального интеллекта, что для уровня латентных переменных было показано ранее (Корнилова, Новотоцкая-Власова, 2009).
Согласно результатам нашего исследования, межличностная интолерантность выше у тех, кто лучше идентифицирует эмоции и у кого выше понимание и анализ эмоций по тесту MSCEIT. В использованном тесте, направленном на диагностику эмоционального интеллекта, правильные ответы выбираются на основе консенсуса, т.е. при недостатке критериальной валидности предполагается, что такой тест может измерять не столько сами эмоциональные способности, сколько представления человека об эмоциях в их соответствии культурным нормам (см. Робертс, и др., 2004). Таким образом, полученные результаты свидетельствуют в пользу предположения о том, что стремление к ясности в межличностном взаимодействии помогает человеку в социализации эмоций, т.е. в изучении и принятии представлений о содержании эмоций, устоявшихся в обществе.
Сравнение связей переменных группы студентов творческих специализаций и контрольной группы студентов-психологов позволяет делать выводы о различиях в функционировании систем изучаемых переменных. Студенты-
психологи демонстрируют более интегрированные связи между переменными, тогда как у студентов творческих профессий эти связи в меньшей степени представлены.
Состоявшиеся профессионалы творческих специализаций также демонстрируют меньшую интеграцию изучаемых переменных между собой (включая корреляции между шкалами внутри опросников). В отличии от студентов-психологов (а также результатов, полученных на совокупной выборке), профессионалы творческих направлений демонстрируют положительную связь шкал, связанных со стремлением к ясности и избеганием неопределенности, с
«объективными» показателями эмоционального интеллекта, и отрицательную – с результатами самооценочного опросника по шкале внутриличностного эмоционального интеллекта (ВЭИ). Такие результаты позволяют говорить о том, что стремление к ясности у творческих профессионалов реализуется через использование информации об эмоциях, отражающей представления социума.
В первой частной гипотезе нашего исследования предполагалось, что лица творческих профессий (писатели, композиторы и режиссеры) характеризуются специфической связью креативности с такими переменными интеллектуально- личностного потенциала, как эмоциональный интеллект, толерантность- интолерантность к неопределенности и интуитивные способности. Нами были получены данные в пользу специфики связи переменных между собой у представителей разных профессий и таким образом, первая частная гипотеза исследования принимается.
На основе полученных результатов нами принимается первая общая гипотеза, согласно которой представители творческих профессий характеризуются высокими показателями креативности, а также спецификой ее связей с эмоциональным интеллектом и принятием неопределенности.
Установленные различия в выраженности измеренных характеристик у представителей разных творческих профессий на разных этапах профессионального роста, а также специфика связей этих переменных между собой позволяют нам предполагать, что данные группы характеризуются не
только разным развитием соответствующих свойств, но и их разной вовлеченностью в иерархии процессов, структурированных в гипотетических динамических регулятивных системах.
§2.5. Личностные переменные регуляции продуктивного выбора
Представление о единстве функционирования интеллектуально- личностного потенциала человека позволяет интерпретировать связи когнитивных и личностных переменных, продемонстрированных в описанных выше исследованиях не как структурно заданные, а как функциональные. При этом креативность, подразумевающая продуктивную активность личности в снятии неопределенности, может конкретизировать процесс формирования новообразований согласно модели Т.В. Корниловой (Корнилова, 2013) и включает взаимодействие этих компонент. Однако нами предполагаются именно функциональные специфические связи свойств в группах писателей, режиссеров и композиторов. Эту специфику можно выявить по их регулятивной роли, что нами устанавливалось применительно к личностному выбору. На основе полученных результатов нами была поставлена задача установления функциональной роли креативности, эмоционального интеллекта и толерантности к неопределенности как предикторов личностного выбора, для чего нами были изучены субъективные предпочтения альтернатив при выборе в специально разработанных вербальных задачах.
Психологическая регуляция принятия решения с точки зрения деятельностного подхода может пониматься по-разному: 1) как акт формирования окончательной цели действия (Тихомиров, 1976); 2) как внутренняя деятельность выбора (Леонтьев, 2014a; 2014b). Согласно подходу О.К. Тихомирова (Корнилова, Тихомиров, 1990), эта деятельность опосредуется системами разноуровневых процессов. Переменные, входящие в состав интеллектуально-личностного потенциала человека, включаются в множественную детерминацию целевой и смысловой регуляции выборов, опосредствующих становление предпочтения
выбора, а исследовательской задачей становится различение процессов, опосредующих становления предпочтения выбора.
Если в качестве единицы функциональной регуляции выбора рассматриваются ДРС, характеризующиеся изначальной незаданностью переменных и их связей, актуализирующихся в процессе выбора, то целостность интеллектуально-личностного потенциала человека выражается в их множественности, а особенности функционально-уровневой регуляции выбора можно выявить по преимущественно выраженному предиктору (Корнилова, 2013).
При исследовании принятия решений и выборов они могут классифицироваться разными способами: 1) по типу решаемых субъектом задач: например, классическое разделение на открытые и закрытые задачи (problem solving) и выборов (decision making) (Козелецкий, 1979); 2) по опосредствующему психологическому процессу, выступающему ведущим в динамически складывающихся иерархиях процессов интеллектуальной и личностной регуляции (Корнилова, Тихомиров, 1990); 3) по выраженности смысловой регуляции: простые, смысловые и экзистенциальные (Леонтьев, 2014a). Термин принятие решений представлен в рамках экономической науки, однако в отличие от психологических подходов, лицо, принимающее решение (ЛПР), там редуцируется до идеального рационально действующего субъекта. Бессубъектное ЛПР имеется ввиду и в теории игр. Модель ожидаемой полезности представляет нормативы, согласно которым предпочтение альтернативы осуществляется на основе вероятности исхода и его ценности (Шумейкер, 1994).
В когнитивной психологии, в частности в теории А. Тверски и Д. Канемана, названной «проспективной», вводится понятие «веса решения», которое предполагает ориентировку человека не просто на вероятности наступления исходов, но отражает желательность наступления событий и связана с недооценкой или переоценкой разных вероятностей человеком. С использованием материала вербальных задач Канеманом и Тверски было показано субъективное искажение направленности выбора эвристиками как «ловушками ума», а именно
ориентацией на индивидуальный опыт, принципом психологической доступности, контекстом ситуации («фрейминг») и пр., что отражает, роль субъективных репрезентаций по сравнению с объективными данными (Канеман, Тверски, 2003; Канеман, 2013; Корнилова, 2003; Tversky, Kahneman, 1974).
Экологический подход Г. Гигеренцера основан на представлении об экологическом интеллекте, который опосредует ориентировку в естественной для человека среде; здесь формат представления событий выступает важнейшей составляющей психологической регуляции решений. С использованием материала вербальных задач с исходами, сформулированными не в терминах вероятностей, а в формате частот, на разных выборках было показано, что частотный вариант представляет собой более естественную для человека форму представления данных и повышает эффективность решений. Согласно этому автору, формальные правила не могут приравниваться к нормам рациональности, а эвристики должны рассматриваться как более оптимальный способ принятия решений (Gigerenzer, Sturm, 2011; Корнилова, 2003).
В исследованиях личностного потенциала человека обсуждается такой показатель, как «субъективное качество выбора» (в форме его процесса и результата). Он отражает основательность выбора, его эмоциональный знак, самостоятельность и удовлетворенность выбором ("Личностный потенциал…", 2011; Плаус, 1998). Субъектная регуляция выбора предполагается также в психологии риска. Именно действия человека привносят в условия неопределенности фактор риска (Солнцева, Корнилова, 1999), а выбор человека характеризуется не только неопределенностью, связанной с недостатком или противоречивостью информации, неопределенностью вероятности наступления исхода, неопределенностью уверенности в наступлении события и пр., но и эмоционально-мотивационной регуляцией (Корнилова, 2002; 2003; Чумакова,
2013).
Мы разделяем взгляды О.К. Тихомирова, согласно которым предполагается уровневое соподчинение различных процессов в регуляции выбора, а классификация решений может происходить по процессу, находящемуся на
ведущем уровне соответствующих иерархий (Корнилова, и др., 2010). Продуктивность выбора обеспечивается выраженностью новообразований, возникающих в процессе снятия неопределенности, возможного как на полюсе субъекта, так и на полюсе объекта. «Субъектный» вклад в разрешение ситуации неопределенности выборов включает и такой аспект его рассмотрения как проявление эмоционального интеллекта при ориентировке на эмоциональный контекст ситуации.
Многообразные подходы к принятию решений и выбору имеют общим звеном представление о преодолении неопределенности как ключевой характеристике его психологической регуляции, не сводимой к рациональности, понятой как реализация формальных логических операций или нормативных стратегий. В подходе Т.В. Корниловой модель множественной регуляции выбора предполагает, что ДРС, опосредствующие функциональную регуляцию акта выбора, задают не его направленность (это происходит на уровне самосознания личности, отвечающей за свой выбор), а определяют условное местоположение принятого решения в системе координат как точки в трехмерном пространстве, где его психологические характеристики отражают степень включенности интеллектуальных и личностных компонент, а также проявление в новообразованиях приложенных человеком усилий при преодолении неопределенности (Корнилова, 2013). Ведущие процессы в так представленной регуляции выбора могут выступать в качестве эмпирически выявляемых предикторов выбора.
§2.6. Методика вербальных задач как экспериментальная модель выбора
Актуализация процесса выбора в исследовательской ситуации может осуществляться с использованием различных методик: экспериментальных методик, связанных с моделированием профессионально заданных ситуаций (Стернберг, и др., 2002); с использованием подсказок (Краснов, 2014; Лаптева, Валуева, 2011); вербальных задач как позволяющих идентифицировать направленность выбора на сохранение неопределенности или ее снижение, на
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
