26680-1 (760523), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Безусловно, среднему классу небезразлично, кому и во имя чего помогать. И трудно разделить, что здесь от гуманизма, а что - от разумного эгоизма. Причем последний подразумевает не только желание избежать роста экстремизма. Имеются серьезные основания говорить о том, что из государственного социального обеспечения выгоду прежде всего извлекали средние слои: во-первых, благодаря созданию новых рынков с рабочими местами и платежеспособным спросом, во-вторых, в связи с тем, что именно средний класс с его ценностями и образом жизни является одним из главных потребителей предоставляемых государством социальных благ.
Что же касается "культивирования" в российском среднем классе политического консерватизма, то вернее говорить о поощрении его политической индифферентности. В общественном мнении разными способами, прежде всего осознанной дискредитацией ряда институтов демократии (в первую очередь тех, что по своей природе призваны оппонировать исполнительной власти), создано такое представление о политике, что не только активное участие, но даже сам интерес к ней представляется бессмысленным и недостойным занятием.
Это настолько вошло в традицию, что демонстрация своей дистанцированности от политики и презрительное отношение к парламенту считается хорошим тоном. Весьма примечательный пример можно обнаружить в "Новой газете". На протяжении ряда номеров она агитировала своих вполне "среднеклассовых" читателей за кандидатов в депутаты Мосгордумы - сотрудников газеты. Один из них, Е. Бунимович, незадолго до выборов опубликовал статью "Средний класс, который есть, которого нет", где задавался вопросом' о том, почему в отличие от живших несколько столетий назад
"беглых каторжников", сформировавших американское общество среднего класса (версия Е. Бунимовича. - О.А.), современным и высокообразованным россиянам это никак не удается [17]. В этой статье ответа не содержалось, но он легко обнаруживается в другом его материале. Под поразительным (поскольку автор к тому времени уже был избран депутатом) заголовком "Сто дней где-то около власти" содержится ритуальный набор приемов дистанцирования от представительной власти (вплоть до упоминания о ковырянии в носу депутатами Государственной Думы) и обозначен лишь такой способ взаимодействия "представителя граждан" и исполнительной власти, как обращение к ней с просьбами [18].
Понятно, что к цивилизованной модели взаимоотношении среднего класса и власти это не имеет никакого отношения. Напротив, как верно замечает Хатбер, ничто не может быть более фатальным для интересов как среднего класса, так и страны в целом, чем тот тип известного цинизма или утомленной индифферентности, который отказывается заинтересоваться политическим процессом. Если, оправдывая свою отстраненность, постоянно повторять, что политики либо глупы, либо продажны и своекорыстны, то это все меньше становится неверным: чем ниже репутация политики и политиков, тем менее вероятно, что первая привлечет тех рекрутов, в которых она нуждается, и тем более вероятно, что последние будут вести себя плохо. Кроме того, если средний класс не будет информировать своих депутатов через небольшие группы местных граждан о своем мнении, то даже самый сочувствующий член парламента так и не узнает, что некоторые идеи, которые он лично давно исповедует, но считает безнадежным их достижение в современном идейном климате, в реальности имеют за собой организованные группы поддержки [7].
Формат статьи не позволяет подробно проанализировать и другие составляющие современный идейный фон сюжеты. Среди наиболее важных - широко практикуемое использование ссылок на зарубежный опыт. В этом случае необходимый в пропагандистских целях образ возникает с помощью умолчания. Например, даже специалисты (не занимающиеся данными вопросами) оказываются поражены, узнав, что в Польше — этом символе "шоковой терапии" - приватизация наиболее крупных предприятий еще не начиналась, а финансовая стабилизация прошла при единственной за все'время реформ двухмесячной задержке индексации (даже не выплаты!) пенсий и заработной платы. Без полной и достоверной информации общество не имеет возможности сопоставлять действия своих и чужих реформаторов и достигнутые ими результаты. Вследствие этого оно оказывается неспособным и на адекватную оценку собственных перспектив: созданное пропагандой представление о российских реформах как о более медленных, нерешительных, но аналогичных приводит к необоснованным ожиданиям соответствующих экономических успехов.
* * *
Проблемы "идеального" характера имеют особое значение для среднего класса ввиду присущей представителям этого социокультурного слоя специфической потребности в «логической непротиворечивости и внутренней последовательности "картины мира"» [12]. Именно поэтому одна из важнейших причин, по которым в периоды своих кризисов средний класс адекватно и своевременно не воздействует на государство как группа давления, - возникшее у него состояние идеологической неопределенности. В результате изменившихся социально-экономических условий его интересы и ценности сталкиваются в кажущемся неразрешимым противоречии.
Разрешить "идейную дилемму" становится возможным через обращение к фундаментальным интересам среднего класса, "со-определяющим" ход идеальных построений. Такой подход позволяет ему уточнить иерархию своих ценностей и расставить приоритеты адекватно конкретным условиям.
Сложность современной российской ситуации заключается в том, что не имевшее к началу радикальных реформ четкой системы представлений о механизмах реальной
демократии общество (в том числе и потенциальный российский средний класс) своевременно не противостояло (а иногда даже способствовало) процессу монополизации СМИ исполнительной властью непосредственна или через связанные с нею финансовые структуры. В результате потенциальный средний класс оказался погруженным в информационный и идейный контекст, не способствующий выполнению им своей специфической экономической и социально-политической функции.
Альтернатива "значимые ценности — плата за них", в которую усилиями пропаганды загнан не осознающий подмены представитель потенциального среднего класса, оказывает блокирующее воздействие на его участие в политическом процессе. Есть и деморализующий эффект от психологической фрустрации, связанной с тем, что логически долженствующая быть позитивной связь между реализацией ценностей и интересов таковой в реальности не оказывается.
Все- это имеет непосредственное отношение к формированию экономической основы для среднего класса, поскольку там, где психологические факторы служат препятствием рациональному жизненному поведению, развитие экономического рационализма наталкивается на серьезное внутреннее противодействие. Представляется, что именно состояние третьей из необходимых для становления среднего класса .предпосылок и не позволяет массе индивидуумов, обладающих рядом признаков среднего класса, превратиться в то объединяемое понятием "средний класс" целое, что могло бы существенным образом изменить господствующий тип экономического рационализма.
Таким образом, одним из решающих факторов становления российского среднего класса является создание условий для превращения его из дезориентированного и деморализованного объекта манипуляций в действительно самостоятельный субъект политики. Но это требует изменения системы управления СМИ и финансирования избирательных кампаний, в ходе которых неизбежно актуализируются идейные дискуссии.
Существующий порядок финансирования избирательных кампаний делает практически невозможным доступ в информационное пространство кандидатов, не представляющих интересы официальных властей и крупнейших финансовых структур. Хотя механизмы, ограничивающие власть денег, хорошо известны и широко применяются в странах Запада. Что касается СМИ, то принципиальный подход хорошо сформулирован А. Панариным: если СМИ — это власть, значит, к ним приложима вся проблематика, связанная с новоевропейским дискурсом о власти. То есть законодательное регулирование должно отвечать на вопросы: насколько эта власть демократична и соответствует принципу пропорционального (адекватного) представительства; насколько реализуется принцип "сдержек и противовесов"; каковы механизмы защиты от возможных злоупотреблений власти [20]. Наличие либо отсутствие каких-либо реальных усилий в этих двух направлениях со стороны власти, декларирующей заботу о становлении среднего класса, является лакмусовой бумагой на ее искренность и истинные намерения.
СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ
I. Чубайс не читатель, Чубайс - писатель // Коммерсантъ-daily. 1997. 28 октября.
2. Замечен из-за прилавка // Эсперт. 1997. № 23.
3. Надо развести власть с капиталом - считает начинающий вице-премьер // Общая газета. 1997. 11-17 сентября.
4. Яковлев Н.Н. Преступившие грань.. М., 1970.
5. Corey L. The Crisis of the Middle Class. New York, 1935.
6. Рожков К., Смирнов А. Кто, как и почему растрачивает инвестиции? // Инвестиции в России. 1997. № 7-8.
7. Hutber P. Dekline and Fall of Middle Class and How it Can Fight Back. London, 1996.
8. Косова Л.Б. Разочарование в реформах в различных статусных группах // Экономические и социальные перемены: мониторинг общественного мнения. 1995. № 4.
9. Шлезингер AM. Циклы американской истории. М., 1992.
10. Беррэс Р. Документы американской революции. Тверь-М., 1994.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
