28031-1 (750117), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Во-первых, речь идет о возвращении в районы древнего расселения давно вытесненных из них народов (киргизов на Памир и Каратегин в Таджикистане, туркменов на Мангышлак в Казахстане, армян в Нахичевань в Азербайджане и т.п.). Эти районы заселены в основном титульными народами соответствующих государств, и приток сюда большого числа мигрантов из соседних стран вызовет обострение целого комплекса проблем - демографических, территориальных и собственно межэтнических (совместное проживание на одной территории, например, армян и азербайджанцев сегодня мало реально). Во-вторых, речь идет о репатриации на историческую родину народов, депортированных в годы сталинщины - немцев, крымских татар, турок-месхетинцев, корейцев, курдов. Большие группы населения из числа репрессированных в годы Второй мировой войны народов (чеченцы, ингуши, карачаевцы, балкарцы, калмыки) вернулись в районы прежнего проживания в конце 1950-х гг. Однако репатриация породила новые проблемы (между осетинами и вернувшимися ингушами, аварцами и чеченцами-аккинцами в Дагестане и т.п.) - земельный, жилищный вопрос, территориальные споры. Кроме того, репатриация коснулась тогда не всех депортированных народов.
Новая волна и требований репатриации, и самих возвращений пришлась уже на годы перестройки, а с нею пришли и новые конфликты. "Репатриация" российских, казахстанских, кыргызстанских немцев идет в основном в Германию, а не в Поволжье, где до Второй мировой войны существовала советская автономная Республика Немцев. Перспективы воссоздания последней до сих пор не ясны, несмотря на неоднократные заверения российского руководства еще с 1990-1991 гг.
Репатриация крымских татар из Ферганской долины в Крым приобрела большой размах с 1988-1989 гг. и сразу же вызвала противодействие местного славянского населения, увидевшего в переселенцах потенциальных конкурентов в дележе земли и собственности, а в массовом характере их возвращения - реальную перспективу воссоздания на полуострове национальной Крымско-Татарской республики. Татарской национальной идее "восстановления исторической справедливости" славяне противопоставили свою - "учета исторических реалий", и сейчас в Крыму - клубок острейших противоречий между Украиной, Россией, Автономной Республикой и крымско-татарским движением.
Изгнанных из Узбекистана турок-месхетинцев приняла Россия, но они продолжают настаивать на предоставлении им их исконных земель в Месхетии (Грузия). В этом праве им было отказано; с 1991 г. началась их частичная эмиграция в Турцию.
ИСТОРИЧЕСКИЕ КОРНИ, ПРИЧИНЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И ФАКТОРЫ
ОБОСТРЕНИЯ ЭТНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ КОНФЛИКТОВ
Хотя процессы дезинтеграции Советского Союза и сопутствовали разгоранию ЭТК, корни многих из них уходят в историю, а в 1980-90-е гг. они лишь из латентной фазы перешли в активно текущую. Имея же в виду переход в активную фазу, правильнее говорить о факторах не возникновения: а обострения, актуализации ЭТК. Вообще, в генезисе ЭТК представляется целесообразным проследить следующую цепочку: 1) предпосылки, “работающие” на потенциальные этно-территориальные споры, благоприятствующие постановке территориального вопроса “от имени” той или иной этнической группы, - 2) конкретные причины возникновения ЭТК - 3) факторы их обострения, перехода из латентной фазы в открытую.
Предпосылки ЭТК могут привести к их действительному зарождению, но могут, к счастью, остаться и нереализованными. Конкретные же причины возникновения ЭТК всегда связаны с конкретными интересами социальных групп, выступающих инициаторами территориальных притязаний “от имени” соответствующих этносов (либо наций, государств). За этнической оболочкой конфликтов часто скрывается реальная экономическая, политическая, любая иная подоплека - борьба за власть, за ресурсы, за “жизненное пространство”, конкурентность в тех или иных социальных нишах, и др. Наконец, в обострении ЭТК особенно велико значение субъективных моментов, хотя среди его факторов, разумеется, обычно присутствуют и объективные, связанные, например, с резким ухудшением условий и качества жизни для данной этнической общности, ставшей критической социально-экономической, экологической ситуацией и т.п. (это тоже своего рода предпосылки, могущие “питать” ЭТК - круг замыкается).
Факторы, причины ЭТК безусловно необходимо отличать от тех доводов, которые приводят инициаторы постановки территориального вопроса в обоснование своих притязаний. Выше уже отмечалось, что особенно часто обыгрываются тезисы о “несправедливости” существующих границ между государствами (регионами), правах того или иного этноса (не демоса - всего населения региона, а именно конкретного этноса) на территориальную сецессию, национально-государственную суверенизацию или политико-административную автономизацию, интеграцию разделенных государственными границами т.н. “этнических территорий”. При желании, “обосновано” может быть любое из требований такого рода, а для каждого из них найдены соответствующие причины, не позволяющие отказаться от его реализации.
Особенно показательны в этом отношении частые апелляции сторонников ревизии границ к историческому прошлому в попытках доказать “исконную” принадлежность оспариваемой территории своему этносу, этноцентристская трактовка права наций на самоопределение (когда понятие “нация” фактически подменяется понятием “этнос”), а также игнорирование принятого в международной практике принципа преемственности суверенитета. Последний, утверждающий в т.ч. преемственность границ новых суверенных государств их территориальным границам на момент обретения ими независимости, для постсоветского пространства особенно важен. Границы, “доставшиеся в наследство”, какими бы они ни были, - это объективная данность. Попытки их “улучшить”, скорректировать, изменить - дело не только смертельно опасное, но и бессмысленное по сути. Ибо практически никакая граница не будет оптимальной, удовлетворяющей сразу всем критериям - от этнических и историко-культурных до экономико-географических и геополитических.
ГЕНЕЗИС ЭТНО-ТЕРРИТОРИАЛЬНЫХ КОНФЛИКТОВ И ИХ ФАЗЫ (ФОРМЫ ПРОЯВЛЕНИЯ)
При всех индивидуальных особенностях конкретных ЭТК в странах бывшего СССР, их возникновение и развитие подчиняется общей логике, характеризуется во-многом схожими "сценариями". Часто ЭТК начинаются на вполне мирной стадии, развиваясь на первых порах как "конфликты идей". Их характерные черты - выдвижение территориальных притязаний представителями общественности, обсуждение их в средствах массовой информации, обоснование "исторических прав" своего народа на ту или иную территорию в научных трудах, на страницах литературных и исторических журналов. Далеко не всегда такие по сути этно-конфликтные установки имеют общественный резонанс, становятся руководством к действию для политиков, находят понимание и поддержку в массах. Тем не менее они отнюдь не безобидны. Как показывает пример грузино-абхазской войны, "академические" дискуссии могут предшествовать кровавой бойне, стать хоть и не причиной, но во всяком случае удобным поводом для эскалации конфликта.
Во вторую, открытую фазу течения ЭТК вступает тогда, когда происодит его институционализация (к счастью, это случается не всегда). От конфликтов “идей” "институциональные" ЭТК отличаются не только формой проявления, но и своими субъектами. Для выдвижеия территориальных притязаний теперь начинают использоваться политические институты (государственные, партийные и т.п.).
Часто и сравнительно быстро такие конфликты могут перерастать в ЭТК, условно говоря, "массовых действий". Самая распространенная их разновидность проявляется в массовых акциях ненасильственного характера (митинги, манифестации, голодовки, акции "гражданского неповиновения" и т.п.), в ходе которых "активное меньшинство" этнической группы выдвигает территориальные притязания (с лозунгами сепаратистского, автономистского, экспансионистского типа). Другая их разновидность выражается в межнациональных столкновениях - иногда без человеческих жертв, иногда с ними. Но, как правило, вспыхнувшие межнациональные стычки рано или поздно приводят к крови. Первые столкновения в Приднестровье, в Северной Осетии между осетинами и ингушами, на Памиро-Алае между киргизскими и таджикскими скотоводами (из-за дележа пастбищ и источников воды) обходились без гибели людей, но неуступчивость и отказ от поиска компромиссов впоследствии оборачивались трагедиями. Таких ЭТК на территории пост-СССР уже насчитывается около 3-х десятков.
Наконец, особенно опасной и жестокой формой проявления ЭТК (и, видимо, “предельной” фазой его генезиса) являются военные конфликты. Как таковые могут рассматриваться разгоревшиеся в 1990-е гг. и продолжавшиеся по много месяцев этнополитические войны - армяно-азербайджанская, грузино-абхазская, российско-чеченская, а также грузино-осетинский конфликт в 1992 г. Гражданские войны в Таджикистане и (в 1992-93 гг.) в Грузии не могут быть отнесены собственно к межэтническим, но в них, особенно в межтаджикской, также происходила эскалация территориальных требований, специфически проявлялись притязания разных субэтнических, этно-племенных и регионально-клановых группировок.
Следует иметь в виду, что продолжительные межнациональные и межэтнические войны в СНГ представляют собой совершенно особое явление среди конфликтов в постсоветском пространстве. Едва ли они могут интерпретироваться просто как ЭТК (на их “высшей” стадии). Однако именно специфические территориальные проблемы (вопросы национально-государственного статуса территорий) находятся в эпицентре данных конфликтов, в связи с чем их рассмотрение в ряду ЭТК представляется вполне оправданным.
ВЫВОДЫ:
1. ЭТК - споры, ведущиеся “от имени” этносов и этнических групп относительно их прав проживать на той или иной территории, владеть или управлять ею. Возникновение ЭТК - следствие конкретных социальных, экономических, политических, социокультурных процессов. “Этнической” же в них является лишь форма проявления, “оболочка” (а не сущность, не содержание).
2. В генезисе ЭТК следует различать, с одной стороны, вызревание их объективных и субъективных предпосылок, а с другой стороны, роль непосредственного “спускового механизма”, дающего им прямой импульс.
3. Распад СССР явился не причиной большинства ЭТК в постсоветском пространстве, но катализатором их обострения. В латентной форме многие этно-территориальные споры существовали в Советском Союзе и даже еще в царской России.
4. При всех индивидуальных особенностях конкретных ЭТК в странах бывшего СССР, их возникновение и развитие подчиняется общей логике, а также часто характеризуется схожими "сценариями". Формы проявления этно-территориальных споров - "конфликты идей", "институциональные конфликты", "конфликты массовых действий" и "военные конфликты" (межэтнические войны и столкновения) выражают не только степень их остроты, но и фазу конфликтогенеза.
5. Наиболее характерными для постсоветских стран (СНГ и Балтии) типами ЭТК являются конфликты по поводу спорных территорий с требованиями изменения границ; конфликты по поводу оспариваемого административного (национально-государственного) статуса территории; конфликты "выдавливания" иноэтнического населения с территории, на которой оно проживает; "конфликты репатриации", связанные с возвращением на историческую родину вытесненных с нее народов.
6. Национально-территориальный принцип государственного устройства и административного деления СССР оказался одним из самых главных конфликтогенных факторов. Проведение границ между административными единицами по этническому признаку и придание некоторым из них особого автономного статуса, а также частые и произвольные изменения этих границ за советский период способствовали эскалации территориальных требований и разгоранию межэтнических конфликтов, особенно после распада СССР.
7. Возможности разрешения ЭТК и преодоления их последствий в государствах-преемниках СССР напрямую связаны с перспективами становления в них гражданского общества, демократических институтов и проведения толерантной и открытой национальной политики, особенно по отношению к этничеким меньшинствам.
Cписок литературы:
1. Алаев Э.Б. Региональные этнические конфликты //”Федерализм”, 1996, N1, с. 103-118.
2. Банк данных по этно-территориальным конфликтам в бывшем СССР (сост. Глезер О.Б., Петров Н.В., Стрелецкий В.Н.) //М.: Центр политико-географических исследований. 1991-1996 (рукопись).
3. Бордюгов Г.А. Этнические конфликты. Опыт создания базы данных //Межнациональные отношения в России и СНГ. Вып.1. М.: Московский Центр Карнеги - АИРО-ХХ, 1994, с.21-26.
4. Глезер О.Б., Колосов В.А., Петров Н.В., Стрелецкий В.Н., Трейвиш А.И. Самая политическая карта СССР //"Московские Новости", 1991, N 11, с.8-9.
5. Глезер О.Б., Петров Н.В., Стрелецкий В.Н. Самая политическая карта бывшего СССР // "Московские Новости", 1992, N 13, с.9.
6. Мукомель В.И., Паин Э.А., Попов А.А. Союз распался - межнациональные проблемы остались//"Независимая газета", 10.01.1992.
7. Паин Э.А. Типология этнополитических конфликтов в пост-СССР как введение в изучение их природы. Тезисы доклада в Московском Центре Карнеги. Март 1996 г. 4 с.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
