Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Творчески используя выразительные средства библейских изречений, Ленин наполняет их новым содержанием, иногда изменяя их лексический состав, морфологическую и синтаксическую структуру. Обновление структуры происходит за счет распространения второстепенными членами. Например, фразеологизм «фиговый листок», то есть то, что служит прикрытием чего-либо заведомо бесстыдного, нечистого, у Ленина приобретает такую форму: «Фиговые листочки гнилого бюрократизма». Распространение фразеологизма приводит к появлению дополнительного оттенка значения у фразеологической единицы, к созданию яркого образа с оттенком иронии, сарказма.

У Ленина фразеологизмы являются не только выразительным, но и изобразительным средством. Разоблачая психологию приспособленчества, Ленин использует в видоизмененной форме изречение: «Благодарим тебя, Господи, что мы не похожи на этих мытарей». У Ленина выражение приобрело следующую форму: «И он гордо поднимает очи к небу: «Благодарю тебя, Господи, что я не похож на одного из этих «крайних»»! Я – не революционер, я сумею приспособиться…к любым мероприятиям». Ленин переосмысливает библейские изречения, сообщая им ироническое звучание.

Как видим, к Библии обращались выдающиеся люди и в начале девятнадцатого века, и в начале двадцатого. Не обошел своим вниманием Библию и Александр Блок.

1. Место библеизмов в лирике А.Блока.

На протяжении жизни у Блока было сложное отношение к религии. В начале творческого пути на поэта имело большое влияние так называемое «неохристианское», «апокалиптическое» движение. «Люди религиозного сознания» (как они сами себя называли) утверждали, что только в Боге спасение человечества – иначе его ждет неминуемая гибель. Литераторы, проповедавшие «евангелие от декаданса», пытались найти защиту от надвигающейся революции «в тени алтарей», - но алтарей не старых, уже явно разваливающихся, а каких-то новых или имеющих видимость новых.

«Неохристиане» считали, что официальная православная церковь оказенилась, пребывает в состоянии паралича, она растеряла все свои идеи, перестала играть важную роль в жизни общества.

Литераторы утверждали, что необходимо обновление религиозного сознания. В «неохристианском» журнале «Новый путь» был впервые опубликован обширный цикл стихов Блока, вошедший впоследствии в первую книгу поэта.

Идеи Соловьева В., Мережковского Д. сильно влияли на молодого поэта. В раннем творчестве А.Блока все больше появляется стихов, пронизанных духом апокалипсиса, картин «конца мира». В письме к одному из своих друзей поэт делится мечтами о «белом боге»: «Изредка открываю древние и современные Апокалипсисы, считываю давно ожидаемые и знакомые откровения, дроблю и опять чеканю в горнилах и логики, и мистики».(1902).

Ожидание приближающейся катастрофы, от которой нигде не найти спасения, становится все более углубляющимся пафосом лирики Блока, ставшей летописью повседневных трагедий, отзвуком городской хроники, подчас пошлой, жалкой, а вместе с тем необычайно важной, перекликающейся в ушах поэта с древними пророчествами Библии.

Ощущение катастрофичности крайне усилило религиозно-мистическую настроенность поэта и заставляло Блока внимательно вслушиваться в проповедь «неохристиан», жадно вглядываться в грандиозные и фантастические образы апокалипсиса, словно бы всплывшие со дна его души. На какое-то время его охватили апокалиптические чаяния и настроения, отвечавшие проповеди Владимира Соловьева и Дмитрия Мережковского, чью «теорию» исторического процесса и «конца мировой истории» поэт еще почитал «в основном безукоризненной».

В 1903 году Блок утверждал в одном из писем к Андрею Белому, что величайшим понятием, которое мы можем вместить, является «Конец Мира» - и мотив «конца мира» начинает звучать в стихотворениях Блока все более настойчиво и неотвязно.

В сборнике «Земля в снегу» стихотворением «Последний день» (1904) открывается цикл «Мещанское житье». В стихотворении поэт в апокалиптическом духе изображает жизнь современного города, о стены которого разбились его блаженные видения и детские сны, вместо них перед поэтом возникли страшные в своей пошлости и трагичности образы домов, ставших вертепами. Все летит куда-то в бездну, объятое тоской, безумием, жаждой уничтожения – и самоуничтожения; поэту казалось – вот и наступили времена, предреченные в апокалипсисе и знаменующие конец мира. Город как символ конца мира можно найти и в других стихотворениях, например, «Повесть», «Из газет», «Невидимка» и других.

С началом революционного движения 1905 года мировоззрение Блока начинает меняться. В дни революции поэт понял, что пробудившийся и ломающий оковы народ – это огромная сила; революция явилась для него тем откровением, которое он искал в библейских преданиях и мифах, в сочинениях отечественных и зарубежных мистиков. У поэта появился новый источник вдохновения, который придал совершенно новый характер его творчеству; оно – хотя и не сразу – перестало быть криком ужаса, отчаяния, боли, вещанием «конца мира». Революция вывела поэта из тупика, в котором он оказался. Появились новые стимулы внутреннего развития Блока, а стало быть, и новый этап в его творчестве. Открытие нового мира – мира дел, людей, подлинной, а не выдуманной жизни – явилось великим в глазах поэта, жившего до этого своими фантазиями и иллюзиями. На смену вере во всеобщую гибель пришла совершенно иная вера – вера в жизнь, вера в человека, самого простого и обыкновенного, а вместе с тем великого и прекрасного, и этой вере, придавшей новый смысл и новую направленность лирике Блока, поэт не изменял до конца своих дней.

Итак, в жизни и творчестве А.Блока условно можно выделить два этапа:

1) «неохристианский» или «мистико-религиозный»;

2) реалистический.

Несмотря на то что после революции Блок отошел от «неохристианской» философии, он все-таки, как и многие русские интеллигенты того времени, не был безбожником, но отделял Христа от церкви как государственного института самодержавия. Канонический образ Христа отвергался Блоком вместе с казенным, государственным православием и церковностью. Ненависть к церковникам, опошлившим учение Иисуса, ненависть к официальному православию, непринятие многих догматов христианской философии - все это не исключало для Блока преклонение перед личностью Христа. Чистота религиозного самосознания как верность подвигу в определенном смысле – завету противопоставляется внешней обрядности, догматам церковников.

Интересно соотношение понятий «учение Христа» и «христианское учение» в мировоззрении Блока. В статье «Искусство и революция» (по поводу творчества Рихарда Вагнера) поэт устанавливает связь между «учением Христа» и «христианским учением», утверждая их противопоставленность: «Учение Христа, установившего равенство людей, выродилось в христианском учении, которое потушило религиозный огонь и вошло в соглашение с лицемерной цивилизацией».

На протяжении жизни Блок часто обращался к текстам Библии и другой церковной литературе. Начиная работать над поэмой «Двенадцать», поэт перечитывал «Евангелие» и «Жизнь Иисуса» Э. Ренана.

Проблема библеизмов в творчестве А.Блока в основном изучается с литературоведческой точки зрения. В работах исследователей: В.Н.Орлова, Д.Максимова, Б.Соловьева, Л.К.Долгополова – можно найти материал о роли Библии в жизни и творчестве поэта, о влиянии библейских текстов на поэтику Александра Блока. На языковом уровне, то есть как лексические и фразеологические средства, библеизмы в лирике Блока изучены слабо, поэтому представляют большой интерес для исследовательской работы.

Цель дипломной работы: определить роль библеизмов в лирике А.Блока. Для достижения цели необходимо решить следующие задачи:

1) выявить состав библеизмов фразеологического типа. Описать их компонентный состав, экспрессивно-стилистические свойства;

2) рассмотреть фразеологические единицы с точки зрения их соотнесенности с текстом Библии;

3) проанализировать приемы включения библейских фразеологизмов в тексты стихотворений и поэм Александра Блока;

4) изучить экспрессивно-стилистические функции фразеологических библеизмов;

5) проанализировать пласт библейской лексики по нескольким группам: церковные праздники, библейские имена, предметы культа и обряды, ангелы, отвлеченная библейская лексика – с точки зрения приемов включения в стихотворный текст и с точки зрения семантической значимости.

Задача дипломной работы заключается еще и в том, чтобы определить место библеизмов в поэзии Александра Блока.

Исследование будет проводиться на основе трех поэм А.Блока: «Двенадцать», «Скифы», «Возмездие» и стихотворений, вошедших в книгу: А.Блок. Лирика. (Всемирная библиотека поэзии. – Ростов-на-Дону, изд., «Феникс», 1996.).

ГЛАВА 2. Особенности употребления фразеологических средств для

выражения религиозно – философских воззрений А.Блока.

Цель дипломной работы – определить роль библеизмов в поэзии А.Блока. Для достижения цели предстоит рассмотреть своеобразие трансформации фразеологических единиц в произведениях поэта.

Опираясь на классификацию В.Г.Гака и М.А.Бакиной, мы будем рассматривать библейские выражения в таких аспектах:

1. с точки зрения соотнесенности библейского выражения с текстом Библии (цитатные выражения или ситуативные фразеологические единицы):

а) фразеологические цитаты,

б) нефразеологические цитаты из Библии;

2) с точки зрения функционирования библейских фразеологизмов в произведениях А.Блока:

а) фразеологизмы библейского происхождения, включенные в поэтический текст в исходном виде;

б) фразеологизмы библейского происхождения, подвергшиеся количественному и структурно-грамматическому изменению;

в) фразеологические реминисценции и аллюзии;

г) нефразеологические ситуативные выражения.

1. Цитатные библейские выражения в лирике А.Блока.

Библеизмы, встречающиеся в лирике Блока, условно можно разделить на две группы: цитатные библеизмы и ситуативные.

Первую группу составляют единицы, в которых текст Библии представлен дословно. Цитаты делятся на фразеологизмы цитатного происхождения и нефразеологические цитаты, то есть цитаты, не зафиксированные словарями.

Сначала рассмотрим нефразеологические цитаты, таких выражений в лирике А.Блока немного.

Стихотворение «Я, отрок, зажигаю свечи» начинается с эпиграфа, в качестве которого взят отрывок из святого благовествования от Иоанна

Имеющий невесту есть жених;

а друг жениха, стоящий и внимающий ему,

радостью радуется, слыша голос жениха;

сия-то радость моя исполнилась.

(От Иоанна, 3:29)

Поэт точно цитирует Иоанна, оставляя за пределами своего внимания лишь несколько последних слов из 29 стиха: «cия-то радость моя исполнилась».

Строки из Священного писания взяты эпиграфом к стихотворению и точно передают идею самого произведения, так как в стихотворении речь идет о неком друге, который со стороны наблюдает за свадьбой друга и радуется его счастью.

Приведенная выше цитата единственная, в которой очень точно указывается источник цитирования. В эпиграфе к стихотворению «Верю в Солнце Завета» Блок не указывает точного места, откуда взята цитата, поэт только называет источник – Апокалипсис. Слова эпиграфа звучат так: «И Дух и Невеста говорят: прииди». Эти строки из последней части Откровения Иоанна Богослова (Откр.; 22:17).

И Дух и невеста говорят: прииди!

Цитируя библейский текст, поэт использует прописную букву в слове «Невеста», мы сталкиваемся с орфографическим вариантом цитаты.

Приведенные выше цитаты единственные, в которых сам поэт указывает источником Библию. Остальные цитаты вычленяются из текстов А.Блока на основе знания текстов Библии и на основе лексикографической фиксации выражений.

Следующую цитату удалось обнаружить в стихотворении «Вступление», звучит она так: «Да святится Имя Твое». Эти слова взяты из Нагорной проповеди Иисуса Христа: «Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах! да святится имя Твое».

(Матф.; 6:9)

Различие между текстом Библии и текстом поэта состоит в написании слова «имя». У Блока оно начинается с прописной буквы, а в библейском тексте написано со строчной буквы, то есть, беря цитату, поэт вносит в нее свои коррективы и акцентирует внимание читателя на слове «имя».

Следующее выражение, которое можно отнести к библейским цитатам нефразеологического характера, – «Господне лето благоприятно». Она употреблена в стихотворении «В голодной и больной неволе»

Не миновать господня лета

Благоприятного - и нам.

В Евангелии от Луки (4: 19) читаем следующее: «Проповедовать лето Господне благоприятное». В данном случае Блок изменил порядок слов «лето Господне», морфологическую форму компонентов, а также изменено написание слова «господне», у поэта оно написано со строчной буквы. В данном случае грамматические изменения носят узуальный характер и связаны с условиями внутритекстовой сочетаемости компонентов. Грамматические изменения не влияют на смысл выражения. Оборот остается легкоузнаваемым, а так как четко прослеживается связь с библейским текстом, и в Библии мы можем найти почти идентичное выражение, то слова «Не миновать господня лета благоприятного – и нам», можно считать цитатой.

Интерес представляет одно из названий стихотворений «Неведомому богу» (1899).В книге Деяний святых апостолов (17: 22 – 28) читаем: «И, став среди ареопага, Павел сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, приходя и осматривая ваши святыни, я нашел и жертвенник, на котором написано: «Неведомому богу». Сего-то, которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам». Название стихотворения является цитатой библейского текста. Так как в начале своего творческого пути Блок был тесно связан с символистами и «неохристианством», то название стихотворения приобретает символический смысл. В стихотворении речь идет о том, что поэт надеется на нового, неведомого Бога:

О, верь! Я жизнь тебе отдам,

Когда бессчастному поэту

Откроешь двери в новый храм,

Укажешь путь от мрака к свету!..

Цикл стихотворений, под общим названием «Родина», открывается стихотворением «Ты отошла, и я в пустыне». В этом стихотворении есть слова, которые можно отнести к библейским цитатам.

О том, что было, не жалея,

Характеристики

Список файлов реферата