quest&answ (735413), страница 36

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 36)

В новых условиях частная собственность оказывается не менее священной, чем общественная; заклейменная преступной спекуляция часто оборачивается честным бизнесом, а "родной" коллектив броса­ет человека на произвол судьбы, советуя опираться на собственные силы и не заниматься иждивенчеством.

Столь "крутая" смена ценностных установок и ориентиров не может пройти для морали безболезненно. Это напоминает хирургиче­скую операцию без анестезии: больно, конечно, но потерпите, воз­можно состояние улучшится.

Пока же кризис морали продолжает углубляться. Надежду на его преодоление можно видеть, по крайней мере, в следующем:

во-первых, в простых общечеловеческих нормах нравственности (типа "не убий", "не укради", "чти отца своего" и пр.), которых все-таки большинство нормальных людей придерживается несмотря ни на что;

во-вторых, в механизме САМОРЕГУЛЯЦИИ морали, которая по са­мой сути своей предназначена для соблюдения общего, родового ин­тереса в хаосе индивидуальных страстей и пороков. Реальная угро­за этому общему интересу может стабилизовать нравы, остановить их деградацию. Моральный инстинкт редко подводит человечество.

Напомним еще раз, что никакая мораль по самой природе это­го общественного феномена не может быть внедрена, навязана "свер­ху", с высоты теоретического уровня (как это возможно, например, в науке). Она должна вырасти "снизу", сложиться и оформиться на эмпирическом уровне, который теоретическая мораль может лишь корректировать, служить ему образцом, идеалом.

Реальной же основой улучшения нравов, т.е. практически скла­дывающихся нравственных отношений и эмпирического морального со­знания, может быть только наведение ПОРЯДКА в материальной и дру­гих сферах жизни нашего общества.

Проблемы духовности личности

Под ДУХОВНОЙ ЖИЗНЬЮ ОБЩЕСТВА обычно понимают ту область бытия, в которой объективная, надындивидуальная реальность дана не в форме проти­востоящей нам предметной деятельности, а в форме неотъемлемой части внутренней сущности самого человека. Как видим, уже в по­пытке определения духовной жизни сразу появляется противоречие: вроде бы дух, идеальное начало не существуют сами по себе, вне человека, но в то же время они - надындивидуальны, всеобщи, объ­ективны, т.е. от человека вроде бы и независимы. Этот непонятный статус таких идеальных начал, как Истина, Добро, Красота и др., и составляет суть "проблемы духа", всегда находившейся под при­стальным вниманием философов.

Традиция философского анализа духовной жизни уходит в глу­бокую древность. Одну из самых фундаментальных попыток отчетливо поставить и разрешить проблему духа предпринял, как вам известно, древнегреческий философ ПЛАТОН. В его философии бесплотное неоп­ределенное идеальное начало превратилось в достаточно четко сис­тематизированную и иерархизированную структуру, которая букваль­но "держит" мир, составляет его основу. Именно идеальное начало оказывается первосущим, а материальный мир - лишь его несовершен­ным подобием. Так мир идей у древнегреческого мыслителя приобрел самостоятельное существование.

В средневековье "линия Платона" получила неожиданное продол­жение и своеобразное развитие в христианстве. Христианская рели­гия весьма существенно изменила шкалу основных жизненных ценнос­тей. Легкое пренебрежение Платона материальной стороной жизни сменилось ее однозначным принижением и соответственно возвеличива­нием духа, ибо сам Бог объявлялся в конечном счете духовным на­чалом. Средневековые философы (апологеты и схоласты), немало по­трудившись над логической стороной духа, проблему идеального так и не решили: им с самого начала было ясно, что божественную суть духа надо принимать как данность, а не докапываться до причин ее проявления.

Конец средневековья и начало новой исторической эпохи, есте­ственно, ознаменовались и сменой философских предпочтений. Место безусловного авторитета божественного разума занял не менее категоричный авторитет разума человеческого. "Разум правит миром", - провозгласили революционеры духа XVIII в., имея ввиду возможность разумного устройства прежде всего общественных порядков. Реаль­ные успехи человеческого разума оказались настолько велики и очевидны (промышленность, наука, политика, право), что каких-ли­бо преград на его пути просто не замечали. А уж вопрос о том, каким образом человеческий разум вдруг стал таким "всесильным", даже и не возникал.

Это произошло позднее, после того, как немецкая классичес­кая философия педантично проанализировала реальные возможности человеческого разума (Кант), показала его диалектическую проти­воречивость, попыталась выстроить историю эволюции духа (Гегель) и, наконец, в лице Маркса четко поставила и решила основные воп­росы интересующей нас проблемы.

Марксистская концепция материалистического понимания исто­рии, смысловым стержнем которой была идея зависимости обществен­ного сознания от общественного бытия, просто и логично объясняла как само появление человеческого разума, так и многие его после­дующие приключения. И как бы ни оценивалась ныне марксистская до­ктрина в целом с ее явно неудачными историческими прогнозами, более ясного рационалистического решения проблемы происхождения и развития человеческого разума пока еще никто не предложил.

Однако свет разума, так победоносно воссиявший для филосо­фов XVIII в., в последующих двух столетиях не смог уберечь челове­чество от массы неудачных социальных экспериментов, колоссально­го количества малопонятных жертв и страданий, практически неуп­равляемого развития истории. Неудивительно поэтому, что рациона­листическая философия, в т.ч. марксистская, сдала господствующие позиции.

В конце XIX в. возникла новая линия философствования - НЕК­ЛАССИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ. Она насмехалась над наивной верой челове­чества в рациональное устройство мира и возможность его адекват­ного познания, сознательно культивировала иррационализм. На этом пути было открыто немало любопытных истин, но интересующая нас проблема и в данном случае нетривиальных решений не нашла.

Истоки проблемы ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ ОБЩЕСТВА коренятся в ДВОЙСТ­ВЕННОСТИ материально-духовной природы самого человека.

Духовная сторона бытия человека возникает на основе его пра­ктической деятельности как особая форма отражения объективного мира, как дополнительное средство ориентации в этом мире, а так­же взаимодействия с ним. Генетическая (по происхождению) связь духа с практической деятельностью человека никогда не прерывает­ся: так было во времена становления человечества, так происходит и сейчас, в период формирования (социализации) каждого отдельно­го человека. Ведь абстрактное мышление не является нашей природ­ной способностью. Оно не наследуется биологически, а формируется в процессе приобщения индивида к специфически социальному образу жизни и деятельности.

Человеческое мышление по сути своей есть та же самая пред­метная деятельность, только связана она не с реально осязаемыми предметами, а с их идеальными заменителями - знаками, символами, образами и т.д. Иначе говоря, все мыслительные операции формиру­ются в результате своеобразного переноса внешнепредметных дейст­вий во внутренний идеальный план. Именно это обстоятельство и создает объективную основу вроде бы чисто субъективной человече­ской духовности.

Коль скоро практическая деятельность человека строится по законам объективного мира, то и наша духовная жизнь должна сле­довать этим законам. Речь не идет о полном тождестве материально­го и идеального. Суть заключается в их принципиальном единстве, совпадении основных, "узловых" моментов. При этом создаваемый че­ловеком идеальный мир понятий, образов и доги обладает существен­ной самостоятельностью, автономностью. Он может очень далеко от­рываться от материальной действительности, может даже возомнить себя абсолютно самостоятельным, самосущим. Однако окончательно избавиться от своей материальной основы дух не может. Мешают по меньшей мере два обстоятельства: его "материальное" происхожде­ние и его предназначение - ориентация человека в мире. Потеря такой ориентации означает гибель самого духа.

Кроме того, у духа есть еще одно основание объективности. Различные продукты духовной деятельности - идеи, нормы, идеалы и др., - раз возникнув и доказав свою практическую значимость, не­ограниченно долго сохраняются в социальной памяти человечества в форме знаков, символов, звуков, изображений и т.д. Это "опредмечивание" идеального одновременно выступает и как его объекти­вация. Приобщение к этой новой "сверхприродной" реальности и со­ставляет суть процесса социализации человека, т.е. усвоение им основных норм культуры.

Поскольку духовная жизнь человечества происходит и отталки­вается все-таки от сферы материальной, постольку и структура ее во многом аналогична: духовная потребность, духовный интерес, ду­ховная деятельность, созданные ею духовные блага (ценности) и т.д. кроме того, наличие духовной деятельности и ее продуктов необходимо порождает особый род общественных отношений (эстетических, религиозных, нравственных и т.д.).

Однако внешняя похожесть организации материальной и духов­ной сторон жизни человека не должна затемнять существующих между ними принципиальных различий. К примеру, наши духовные потребно­сти, в отличие от материальных, не заданы биологически, не даны (хотя бы в основе своей) человеку от рождения. Это вовсе не ли­шает их объективности, только данная объективность другого рода - чисто социальная. Потребность индивида в освоении знаково-сим­волического мира культуры носит для него характер ОБЪЕКТИВНОЙ необходимости - иначе человеком-то не станешь. Только вот "сама собой", естественным образом эта потребность не возникает. Она должна быть сформирована и развита социальным окружением индиви­да в длительном процессе его воспитания и образования.

Стоит заметить при этом, что вначале общество прямо форми­рует у человека лишь самые элементарные духовные потребности, обеспечивающие его социализацию. Духовные же потребности более высокого порядка, связанные с освоением как можно большей части богатств мировой культуры и особенно с участием в их приумноже­нии, общество может формировать лишь косвенно, через систему ду­ховных ценностей, на которые индивид ориентируется в своем ду­ховном саморазвитии.

Еще одна любопытная особенность духовных потребностей - их принципиально НЕОГРАНИЧЕННЫЙ характер. "Пределов роста" потреб­ностей духа просто нет. Естественными же ограничителями такого роста выступают лишь объемы уже накопленных человечеством духов­ных ценностей да сила желания каждого человека участвовать в со­здании этих ценностей.

Что же касается самих духовных ценностей, вокруг которых складываются отношения людей в духовной сфере, то этим термином обычно обозначают социально-культурное значение различных духов­ных образований (идей, норм, образов, догм и т.д.). Причем, в ценностных представлениях людей непременно присутствует некий предписательно-оценочный элемент.

В духовных ценностях (научных, эстетических, религиозных) выражаются общественная природа самого человека, а также усло­вия его бытия. Это своеобразная форма отражения общественным со­знанием объективных тенденций развития общества. В понятиях пре­красного и безобразного, добра и зла, справедливости, истины и пр. человечество выражает свое отношение к наличной реальности и противопоставляет ей некое идеальное состояние общества, кото­рое должно быть установлено. Любой идеал всегда как бы "припод­нят" над действительностью, содержит в себе цель, желание, наде­жду, в общем нечто должное, а не сущее.

Это-то и придает должному вид идеальной сущности, вроде бы совершенно ни от чего независимой. На поверхности лишь его оце­нивающий и предписывающий характер. Земные же истоки, корни этих идеализаций, как правило, скрыты, потеряны, искажены. В том бы не было большой беды, если бы естественно-исторический про­цесс развития общества и его идеальное отражение совпадали. Но так бывает далеко не всегда. Нередко идеальные нормы, рожденные одной исторической эпохой, противостоят действительности другой эпохи, в которой их смысл безвозвратно утрачен. Это указывает на наступление состояния острого духовного противоборства, иде­ологических битв и душевных потрясений.

Человечество давно уяснило, что в любых сражениях самая на­дежная армия - ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ. В битвах идейных - ситуация та же. Основные формы существования духа (идеи, теории, образы, но­рмы и т.д.) со времен возникновения первых классовых обществ вы­рабатываются профессионалами. Термин "духовное производство" - не метафора, а вполне реальное явление.

Под ДУХОВНЫМ ПРОИЗВОДСТВОМ обычно понимают выработку созна­ния в особой общественной форме, осуществляемую профессионалами умственного труда. Результатом этого производства являются по меньшей мере три "продукта":

• идеи, теории, образы, духовные ценности;

• духовные общественные связи индивидов;

• сам человек, поскольку он, кроме прочего, является суще­ством духовным.

Структурно духовное производство распадается на три основ­ных вида освоения действительности: НАУЧНОЕ, ЭСТЕТИЧЕСКОЕ, РЕ­ЛИГИОЗНОЕ. Такая классификация его видов не совпадает с принятой в нашей Философской традиции схемой из шести форм общественного сознания (политика, право, мораль, искусство, наука, религия).

Политика, право и мораль не являются "отраслями" духовного производства. Мораль потому, что ее не создают специалисты, иде­ологи. Мы не найдем в истории ни одной моральной нормы, изобре­тенной и внедренной в жизнь профессионалом. Даже заповеди Хрис­та "не убий", "не укради" - это фиксация принципов, стихийно вы­работанных моральной практикой человечества, а не какого-то спе­циалиста.

Политика и право не вписываются в духовное производство по­тому, что создаваемые в результате политической и правовой дея­тельности общественные связи индивидов не являются по преимуще­ству духовными. Они складываются в первую очередь по поводу ре­альной государственной власти, а не понятий о ней. Государство же с его аппаратом, чиновниками, армиями, судами и тюрьмами -явление самое что ни на есть материальное. Поэтому политические, равно как и правовые отношения, в основе своей материальны, а не духовны.

В чем заключается СПЕЦИФИКА ДУХОВНОГО ПРОИЗВОДСТВА? 1. Прежде всего в том, что его конечным продуктом являются идеальные образования, обладающие целым рядом замечательных свойств. И, пожалуй, главное из них - ВСЕОБЩИЙ ХАРАКТЕР ИХ ПОТ­РЕБЛЕНИЯ. Нет такой духовной ценности, которая не была бы в иде­але достоянием всех! Шестью хлебами, о которых говорится в Еван­гелии, все-таки нельзя накормить тысячу человек, а шестью идеями или шедеврами искусства - можно!

Материальные блага ограничены. Чем больше людей на них пре­тендует, тем меньше приходится на долю каждого. С духовными бла­гами все обстоит иначе: от потребления они не убывают и даже, наоборот, чем больше людей овладевают духовными ценностями, тем больше вероятность их приращения.

2. Знаменитая фраза "Труд есть источник всякого богатства" верна и по отношению к духовному труду, главной особенностью ко­торого является ВСЕОБЩИЙ ХАРАКТЕР, что означает:

• данный труд осуществляется "в кооперации" не только с сов­ременниками, но и со всеми предшественниками, когда-либо обращав­шимися к той или иной проблеме;

• усилия отдельного работника умственного труда в предельном случае способны обогатить, "облагодетельствовать" разом все чело­вечество, т.е. эффективность его не идет ни в какое сравнение с эффективностью (по крайней мере прошлой и нынешней) труда мате­риального.

Думается, что именно всеобщим характером духовного труда объясняется то, что его работники в общей массе участников обще­ственного производства всегда составляли меньшинство. С одной сто­роны, общество не может себе позволить содержать слишком много лиц, не производящих материальные блага, а с другой - у общества просто нет потребности в многочисленной армии таких людей: один Эйнштейн может на много лет "озадачить" все университеты, а один Шекспир - обеспечить репертуар всех театров мира. Ведь продукты духовного труда изначально общественны, по природе своей не пред­назначены преимущественно для индивидуального потребления.

Характеристики

Список файлов реферата