11374-1 (734888), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Данное понятие - ключевое в онтологическом видении мира с позиции интуитивизма. Принадлежа по своей сущности к сфере идеального бытия, субстанциальные деятели выступают носителями отвлеченных идей. Но надлежит определить, каким образом вневременные идеи могут быть совмещены с активностью монадических субстанций.
На помощь приходит аналогия проявлений субстанциальных деятелей с творчеством музыканта. Последний создает органическое целое из множества разных звуков, не сливаясь с пространственно-временным разнообразием звуковой палитры. Субстанциальный деятель является посредником между областью отвлеченно-идеального бытия и единичным, поскольку его проявления образуют пространственно-временную реальность, подчиненную общим идеям. Следует предостеречь от понимания субстанциального деятеля как субъекта познания; будучи онтологической структурой, он не обязательно продуцирует знание. Однако всюду, где происходит созидание нового, обнаруживается присутствие субстанциального деятеля, активного начала мироздания. Получается, что любое пространственно-временное бытие, в том числе каплю дождя, высокую гору, клетку организма и т. п., можно рассматривать как реализацию подобных субстанциальных начал. Иными словами, вся природа живет. "Так как это творчество, - замечает Н.О.Лосский, - аналогично жизни духа, то поэтому-то человеку и становится жутко, но вместе с тем и радостно, когда он приходит к убеждению в транссубъективности бытия отношений; вместе с этим допущением необходимо признать, что весь мир, даже материальный, есть творение духа или существ, подобных духу (конкретно-идеальных)".
Идеал-реализм, как иначе называет свое учение Н.О.Лосский, понимая под этим термином концепцию о том, что реальное пространственно-временное бытие необходимо существует на базе идеального, ставит перед его создателем по крайней мере два вопроса. Во-первых, обладает ли бытие субстанциальным единством или субстанции многочисленны? Во-вторых, возникает проблема отношения субстанциальных деятелей к Абсолюту, вопрос о сверхмировом начале бытия. Наличие противоположностей, имеющих сверхпространственный и сверхвременный характер и потому не препятствующих существованию друг друга, приводит к мысли, что реальность обладает системной формой организации. Вместе с тем присутствие противоположностей, исключающих друг друга, свидетельствует о самостоятельности элементов бытия. Отмечая рациональный смысл монадологии Лейбница, в которой идея о индивидуальных основах бытия была выражена с наибольшей силой, Н.О.Лосский отмечает, что понимание монад как "не имеющих окон и дверей" должно быть отвергнуто, ибо хотя они и обособлены, между ними должен присутствовать элемент единения.
Объединение монад, или субстанциальных деятелей, конкретизируется в понятии иерархии, поскольку частные системы подчиняются более общим и таким образом возникают цепи соподчинения. Поэтому элементы бытия не могут существовать безотносительно к целому. Другое дело, что если множественность сама по себе не образует целого, то его исток надо искать не в его элементах, а в некоем абсолютном начале. При этом логически возможным является допущение, что система изначально организована, а ее элементы способны к самоорганизации, к включенности в бытие с другими компонентами целого, и этим исчерпывается вся реальность. "Если бы сверхмирового начала не было, - анализирует эту идею Н.О.Лосский, - то это значило бы, что или вся система мира, или, по крайней мере, Высшая субстанция, стоящая во главе мира, есть Абсолютное, т.е. нечто не только самостоятельно деятельное, но и первоначальное, т.е. обладающее бытием вполне через себя, не имея вне себя, ни в каком смысле основания своего бытия. Однако такое решение вопроса несостоятельно. Высшая субстанция не есть первооснова мира потому, что остальные субстанции не порождаются ею, по своему бытию они наравне в нею первоначальны и самостоятельны и только в своих проявлениях, в своей деятельности отчасти подчиняются Высшей субстанции"7. Таким образом, оказывается, что органическое мировоззрение в конечном итоге требует признания существования сверхорганического начала. При этом положительные определения его не могут выразить природу Абсолюта, который получает только отрицательные характеристики. Но если все же попытаться обозначить его, для этого следует воспользоваться именем собственным. Так философское развитие Н.О.Лосского привело его к идее Бога, а вместе с тем и к необходимости осмыслить с позиции интуитивизма существование абсолютных ценностей, происхождение добра и зла - одним словом, область нравственных отношений.
Принцип "все имманентно всему" позволил Лосскому разработать целостную концепцию интуитивистского персонализма. Поскольку мир, с точки зрения идеал-реализма, представляет собой множество субстанциальных деятелей, для изучения нравственности требуется рассмотреть прежде всего характер деятельности исходных монад. Если субстанциальные деятели руководствуются эгоистическими мотивами и стремятся к наслаждениям, то их действия нарушают правильное соотношение ценностей и в конечном итоге обрекают их на душевные и телесные страдания. Так раскрывается в персонализме Лосского источник зла; он состоит в односторонней любви себя и забвении Бога.
Этическая концепция философа существенно базируется на онтологии. Из последней следует, что наиболее примитивная форма существования субстанциальных деятелей - состояние крайней изоляции. В частности, электрон способен только к притяжению и отталкиванию. Но чем сложнее первичная субстанция, тем большее значение для нее имеет координация и иерархия строения бытия. Иными словами, субстанциальные деятели способны объединяться, ограничивая свой эгоизм, и действовать совместно. Конкретным примером последнего является ситуация, когда один субстанциальный деятель, обладающий высоким уровнем развития, продуцирует цели, усваиваемые другими, менее организованными, членами мироздания. В природном целом это происходит в атоме, объединяющем элементарные частицы, в молекуле, где степень интеграции компонентов еще выше, в одноклеточном организме, представляющем уже сложное функциональное образование, в сообществах людей, наконец, в планетарных системах.
В то же время в собственно материальном мире существуют пределы к объединению, поскольку силы взаимного отталкивания здесь преобладают. Но члены психоматериального царства бытия способны к развитию в направлении усложнения своей жизни. Люди имеют возможность порождать добро и зло. Причина тому - свобода их воли. На первый взгляд кажется, что поведение человека определено его характером, его эмпирическим существованием. Но ведь субстанциальный деятель по своей природе сверхвременен и сверхпространствен, следовательно, обладает силой детерминировать события, не будучи сам детерминируем ничем из природного бытия. Значит, каждый человек обладает свободой совершать или не совершать те или иные поступки. Последнее не означает, что "сатанинская природа" равноценна Абсолютному добру. Положительные ценности вызывают положительные чувства, рождают восхищение и любовь. При этом происходит включение любимого в состав нашей сущности и между любящими возникает нераздельное единство. Чужие цели становятся тогда собственными интересами. "Таким образом, любовь, - делает Н.О.Лосский смелую попытку определить самое сокровенное в человеке, - есть онтологическая связь любимого с любящим существом, сопутствуемая особыми эмоционально-волевыми переживаниями; возникновение любви есть онтологическая перестройка, а не только субъективно-психологическое переживание".
Толчком для завершения учения об органической связи субстанциальных деятелей, по признанию самого философа, послужила книга П.Флоренского, присланная ему автором. В сочинении "Столп и утверждение истины" было введено понятие единосущия для раскрытия подобия между строением мира и Святой Троицы. Единосущее определяет взаимоотношение лиц Святой Троицы и тварных существ. П.Флоренский ясно выразил ту мысль, которая постоянно присутствовала в исканиях философов с древности, - идею о внутренней связи всех элементов мироздания. Отправляясь от положения о. Павла, Лосский добавляет: единосущее субстанциальных деятелей следует отличать от связи Бога Отца, Сына и Духа Святого. Первое носит отвлеченный характер, так как содержание своей деятельности каждая из монад творит самостоятельно. Совершенная любовь лиц Святой Троицы позволяет говорить о единосущии конкретном.
Применительно к этике различение отвлеченного и конкретного единосущия существенно в том плане, что ведет к признанию возможности полного осуществления личности только в Царстве Божием, где царит совершенная любовь к Богу и всем абсолютным ценностям. В нашем психоматериальном мире обнаруживается постепенное движение к этой цели. "В царстве Божием, - полагает Н.О.Лосский, - нет взаимоотталкивания, а потому нет и материальных процессов. Тела членов Царства Божия могут состоять только из световых, звуковых, тепловых и т. д. Чувственных содержаний, воплощающих абсолютно ценнное духовное содержание и обладающих ценностью абсолютной красоты. Эта телесность нематериальная, преображенная. Такие тела не обособлены друг от друга, а взаимопроникнуты. К тому же каждый член Царства Божия, будучи связан совершенною любовью со всем миром, обладает и телом космическим, т.е. охватывающим весь мир". Поскольку единство Царства Божия поддерживается любовью, которая не знает границ, то там невозможно разъединение и, следовательно, нет смерти. Таким образом, в этике Лосского Божество выступает в качестве абсолютной нравственной самоценности и отсюда открывается перспектива конечного торжества добра над злом. Ее важное значение заключается в преодолении субъективизма и нравственного релятивизма.
В послевоенные годы он подытоживает исследования в области отечественной философии в книге "История русской философии" (1951), содержащей очерк и его собственной системы. Работы "Достоевский и его христианское миропонимание" и "Характер русского народа" завершили этот тематический цикл. Ему удалось взглянуть на русский национальный характер через его внутренние противоположности. Выясняя данную проблему, философ отправляется от основного положения своей персоналистической метафизики о существовании в бытии иерархии субстанциальных деятелей. С этой точки зрения, каждый народ представляет собой личность более высокого порядка, чем бытие индивида. Люди, составляющие народ, выступают как его органы - отчасти автономные, отчасти включенные в единое органическое целое. Личность народа обладает индивидуальностью, несводимой к свойствам отдельных лиц, более того, в народе как целом присутствует неискоренимая противоположность, что затрудняет постижение его характера. Так, русскому народу присущи, по мысли Лосского, и религиозный мистицизм, и земной реализм. "Особенно интересно найти ту основу, - пишет мыслитель, - из которой у народа вырастают пары противоположных свойств так, что органическая цельность народа не разрушается. Русский мистицизм, например, имеет характер мистического реализма; в русской гносеологии этой черте мистицизма соответствует такое направление, как интуитивизм; в метафизике - конкретный характер русских философских систем и любовь к индивидуальному бытию".
Попытку раскрыть тайну "загадочной русской души" мыслитель предпринял в книге "Характер русского народа", сконцентрировав внимание на сильных сторонах и их противоположных свойствах, присущих русскому этносу. Во-первых, он составил своего рода реестр, в котором способности к высшим формам опыта соотнесены с иными нравственно-психологическими качествами. Во-вторых, Лосский дает картину их сложного переплетения и взаимообусловленности. В-третьих, философ рассматривает народный характер под углом зрения задачи возрождения России, что придает его труду особое значение сегодня, в эпоху коренной ломки привычного уклада жизни. Наиболее существенной, исконной чертой характера русского народа Н.О.Лосский считал его религиозность. Глубокая совестливость народа, по мысли философа, доказывает, что в русской душе укоренилось учение Христа. В своем утверждении Лосский не одинок, он развил и подытожил идеи Хомякова и Киреевского, Толстого и Достоевского, Франка и Бердяева. Понимая религиозность как своего рода инвариант русского характера, Лосский рассматривает его как постоянное, неизменное во времени свойство, заключающееся в стремлении действовать во имя абсолютного, нравственно совершенного. "Русский человек, - отмечает философ, - обладает особенно чутким различением добра и зла; он зорко подмечает несовершенство всех наших поступков, нравов и учреждений, никогда не удовлетворяясь ими и не переставая искать совершенного добра".
Другими примечательными способностями русских людей являются, по мысли Лосского, интеллектуальная интуиция и искание смысла жизни, сильно развитая сила воли, любовь к свободе, в частности к свободе духа, признание высокой ценности всякой личности, доброта и отсутствие злонамеренности. Достоинства русского характера обуславливают также и его "теневые" стороны, когда, например, склонность к максимализму может приводить в этических концепциях к воинствующему атеизму. Впрочем, философ стремился быть объективным в оценках своих идейных противников. Возвращение к абсолютным ценностям мыслилось Лосскому как неотделимое от церкви, и будущее России представлялось ему как восстановление христианских основ жизни.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
