137611 (723937), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Общая идея сионистской колонизации в Палестине и связанные с ней концепции созидания обновленного и перерожденного еврейского национального общества в условиях нового существования разрабатывались представителями еврейского интеллигенции в странах диаспоры; эти идеи и концепции отражали настроения и упования трудящихся и пауперизованных масс еврейского населения европейских, в основном восточноевропейских стран. Наиболее активную часть «практических» сионистов, переселяющихся в Палестину, составляла молодежь из «черты оседлости». В их сионизме воедино сплелись романтическое влечение к свободе, стремление к социальной справедливости и чувство тяжело оскорблённого национального достоинства. У социалистов- сионистов, как они сами себя называли, под влиянием специфических условий еврейской жизни в России, Австро-Венгрии, Румынии социальные надежды были сильно окрашены националистическими чувствами. Нация, народ как собирательные понятия стали у романтически настроенной сионистской молодежи чем-то священным.

Первой группой движения Ховевей Цион реально осуществившей сионистское переселение в Палестину была «Билу» (сокращение фразы из пророка Исайи (-2,5): «Дом Якова, двиньтесь и найдём»), возникшая в Харькове в среде молодежи и студентов, потрясенных погромом 1881 года.

Целью «Билу» была организация массовой алии в Эрец-Исраэль²⁷. В опубликованном билуйцами воззвании говорилось:

«… Все мы, подписавшие это воззвание, - представители молодого поколения. Мы полны свежих сил, и перед нами открыт весь мир. Мы можем посвятить наши душевные и физические силы возрождению родной земли… мы знаем, что великая цель достигается нелегко… мы знаем, что потребуется много лет упорного труда, прежде чем настанет великий день праздника. Но только на этом пути мы найдём своё будущее, только в этом наша надежда, которая даёт нам силу и мужество вступить на новый путь.

Мы обращаемся к вам, сын Израиля, и всей душой призываем: «Поднимите знамя Сиона…» (Ирмияху, 4:6). Нашим горьким скитаниям придёт конец, и после тысячи лет страданий изгнанники найдут отдохновение на земле предков. Мы будем есть хлеб, выращенный нашими руками… мы больше не будем здесь чужими. Народ Израиля…. У тебя один путь, и только на нём ты найдешь вечное спасение. Этот путь ведёт к Сиону. К Сиону, к Сиону, в страну отцов- в Эрец-Исраэль!» ²⁸.

Из устава общества «Билу».

1. Цель общества - политико-экономическое и национально-духовное возрождение еврейского народа в Эрец-Исраэль.

2. Общество стремиться объединить всех людей, без различия социального положения, верующих и неверующих, во имя осуществления этой святой цели, иначе, - во имя заселения и освоения Эрец-Исраэль²⁹.

Они переселялись в Палестину и после нескольких лет трудностей, в 1884 году основали поселение Хадра. Среди билуйцев, как и вообще во всём движении Ховевей Цийон, совместно работали как религиозные так и полу- религиозные люди. Билуйцы пригласили к себе работать раввином поселения ортодоксального р. Меира Белкинда (который позже защищал билуйцев от нападков по религиозным проблемам исходивших от Старого ишува: раввины требовали, по древнему обряду, прекращать обработку земли каждый седьмой год)³⁰.

Пинскер поддерживая палестинофильцев, созвал в 1884 году в Каторицах 1-й палестинофильский съезд, в 1887 в Друскениках- второй. По городам стали разъезжать агитаторы с речами в синагогах и на общественных собраниях. Колонизация проводилась путем закупки земель на средства пожертвований. Понятно и то что страстными проповедниками палестинофильского движения становиться Смоленскин. Он связывался с различными англо-еврейскими деятелями, а когда движение столкнулось с сопротивлением Всемирного Еврейского Союза, желавшего не колонизации Палестины, а направления еврейской эмиграционной волны в Америку, он обвинил его в измене народному делу.

У палестинофильского движения были и противники, к ним можно отнести консервативные круги, в том числе раввинат, который видели в этом течении преступление против божественной воли, «посягательства на веру в Мессию, который один должен вернуть евреев в Палестину. Сторонники ассимиляции видели в палестинофильстве реакционное стремление обособить евреев от всего культурного человечества. Таким образом можно сделать вывод, «Билу- группа движение Ховевей Цийон, была первой реально осуществивший сионистское переселение в Палестину. Устав «Билу» можно считать основой поселенческого сионизма. Результат деятельности- организация массовой алии. Зарождению поселенческого сионизма способствовали:

Отрицательное отношение и ассимиляционному движению со стороны видных общественных деятелей П. Смоленскина, Л. Пинскера и других;

Идеи М. Гесса изложенные в книге «Рим и Иерусалим»; а также разгар антисиметизма- погромы 1881.

Практические же успехи палестинофильского движения оказались слишком малы. Многие из колонистов обнаруживали свою непригодность к земледелию. В начале 90-х годов колонизация пережила кризис, вызванный беспорядками закупкой земель, а также распоряжением Турции, тогдашней обладательницы Палестины, запретить русским евреям высадку в палистинских портах. В это тяжёлое время для палестинофильства выдвигается мыслитель и организатор Ушер Гинцберг, с 1889 года он выступает под псевдонимом на иврите- Ахад-ха-Ам («один из народа»). Он критикует практическое палестинофильство.

Его установка такова: «прежде, чем направить свои усилия к «возрождению на земле», надо позаботиться о «возрождении сердец», об умственном и нравственном усовершенствовании народа». «Установить в центре еврейства живое духовное стремление к объединению нации, её возбуждению и свободному развитию в духе национальном, но на основах общечеловеческих» ³¹. Позже это определили как «духовный» сионизм.

В 1889 году Ахад-Гаам создал лигу «Бней Моше» («Сыновья Моисея»). В её манифесте возглашалось, что «национальное сознание имеет приматнад религиозным, индивидуальные интересы подчиняются национальным» ³². Практически эта организация подготовила почву для восприятия политического сионизма Герцля, которому так противостоял её руководитель.

В основе концепции еврейской национальной культуры, выработанной Ахад-ха-Амом, лежала идея преемственности. Создающий культуру народ, по Ахад-ха-Аму, есть живой организм. Единство народа обеспечивается присущим ему особым духом- «духом народа»- и преемственностью поколений. «Дух народа» несёт в себе основные национальные ценности, которые выражаются в языке и культуре. Ключевыми ценностями еврейской национальной культуры Ахад-ха-Ам считал иврит, Эрец-Исраэль, еврейскую литературу и историю, основные бытовые традиции народа. «Дух народа»- порождение истории. Национальный характер не возникает внезапно, он постепенно формируется условиями жизни народа, а с течением времени и сам становится фактором истории. Прошлое все более и более воздействует на настоящее. В ходе истории «дух народа» претерпевает изменения, но лишь медленно и постепенно. Эти изменения не в состоянии полностью стереть с национальной жизни печать, наложенную прошлым. «Дух народа» может вбирать в себя ценности чужих культур, но при этом он перерабатывает их соответствующим его потребностям образом³³.

На этих предпосылках общего характера основывалось восприятие Ахад-ха-Амом современной ему культурной ситуации: главную проблему он усматривал в сохранении преемственности еврейской национальной культуры после крушения религии, а отнюдь не в усвоении ценностей западной культуры. И залогом успешного разрешения этой проблемы он считал национальную «жажду жизни», основанную на привязанности человека к той среде, в которой он родился. Термин «жажда жизни» обозначает у Ахад-ха-Ама некий фактор исторического, а не естественного, биологического порядка- солидарность каждого последующего поколения со стремлениями предыдущих поколений народа, не обязывающая отдельную личность. Принадлежность к народу обусловлена не необходимостью принимать его верования или образ жизни, но внутренней верностью его истории. Личность сохраняет верность духовным ценностям народа не в силу их абстрактных достоинств, но постольку, поскольку они воплощают в себе «дух народа». Национальная «самость» основана на памяти и знании, а не на непрерывности существования тех или иных ценностей или постоянстве образа жизни, которые могут изменяться в зависимости от потребностей каждого поколения.

Ахад-ха-Ам верил, что изучение еврейской литературы и истории способно пробудить национальные чувства и уважение к прошлому, которые займут место Галахи и заповедей в качестве объединяющих народ факторов. Переход от религиозной к сексуальной культуре, считал Ахад-ха-Ам, будет непрерывным и безболезненным. Нерелигиозный еврей, стремящийся к самобытному национальному существованию, не сможет отречься от прошлого своего народа. Прошлое- важный фактор в процессе формирования самосознания человека, даже тогда, когда он перестаёт верить в духовные ценности этого прошлого. Национально мыслящий еврей скажет: «я чувствую», вместо: «я верую»; из чисто секулярных по своей природе побуждений он будет хранить верность ключевым национальным ценностям и символам, будет соблюдать некоторые религиозные праздники и ритуалы. И на этой основе можно будет добиться терпимости и даже сотрудничества между религиозными и нерелигиозными евреями. Если в Эрец-Исраэль возникнет общество, соблюдающее основные религиозно-национальные традиции, если нерелигиозные евреи воздержаться от публичного оскорбления религии, то оба лагеря смогут сосуществовать «под одной крышей».³⁴

Основной задачей «культурной работы» сионистского движения Ахад-ха-Ам считал развитие еврейского культурного наследия. В споре с М. Бердичевским и его единомышленниками Ахад-ха-Ам утверждал, что к этому сводится и задача новой ивритской литературы, которая не должна обращаться к общечеловеческим проблемам, не связанным с еврейской жизнью, но должна намеренно ограничить себя чисто еврейскими темами. Ахад-ха-Ам полагал, что такая литература отвечает запросам его поколения.³⁵

Поэтому можно сделать вывод: отношение Ахад-ха-Ама к еврейскому наследию не отличалось последовательностью. С одной стороны, он постоянно подчёркивал непрерывность в развитии культуры и исходя из этого возражал против весьма распространенного убеждения, что единственным историческим источником новой еврейской культуры должна стать Библия. Но с другой стороны, стремясь выявить глубинную основу еврейской традиции, сохраняющуюся и после таковую в нравственных принципах народа, сформулированных в речах пророков Израиля. Но таким образом Ахад-ха-Ам сам выразил то умонастроение, в приверженности которому он упрекал своих оппонентов: подобно им, и он считал неравноценными произведения еврейского духа, созданные в Эрец-Исраэль и в галуте. Этой двойственности восприятия еврейской культуры Ахад-ха-Ам так никогда и не смог преодолеть³⁶.

1. Политический сионизм.

После французской революции, которая уравнивала в гражданских правах все население вне зависимости от национальной идентификации, антисемитизм в Европе долгое время считался чем-то не модным и даже неприличным. Однако ближе к концу Х1Х века европейские евреи вновь почувствовали себя неуютно: антисемитские журналы исчисляли своих подписчиков в десятках тысяч, а бестселлером 1881 года стала книга австрийца Дюринга «Еврейский вопрос как вопрос расы, обычаев и культуры», в которой проповедовался так называемый научный антисемитизм. Наконец, сама «законодательница мод» – Франция в 1894 году сфабриковала обвинение против офицера – еврея Альфреда Дрейфуса³⁷, которого по ложному обвинил и в измене родине. Вокруг здания собралась толпа французов и специально приехавших иностранцев, которые выкрикивали лозунги: «Бей жидов - спасай Францию!». В еврейских кварталах стали ждать погромов. На волне антисемитизма происходит оформление политической идеи, о необходимости создания национального еврейского государства. Основоположником политического сионизма считается венский журналист, Теодор Герцль.

Теодор (Беньямин Зеев) Герцль родился в 1860 году в городе Будапеште в Венгрии. Он получил европейское образование. Окончив Венский университет, где он изучал право, Герцль не работал по профессии, а обратился к литературе. Он писал статьи, а некоторые из созданных им пьес были поставлены на сцене. В 1891 году популярная венская газета «Нойе фрайе прессе» направила Герцля как своего корреспондента в Париж. Именно в Париже произошло событие, побудившее его действовать, - процесс Дрейфуса. Герцлю довелось присутствовать при публичном разжаловании Дрейфуса. Герцль поверил в его невиновность и был потрясён: «Если отстранение неизбежно, сказал он себе, - то полное… Если мы страдаем от бездомности- надо создать себе родину» ³⁸. Герцль мгновенно проникся этой идеей- еврейского государства. «Словно молния, Герцля озарила новая мысль: антисеметизм не есть случайное явление, встречающееся лишь в данной обстановке и при данных условиях; нет, он- постоянное зло, он- вечный спутник Вечного Жида», и «единственно возможное решение еврейского вопроса»- отдельное еврейское государство³⁹.

Впоследствии Герцль писал в своём дневнике: «Решение еврейского вопроса- у меня в руках. И нет решения, кроме этого, единственного» ⁴⁰. Это решение в 1896 Герцль изложил в своей книге, которую назвал «Еврейское государство».

В книге была предложена стратегия создания национального государства, а также в розовых тонах описывалось его устройство.

Но это носило утопический характер. Основной упор автор почему-то делает на том, что в будущем государстве непременно должен быть семичасовой рабочий день. Эта деталь должна была найти своё отражение даже в государственной символике Израиля: «Я представляю себе белый флаг с семью золотыми звуздами. Белизна символизирует новую жизнь и её чистоту, звезды же- это те самые золотые семь часов, ибо именно под знаком труда войдут евреи в свою новую страну» ⁴¹ - писал Герцль. Стратегия создания национального государства по Герцлю сводилась к тому, что все евреи мира должны «скинуться» на покупку земли в Палестине либо Аргентине или выкупить у крупной европейской метрополии какую-либо отсталую колонию, куда затем переедут все пайщики этого проекта. Герцля буквально носили на руках, хотя ничего нового он не изобрёл: уже существовало 30 еврейских поселений, землю для которых покупали локальные сионистские организации: центрально-европейская «Ховевей Цийон», российский «Одесский комитет» или богатые евреи- филантропы вроде английского банкира Эдмонта Ротшильда.

Впрочем, Герцля евреи полюбили не за свежесть идеи, а за активную практическую работу по их реализации. Он полностью отдался этой идее в оставшиеся годы жизни, «порывает с самыми близкими людьми и отныне общается лишь с еврейским народом…, создает политическое движение… вносит в него партийный дух и дисциплину, строит кадры будущей громадной армии и превращает конгрессы колонистов в истинный парламент еврейского народа» ⁴².

Герцль обладал широкими связями в политических и финансовых кругах, он был отличным оратором и блестяще владел пером. Кроме, того, было совершенно ясно, что создавать сионистскую организацию мирового масштаба и вести от её лица переговоры с правительствами стран- продавцов должен был не местечковый раввин с мешком мятых денег, а человек европейской культуры (австриец, проживал Герцль в Вене), знакомый с искусством политической интриги. Под такого сионистского лидера, даже если бы он оказался самозванцем, напуганные грядущими погромами евреи готовы были давать свои деньги.

Характеристики

Список файлов реферата