137611 (723937), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

Вопрос об исторических и социальных истоках еврейского национализма в нашей литературе основательно запутан. С одной стороны настойчиво подчёркивается, что евреи не образуют единой нации, а с другой- критикуется еврейский национализм как идеология, общая для евреев во всех странах мира. Отсюда выходит так, что нации вроде и не существует, но национализм есть. В попытках преодолеть подобное противоречие приписывается появление националистической идеологии некоему сговору евреев, которые – де в своих целях разработали эту идеологию и навязали её еврейским народным массам.

Однако понятие нации не является неподвижным - с развитием общества оно меняет свое значение. В частности, в данное время понятие нации как культурно-исторической общности (то есть в качестве синонима понятия народ) отделилось от понятия нации как общности территориально- политической и хозяйственной (то есть в качестве синонима понятия гражданского общества). В реальной действительности эти два понятия могут совпадать, но могут и не совпадать- в частности, в случае так называемых «разъединенных» наций.

В современной этнографии в отношении народов, не живущих компактно на одной территории, вроде евреев или цыган, употребляется понятие «дисперсный (то есть «разбросанный») этнос». На примере дисперсных этносов очень хорошо выявляется различие между общностями социального типа и общностями этнического типа. Дисперсный этнос социально раздроблен и включён в инонациональные (в политико-территориальном и хозяйственном значении слова «наци») социальные структуры и общности, но этнически, то есть культурно, религиозно, этнопсихически, он обособлен и представляет собой единство.

Среди вопросов, которые требуют осмысления в данной работе, есть и вопрос о том, почему большое число трудящихся евреев в России предпочло путь бегства от национального гнёта, путь эмиграции, а не совместной борьбы с угнетаемыми других национальностей за революционное решение национального вопроса в борьбе с самодержавным гнётом. Необходимо попытаться найти ответ и на вопрос о том, почему среди еврейских масс столь сильное влияние приобрели националистические идеологические концепции, в том числе и различные концепции сионизма.

Общий ответ на эти вопросы можно сформулировать следующим образом. Значительная часть еврейского населения в России, даже в период подъема революционного движения в 1905-1907гг., не могла органически воспринимать идею совместной общероссийской борьбы с самодержавием за решение вопросов первой буржуазно-демократической революции, в том числе национального вопроса. Явление это объясняется многими причинами, но главным образом тем, что еврейское население самими условиями своего существования было поставлено в стороне от центральной задачи буржуазно-демократической революции- решения аграрного вопроса. Как известно, в российском освободительном движении в течении двух столетий аграрный вопрос находился в центре идейной и политической борьбы.

Еврейское население России в силу исторических особенностей стояло в стороне от этого главного вопроса буржуазно-демократической революции в России. Еврейских мелкобуржуазных и полупролетарских масс, в результате сложившейся веками специфики их социальной жизни, не коснулась проблема социального освобождения российского крестьянства. Это обстоятельство наверняка должно было повлиять на известную отстраненность масс еврейского населения в черте оседлости от активного участия в революционном движении и на его склонность решать задачу своего национального освобождения и спасения от преследований и погромов через эмиграцию.

Ранний, то есть народнический, социализм в России не мог привлечь к себе евреев, поскольку это был социализм крестьянский, стремившийся опереться на крестьянскую сельскую общину, которой у евреев не существовало. Сказывалось и различие в религиозных основах: русское православие и иудаизм по мировоззрению и обрядности были далеки друг от друга и официально противопоставлялись.

Еврейская интеллигенция, остановившись на национальной почве, увлеклась всецело национализмом (в основном в форме сионизма).

Разбирая причины того, почему многие активные, мыслящие представители еврейского населения в России были за программу сионизма, надо, очевидно, поставить в первую очередь такой вопрос: против каких явлений в общественно-политической жизни России был направлен сионизм. Самый общий ответ на этот вопрос: против российского самодержавия. Иначе говоря, в еврейском национализме в России в последние три десятилетия Х1Х- первые полтора десятилетия ХХ века, безусловно общедемократическое содержание, как и в национализме других угнетенных народов Российской империи. Для еврейского же населения самодержавный строй был не только социальным злом, как для русских, но и национальным, и при этом национальным по преимуществу, ибо репрессии против еврейского населения носили не социально направленный, а национально направленный характер. Евреи подвергались гонениям, по крайней мере по внешнему выражению этих гонений, не как социальный слой, а как этническая и конфессиональная общность. «Еврейский вопрос- вопрос национальный, а не социальный…»- писал Теодор Герцль¹⁴. Протест еврейского населения, взятого в целом, мог выделиться только в национальной по форме идеологии, так как самодержавие противопоставляло себя не какому-то одному классу еврейского населения, а всему народу в целом.

В умах еврейских националистов в России происходило совмещение представлений о социальном и национальном развитии, а соответственно этому происходило и отождествление идеала социального с идеалом национальным. Замечу, что упорное стремление к реализации идеала заложено в еврейской общественной мысли и в характере народа ещё в древности.

Сионизм не был явлением исключительно российским, но именно в России он обрел наиболее развитые формы. Идеология сионизма начала формироваться в тот исторический период, когда освободительное движение в России и его идеология проходили предпролетарский, «разночинский» период своего развития (1861-1895). В развитии общественной мысли еврейского населения России в этот период происходят чрезвычайно важные перемены- угасание просветительства («хаскала»)¹⁵ и зарождением националистического мировоззрения. Провозвестником перехода от просветительства к национализму стал Перец Смоленскин (1842-1885), «который в своём журнале «Хашахар» (по-русски «Заря») наряду с отстаиванием традиций просветительства и разоблачением «святош и ханжей» стал проводить идеи воинствующего национализма» ¹⁶.

Таким образом можно сделать вывод, что возникновению сионизма предшествовали:

1. Гражданское неравноправие евреев Европы.

2. Ускоренное распространение высших форм капитализма.

3. Жёсткая политическая реакция в России 80-х годов Х1Х века.

4. Создание и финансирование различных учреждений цель которых- помощь еврейским беженцам.

5. Формирование освободительных движений.

«Социальной опорой сионизма была средняя и мелкая буржуазия… Именно указанный слой подвергался, наряду с трудящимися евреями, максимальной дискриминации, особенно страдал от антисемитизма» ¹⁷.

1. Поселенческий сионизм.

В Х1Х веке среди еврейских обществ сильны ассимиляционные движения «Цель движения была такой: создать еврея, который оставаясь евреем, мог бы жить общечеловеческой жизнью в той стране, гражданином которой он является» ¹⁸.

Однако в конце 60-х годов Х1Х века публицист и беллетрист Перец Смоленскин выражает резкое отрицательное отношение к ассимиляционному движению еврейской интеллигенции, которое сперва он наблюдал в Одессе, затем в Германии. Смоленскин разом объявляет войну: как против «святош и ханжей» которые, стремятся искоренить всякое знание из дома Якова, так и против «просвещенных ханжей» которые, своими речами стараются отдалить евреев от наследия отцов.

Перец Смоленскин восклицает: «Нет! Не надо стыдиться своего происхождения, надо дорожить своим языком и своим национальным достоинством, а национальная культура может сохраниться только с помощью древнееврейского языка. Это тем более важно, что «еврейство, лишенное своей территории», является особым видом духовной нации¹⁹. Еврей сближает не религиозная принадлежность, а то что они единая нация. Смоленскин выдвинул доктрину «еврейского прогрессивного национализма» ²⁰.

Одной из «внешних» причин произошедших перемен была реакционная вообще и по отношению к евреям в частности внутренняя политика царского правительства, а также усиление антисемитизма. Вследствие ухудшения положения евреев в России, когда надежды на их эмансипацию развеялись как дым, еврейские просветители, за некоторым исключением, стали сторонниками национализма, а хаскала со временем стала чуть ли не синонимом сионизма. Разумеется, отожествление было скорее поверхностным, чем глубинным. Из хаскалы вышло такое течение, как «культурный сионизм», во главе с Ашером Гинзбергом, который был и сионистом, и выдающимся «маскилом» (просветителем).

Видным идейным основоположником сионизма был Мозее Лозо Лилиенблюм (1843-1910). Эта фигура весьма любопытна с точки зрения изучения истории размежевания социализма и национализма в еврейском национально-освободительном движении в России в последней четверти Х1Х века. До 80-х годов Лилиенблюм был участником общероссийского освободительного движения, поклонялся Писареву и сотрудничал в еврейском журнале социалистического направления «Асефат хахомим». Еврейские погромы, случившиеся осенью 1881 года, произвели на него ужасающее впечатление. Под влиянием пережитого Лилиенблюм написал брошюру «О возрождении еврейского народа в Святой земле древних праотцов», в которой призывал к переселению евреев в Палестину, если даже для этого понадобится целое столетие. «Погромы усилили националистическую реакцию не только среди мелкобуржуазной радикальной демократической интеллигенции, но и среди социалистического её крыла» ²¹.

В 1882 году известный сионистский деятель в России Лео Пинскер (1821-1891) также поднял свой голос в пользу национального самоуправления евреев на особой территории. Пинскер считал, что предпочтительнее всего избрать место для еврейской «автоэмансипации», как он именовал акт обретения национального единства и суверенитета, на берегах реки Иордан, но, что весьма примечательно, он не исключал вероятности того, что это будет и какая-то иная территория, например на берегах Миссисипи²².

В этот период (в начале 80- х годов Х1Х века) с призывом к русскому и немецкому еврейству он пишет, что «вера в эмансипацию рухнула и надо погасить в себе отблески веры в братство народов. Ныне «евреи не составляют живой нации; они всюду чужие, и этим объясняется тот гнёт и то презрение, которое они встречают со стороны окружающих народов». Еврейский народ- «как призрак мертвеца, бродящего среди живых». «Надо быть слепым, чтобы не видеть, что евреи- «избранный народ» для всеобщей ненависти». Евреи не могут «ассимилироваться ни с одной нацией, вследствие чего ни одной нацией не могут быть терпимы». «Стараясь слиться с другими народами, они до известной степени легкомысленно пожертвовали своей национальностью», но «нигде не добились того, чтобы сограждане признали их равными себе коренными жителями». Судьбы еврейства не должны зависеть от милости других народов. А практически выход: «создание народа на собственной территории». И так, надо: приобрести и заселить евреями какую-либо подходящую территорию, «безразлично, в какой части света» ²³. Как первый знак отворота евреев от ставки исключительно на ассимиляцию было создание в 1860 году Всемирного Еврейского Союза.

В Германии Мозес Гесс (1812-1875)- общественный деятель, журналист, издатель «Новой Рейнской газеты», человек, чьи политические убеждения постоянно развивались и, наконец, пришли к еврейскому национализму, издал в 1862 году в Лейпциге стяжавшую большую популярность книгу «Рим и Иерусалим». Основные идеи Гесса, изложенные им в этом труде, были следующие:

1. Евреи всегда останутся чужими для европейских народов. Европейцы могут эмансипировать евреев по соображениям гуманности и справедливости, но никогда не будут уважать их до тех пор, пока евреи будут основывать свою жизнь на выдающихся ценностях своего собственного духовного исторического развития и следовать принципу «где хорошо, там и родина».

2. Еврейский тип личности неуничтожим, и еврейское национальное чувство неискоренимо, хотя евреи в Германии в целях более широкой эмансипации и стараются убедить себя и других в противоположном.

3. Если эмансипация евреев несовместима с сутью еврейского национального характера, то они должны пожертвовать эмансипацией ради сохранения своей национальной особости²⁴.

Исходя из своего представления о природе национального характера евреев и невозможности для евреев достичь полной эмансипации, Гесс полагал, что единственное средство решить еврейский вопрос следует искать в колонизации Палестины.

В организационном плане предшественником движения политического сионизма и Всемирной Сионистской Организации было объединение, назвавшее себя «Ховевей Цийон» («Возлюбившие Сион»). Его отделения – палестинофильские организации возникли в 80-90-е годы помимо России, Франции и Великобритании и в других великих державах: в Германии, США²⁵. Эта организация объединяла таких людей, которые питали интерес к идеям еврейской сельскохозяйственной колонизации в Палестине и будущего евреев на святой земле, то есть, если так позволительно сказать, «ранних» сионистов. Организация «Ховевей Цийон» наиболее активно действовала в России: среди её руководителей выделялись упомянутый Л. Пинскер и раввин Самуил Могилевер из Белостока. Финансовую помощь деятельности «Ховевей Цийон» оказывал барон Эдмунд де Ротшильд²⁶. После того как Теодор Герцль провозгласил весной 1896 года основание движения политического сионизма, члены «Ховевей Цийон» присоединились к этому движению. Своей целью Ховевей Цийон ставит практическое переселение евреев в Палестину и основание там образцовой земледельческой колонии. Такова история возникновения так называемого, «поселенческого» сионизма.

Характеристики

Список файлов реферата