16951-1 (723618), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

О крещении св. Ольги в КПле свидетельствуют не только русские памятники, но и авторитетный византийский историк Иоанн Скилица, а также западный источник «Продолжатель хроники аббата Регинона Прюмского» ^xviii[18].

Известно, что в составе посольства княгини в КПле был пресвитер Григорий, по-видимому, священник соборной церкви св. Илии, бывший ее духовником и придворным капелланом, если княгиня всё же уже была крещена или катехизатором, если Ольга только готовилась ко крещению. Кроме того, можно предположить, что присутствие священника в свите княгини Ольги как бы подчеркивало перед византийским двором многочисленность христианских общин на Руси^xix[19].

Примечательно, что при крещении Ольга была наречена христианским именем Елена. Вполне вероятно, что это имя ей было дано в честь св. равноап. Елены, матери Константина Великого, так много потрудившейся для распространения веры в Римской империи. Не случайно именно с ее трудами все русские письменные источники справедливо сравнивают духовные подвиги княгини Ольги.

В «Продолжателе хроники аббата Регинона Прюмского» мы находим свидетельство широкой известности русской княгини в Западной Европе.

Здесь сообщается о приезде во Франкфурт-на-Майне к германскому королю Оттону I в 959 году послов от «русской королевы» Ольги - Елены с просьбой «посвятить для сего народа епископа и священников». Но к настоящему времени подавляющее большинство историков сходятся в том, что это известие совершенно неправдоподобно и цели этого посольства могли быть только политическими или торговыми^xx[20].

Как известно, Оттон I отличался особой ревностью в содействии миссионерской деятельности латинского духовенства, особенно среди славян, укрепляя таким образом и свою власть над ними. И, принимая русское посольство, он, конечно, не мог удержаться от желания представить его цель как чисто религиозную, дававшую ему возможность через латинское духовенство вмешаться в дела Древнерусского государства. На самом же деле все свидетельствует о том, что ни св. Ольга, ни сами русские послы и в мыслях не имели получить латинскую церковную иерархию. Об этом ясно говорится и в «Хронике Регинона». Согласно ей, епископ Адальберт, прибывший из германских земель на Русь, вскоре был вынужден покинуть ее.

Исчерпывающее объяснение западных сообщений о миссии Адальберта дается в речи Высокопреосвященного митрополита Киевского и Галицкого Филарета после вручения ему диплома доктора богословия богословского факультета Яна Гуса: «...в окружении княгини Ольги были варяги-христиане, чьи родственники находились в Западной Европе и приняли христианство от духовенства латинского, от Римского патриархата. Там мечтали, чтобы Киевская Русь приняла крещение от западных миссионеров. А княгиня Ольга старалась породниться с византийским двором и принять веру от Константинополя. Не все были с этим согласны. Соединенные родственными связями с Западом, они решили пригласить в Киев западных миссионеров и епископов. Тогда кн. Ольга должна будет согласиться со случившимся фактом. Используя торговые связи с Западной Европой, варяги создали план пригласить латинских миссионеров как будто бы по прямому поручению княгини Ольги. Русские летописи молчат об этой выдумке, а западные говорят» ^xxi[21].

Русские источники свидетельствуют о том, что св. Ольга, приняв истинную веру Христову в КПле, не только сама всю последующую жизнь оставалась верной хранительницей этой драгоценной святыни, но и неустанно трудилась для распространения ее истин между своими подданными.

Первой ее заботой было желание обратить ко Христу своего собственного сына - будущего правителя Руси - Святослава. Так, Ольга часто говорила ему: «Аз, сыну мой, Бога познах и радуюся. Аще ты познаешь и радоватися почнешь». И несмотря на то, что он отказывался, св. княгиня, не принуждая и продолжая любить его, как истинная христианка, со смирением молилась «за сына и за люди по вся нощи и дни», с надеждой повторяя:«Воля Божья да будет; аще Бог хощет помиловати рода моего и земле русские, да возложит им на сердце обратиться к Богу, яко же и мне Бог дарова» (ПВЛ, с. 46).

Во время своих многочисленных миссионерских путешествий, проповедуя слово Божие, «яко истинная ученица Христова и единоревнительница апостолов», св. княгиня удостоилась видеть, как многие из ее подданных, внимая ей, «любезно принимали от уст ея слово Божие и крестились» (ПСРЛ, т. XXI, ч. 1,с. 27).

Это предание, сохранившееся в народной памяти и записанное в XVI веке, вполне сопоставимо с древним свидетельством XI века о том, что св. Ольга, вернувшись из КПля, «требища бесовския сокруши». Именно в духовной борьбе, вооруженная св. Крестом Господним и всепобеждающей силой слова Божия, она сокрушала в сердцах своих подданных, принимавших крещение, идолов и кумиров. Но проводить политику христианизации, заниматься храмостроительством Ольга могла только в пределах своих личных дворцов и поместий, т.к. в то время еще сильны были позиции партии язычников, которым сочувствовал воинственный Святослав.

Велика заслуга св. Ольги и на другом поприще ее земного служения. Занимаясь воспитанием своих внуков, она первая посеяла семена веры Христовой в сердце будущего крестителя Руси св. кн. Владимира. И именно эти наставления и ее святая жизнь одна из главных причин, побудивших св. князя обратиться ко Христу.

Когда же настали ее последние часы в этой жизни, св. Ольга, зная о язычестве сына Святослава, «заповедала не творити тризны над собою» и завещала совершить ее погребение по христианскому закону. Священник «похорони блаженную Ольгу». Во время похорон плакали и сын ее, и внуки, и «людье вси», то есть не только христиане, но и язычники, среди которых она «сияла, аки луна в нощи». Глубоко верно суждение, высказанное нашим летописцем, что св. Ольга, по праву именуемая Русской Православной Церковью равноапостольной и просветительницей Русской земли, «первое вниде в Царство Небесное от Руси» (ПВЛ, с. 48 - 49).

Период, отделяющий кончину св. Ольги ( 969) от крещения Руси при св. кн. Владимире, характеризуется в истории нашего христианства наступлением языческой реакции.

По словам С.Ф. Платонова, «Языческие верования наших предков вообще малоизвестны». В основном религиозность наших предков выражалась в поклонении силам видимой природы, воплощавшейся в личных божествах (божество солнца- Дажьбог, «скотий бог» - Велес, «великий Хорей» - солнечное светило, небо - Сварог, бог-громовержец Перун, Стрибог - повелитель ветра и пр.). Внешний культ у славян был мало развит: не было ни храмов, ни особого сословия жрецов, что не позволяло язычеству пустить глубокие корни в формирующемся государстве. «Кое-где на открытых местах ставились грубые изображения богов, «идолы». Им приносились жертвы, иногда даже человеческие: этим и ограничивалось идолослужение» ^xxii[22].

Так же важную частью верований славян составлял культ предков, когда обожествлялся давно умерший родоначальник и прародительница в виде рода, или щура и рожаницы. «Вера в загробную жизнь, проникавшая весь этот культ предков, сказывалась и в том веровании, что души умерших будто бы бродили по земле и населяли поля, леса и воды (русалки, лешие, водяные)» ^xxiii[23].

Мифология варягов, занимавших ведущие позиции в Киевской Руси, была не менее примитивна, поэтому при подписании договора 944г. кн. Игорь, варяг по происхождению, и его варяжская дружина уже клянутся славянским Перуном и поклоняются его идолу.

После неудачи Святослава в войне с болгарами проязыческое окружение князя внушает ему мысль о виновности в этом христиан, прогневляющих славянских богов. Святослав начинает преследование христиан в своем войске и даже умертвляет своего брата Глеба, по-видимому именно того племянника о котором упоминается в ПВЛ во время описания визита Ольги в КПль^xxiv[24].

В наивысшую фазу обострения отношений официального язычества и развивающегося христианства, после некоторого затишья во времена «кроткого и милостивого» Ярополка и Олега, Киевская Русь вступает с воцарением их младшего брата Владимира (978г.). «Владимир был еще ребенком, когда умерла Ольга, и меньше других братьев подпал под ее влияние; потом он, тоже еще в детстве, увезен был в Новгород, где христианство было менее известно, чем в Киеве, и вырос там под влиянием старой веры», - сообщает нам А.В. Карташов^xxv[25]. Над причиной столь ревностного обращения к язычеству, задумывались многие историки. Однозначного ответа на этот вопрос дать нельзя, но в числе основных факторов можно привести следующие:

1) Личная религиозная одаренность князя, которая неизбежно привела только к большему обнаружению всего примитивизма и «несостоятельности язычества и ускорила переворот в убеждениях князя и лучших людей» ^xxvi[26].

2) Стремление князя сплотить Русь, через унификацию религиозных взглядов подчиненного ему населения - подобный пример в истории мы встречаем в III в. во время гонения имп. Декия (249-251гг.), фанатично насаждавшего древние государственные культы во имя спасения империи.

3) Подпадение Владимира под влияние провинциальной новгородской языческой оппозиции во главе с его дядей Добрыней, выступавшей за независимость Руси от христианских держав.

«Настал критический момент, - пишет А.В. Карташов, - когда языческие силы антихристианской реакции решили смести со своего пути грозный призрак принятия греческой веры и морального подчинения грекам, а не наоборот, как понимала варяжская реакция: - под знаком праотеческих богов завладеть Царьградом, его культурными богатствами и силами, и так решить вопрос о синтезе религии и передовой европейской культуры. Выполнителем этого наивного плана победы над греческим христианством языческая партия избрала Владимира... Руководившие им дружинники и вся атмосфера Новгорода благоприятствовали этому конфликту с сильно уже христианизованным Киевом. Киев, по своему географическому положению на пути «из варяг в греки», притягивал к себе завоевательные аппетиты князей-варягов» ^xxvii[27].

В 980г. Владимир и Добрыня, навербовав достаточную армию в Западной Скандинавии, начинают движение на Киев. Причиной поражения Ярополка часто называют предательство языческой части Киева, ревностно наблюдавшей за протекционистской политикой князя в отношении киевских христиан^xxviii[28].

После воцарения в Киеве Владимир начинает фанатично насаждать языческий культ со всем его бесчеловечным натурализмом. «И стал Владимир княжить в Киеве один, - сообщает летописец, - и поставил кумиры на холме за теремным двором: деревянного Перуна с серебряной головой и золотыми усами, затем - Хорса, Даждьбога, Стрибога, Симаргла и Мокоша. И приносили им жертвы, называя их богами... И осквернилась кровью земля Русская и холм тот...». В благодарность киевским язычникам и богам за победу над братом Владимир приносит в жертву первых мучеников Русской Православной Церкви Феодора и Иоанна. По словам печатного жития Владимира, были разрушены все христианские церкви, жители силою принуждались к поклонению идолам^xxix[29].

В центре всех событий времен становления древнерусской государственности стоит фигура св. равноап. кн. Владимира, главной чертой, которого, по выражению проф. П.В. Знаменского была «широта натуры» ^xxx[30].

Похожим характером обладали и первоверховные апп. Петр и Павел. Страстный, всегда старавшийся опередить ход событий, ап. Петр не раз наталкивался на обуздывающие слова Господа (Мф 16,23; Мф. 26,34), но именно ему сказано: «Ты - Петр, и на сем камне создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее» (Мф. 16,18). Ап. Павел - ревностный иудей, дышавший «угрозами и убийствами на учеников Господа» (Деян. 9;1), но он единственный из всех апостолов «более всех потрудился» (1Кор. 15;10). Ту же “широту натуры” находят современники и у имп. Пера I, преобразившего своими деяниями лик России.

Поэтому человек, размах личностных качеств которого так необычайно широк, неизменно оставляет тот или иной след в истории. Но содействие благодати Божией, преображающей инфернальные глубины личности, направляет и облагораживает гигантские силы воистину мировых масштабов. Без Божьей помощи эти силы извращаются и постепенно иссякают. Поэтому столь часты среди таких титанов и невероятные, потрясающие своими масштабами злодеяния, и примеры ни кем не превзойденной святости. И если Господь рядом, то фарисей Савл становится ап. язычников Павлом, рыбак Симон - первым среди двенадцати равных - ап. Петром, а языческий кн. Владимир «благодатью Божиею» (1Кор.15;10) - св. равноап. великим князем Владимиром-Василием - Крестителем Руси.

В основе наших знаний о личности св. равноап. кн. Владимира лежат древнейшие памятники русской литературы. Таковыми прежде всего являются два замечательнейших произведения церковной письменности первой половины XI века «Память и похвала св. Владимиру», составленная мнихом Иаковом, и «Слово о Законе и Благодати», принадлежащее перу первого русского по происхождению митрополита Иллариона. В них, вместе с «Чтением о Борисе и Глебе» преподобного Нестора и рядом летописных известий, содержатся бесценные сведения о св. князе как о человеке, возвысившемся до истинных интересов своего народа и ставшем крестителем всей Русской земли.

Характеристики

Список файлов реферата