moskvin avtoreferat (719189), страница 7
Текст из файла (страница 7)
В пятом разделе данной главы рассматриваются индивидуально-психологические и гендерные особенности при хроническом алкоголизме. Приведенные факты позволяют говорить о том, что индивидуальные предиспозиционные особенности в виде преобладания правополушарного доминирования способствуют более быстрому развитию алкоголизма. Данные других исследователей свидетельствуют о том, что по мере развития заболевания происходит постепенное снижение функциональных особенностей и всего мозга в целом, и в частности - функций правого полушария, возможно, как более чувствительного к алкоголю (Ю.Л. Арзуманов, Г.С. Шостакович, 1982; Э.А. Костандов, 1983; Л.И. Пандаевский, 1988; Т.Н. Рещикова, 1982; М.Г. Цагарели, 1995).
Говоря о гендерных различиях в употреблении алкоголя, можно отметить, что женщины в целом имеют меньший уровень показателей по шкале HRAR (High Risk Alcohol Relapse scale - шкала высокого риска алкогольного рецидива) и у них отмечается более низкое ежедневное потребление алкоголя (A. Dimaztini et al., 1998). Считается, что ограничение мужчин в потреблении алкоголя может способствовать в дальнейшем формированию алкогольной зависимости и увеличению частоты приема алкоголя и объема употребляемых напитков. У женщин последствия ограничения в потреблении алкоголя выражены значительно меньше (J.P. Connor et al., 1999). Также считается, что у женщин проблемное злоупотребление алкоголем существенно и достоверно ассоциировано с потребностью в любви и уважении, особенно в семье, что не является закономерностью для мужчин (M. Teichman, T. Keidar, 1999).
Психиатры и наркологи отмечают, что своеобразие клиники алкоголизма у женщин заключается в более тесной связи влечения к алкоголю с расстройствами настроения депрессивного круга, причем в большей степени это выражено у левоглазых женщин, клиническая картина заболевания которых характеризуется прогредиентным течением и быстрым формированием психической и физической зависимости от алкоголя, что требует также проведения более эффективных лечебных мероприятий (А.П. Чуприков и соавт., 1985).
Изложенные материалы, на наш взгляд, свидетельствуют о правомерности и перспективности психофизиологического подхода к анализу такого заболевания как хронический алкоголизм. Понимание наличия индивидуальных предпосылок, лежащих в основе развития этого заболевания, позволяет прогнозировать его течение. Изложенные данные имеют дополнительное дифференциально-диагностическое и прогностическое значение при проведении судебно-психологических экспертиз (В.А. Москвин, 1996б). Они также могут быть использованы в целях профотбора и профориентации (В.А. Москвин, 1996а).
Седьмая глава называется «Индивидуальная нейрохимическая асимметрия человека и проблема индивидуальных различий». В первом разделе этой главы рассматривается проблема биохимической индивидуальности человека в психофизиологии и ее связь с функциональными асимметриями. Во втором разделе главы приведены данные исследований латеральных особенностей у страдающих наркоманиями. При анализе темы индивидуальной нейрохимической асимметрии человека представляет интерес вопрос о ее возможной связи с проблемой формирования наркотической зависимости. Причины генеза возникновения и развития состояний наркотической зависимости мультифакторны и здесь в равной степени переплетены как биологические, так и социальные составляющие. Сами биологические факторы также разнообразны, к ним могут быть отнесены индивидуальная нейрохимическая предрасположенность, а также индивидуальные особенности функциональных асимметрий. До настоящего времени эта проблема остается мало исследованной, хотя ряд работ свидетельствуют о наличии таких девиаций и при хроническом алкоголизме (В.А.Москвин, 1999, 2000). Выявление особенностей структуры латеральных признаков в выборке лиц страдающих наркоманиями, может дать возможность заранее выявлять группы риска (с учетом особенностей сопутствующих социальных факторов) и проводить адекватные психопрофилактические мероприятия.
Для решения этой проблемы с помощью «Карты латеральных признаков» (по А.П. Чуприкову, 1985) нами было обследовано 100 человек (юноши в возрасте от 17 до 23 лет, средний возраст - 19 лет), находящихся на лечении в наркологическом диспансере. В контрольную группу вошли юноши (n = 101) в возрасте 17-20 лет.
Анализ представленности латеральных признаков у страдающих наркоманиями показал, что (по сравнению с контрольной группой) у них обнаруживается значимое и достоверное снижение правого признака по зрительному (48,0 %) анализатору. Процент праворуких среди больных составил 86,0 %, что ниже показателей контрольной группы - 95 %. Реже встречается у больных (по сравнению со здоровыми испытуемыми) правый тип аплодирования – 62 %, правая «точная» и «толчковая» нога ( 87% и 40%). Таким образом, в выборке наркозависимых прослеживается тенденция к увеличению леволатеральных сенсомоторных признаков, что в целом свидетельствует о преобладании правополушарных (или леволатеральных) признаков сенсомоторного доминирования. Исследование распространенности латеральных признаков в выборке наркозависимых и разбивка их на латеральные группы в системе измерений «рука-ухо-глаз» показало следующее: латеральная группа ППП составила 36 % (в норме – 47,5 %), группа ПЛП - 5% (в норме – 16,8 %), группа ППЛ составила 39 % (25,7 %) , ПЛЛ – 6 % (5 %) и смешанная группа синистральных (амбидекстров и леворуких) составила 14 %, в норме – 5% .
Таким образом, дефицитарность (или недостаточность) левополушарных функций и девиации в распространенности латеральных профилей можно рассматривать в качестве индивидуальных психофизиологических предпосылок возможного развития состояний наркотической зависимости. Полученные данные могут быть использованы в целях дифференциальной диагностики, а также при прогнозе возможного развития заболевания (В.А. Москвин, Т.Н. Иванов, 2001).
Однако наличие таких девиаций не означает обязательного возникновения и развития наркотической зависимости, многое здесь зависит от социального окружения подростка и от своевременности и адекватности проводимых психопрофилактических мероприятий. Одним из основных факторов прогрессивного развития наркомании является неосведомленность молодежи и подростков о последствиях даже единичного употребления наркотиков, поскольку примерно в половине случаев пристрастие к ним может возникать уже после первой дозы.
Вопросы психологических особенностей подростков пока еще мало решены при исследовании проблемы формирования и развития наркотической зависимости, которая, к сожалению, в последнее время приобретает все большую актуальность. В психологии имеются попытки изучения этого вопроса (В.В. Гульдан и соавт., 1990; 1993; Е.А. Брюн, 1997; А.В. Сухарев, Е.А. Брюн, 1998; Т.И. Петракова и соавт., 1999), однако они, к сожалению, все еще явно недостаточны.
Слабость прогнозирующих и регулятивных функций у подростков-наркоманов (по литературным данным) позволяют предполагать наличие проявлений левополушарной недостаточности, что и было подтверждено в нашем исследовании. Есть все основания считать, что дифференциально-психофизиологический подход, учитывающий латеральные (и связанные с ними нейрохимические) особенности человека, окажется продуктивным и при изучении проблемы формирования и развития наркотической зависимости. Это даст возможность приблизиться к решению одной из актуальных социальных задач, стоящих в настоящее время перед психологией.
Восьмая глава называется «Функциональные асимметрии человека и особенности реализации некоторых психических процессов в норме».
В первой части главы приведены данные исследования особенностей мнестических и речевых функций в зависимости от индивидуальных профилей латеральности. При анализе результатов психодиагностического тестирования выборка студентов вуза в целом (n = 117), в.т. числе группа юношей (n = 33) и девушек (n = 84) были разделены на две подгруппы с разными показателями пробы «перекрест рук» (ПППР) – правым и левым. Результаты факторного анализа показали, что в обеих выборках (юношей и девушек) в матрицах наблюдений для параметра «правый перекрест рук» характер объединения и, соответственно, обусловленностей получились иными, чем для матриц наблюдений с показателем « левый перекрест рук». Различные объединения показателей по факторам в этих матрицах исследований говорят о различной природе обусловленностей между одними и теми же показателями. Об этом говорит и различный вклад в общую дисперсию факторов для матриц исследования двух выборок (юношей и девушек).
Для выборки женщин была проведена групповая идентификация психодиагностических показателей. Для групповой идентификации показателей матрицы исследования на базовой матрице (женщины с левым показателем пробы «перекрест рук», n = 48) для всех 80 психодиагностических показателей были построены методом Брандона регрессионные модели. Так для первого показателя строилась регрессия «у1 = f (x1, x2, …, x80)», для второго – «у1 = f (x1, x2, …, x80)», и т.д. для всех показателей. То есть для данного зависимого показателя остальные показатели были аргументами в модели. По построенным моделям находились модельные значения показателей и абсолютные ошибки между исходными значениями и модельными. По массивам абсолютных ошибок находились границы доверительных интервалов для этих абсолютных ошибок по каждому показателю.
С помощью построенных регрессионных моделей определялись абсолютные ошибки на матрице исследования, которую необходимо было идентифицировать. Если эти абсолютные ошибки не превышали первой границы доверительного интервала для соответствующего показателя, то считалось, что по данному показателю произошло попадание в группу женщин со значением «левый ПППР». Такие же модели были построены для группы женщин с показателем «правый ПППР» (n = 29). Далее была построена объединенная матрица и была проведена идентификация групп женщин с показателями «правый ПППР» или «левый ПППР». Полученные данные показали, что групповая идентификация по регрессионным моделям и доверительным интервалам абсолютных ошибок имеет хорошую адекватность, свидетельствует о разной природе происхождения правого и левого показателей пробы А.Р.Лурия «перекрест рук», об их независимости и успешно может использоваться при исследованиях латеральных особенностей человека.
Применение непараметрических методов (критерия Вилкоксона-Манна-Уитни) показало наличие достоверных различий по средним значениям при исследовании показателей произвольного и непроизвольного запоминания. У юношей с правым ПППР показатель произвольного запоминания (Р1) составил 86,28 %, а с левым ПППР – 80,42 %. У девушек эти показатели были 88,8 % и 85,12 % соответственно. При исследовании непроизвольного запоминания были получены два показателя (Р2 и Р3). В группе юношей с правым ПППР показатель Р2 составил 17,11 %, а с левым – 21,13 %; у девушек – 23,36 % и 25,2 % соответственно. Следующий показатель (Р3) у юношей с правым ПППР составил 16,12 %, а с левым – 16,17 % (различия не достоверны). У девушек этот показатель составил 13,9 % и 20,41 % соответственно (различия достоверны). Девушки, по сравнению с юношами, в целом также обнаруживают более высокие показатели как произвольного, так и непроизвольного запоминания.
При анализе результатов опосредованного запоминания (с помощью методики «пиктограмма» по А.Р.Лурия) более высокие показатели были отмечены у лиц с правым ПППР (при сравнении с левым), причем как у юношей – 73,86 % и 66,48 %, так и у девушек – 84,53 % и 80,61 % соответственно. По средним значениям девушки также обнаружили более высокие показатели опосредованного запоминания (82,57 %) по сравнению с юношами (70,17 %).
По результатам дихотического тестирования более высокие показатели коэффициента правого уха были отмечены у юношей с правым ПППР – 29,7б, у лиц с левым ПППР этот показатель составил 28,5 б. У девушек была выявлена аналогичная закономерность – 19,26 б. и 6,7 б. соответственно.
Анализ других психодиагностических параметров показал, что у девушек с правым ПППР отмечаются более высокие значения «экстраверсии» Айзенка по сравнению с левым ПППР (14,56 б. и 12,35 б. соответственно), а также более низкие значения «эмотивности» (16,28 б. и 18,6 б.), «дистимичности» (6,18 б. и 7,57 б.) и «экзальтированности» (14,78 б. и 18,48 б.) в методике Леонгарда-Шмишека. Юноши с правым ПППР (по сравнению с левым) также обнаружили более высокие значения «экстраверсии» Айзенка (14,0 б. и 12,22 б.) и «гипертимности» ММРI ( 69,36 б. и 66,28 б.), более низкие показатели «нейротизма» Айзенка ( 9,93 б. и 10,67 б.). У юношей с левым ПППР отмечены более высокие показатели потребности в одобрении (методика Краунда-Марлоу), «ипохондрии», «депрессии», «истерии» и «психастении» ММРI. При разделе выборки юношей на две подгруппы по ведущему уху (в моноауральных поведенческих актах) было установлено, что испытуемые с правым ведущим ухом обнаруживают достоверно более низкие показатели «гетерономности» в цветовом тесте (с использованием интерпретационных коэффициентов по Г.А.Аминеву, 1982), что соответствует психологическим характеристикам автономности, активности, инициативности, независимости, склонности к доминированию, стремления к успеху и самоутверждению.
В обсуждении анализируются современные данные о связи разных признаков межполушарного доминирования с индивидуальными особенностями реализации психических процессов – мышления, регуляторными процессами, индивидуальными стилями эмоционального реагирования и др.
Проведенное исследование позволило установить, что в норме правополушарное доминирование в большей степени связано с непроизвольным запоминанием, а левополушарное - с произвольными видами памяти. Полученные данные соответствуют результатам, полученными ранее при исследовании больных с локальными поражениями мозга (Н.К.Киященко и соавт., 1975), однако, впервые аналогичные результаты были получены на здоровых испытуемых. Было установлено, что опосредованное запоминание в большей степени связано с доминированием левополушарных структур. При проведении дихотического тестирования также было выявлено, что правый показатель в пробе “перекрест рук” коррелирует с более высокими показателями «экстраверсии» и коэффициента правого уха в дихотическом тесте. Это может свидетельствовать о более выраженной левополушарной локализации двигательного центра речи у лиц с правым показателем в пробе А.Р.Лурия «перекрест рук», что, в свою очередь, может определять и более высокий уровень коммуникативных возможностей таких индивидов.
Во втором разделе главы на примере больных с цветоаномалиями рассмотрены вопросы взаимосвязи латеральных признаков с особенностями цветовосприятия. Были исследованы латеральные признаки у 128 лиц, страдающих цветоаномалиями (мужчины в возрасте 20— 35 лет), со средним или средним специальным образованием, проходящих военно-врачебную экспертизу. Тестирование цветового зрения осуществлялось с помощью таблиц Рабкина, диагноз цветоаномалии и ее тип устанавливались врачом-офтальмологом. Латеральные особенности испытуемых определялись с помощью «Карты латеральных признаков». В контрольную группу вошло 276 практически здоровых мужчин (без дефектов цветовосприятия) с аналогичным социальным статусом и образовательным уровнем. Общий объем выборки составил 404 человека. При статистической обработке данных использовался метод углового преобразования Фишера.
В исследованной выборке страдающие цветоаномалией типа А составили 15,5%, типа В — 75,2% и типа С — 9,3%. Правый показатель в пробе «переплетение пальцев» в группе с цветоаномалией составил 45,7% (в норме 43,8%), в пробе «перекрест рук» — 30,2 и 41,3% соответственно (р< 0,02). Правое ведущее ухо в моноауральных поведенческих актах составило 73,6 и 72,1% соответственно, доминантный правый глаз — 63,6 и 64,9% соответственно. При исследовании распределения вариантов латеральных профилей в системе измерений «рука — ухо — глаз» распространенность вариантов ППП среди лиц с цветоаномалией составила 46,5%, в норме 47,8%; ППЛ — 24 и 23,9%; ПЛЛ — 5,4 и 8,7% соответственно. Леворукие в выборке лиц с цветоаномалией составили 12,4%, а леворукие и амбидекстры в группе сравнения — 6,2% (р<0,02).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
