42062 (687012), страница 2
Текст из файла (страница 2)
2. Социальные диалекты.
Под социальными диалектами понимают отличающиеся от общенародного языка только лексикой профессиональные языки охотников, рыболовов, гончаров, сапожников и др., групповые, или корпоративные; жаргоны, или сленги, учащихся, студентов, спортсменов, солдат и других, главным образом молодёжных коллективов; условные (тайные) языки, арго (деклассированных элементов, ремесленников-отходников, торговцев).
В категорию социальных диалектов включают все или почти все социально-обусловленные разновидности языка, независимо от их структурно-языковых и функциональных особенностей.
Если территориальные диалекты порождены пространственной, географической разобщенностью народа, то природа социальных диалектов – в социально-сословной, профессиональной, социально-возрастной и социально-половой (или профессионально-половой) разобщенности общества. Территориальная неоднородность языка дает как бы его «горизонтальное» членение, социальная неоднородность – его «вертикальное» членение.
Назначение социальных диалектов – служить средством связи для лиц, входящих в определенную социальную или профессиональную группировку, объединять членов в одну корпорацию, имеющую свои интересы – профессиональные, социально-сословные, возрастные, культурно-эстетические и т.п. Возникая в ответ на различные профессиональные и групповые потребности отдельных коллективов, социальные диалекты в речевой практике говорящих всегда сосуществуют с другими формами существования языка, которые всегда выступают как первичные, опорные, основные (литературный язык, территориальные диалекты, городской койне, просторечие), а социальные диалекты – как дополнение к ним (иногда профессионально необходимое, и иногда и явно факультативное, например, жаргон).
3.Исторические особенности немецких диалектов и их взаимосвязь с современным немецким языком
Одной из главных целей моей работы является выявление фонетических, орфографических, словарных и отчасти грамматических особенностей основных немецких диалектов в разные исторические периоды и их влияние на становление общенемецкого литературного языка, на возникновение региональных лексико-семантических дублетов, идеографических синонимов, их территориальную предпочтительность и степень различия, выявление современных тенденций в этом процессе. Значительные территориальные различия в лексике, фразеологии, фонетике и отчасти грамматике на уровне разговорного языка и диалектов образуют специфические свойства немецкого языка. Диалекты - понятие глубоко историческое, степень их устойчивости в разных странах объясняется конкретно-историческими условиями.
В Германии, в частности, в силу существовавшей длительное время феодальной раздробленности, диалекты, являясь процессом очень сложным и противоречивым, сохраняли свою первенствующую роль гораздо дольше, чем в других языках. При формировании письменного языка вытеснение диалектов шло очень медленно. Переплетаясь в единый язык в процессе развития общенациональной языковой нормы, часть диалектных явлений, особенно в области лексики, вошла в национальный язык. Фонетические, словарные и грамматические особенности местных диалектов оказались очень устойчивыми на протяжении всей истории развития общенационального языка, существенно объясняя пути формирования литературного языка и взаимоотношения между историей языка и историей народа. Хронологически языковеды различают три периода в развитии немецкого языка: древний, средний и новый.
В древний период главным отличием господствовавших в то время верхненемецких, нижненемецких и нижнее франкских диалектов был консонантизм, который получил совершенно особый характер благодаря так называемому второму передвижению взрывных согласных. Наибольшее распространение нашло передвижение глухих t, p, k. В середине слова между гласными они во всех верхненемецких диалектах перешли в соответствующие удвоенные спиранты [ t > ss, p > ff, k > hh]. Начальное р перешло в pf только в южно-немецких и некоторых центральных диалектах. Так как эти диалекты легли в основу литературного языка, то в современном немецком языке мы находим всюду pf вместо прагерманского p (гот. pund, новогерм. pfitnd, лат. papa, новогерм. pfaffe).
А вот переход k в kh, который прослеживался только в южных диалектах, отражается до сих пор в живой народной речи. Аффриката, обозначаемая на письме как ch, слышится, например, в разговорной речи в Швейцарии. Из звонких передвижение коснулось лишь общегерманского d, на месте которого в некоторых диалектах южных и восточнофранкских появляется t, перешедшее затем в литературный немецкий язык: гот. - dags, агск. - dag, нем. - tag.
Граница между нижненемецкими и верхненемецкими диалектами была довольно строгой и хорошо очерченной. А вот граница между верхненемецким наречием (южная Германия, Швейцария, Австрия) и средненемецким (центральная Германия) не была очерчена так резко, как между верхненемецким и нижненемецким. Одно наречие постепенно переходило в другое. Что касается орфографических традиций, то следует отметить следующее.
В древний период (с VIII по XI вв.) завершился процесс редукции конечных и безударных слогов, т.е. полные гласные этих слогов сменились неопределенной гласной «ə», обозначенной в рукописях и сохранившейся до сих пор буквой «е». Благодаря этому сгладилось различие основ на «а» и «г» в склонении имен существительных. Однако в некоторых южно-немецких диалектах, особенно алеманском, полные гласные продержались значительно дольше, чем в остальных наречиях. Орфографические традиции в пределах определенного диалекта развивались еще медленнее. Появившиеся словари - глоссарии (перевод с латинского языка), являющиеся древнейшими памятниками немецкого языка, также долгое время переписывались соответственно своему диалекту. В средний период особенно резко отличаются друг от друга верхненемецкие и средненемецкие тексты, содержащие множество диалектных особенностей. Словарь еще близок к древне-верхненемецкому, много архаизмов в диалектных формах: множественное число вспомогательных глаголов, еще wir birn, ir birt вместо позднейшего sin, sit, различаются дательный и винительный падежи множественного числа личных местоимений 1-го лица uns и unsich. Позже в баварском и средне-немецком наречиях появляются новые дифтонги au, еi и еu, переход дифтонгов оu, uе и еu в простые долгие гласные. Почти все краткие главные в открытых слогах удлинены: geben, nehmen, fahren, sagen.
В письменных памятниках XIV-XV вв. особенности местных наречий выступают очень резко. В это время особое значение приобретают проповеди благодаря распространившемуся по всей Германии религиозному движению. С XIV в. немецкий язык становится языком канцелярских и дипломатических сношений, заменяя собою латынь. Именно грамоты, протоколы, отчеты и другие официальные бумаги XIV в. дают богатый материал для изучения диалектологии этого периода. Странствующая жизнь рыцарей-поэтов того времени, необходимость выступать со своими произведениями при дворах и средней и южной, и западной и восточной Германии привела к тому, что поэты стали воздерживаться от употребления таких форм и оборотов, которые были свойственны только их родному диалекту и чужды другим. Единообразным язык рыцарской поэзии был лишь в лексическом отношении, но в фонетике и морфологии единства не было. Официальные бумаги представляли собой пеструю смесь всевозможных немецких диалектов в зависимости от происхождения писцов. Но, к примеру, язык императорской канцелярии Карла IV, находившейся в Праге, был смесью средненемецких и верхненемецких форм и оставался таким, когда власть перешла к Габсбургам и канцелярия была переведена в Вену. Этой тенденции следовали и другие канцелярии, хотя в частных письмах каждая канцелярия употребляла свой диалект. Даже после изобретения книгопечатания как одного из решающих факторов в истории развития немецкого литературного языка долгое время книги перепечатывались с диалектными изменениями текста.
Как свидетельствуют историки, главными типами диалектных языков в XVI в. были: баварско-швабский, верхнерейнский, нюрнбергский, среднерейнский, саксонский, среднефранкский.
Даже Лютер, будучи реформатором, в фонетике и орфографии придерживался норм, выработанных саксонской канцелярией, словарь же его и синтаксис - словарь и синтаксис народного языка, т.е. языка его родины, верхнесаксонского. С переводом Лютером Библии в протестантских странах не сразу признали каноничность языка Лютера. В Базеле по напечатанию Библии подробно толковали “иностранные слова”, а когда вышел Новый Завет, то орфография в нем была изменена соответственно особенностям фонетики алеманского наречия, а дифтонги Лютера заменены простыми гласными. Для католической же Германии образцовым языком еще долго оставался язык имперской канцелярии с его обилием южно-германских форм.
Далее в XVII и XVIII вв. образцовым языком становился язык то под влиянием диалекта Саксонии, то франкфуртского диалекта, то в драмах и стихах поэты старались говорить народным языком, при этом каждый опирался на наречия той области, где он сам родился и вырос. Литературный язык долго не мог восторжествовать в значительной части южной Германии.
В ново-немецкий период единство достигнуто в области правописания и морфологии. В лексическом же отношении на уровне разговорного языка и отчасти письменного литературного языка Север и Юг, Восток и Запад значительно расходятся. Так, различные области Германии и теперь имеют свои особые названия для всевозможных вещей повседневного обихода, для ремесел и орудий ремесел, для кушаний и т.д.
Сравнивая, например, два тождественных по содержанию меню берлинского и венского ресторанов, можно придти к заключению, что они написаны на разных языках. “Столяр” в северной Германии называется Tischler, в южной – Schreiner, “мясник“ в северной Германии - Fleischer, в южной - Metzger, на севере говорят Sonnabend, dieses Jabr, на юге - Samstag, heuer. Кёльнский собор называется der Kölner Dom, страсбургский - das Strasburger Munster. В округе Лейпцига вместо gehen скажут duseln, latschen, schlumpen, zotteln или вместо reden - bapeln, labern. А берлинец со словом Affe свяжет много фразеологизмов и устойчивых сочетаний: lackierter Affe, Affenhitze, ik denke, der Affe laust mir и т.д.
В разговорном языке диалектные различия выступают еще резче, так как слова (в том числе и литературного языка) акцентируются и артикулируются по-разному, хотя регулятивом во всех случаях и является орфография. Еще Гёте, будучи директором театра и имея дело с актерами из разных местностей Германии, замечал, что многие из них при произнесении слов не отличают b от p., d от t, для них эти звуки как бы и не являются разными буквами. Орфография в качестве регулятива не всегда совершенна. Так, например, исторически все краткие гласные в открытых слогах стали долгими. В силу этого в парадигмах склонений существительных количество коренных гласных в разных падежах может быть различным. В северной Германии склоняют: das Rad - des Rades, das Glгs — das Glases, в южной же Германии долгая гласная по аналогии внесена и в именительный падеж, невзирая на открытый слог, т.е. парадигма: Rad - Rades, Glas — Glases и т.д. Немецкая орфография консервативней живой речи.
Несмотря на все реформы, она сохранила еще некоторые особенности произношения, давно уже исчезнувшие в живой речи. Так, в ново-немецком языке все s перед r, l, т, п, р, t, w перешли в звук љ, т.е. ср.-верхненем. snidan - нововерхненем. schneiden, ср.-верхненем. swimmen - нововерхненем. schwimmen, На письме, однако, звук љ, обычно обозначаемый тремя буквами sch, перед t и р все еще обозначается буквой s. В нижненемецких наречиях этот переход s > st не имел места, народ в северной Германии и поныне говорит slagen, swimmen и т.д.
В разговорной речи и частной переписке еще в XVIII в. диалект почти всюду играл первенствующую роль. До сих пор почти каждый немец двуязычен. Это не исключение, что в немецкой Швейцарии население говорит на двух “языках” - общенемецком, господствующем в официальных учреждениях, прессе, литературе, церкви и школе, и на алеманском диалекте, который является обиходным разговорным языком в семье и в общении с близкими людьми. Такое положение господствовало во всей Германии на протяжении всего XVIII в.; а в северной Германии и в XIX в.
Устойчивы и живучи территориальные диалекты и в настоящее время. В историческом плане можно говорить о целом множестве посредствующих звеньев, ведущих от чистого диалекта к литературному языку. К числу наиболее характерных посредственных звеньев такого рода принадлежат так называемые городские диалекты. Характеризуются они тем, что в них устранены наиболее яркие фонетические, грамматические и лексические признаки диалекта, но сохраняются другие его особенности. Примером такого диалекта является в северной Германии берлинский диалект. В основе своей это, несомненно, нижненемецкий диалект, но благодаря быстрому росту Берлина как столицы, все возрастающему влиянию школы, прессы, военной службы и т.п. диалект все больше стал приближаться к литературному языку и постепенно нижненемецкий диалект сказывается лишь в артикуляции и в ряде от- дельных слов и идиом. И тот факт, что современные берлинцы при устном общении часто путают формы дательного и винительного падежей личных местоимений (например, mir вместо mich и наоборот), объясняется тем, что первоначальное берлинское наречие, как все нижненемецкие диалекты, знало только одну форму для дательного и винительного падежа - mir.
В средней и южной Германии различия между народным наречием и литературным языком не так велики, потому что литературный язык образовался, по существу, из средне-немецкого и нижне-немецкого. Швейцарцы и жители северной Германии изучали литературный язык почти как чужой язык, поэтому они говорят на нем гораздо корректнее, чем жители тех областей, где народные говоры сами по себе ближе к литературному языку.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
