2094 (684735), страница 7

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

(г) оно должно получить лицензию на осуществление страховой деятельности в порядке, установленном Условиями лицензирования.

Некоторые полагают, что страховщик может создаваться только в форме хозяйственного общества,⁵⁵ поскольку страховщику необходим уставный капитал, а уставный капитал формируется только в хозяйственных обществах. Эта точка зрения весьма спорна, поскольку необходимость уставного капитала диктуется требованием финансовой устойчивости, но финансовую устойчивость могут обеспечивать и складочный капитал товариществ, и уставный фонд, создаваемый в унитарных предприятиях, и паевой фонд производственных кооперативов. Во всяком случае, не совсем ясно основание, по которому товариществу, унитарному предприятию или производственному кооперативу может быть отказано в выдаче страховой лицензии. Судебная практика по этому вопросу отсутствует, однако формальное основание, т.е. использование в нормах комментируемого Закона лишь термина «уставный капитал», вряд ли будет признано судом достаточным для отказа в выдаче лицензии. Термин «уставный капитал», использованный в Законе, следует, на мой взгляд, толковать расширительно.

Страховые лицензии выдает орган страхового надзора российским юридическим лицам любой организационно-правовой формы, целью создания которых является страховая деятельность, обладающим необходимым уставным капиталом и представившим в орган страхового надзора документы, перечень которых приведен в п. 1 ст. 32 Закона.

Страховщик, не получивший в установленном порядке лицензию, не может заниматься страховой деятельностью. Сделки страхования, заключенные страховщиком, не имеющим соответствующей лицензии, оспоримы в соответствии со ст. 173 ГК. Это положение распространяется как на лиц, вообще не имеющих лицензии на осуществление страховой деятельности, так и на лиц, имеющих лицензию, но не на те виды страхования, которые фактически осуществляются.

Отмечается, однако, существенное различие между лицом, имеющим лицензию не на те виды страхования, которые оно осуществляет и лицом, вообще не имеющим страховой лицензии. Лицо, имеющее страховую лицензию, признается страховщиком независимо от того, какие виды страхования перечислены в лицензии. Перечень видов страхования, указанных в лицензии, ограничивает лишь гражданскую правоспособность страховщика, но, как правило, не затрагивает другие стороны его деятельности – формирование и размещение резервов, специальный порядок формирования налоговой базы по налогу на прибыль. Имеется, тем не менее, одно исключение – от наличия лицензии зависит освобождение от НДС страховых премий по данному виду страхования (п. 6 ст. 149 НК РФ).

Лицо, вообще не имеющее лицензии на осуществление страховой деятельности, не признается страховщиком и, соответственно, не только ограничено в гражданской правоспособности и заключенные им договоры страхования оспоримы, но к нему не применяются ни правила, связанные с формированием и размещением резервов, ни специфические для страховщиков налоговые правила. Соответствующий прецедент создан Арбитражным судом Санкт-Петербурга и Ленинградской области.⁵⁶

Предметом непосредственной деятельности страховщиков не могут быть производственная, торгово-посредническая и банковская деятельность. При этом правоприменительные органы расширительно толкуют термин «непосредственная деятельность». В частности, непосредственной деятельностью признается и совместная деятельность по производству продукции или торговле, даже если страховщик принимает в ней исключительно финансовое участие.

В практике приходится встречаться со случаями, когда страховщик, с целью взыскания страховой премии от задолжавшего ему неплатежеспособного страхователя или возврата средств резервов, размещенных в лопнувшем банке, принимает от этих лиц в качестве отступного имущество и, реализуя его, хотя бы частично покрывает свои убытки. Такого рода единичные операции не относятся к торгово-посреднической деятельности и вполне правомерны, так как здесь целью является не торговое посредничество, а взыскание практически безнадежных долгов.

В отношении ограничений на участие иностранных компаний и граждан в создании российских страховых организаций в настоящее время действует нормативный акт – постановление Верховного Совета РФ «О введении в действие Закона Российской Федерации «О страховании» от 27 ноября 1992 г. N 4016-1, которое ограничивало 49% долю иностранного участника в уставном капитале страховщика.

Однако с 28 ноября 1996 г. вступил в силу Федеральный закон от 25 ноября 1996 г. N 135-ФЗ, которым ратифицировано «Соглашение о партнерстве и сотрудничестве, учреждающее партнерство между Российской Федерацией, с одной стороны, и Европейскими сообществами и их государствами, с другой стороны, заключенное на о. Корфу 24 июня 1994» (далее «Соглашение на о. Корфу») и в соответствии с п. 4 ст. 15 Конституции РФ оно стало частью российского законодательства и имеет приоритет над нормами других законодательных актов. В соответствии с п. 1 ст. 29 и п. 1 части В Приложения 7 к Соглашению на о. Корфу, упомянутое выше ограничение на участие иностранных партнеров в уставном капитале российских страховщиков прекратило свое действие через пять лет после подписания Соглашения, т.е. 24 июня 1999 г.⁵⁷

Тем не менее, законодатель посчитал необходимым ограничить возможности проникновения иностранного капитала на российский страховой рынок и принял специальный Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «Об организации страхового дела в Российской Федерации» N 204-ФЗ от 20 ноября 1999 г., которым дополнил статью 6 Закона пунктами 3 и 4. Этот Закон вступил в силу 23 ноября 1999 г., так что в течение шести месяцев (с 24 июня 1999 г. по 23 ноября 1999 г.) участие иностранных страховщиков в уставном капитале российских страховых организаций не было ограничено.

В соответствии со ст. 3 упомянутого Федерального закона, для некоторых страховых компаний сделаны исключения из правил, введенных этим законом, а именно:

(а) правила, установленные абзацем первым п. 3 статьи 6 Закона, в части, касающейся запрета на осуществление страхования по отдельным видам, не распространяются на страховые организации, являющиеся дочерними обществами по отношению к иностранным инвесторам на 23 ноября 1999 г., если при этом осуществление соответствующих видов страхования было разрешено им лицензиями, выданными до указанного дня;

(б) правила, установленные абзацем первым п. 4 статьи 6 Закона, не распространяются на страховые организации с иностранными инвестициями, которые были созданы до 23 ноября 1999 г.

Эти исключения из правил обусловлены тем, что, как уже было сказано, ограничение, установленное постановлением Верховного Совета РФ N 4016-1, прекратило свое действие 24 июня 1999 г., а закон, вводящий новые ограничения, вступил в силу 23 ноября 1999 г., т.е. через шесть месяцев. В течение этих шести месяцев не было никаких ограничений на создание страховых компаний с иностранными инвестициями, и некоторые такие компании были созданы и успели получить лицензии. Для этих компаний и сделаны соответствующие исключения.

Термин «дочернее общество» употребляется в статье 6 Закона практически в том же смысле, в каком он использован в п. 2 ст. 6 Федерального закона «Об акционерных обществах» ⁵⁸ и в п. 2 ст. 6 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»,⁵⁹ а именно: общество признается дочерним по отношению к иностранному инвестору, если иностранный инвестор в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом.

Это определение дочернего общества приведено в Положении о выдаче разрешений страховым организациям с иностранными инвестициями, утвержденном Приказом Минфина России N 50н от 16 мая 2000 г. Иностранным инвестором в соответствии с тем же Положением признается либо иностранное юридическое лицо, либо иностранный гражданин. Эти определения не противоречат законодательству и могут применяться.

Однако упомянутое Положение вводит и некоторые не предусмотренные законом ограничения возможности получения лицензии для страховых организаций с иностранными инвестициями, являющихся дочерними по отношению к иностранным инвесторам или имеющих долю иностранного капитала в уставном капитале более 49%. Например, требование пп. «д» п. 13 Положения, согласно которому к заявлению на получение лицензии иностранный инвестор должен приложить «письменное согласие соответствующего контрольного органа страны места регистрации юридического лица – иностранного инвестора на его участие в уставном капитале страховой организации на территории Российской Федерации либо заключение этого органа об отсутствии необходимости получения такого согласия, если такой порядок предусмотрен законодательством страны места регистрации иностранного инвестора». Это требование установлено органом страхового надзора с превышением полномочий, предоставленных ему законом, так как российское законодательство не упоминает о необходимости подобного согласия. Следовательно, и само требование является незаконным. Незаконным является и положение пп. «е» п. 13 Положения, которое требует от лица, претендующего на получение лицензии, представить «бухгалтерский (финансовый) отчет за предыдущий год деятельности юридического лица – иностранного инвестора, подтвержденный аудиторским заключением», и некоторые другие требования этого Положения.⁶⁰

В пп. «г» п. 15 Положения предусмотрена возможность отказа в выдаче лицензии в случае, если к лицензии приложены не все перечисленные в п. 13 Положения документы. Отказ по этому основанию также незаконен, так как комментируемая статья предусматривает единственное основание для отказа – превышение установленной квоты участия иностранного капитала.

Все эти дополнительные требования, введенные органом страхового надзора с превышением своих полномочий, естественно, сильно затрудняют получение лицензий для страховых организаций с иностранными инвестициями. Отчасти поэтому, видимо, квота в 15% иностранного участия в совокупном капитале российских страховщиков до сих пор полностью не использована.

Страхователь – это сторона в договоре страхования. Аналогичное определение дано в ст. 929 и 934 ГК. Лицо, обязанное страховать в силу закона (при обязательном страховании), не считается страхователем до тех пор, пока договор страхования не заключен. Соответственно лицо, обязанное страховать, но не заключившее договор, не имеет прав и не несет обязанностей страхователя.

В тех видах обязательного страхования, где заключение договора страхования не предусматривается (обязательное государственное, обязательное медицинское, обязательное социальное страхование) страхователь назначается непосредственно законом.

Члены общества взаимного страхования, по существу, также могут быть отнесены к страхователям, хотя они не являются сторонами договоров страхования и не назначены страхователями в законе (ст. 968 ГК).

Кроме дефиниции, содержащейся в п. 1, статья 5 Закона определяет некоторые права и обязанности сторон договора страхования, т.е. касается вопросов, которые гораздо подробнее отрегулированы в ГК. Применяя эти правила, следует помнить, что в соответствии со ст. 4 Федерального закона «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» они применяются только в той части, которая не противоречит нормам второй части ГК.

В частности, норма п. 2 статьи 5 Закона вводит два правила:

- страхователю разрешается страховать не только собственный интерес, но и интерес других лиц, которые носят название застрахованных лиц;

- страховать чужой интерес можно только в пользу того лица, чей интерес застрахован.

Первое правило продолжает действовать и в настоящее время (ст. 930, 931, 934 ГК). Второе правило в настоящее время не действует, так как в ст. 931, 932, 934 ГК предусмотрена возможность страхования в пользу лица, не являющегося застрахованным. При страховании ответственности (ст. 931 и 932 ГК) – это не просто возможность, но и обязательное условие этого вида страхования.⁶¹

Назначение выгодоприобретателя в договоре страхования в терминах ст. 430 ГК означает заключение договора страхования в пользу третьего лица. Заключение договора в пользу третьего лица является одним из условий договора и по общему правилу подлежит согласованию сторонами. Однако п. 3 ст. 5 Закона допускает назначение и замену третьего лица страхователем в одностороннем порядке без согласия страховщика. Поскольку первая часть ГК, к которой относится ст. 430, вступила в силу после вступления в силу настоящего Закона, последнее правило не подлежит применению в соответствии со ст. 4 Федерального закона «О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Характеристики

Список файлов ВКР