4957-1 (683065), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Но самой главной и самой характерной для Николаевского стиля постройкой является Большой Кремлевский дворец.
"Кремлевский дворец мой, писал император Николай Павлович по случаю освящения в 1849 году своего нового сооружения, - изящное произведение зодчества, будет новым достойным украшением любезной моей древней столицы, тем более, что он вполне соответствует окружающим его зданиям, священным для нас и по соединенным с ними воспоминаниям веков минувших и великих событий отечественной истории". Величаво глядит он с высоты Кремлевского холма на расстилающиеся перед ним город и реку и со своим золотым куполом и шпилем издалека виден и гармонично сливается с древними кремлевскими сооружениями. Чем-то русским, как и от музыки Глинки, веет от этого дворца.
В громадном четырехугольнике, занимающем десятину с четвертью, дворец Николая 1 охватил собою древние терема, старинные дворцовые церкви и находящийся на внутреннем дворе храм Спаса на Бору. Дворец заключает в себе до 700 комнат, которые разделяются на парадные, с главными залами: Георгиевским, Александровским, Андреевским и Владимирским (в два света, почему дворец представляется трехэтажным), и жилые (государя и государыни, наследника, фрейлин и других придворных). Главный фасад обращен на юг к Москве-реке. Восточной стороной он соединяется с Грановитой палатой, с северной стороны с теремами, и западной с Оружейной палатой, переход которой обращен в зимний сад. Нижний этаж дворца устроен выступом, от чего на втором этаже образуется громадная терраса, с которой открывается прекрасный вид на Москву и ее окрестности. При закладке дворца, 30 июня 1838 года, под цоколь угла, где находится кабинет императора, положена была металлическая доска с надписью: "Заложен в царствование Императора Николая 1, под управлением министра императорскаго двора генерала от-инфантерии князя Петра Волконскаго и обер-гофмейстера барона Боде. Строителем был архитектор Константин Тон". Его проект лично рассматривал, исправлял и утверждал сам государь. 3 апреля 1849 года, в день Пасхи, в присутствии государя и всей царской фамилии совершилось освящение нового дворца.
В остальных частях своих Москва не подражала примеру императора Николая 1, очевидно, желавшего освободиться в зодчестве от западных стилей: она по-прежнему в частном строительстве шла по линиям ренессанса, барокко, рококо и ампира, делая иногда из них антихудожественные смешения. В самом быту своем, в высших классах она западничала, а в низших слоях, за Москвой-рекой, придерживалась той старины, которую впоследствии стал выводить Островский в своих комедиях из московского купеческого быта. Попытка К. С. Аксакова, уже после смерти императора Николая Павловича, ходить в русского покроя одежде, напоминавшей русское обмундирование ратников ополчения в Севастопольскую войну, считалась в интеллигентной среде чудачеством и кривляньем.
Но, несомненно, сам государь тяготел к старине, что видно из того, что он очень заботливо относился к реставрации старинных придворных храмов и царских теремов. Те же его влечения сказались и в выработке нового плана для постройки на новом месте обетного храма Христа Спасителя в память войны 1812 года.
Прекратив в 1827 году все работы по постройке этого храма на Воробьевых горах, государь сам выбрал место для нового сооружения, вблизи Кремля на Волхонке, на берегу Москвы-реки, где стоял Алексеевский женский монастырь, перенесенный по высочайшему повелению за Красный пруд. Составление проекта храма поручено было архитектору Тону, а проверка его и осуществление особому комитету.
Отвечая мыслям государя, зодчий этот отказался от колонн и обелисков Витберговского проекта, а также от его мистическо-христианских идей и в основу своего плана положил близкие нашему народу образцы русско-византийских храмов и, применяясь к ним, выработал совсем иной храм-памятник. Основание храма представляет квадрат, имеющий с каждой стороны по выступающему порталу, что придает ему вид четырехконечного креста. Здание увенчивается пятью главами, из которых средняя превосходит остальные своими грандиозными размерами: она поставлена на огромной круглой с большими окнами трибуне и видна за много верст от Москвы. Две четырехугольные трибуны меньших глав служат колокольнями. Внешние стены храма украшаются мраморными горельефами, избрать содержание которых было представлено митрополиту Филарету, а исполнение скульпторам Рамазанову, Логиновскому и Клодту. Бронзовые двери с изображением святых были поручены скульптору графу Толстому. Алтари должны быть устроены из белого мрамора, внутренние стены, а также коридоры облицованы разноцветном мрамором.
Высота храма определена в 48,5 сажен, пространство, занимаемое им, в 1500 сажен, а стоимость в 15 миллионов.
10 сентября была торжественно совершена закладка грандиозного храма. Но императору Николаю 1 суждено было лишь выстроить наружные стены его, а сложная внутренняя отделка выпала на долю его сына императора Александра 11 и внука - Александра III.
Важное значение для Москвы имела постройка Николаевской железной дороги, первого, если не считать Царскосельскую ветку, рельсового пути в России. Она, вместо нескольких суток путешествия в северную столицу на лошадях, приблизила ее к нам до одного суточного переезда, влияние Петербурга на Москву очень усилилось. Вместе с тем это сооружение императора Николая 1 положило начало созданию у нас целой сети железных дорог, средоточным узлом которых сделалась наша столица, вследствие чего увеличилось ее притягательное значение для всех отраслей русской жизни на юге, западе и востоке, до Сибири включительно. Но прежде дальнейшего соединения Москвы рельсовыми путями со всеми окраинами России, москвичам пришлось пережить Севастопольскую войну, повлекшую за собою очень много перемен в нашем отечестве.
Москва патриотически встречала и провожала войска и ратников разных ополчений в Крым, прилежно изготовляла перевязочные средства для раненых, собирала для них щедрые пожертвования, но мало думала о готовившихся важных переменах в России.
Для нее самая кончина Николая 1 в разгар Севастопольской войны была неожиданностью. Равным образом для громадного большинства нашего населения неожиданна была и перемена консервативного направления скончавшегося императора на новое, проводником коего явился его благостный сын, москвич по рождению, император Александр II. Радостными надеждами на реформы встретила его в Москве интеллигенция как западнического, так и славянофильского типа.
После заключения Парижского мира и коронации нового государя среди сверхнародных элементов повеяло новым духом; московское общество в клубах, открытых домах, и московская печать сильно заговорили о преобразованиях, главным базисом которых должно было стать освобождение крестьян от крепостной зависимости. Однако инициатива этого важного дела принадлежала самому государю. 30 марта 1856 года, принимая в Москве предводителей дворянства, Александр Николаевич передал им, что положение крестьян не останется неизменным и что дворянству необходимо принять это в соображение. Большинство московского дворянства стало на сторону этого преобразования и из своей среды выделило таких работников по подготовке этой реформы, как князь Черкасский, Юрий Самарин и другие. 5 марта 1861 года, в прощенное воскресенье, был объявлен в Москве манифест, 19 февраля изложенный по поручению государя знаменитым митрополитом Филаретом. Вопреки опасениям, мирно прошло в Москве и объявление манифеста и его осуществление в Московской губернии. Точно так же высшие слои московского общества очень сочувственно относились и к дальнейшим реформам этого царствования, как создание нового гласного суда, земство, городовое положение, всеобщая воинская повинность, расширение свободы печати и прочее. Было, конечно, недовольство ими в крайне консервативных кругах и в радикальных элементах. Последние жаждали полного ниспровержения существующего государственного и общественного строя, по теоретическим тенденциям, не находящим осуществления и на своей родине, западе, где они остаются мечтаниями разных революционеров.
Однако московские революционеры выставили из своей среды таких людей крови и насилия, как Каракозов, Нечаев и Гартман. Но это были элементы наносные, чуждые коренной Москве.
Государь же был не склонен делать уступки даже умеренным западникам и желал оставаться на национально-исторической почве. В одном из московских адресов (он был написан М.Н. Катаковым) сказано: "В твоих, Государь, новизнах наша старина слышится..."
И Москва чутко откликалась на национальные тоны царствования императора Александра II. Уже выбор им для коронации своей дня Бородинской годовщины звучал этими тонами. То же послышалось в Москве и при восстановлении на Варварке палат бояр Романовых, где была колыбель родоначальника царствующего Дома Михаила Феодоровича. Особенно силен был в Москве подъем национального чувства, когда поляки, поддерживаемые Наполеоном III и англичанами, подняли мятеж ради отторжения не только своей отчизны, но и всей западной России с Киевом и Смоленском. Выражением воззрений коренной Москвы явился в это время М. Н. Катков, в своих Московских ведомостях ярко и сильно разработавший польский вопрос в его кровавой призрачности. Государь, вопреки господствовавшим в Петербурге космополитическим веяниям, враждебным русскому патриотизму, мощной политикой своей одобрил стремления и настроения Москвы. И в семидесятых годах Москва, выразителем воззрений которой стал И. С. Аксаков, горячо стала на сторону славян Балканского полуострова, поднявшихся против угнетавших их турок. Сербы начали войну с ними, благодаря поддержке Москвы и денежными средствами, и добровольцами, и во главе своей армии поставили генерала М. Г. Черняева. Когда сербы были разгромлены, император Александр II прибыл в Москву и в Кремлевском дворце объявил собравшимся чинам и сословиям, что он, щадивший долго русскую кровь, потребовал теперь от Турции, чтобы она прекратила войну с Сербией и обеспечила славян от угнетения. Москва с энтузиазмом отнеслась к скоро начавшейся нашей войне с турками в 1877- - 1878 годах, которая привела к созданию Болгарии, расширению Сербии и Румынии и улучшению положения всех христианских подданных Турции.
Вообще в Москве в это царствование поднялось национальное самосознание, которое поддерживали в ней Катков, Аксаков, Самарин, Погодин, Гиляров и другие, боровшиеся против петербургского космополитизма и западничества. Сильно поднялось здесь национальное направление в печати, вызвавшее к бытию ряд новых периодических изданий, как "Русская беседа", "День", "Москва", "Москвич", "Современные известия" и другие.
Число учебных заведений у нас быстро множилось: возникли Лицей цесаревича Николая, Техническое училище, Петровская земледельческая академия, Комиссаровское и Дельвиговское училища, несколько гимназий, два реальных училища, женские гимназии, Филаретовское училище и целый ряд городских школ, основанных думою по новому городовому положению...
В это же царствование открыт был Румянцевский музей с огромной библиотекой, возникло Московское археологическое общество, основанное графом Уваровым; в связи со всероссийской художественно-промышленной выставкой в Москве по поводу 200-летия с рождения Петра Великого, основан был Политехнический музей; положено было основание ставшему под августейшее покровительство наследника цесаревича Александра Александровича Историческому музею; открыт был Зоологический сад.
Для лечения москвичей возникали новые больницы, как Вторая городская, Сокольническая (Дервизовская) и Щербатовская (на Садовой) и другие, а также целый ряд благотворительных учреждений разного назначения.
Москва обогатилась еще двумя новыми памятниками. На Тверском бульваре был поставлен изваянный Опекушиным прекрасный памятник А. С. Пушкину, а на Лубянской площади - павшим под Плевной гренадерам.
В это царствование к Москве подошли новые железные дороги, как Нижегородская, Рязанская, Троицкая, Курская и Брестская, что значительно усилило промышленность и торговлю Москвы. В ней возникло много новых фабрик, заводов, банков, начиная с Конторы государственного банка и разных акционерных предприятий.
В это время в Москве утрачивает свое прежнее преобладающее значение дворянство, отъезжавшее отсюда в свои поместья, на земскую службу и в Петербург на государственную. Подъем русского национального направления стал сказываться на московском зодчестве) которое начало клонить в постройках к русскому стилю. В этом стиле были выстроены Исторический, Политехнический и Художественно-промышленный музеи. Даже начали и частные домовладельцы строить свои дома в этом стиле.
Еще более значения для воскрешения в Москве русского народного духа имело царствование императора Александра III. Покровительство этого государя всему русскому национальному еще более подняло в Москве ее исторический дух и ее предания. Это сказалось на новой всероссийской выставке 1882 года (на Ходынском поле), где дано было предпочтение чисто русским произведениям искусства и промышленности. К коронованию государя в 1883 году наш Кремль приведен был в лучший порядок, были реставрированы соборы и была расписана стенною живописью Грановитая палата в том виде, в каком она была встарь, при царе Алексее Михайловиче; стали открываться под руководством знатока истории Москвы И. Е. Забелина одна за другою палаты Исторического музея с русскими древностями, устроены были новые помещения для патриарших библиотеки и ризницы. Императорские театры отданы были в заведование А. Н. Островского и А. А. Майкова; что сказалось на наших сценах падением итальянской оперы и переводных драматических пьес, замененных произведениями русской оперы и русской драмы. Стали возникать частные театры русского характера. Московской консерватории дарованы были значительные средства на постройку нового большого здания. П. М. Третьяков открыл для публики свою грандиозную галерею русской живописи. Картинные выставки стали давать несравненно более чисто русского характера произведений. Здания в русском стиле стали все чаще воздвигаться в Москве. Укажем на городскую думу, торговые ряды на Красной площади. И дома частных лиц больше и больше стали красоваться русскими фасадами и орнаментами. Москва впервые после Петра 1 стала решительнее входить в самое себя, возвращаться к своей исторической самобытности, освобождаясь от чужого, наносного. Во главе Москвы ее генерал-губернатором и командующим войсками ее округа был поставлен связанный своим детством с нашей столицей горячий ревнитель русской истории великий князь Сергей Александрович. При нем в Кремле построен был и открыт памятник царственному москвичу императору Александру II, и стало легче дышать и развиваться коренной Москве. В это же царствование московское купечество, обогащенное покровительственной системой, на свои пожертвования выстроило целый ряд университетских клиник на Девичьем поле.
Государь император Николай Александрович, следуя по стопам своего родителя, с выдающейся любовью относился к своей древнепрестольной столице, что он выразил уже вскоре после восшествия своего на всероссийский престол, когда, сопровождая гроб своего родителя императора Александра III, прибыл вместе с ним в Москву и когда именно в ней наметил место для памятника царю-миротворцу, на который с поразительным изобилием потекли всенародные пожертвования. После своего священного коронования государь император со всею своей августейшей семьей много раз посещал нашу столицу. Двукратно он жил здесь на Страстной неделе и проводил с москвичами дни светлого праздника. Эти пребывания отмечены были поучительным для всех москвичей и немосквичей, посещающих сердце России, высочайшим паломничеством по всем святыням и историческим достопамятностям нашим. Достопримечательно, что его величество своим посещением подземелья Чудова монастыря привлек впервые взоры всех к давно забытому месту мученической кончины святейшего патриарха Гермогена, ныне причтенного к лику святых.
Еще более памятны посещения Москвы государем императором с его августейшей семьею и другими особами царствующего дома. Так, в мае 1912 года, в присутствии их величеств, близ храма Христа Спасителя был открыт и освящен грандиозный памятник царю-миротворцу, императору Александру Александровичу. Скоро после этого, но уже по отъезде царственных гостей, на Тверской площади, против дома генерал-губернатора открыт был другой памятник умершему в Москве, еще в царствование императора Александра II, народному любимцу генералу М.Д. Скобелеву.















