60176 (673576), страница 7

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

В старину мед использовали для производство хмельных и десертных медовых на­питков, он был единственным сырьем для виноделия. Употребление на Руси вино­град­ных и других вин, крепких хлебных спиртных напитков было незначительным. Медовые вина производили в монастырях, получавших мед со сво­их бортных ухожий. Они были – шипучими, легкими и выдержанными и играли такую же роль, как виноградные вина у фран­цузов или пиво у немцев. Простые люди перед праздниками и на продажу варили медовые напитки. Оброк с этого производства шел в казну. В 996 г. киевский князь Вла­димир по случаю победы над печенегами: «И сотворяше празд­ник велик, варя 300 пере­вар меду и сзываше боляры свои и посадники, старейшины градом, люды многи».

Бортничество наложило отпечаток быт, обычаи, свадебные и религиозные обряды на­селения. Мед ели с кашами и киселями, подавали к блинам. Он входил в народные куша­нья, с ним пекли пироги «с медом и маком творены», коврижки и печенья; готовили раз­варистую пшеницу, ячмень и другие блюда, сладкие творожники и пудинги.

По свидетельству византийских историков еще в V веке до нашей эры при похоронах ели мед, ставили на могилах сосуды с медом, на обедах по покойникам употребляли его в пищу. При поминовениях усопших могилы поливали медом и медовым вином, еще в языческие времена у славян мед был обычной жертвой богам.

Воск получали разваривая освобожденные от меда соты в воде и процеживая их через шерсть, а потом стали и прессовать. Примерно из двух пудов сотов выходил пуд вос­ка. Были в Древней Руси воскобои, котрые получали воск требуемого качества, пригодный для употребления и продажи.

9.2 ОХОТА

В период Киевской Руси флора и фауна Восточной Европы была богата и разнообразна. В первых грамотах – встречаются названия многих животных и птиц, служивших объектами охоты. Среди них – медведь, тур, лось, олень, серна, косуля (дикая коза), вепрь, волк, белый волк, соболь, куница, горностай, белка (веверица, векша, мысь), бобр, заяц, хомяк, суслик, песец, дикая лошадь, лисица черная (чернобурая). По данным раскопок, роль охоты, как средства добывания пищи, повсеместно снижалась по мере роста численности населения и развития животновдства.

Наибольшее значение она имела в лесной зоне Северной Руси, где водились ценные пушные звери, мех которых составлял главную статью экспорта и одновременно служил средством обмена и платежей. Кроме того, охота доставляла пищу значительной части населения районов проблемного земледелия, обеспечивала мехами, необходимыми для изготовления теплой одежды в местностях с суровыми зимами и служившими одновременно предметами торговли и средством платежей; давала шкуры для скорняжных и кожевенных ремесел и средства для уплаты дани.

Охотой на Руси не только в киевский период занималисъ князья и бояре, которые часто держали профессиональных охотников различных специальностей: со­кольничих, ловчих, выжлят­ников, псарей, конюхов и др.; в ней участвовали и дружинники. При псовой охоте использовались собаки типа лайки, борзой и гончей. При охоте на быстроногих животных кроме собак использовали охотничьих леопардов (пардусов). С ловчими птицами (соколами, кречетами, ястребами) охотились на птиц: лебедей, мясо которых считалось на Руси деликатесом, а также на журавлей, гусей, уток, цапель, на зайцев и лисиц.

Даже для феодалов охота (ловитва, ловы) была не только развлечением, но и промыслом а также – применялась для защиты домашних животных и людей от хищников (медведей, волков и др.). В районах, где было много промыслового зверя существовали охотничьи общины. Места для охоты (ловища, перевесища, бобровые гоны, тетеревники, гоголиные ловы) могли находиться в собственности феодалов – князей, монастырей и ограждались межевыми знаками. В Русской Правде были предусмотрены штрафы за охоту в чужих угодьях, а также за кражу или порчу охотничьих сетей и убийство охотничьей собаки.

На животных и птиц охотились при помощи луков и стрел; использовали топор, меч, копье, сулица (метательное копье), рогатину; ловили живьем в сети и ловушки разных типов. Небольшие силки использовались для ловли птиц. В источниках того времени упоминаются: тенеты, силы, промысловые сети, перевесы, пруглы, кляпцы. Тенетами ловили зайцев и серн (косуль); пруглами, которыми называли разного рода ловушки для птиц, кляпцами и силами (петлями) ловили боровую дичь; перевесы служили для поимки водоплавающей птицы. Петли и большие сети ставились в лесах для поимки лосей и оленей. Встречаются также упоминания о самоловах и капканах.

Перевесы, применявшиеся при ловах птиц, представляли собой крупные сети, установленные на столбах или местных предметах на путях перелета уток и гусей у берегов озер и заливов рек; их развешивали в лесах между деревьев для ловли животных, которых загоняли в них охотники; они сохранились на Севере до недавнего времени.

На тура, зубра и других крупных животных охотились, применяя ямы-западни, прикрытые ветками и листьями.

Зверина и дичина была важным компонентом питания простых людей и знати. Ели тетеревов и глухарей, уток и гусей, журавлей и лебедей, мясо медведя и дикого кабана, косули и лося, зайца и оленя, тура и зубра. Простые люди употребляли мясо белки, суслика, хомяка, бобра. Христианская церковь на Руси выступала против использования в качестве пищи мяса некоторых животных: белки, суслика, хомяка, медведя, бобра и др.

9.3 РЫБОЛОВСТВО И МОРСКИЕ ПРОМЫСЛЫ

Этот вид промыслов был повсеместно распространен на Руси, но чаще всего служил аль­тернативным занятием призводителей наряду с земледелием, охотой, животновдством, ре­меслом. В источниках XII в. упоминаются профессинальные рыболовецкие артели на Севере – на реке Волхов и озере Белом (Белоозеро). Тогда же галицкие рыбаки обосно­ва­лись в низовьях Дуная. Ловили: щуку, сома, сазана, окуня, язя, линя, налима (мень), судака и др. Од­ной из самых ценных рыб считался осетр.

Индивидуальные рыболовы ловили рыбу на удочку на малых реках и озерах. Леска делалась из конского волоса или крученной нити, поплавки – из дерева или гусиных перь­ев; использовались костяные, каменные и металлические крючки, каменные и глиня­ные сверленные грузы, а также блесны и жерлицы различной формы. Наилучшие резуль­таты давало применение крючков с жальцем. Иногда для лов­ли щук, осетров и других крупных рыб использовали сило – укрепленную на конце удилища петлю.

В товарном рыболовстве использовали различные плетенные узелковые сети, долб­ленные и др. весельные или парусные лодки и суда. Длинные сети-неводы применялись в XI-XII вв. в полесских городах Турове и Пинске. Такой способ лова в дальнейшем стал одним из факторов уменьшения численности популяций рыб, их видового разнообразия и размеров.

При ловле на малых водоемах использовали вершу (буг, топтуха, котец) – плетен­ную из лыка, лозы, прутьев или лучин рыболовную снасть; реже – бредни (бредник, бродень), саки, плетенные волокуши, слабницы и другие снасти. Обычно верша (решетчатая корзина) имела овальную или угольную форму, размер – мог достигать 1 м. и более, она погружалась в речную или озерную воду на длительное время с поплавком и грузом или привязывалась к местным предметам. Ее устанавливали в узких речных или озерных протоках или вблизи мест кормления, миграции, укрытия рыбы. Такой способ был известен с глубокой древности у разных народов.

Иногда ловили и охотничьм способом – перегораживали протоки или выходы из мест укрытия, а затем с помощию шумовых и двигательных эффектов выгоняли рыбу из естест­венных укрытий (зарослей водной растительности) и загоняли ее в верши или сети.

Для ловли крупных рыб и морского зверя исполь­зовали гарпуны и остроги, снабженные одним или несколь­кими иг­ловидными остриями (с жальцем или без него).

Берега рек, озер, острова и другие пригодные для рыболовства места (ловища) могли находиться в соб­ственности феодалов; за пользование ими платили оброк. Монастыри ста­рались по­лучить в собственность рыбные угодья, чтобы обеспечить свою братию необходимым за­пасом рыбы на время Великого поста.

Пойманную рыбу готовили и употребляли в пищу сразу, а также солили и сушили, что позволяло сохранять ее несколько месяцев; встречаются упоминания о копчении.

Промысел моржей был известен с глубокой древности – за ним охотились в Белом море и на Шпиц­бергене (Груманте), а также на Новой Земле и других островах полярных морей. Моржей промышляли весной, летом и осенью в открытом море, на льдинах, низменных берегах островов и материка. Он ценился за сало, кожу и, главное, за рыбную кость, или зуб, пользовавшуюся боль­шим спросом у местных и иностранных купцов.

Кожа моржа употреблялась для изготовления подкаретных рессорных ремней и гужей для хомутов. Из ее обрезков варили клей. В Нов­городской земле этими товарами торго­вали уже в начале двенадцатого века. «Рыбий зуб » был известен новгородцам по крайней мере с рубежа X-XI вв., из этого редкого и доро­гого материала наряду произведениями средневекового де­коративно-при­кладного ис­кусства, вырезали и вытачивали ряд бытовых изделий: пуговицы, бусы, гребни и рукоятки ножей, навер­шия плетей, игральные кости и фишки, печати.

Меньшее значение имел китовый промысел – в составе даней, которые коренное население Беломорья (чудь и лопари) еще в IX в. платили Нов­го­роду, упоминаются и шкуры белух. Са­мым древним, распространенным и по­пулярным у поморов, был тюлений про­мы­сел.

Для промыслов древние поморы использовали: гарпуны, спицы (ко­пья или рогатины), окованные дубинки; в море они выходили на беломорских лодьях.

10. НАЛОГИ

Пер­воначальное установление даней присходило в результате ок­няжения отдельных земель и территорий, которое могло происходить разным путем и включало элементы го­сударственного устройства и управления; чем – заметно отличалось от военных пред­приятий – походов, преследующих целью получение военной добычи путем грабежей или контрибуций. Олег – задолго до падения Каганата – сумел склонить (убедить или принудить) территориальные племенные союзы к уплате дани ему, а не хазарам:

• Посла къ радимичем, рька: “Кому дань даете?” Они же реша: “Козаром”. И рече им Олег: “Не дайте козаром, но мне дайте”. И въ даша Ольгови по щьлягу, яко же и козаром даяху.

• Поча Олег воевати деревляны, и примучив а, имаше на них дань по черне куне...

Как видно из вышесказанного «примученные» древляне и покладистые радимичи заплатили в итоге одинаковую дань, т.к. во времена Олега куница стоила примерно один щьляг (дирхем).

Организацией установления и сбора дани с самого начала занимался не только Великий Князь, его воеводы, дружинники и княжеские чиновники (даньщики, черноборцы) – но и местные князья; они получали ее виде полюдного сбора либо извозом; часть этой дани шла в пользу сборщиков (кормовыые и др.). Размер, вид и форму уплаты да­ни устанавливал князь; иногда она оставалась неизменной в течении десятилетий. В дальнейшем полюдье сохраняло ограниченное значение в XII в. в форме фиксированной денежной повинности.

На начальном этапе Киевской Руси – по мнению ряда авторов – полюдье для части союзов племен носило добровольный характер; оно сопровождалось языческими обрядами, исполнением кня­зем судебных и управленческих обязанностей, и состояло в том, что ежегодно, обычно в зимнее время, князь или его воевода с дружинниками объезжал территорию племенного союза, собирал подати а затем отвозил их в свою резиденцию.

Позднее, в условиях Древней Руси собрать дань со всех земель и транспор­тировать ее полюдным способом было уже невозможно. По мере феодализации функции погостов отходили к городам и их администрациям и местному самоуправлению, а в некоторых случаях – к княжеским резиденциям. В землях, волостях, городских и сель­ских об­щинах и погостах налогами занимались: князья, их администраци и дружины, посадники, старосты и др. В часных индивидуальных хозяй­ствах за уплату дани отвечали владельцы-произ­води­тели. Боярские и монастыр­ские владения были освобождены от уплаты ежегодных даней кня­зю.

Князь и его финансовая администрация устанавливали и принимали дань в денежных меховых единицах или в гривнах, иногда брали медом и другими продуктами. Организация сбора и учета даней со времен Олега носила территориальный характер, а после Ольги появились и учетные деления: «уроком», «от дыма, от со­хи, от рала», т.е. налогом облагались индивидуальные хо­зяйства производителей или общины, а не территории в целом.

Из новгородских раскопок происходит ряд находок, позволяющих подтвердить роль погостов не только для развития пушной охоты на Севере, но и при учете даней добывавшихся здесь мехов. Речь идет о трех деревянных замках, служивших, как показал В. Л. Янин, для опечатывания мешков, в которые складывалась пушнина, собиравшаяся для уплаты подати. На них вырезаны географические названия «Пинега», «Усть-Вага» и «Тихменьга» – названия северных погостов на реках Ваге, Пинеге и озере Лача.

К середине ХII в. различали следующие виды и способы прямого налогообложения населения: дань, полюдье, оброк, повоз, истужница, почестье, вено, городское. Кроме того, существовали торговые пошлины: гостиное, торговое, мыт, перевоз, весчее, предмер, пись, пятно, корчмиты. К числу судебных штрафов и издержек принадлежали: виры, продажи, судебные уроки, пересуд, ро­т­ные уроки, железное.

Характеристики

Список файлов реферата