60176 (673576), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

4. ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕНИЕ И ФИНАНСЫ

Во времена союзов племен в качестве средств платежей и их эквивалентов использовались меха. Об этом говорят названия древнерусских денежных единиц: куна (шкурка куницы), ногат (шкурка с четырьмя ногами), веверица (беличья шкур­ка),– так же впоследствии называ­лись монеты или весовые единицы серебра, когда-то соответствовавшие по цене меховым изделиям. В киевский период исполь­зовали оба значения слов, хотя в действительности к тому времени средст­вом платежа уже служили серебряные (иногда и золотые) монеты и слитки. Своей униве­рсальной денежной единицы на Руси тогда не было.

Слово гривна в рассматриваемый период имело три известных значения – это метал­лическое кольцевое украшение и серебряный (иногда и золотой) слиток; кроме того, так иногда называли связку мехов одного типа. Гривны-слитки ходили на Руси еще в X в. и имели различный вид и вес. Современный термин – деньги имеет более позднее мон­голо-татарского происхождение.

Иностранные монеты, как восточные (сасанидские, позже арабские), так и римские (поз­же византийские) ходили в большом количестве еще в докиевской Руси – позднее появились и западноевропейские. Массовый приток римских серебряных денариев на территорию лесостепной полосы Во­с­точной Европы начался еще в середине II в. н. э. – он был кратковременным и резко сократился на рубеже II и III вв.; наибольшее число кладов и отдельных находок мо­нет обнаружено на территории Украины и Беларуси, в частности, в районе Киева и его окрестностей.

Монеты Византии начинают проникать на территорию Южной Руси еще в VII-VIII вв. Наи­большее их распространение приходится на IX-XI вв, однако, даже в этот период их удельный вес в денежном обращении – был незначителен.

Первые монеты стран Западной Европы попадают на Русь в 80-е гг. Х в., а их массо­вый приток сюда начинается в 20-х гг. XI в. Основную часть западноевропейских монет, поступавших на Русь, составляли германские пфенниги, англосаксонские пенни, денарии Венгрии, Чехии и других стран. Денарии, в основном, обращались на территории Север­ной и Северо-Восточной Руси в XI-начале XII вв., а в юго-западной части Руси, и на Киевщине, их обнару­жено сравнительно немного. В самом начале XII в. их ввоз сюда в закончился, однако в незначительных количествах они проникали на Русь вплоть до 40-х гг. XII в.

В конце VIII в. на территорию Восточной Европы в значительных количествах начинает проникать восточная монета – серебряный куфический дирхем Арабского халифата, первоначально соответствовавший норме древнерусской куны (2,73 г.); они попадали сю­да главным образом по Волжскому торговому пути, особую роль на котором играла Волжская Болгария – меньшее значение имел торговый путь по Днепру и Северскому Донцу. В меньших количествах здесь найдены и другие восточ­ные монеты, например сасанидские драхмы IV-VII вв. В первой трети Х в. в обращении на Руси появляются саманидские дирхемы, среди которых была более тяжелая мо­нета в 3,41 г., ближе всего соответствавшая ногате, эквивалентом которой могли служить меха ценных пушных зверей. Помимо настоящих дирхемов, в обращении было немало подражаний, которые – по предположению В.Л. Янина – чеканились в районах Салтово-маяцкой культуры, прилегающих к границам Южной Руси (Безлюдовский клад Харьковской области и др.). К середине X в. дирхемы, поступавшие из разных районов Арабского халифата, перестали соответствовать устойчивым весовым нор­мам; их стали резать на мелкие части (резанна) или принимать на вес, что стимулировало развитие денежно счетных систем; а к середине XI в. их приток – полностью прекращается. Среди обрезков монет встречались разные формы, в том числе и, кружки, служившие мелкой мо­нетой.

В IX-X вв. активизируется монометаллическое денежное обращение, которое накла­дывается на существующую с незапамятных времен кунную меховую денежную систему, которой в свое время так заинтересовался К. Маркс. Тогда в обращении находились куфические дирхемы, европейские денарии, пфен­ниги, пенни; наряду с сереб­ряными мили­арисиями сюда проникали золотые солиды и медные монеты Византии – все они принимались в княжескую казну в виде полюдья, даней, мыта, вир, про­даж, гостевых, военной добычи и проч.

Первые попытки выпуска собственной монеты относятся к концу X-началу XI вв. они были связаны с кризисом серебра на Востоке и прекращением поступления арабских монет на Русь. Финансовая администрация Владимира Святославича (980-1015 гг.), вскоре по­сле крещения Руси в 988 г., впервые предприняла меры для выпуска в обращение универсальной общегосударственной монеты. Однако, эмиссия национальных монет (златников и серебряников) не была постоянной, а продукции эпизодических выпусков оказалось недостаточно для того, чтобы занять сколь-нибудь заметное место на внутреннем рынке. Ог­ра­ниченные попытки чеканки собственной монеты предпринимали после Владимира – Святополк Изяславич, Ярослав Мудрый, Михаил Тьмутараканский.

Еще в IX-первой половине Х в. на Руси имели хождение серебряные слитки (гривны) весом в 68,22 г., ареал распространения которых был ограничен близлежащими районами Русской земли. Структура денежного счета, согласно Русской Правде, имела следующий вид:

гривна (68,22 г.) = 20 ногат (3,41 г.) = 25 кун (2,73 г.) = 50 резан (1,36 г.) = 100 или 150 вевериц.

Согласно В.Л. Янину, метрологической основой древнерусской гривны в 68,22 г. служил устойчивый вес римского денария (3,41 г.). Гривно-кунная терминология и методология серебряно-мехового счета сохранилась в последующие века и нашла отражение в Краткой и Пространной редакции Русской Правды.

К концу XI в. пре­кращается интенсивное обращение монет на Юге, а с 20-х го­дов XII в. – немного позднее на Севере – начинается без­монет­ный (гривневый) период, хронологически совпадающий с распадом Киевской Руси.

Платежные операции XI-XIII вв. обеспечивали поздние серебряные слитки различ­но­го вида и веса; наибольшее значение имели киевские и новгородские гривны серебра. Киев­ские гривны серебра – это литые слитки шестиугольной формы, имевшие устойчивый вес – около 160 г., что позволяет связывать их весовую норму с весом византийской литры (327,456 г.), и считать – равной ее половине (163,728 г.). Общая их датировка, подтвержденная совместными находками с византийскими монетами – IX-XII вв; ареал – охватывает почти всю территорию Руси, но большинство находок концентрируется в юж­ных районах.

Новгородские гривны серебра имели другой вид и вес – это были длин­ные (14-16 см) палочки-бруски весом около 200 г. Их весовую норму связывают с полуфунтом (204,756 г.), а также с гривной кун (51,184 г.), равной его четверти, не имевшей серебряного слитка-эквивалента, и использовавшейся в качестве термина счетной единицы. Вес златников князя Владимира, заключенный в пределах 4,0-4,4 г., и соответствующий весовой норме византийских солидов, в дальнейшем превратился в русскую еди­ницу веса – золотник (4,266 г.), точно соответствующий 1/96 позднейшего русского фунта. Структура денежного счета в соответствии с Краткой редакцией Русской Правды (конец XI в.):

гривна кун (51,184 г.) = 20 ногат (2,56 г.) = 25 кун (2,05 г.) = 50 резан (2,02 г.);

Пространная редакция (XII-XIII вв.) – дает следующее соотношение:

гривна кун (51,184 г.) = 20 ногат (2,56 г.) = 25 кун (1,02 г.) = 50 резан (1,02 г.).

Как видно из сказанного выше, поздние гривны серебра имели заниженный устойчивый вес по сравнению с исходными нормами, что объясняется угаром при плавке. Существовали также черниговские гривны, по весу близкие к новгородским, но метрологически с ними не связанные. В источниках киевского периода, упоминается и золотая гривна.

С наступлением феодальной раздробленности развиваются местные денежно-весовые системы, сфера действия которых была ограничена территориями отдельных земель. В XIII в. наряду с названием гривна, для новгородских слитков серебра стало употребляться название рубль, который составлял две полтины (половины). В дальней­шем рубль закрепился как денежно-счетная единица, а позд­нее стал основной элементом росийской денежной системы.

Функции средств платежа в безмонетный период – помимо гривен – выполняли неко­торые изделия древнерусского ремесла, такие как овручские шиферные пряслица (гру­зики для веретен), широко распространенные на территории Руси и часто находимые в городских центрах в количествах, заметно превосходящих хозяйственные потребности в них; ареал их находок, совпадает с территорией монетного обраще­ния Руси IX – начала XII вв. Такую точку зрения поддерживали В.Л. Янин, М.Н. Тихомиров и другие исследователи.

По свидетельству различных источников (западноевропейских, арабских и русских) в безмонетный период в Северной Руси в качестве средств платежа использовались кожаные день­ги. В Новгороде их снабжали пломбами с изображением князя.

В Русской Правде регламентировано понятие договора (ряда) купли-продажи, займа, кредитования, личного найма, поручения, наследования, хранения. Договора обычно за­ключались в устной форме в присутствии послухов, на торгу или в присутствии мытника. Исключения допускались лишь для займов в сумме не более 3 гривен: при отсутствии свидетелей для взыскания долга (при отказе должника) кредитору было достаточно при­нести при­сягу. Кредит в те времена был связан с обоюдным риском – поэтому деньги час­то хранили в тайниках, закапывали в землю и т.п. Купец, ремесленник или смерд, в слу­чае невыпол­неня долговых обязательств мог потерять свое имущество и превратится в закупа.

При раскопках в Новгороде обнаружены берестяные грамоты с просьбами о займе а ткже долговые расписки и завещания. Должник обязан был платить проценты, называвшиеся резами для денег, наставом при займе меда, присопом в случае займа жита. Процент зависел от срока займа. «Месяч­ная» ставка, которая была максимальной, разрешалась для коротких кредитов на срок не более четырех месяцев; для займов от четырех месяцев до одного года устанавливалась ставка в «треть года»; для более длинных займов законной являлась «годовая» ставка, ко­торая была минимальной, и только для нее оговаривался процентный потолок – 10 кун за каждую гривну, взятую в заем.

Кредит в Киеве был дорог, с него брали большой процент, из-за чего в 1113 году про­изошло восстание против ростовщиков, после которого Владимир Мономах ограничил ро­с­товщичество («...аже кто возметь два реза, то то ему исто; паки ли возметь три резы, то иста ему не взята»). Встречаются также упоминания о ростовщической деятельности монастырей в Новгороде.

Об уровне жизни в Киеве говорит тот факт, что Яро­сла­ву удалось найти работников для строительства Святой Софии, лишь предложив пла­тить в день по ногате, на которую тогда можно было купить барана. Для сравнения – низкооплачиваемые наемные работники тогда получали 2-3 ногаты в пересчете на месяц.

Пространная редакция «Русской Правды» содержит положения, связанные с банкрот­ством – при погашении долгов закон предоставлял преимущество ино­странным кредиторам перед местными.

В конце Х в. князем Владимиром Святославичем была установлена церков­ная десятина – право на получение десятой части доходов, которую платили князья и бояре; она была своеобразной формой распределения феодальной ренты между светской и духовной властью.

5. ЗЕМЛЕДЕЛИЕ

Одна из географических особенностей Древней Руси – деление страны на природные зоны – предопределила ее экономическое развитие в лесных и степных районах, привела к заметной разнице между севером и югом. Граница тайги в начале I тыс. н.э. была гораз­до южнее современной, её остатком является современная Беловежская Пуща.

В степной зоне первоначально использовалась переложная система земледелия, за­клю­ча­вшаяся в том, что после первых урожаев землю оставляли под паром на несколько лет, не соблюдая какого-либо определенного чередования – позже появилось двуполье и трехполье (XI в.). На юге плуг (рало) использовался со скифских времен, а в качестве тяг­ловой силы – лошади или волы. Плужное земледелие было эффективным и давало отно­сительно высокие и стабильные урожаи. Современные раскопки показали, что в IX-X вв. веках для обработки земли и выращивания урожая применяли также лопату, косу и дру­гие инструменты. В этот же период стало применяться железо при изготовлении земле­дельческих орудий (наральников, чересел и др.).

В лесной зоне работа должна была начинаться с вырубки деревьев и выжигания под­леска. Такая система называется подсечно-огневой (подсека – вырубка). В первый год, очищенные от лесной растительности, поля удобренные древесной золой давали высокий урожай (сам-10 и более), однако, в последующем урожайность резко падала и через три-че­ты­ре года такие участки земли становились непригодными для использования а земля нуждалась в длительном отдыхе. На начальной стадии развития земледелия в лесной зоне основными орудиями труда были топор, мотыга, заступ и борона-суковатка. В вер­ховьях Волги лошадь первоначально использовалась как скот, на мясо и в качестве транспортного средства, и только начиная с V в. ее приспособили для сельско­хо­зяйственных работ. Северная русская соха представлял собой деревянное орудие с тре­мя зубьями. Позже к нему приладили металлический лемех. Земледельцы использовали орудия вторичной обработки почвы: грабли и вилы. Убирали урожай при по­мо­щи серпов, скошенные колосья связывались в снопы, которые складывали в стога, а за­тем хлеба молотили цепами или копытами погоняемых животных. Для получения муки зерно размалывали каменными зернотерками и жерно­вами.

В Новгороде и некоторых других землях применялась двух- и трехпольная (лядин­ная) система хозяйствования.

Система подсечного земледелия, практиковавшаяся на протяжении нескольких веков в Восточной Европе, явилась фактором деградации почв, существенно отразилась на со­стоянии ландшафтов лесной и лесостепной зоны, в первую очередь, дерново-подзоли­стых, серых лесных и оподзоленных черноземов. Значительные изменения основы древ­него агроландшафта обусловили смену растительности и животного мира обширных тер­риторий.

Из зерновых культур на юге выращивали пшеницу, гречиху, полбу, пшено и др. на севере – озимую рожь, яровую пшеницу а также овес, ячмень и просо. При трехпольной системе возделывали следующие культуры: волокнистые, пригодные для ткачества (лен и коно­плю); бобовые (горох и чечевицу) и репу на отдельных полях.

Древних славян лишь условно можно было назвать оседлым народом, так как, истощив пашню на одном месте, они покидали свое жилище и искали другого. Таким образом, первоначально поселки славян-земледельцев имели подвижный характер.

Характеристики

Список файлов реферата