56264 (671226), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Рост экономической зависимости Османской империи от крупных европейских держав происходил в условиях изменения и характера ее политических отношений с ними. С конца XVII в., когда обнаружился очевидный упадок военной мощи Османского государства, ему все чаще приходилось и в политике занимать оборонительные позиции. В XVIII в. оно постепенно становилось объектом дипломатической борьбы держав за преобладающее экономическое и политическое влияние. Англия, Франция и Австрия не раз добивались в XVIII в. вовлечения Османской империи в политические и военные конфликты, участие в которых отнюдь не было в ее интересах. Послы европейских держав в Стамбуле все чаще оказывали дипломатическое давление на султана и Порту, добиваясь от них выгодных политических или военных решений. Не раз в центре дипломатической борьбы держав в Стамбуле в XVIII в. находились русско-турецкие отношения (о них речь пойдет в следующей главе).
Английские, французские, шведские, австрийские и прусские дипломаты использовали борьбу между Россией и Османской империей на Балканах и в бассейне Черного моря, чтобы укрепить влияние своих государств на империю османов, обеспечить им экономические и политические выгоды. Пользуясь коррупцией столичной бюрократии, представители европейских держав постоянно стремились образовывать в ее среде группировки, готовые защищать их интересы. Не один высокий сановник Порты за крупную взятку действовал во вред своей стране на дипломатических переговорах или при рассмотрении просьб иноземных купцов и предпринимателей.
Успешное давление европейских держав было значительно облегчено, как отмечалось выше, ослаблением военного могущества Османской империи. Ее армия, некогда наводившая страх на всю Европу, к XVIII в. оказалась, как показали войны конца XVII—XVIII вв., гораздо слабее вооруженных сил ее противников. Уже в первой четверти XVII в. наблюдатели отмечали ослабление боевого духа султанского войска. Польский посол в Турции в 1622—1623 гг. князь К. Збаражский писал: «Более достойные и опытные воины видят, что за своеволием не следует наказание, а за хорошую службу — награда, что более, чем воинские доблести, ценится какая-нибудь услуга во дворце, когда каждый воин пограничного гарнизона старается добиться возвышения с помощью какой-либо женщины [из сераля] или евнуха, чем заслугами в глазах военачальника. Постепенно оружие становилось им противным, а поклоны — приятными. Те, кто прибегал к этим приемам, стали жить в роскоши. Начало укореняться пьянство, которое раньше каралось, как человекоубийство. Следуя таким примерам, многие предпочитали откупаться от воинской службы, чего можно было без труда достичь. Дело в том, что везиры, идя на войну, больше денег собирали, чем людей». Польский посол отмечал и то, что жалованье воинам выдавалось нерегулярно, «поскольку из-за щедрых раздач и опустошений уменьшились доходы казны и значительная часть их уходила на дворцовые расходы и роскошь...».
Когда П. А. Толстой составлял в 1703 г. свое описание Османской империи, он много внимания уделил состоянию армии и флота. Он пришел к выводу, что военное ослабление империи османов было следствием ее экономического упадка. Военная техника — пушки, холодное и огнестрельное оружие — все более отставала от Европы. В артиллерии и в XVII, и в XVIII вв. употреблялись снаряды времен XVI столетия и даже мраморные ядра эпохи султана Сулеймана Кануни. В XVIII в. военная техника турецкой армии отставала от европейской по меньшей мере на полтора века.
Тактические свойства турецкой армии также были крайне низкими. Если европейские армии уже знали и постоянно использовали искусство военного маневра, то турки продолжали на поле битвы брать числом, действуя обычно беспорядочной массой. П. А. Толстой писал о турках, что «вся их военная хитрость и сила состоит в их множестве... ежели же их неприятель собьет и принудит отступить, потом уже никоим образом установиться в строй не могут, но бегут и погибают, понеже стройному бою не обыкновении, и егда неприятель их погонит, тогда отдираются от начальства и оставляют их и бегут невозвратно и видят сами, что тот их воинский строй им не по-житочен и... худ, одначе иностранным обучением гнушаются». П. А. Толстой был прав, турецким правящим кругам понадобился с того времени почти век, знаменитый их военными поражениями, чтобы преодолеть барьер предубежденности против всего европейского, «гяурского», признать превосходство европейской науки и техники, в том числе военного дела, и начать реформировать свою армию на европейский лад.
В XVIII в. войско Османской империи терпело многие неудачи еще и потому, что во главе его стояли люди, подчас совершенно невежественные в делах военных. Обычно европейскими армиями в ту пору на театрах боевых действий командовали профессиональные полководцы, турецкие же войска по традиции возглавляли великие везиры. Даже общеобразовательный уровень таких главнокомандующих был порою анекдотичен. Когда во время русско-турецкой войны 1768—1774 гг. французский посол предупредил Порту о том, что русская эскадра направилась из Кронштадта в Эгейское море, великий везир этим сведениям верить отказался, будучи твердо убежден в том, что между Петербургом и Средиземным морем морского пути нет. А когда русская эскадра оказалась в турецких водах, пройдя через Гибралтар, Высокая Порта обвинила Венецию в том, что она пропустила русские корабли из Балтийского моря в Средиземное через Адриатическое.
Резко сократилась к XVIII в. и численность султанской армии. В середине XVI в. иррегулярная конница насчитывала 200 тыс. человек, в период русско-турецкой войны должна была составлять 135 тыс., а на деле под знамена султана собралось не более 20 тыс. кавалеристов-тимариотов. Военные отряды местных феодалов, тоже обычно конные, насчитывали в середине XVIII в. 40—50 тыс. человек, но больше походили на разбойничьи шайки, и пользы от них в период военных действий было очень мало. Что касается регулярного войска, основу которого по-прежнему составлял янычарский корпус, то и его боевая мощь резко упала. Во второй половине XVIII в. в списках янычар, получавших жалованье, значилось 75 тыс. человек, тогда как непосредственно в военных операциях участвовало не более 18 тыс. янычар. Остальные предпочитали заниматься теми вполне мирными профессиями, которые уже в XVII в. начали избирать себе многие янычары, нарушая прежние запреты на участие в ремесле или торговле.
К XVIII в. часть янычар уже официально входила в состав торгово-ремесленных цехов, в цеховые советы. Янычарские офицеры разных рангов обзаводились лавками, держали постоялые дворы, становились ростовщиками. И все это делалось не только при сохранении получаемого из казны жалованья, но и с использованием прав, которые давало пребывание в янычарском корпусе. Ведь янычар — торговец или ремесленник — был наилучшим образом защищен в своих деловых операциях от административного произвола. Время комплектования корпуса по системе «девширме» к XVIII в. ушло в прошлое, ряды янычар пополняли их дети, а также турки — ремесленники или торговцы, стремившиеся попасть на жалованье и под защиту корпуса. Янычарские воинские билеты, эсаме, стали предметом купли и продажи, ибо они давали право на получение жалованья.
В корпусе янычар можно было даже приобрести за деньги должность, дав, разумеется, взятку соответствующему должностному лицу.
Естественно, в таких условиях большая часть янычар к боям была совершенно не подготовлена. О боеспособности янычар российский посол П. А. Толстой писал, что воины сии лишь «суть именуемы и защищаемы тем именем, а войны не знают». Зато они, превратившись в подобие преторианской гвардии, были непременными участниками дворцовых смут и интриг, свергали и возводили на престол султанов, смещали великих везиров и министров. Корпус был оплотом феодально-клерикальной реакции. Религиозный фанатизм янычар постоянно использовало мусульманское духовенство в борьбе за сохранение своих привилегий, против всяких попыток нововведений.
Остальные виды войск тоже были весьма далеки от совершенства. Артиллерийские части по организации и оснащенности техникой далеко отстали от европейского уровня. Регулярная кавалерия в немалой степени утратила свою боевую силу, да и численность ее сократилась. Флот в начале XVIII в. был в лучшем состоянии, чем сухопутные войска, хотя и значительно уступал по боевым качествам военно-морским силам государств Западной Европы. В военное время флот султана обычно усиливался кораблями турецких корсаров.
Между тем на протяжении XVII—XVIII вв. империи османов не раз пришлось вести вновь войны на Западе и на Востоке. И хотя порой успех бывал на стороне турок, победоносному движению султанских войск явно пришел конец. Все чаще султану и Порте приходилось думать не о наступлении, а об обороне.
Первая ощутимая военная неудача постигла Османскую империю уже на рубеже XVI—XVII вв. в войне с Австрией. Она разгорелась в 1593 г. Австрия действовала в союзе с Трансильванией, Молдовой и Валахией, опиралась и на поддержку Франции. С самого начала войны султанские войска начали терпеть поражение за поражением. Затем, правда, туркам удалось одержать несколько побед над австрийскими войсками (сражения под Эрлау и на реке Тисе в 1596 г.). Затем военные действия почти десять лет длились с переменным успехом. В конце концов обе стороны, измотанные затяжной войной, пошли на мир. 11 ноября 1606 г. в венгерском городе Ситватороке был подписан австро-турецкий мирный договор. Он не принес ни одной из держав территориальных приобретений, но султану пришлось отказаться от ежегодной дани с Австрии. Ему пришлось пойти еще на одну важную уступку — австрийский монарх был признан им по договору императором, а не именовался, как ранее, «господином Вены». Эта на первый взгляд протокольная деталь отражала важные изменения в отношениях османских султанов с правителями европейских держав. Ситваторокский договор был одним из первых дипломатических документов, зафиксировавших начало ослабления могущества Османской империи.
В самом начале века неудачно для империи сложилась и война с Ираном (1603—1612). Впервые за целое столетие военная инициатива перешла к сефевидскому Ирану. Шахским войскам удалось в 1603 г. овладеть Тебризом, а в 1603—1607 гг. вновь поставить под власть Исфахана Восточную Армению и Восточную Грузию, Азербайджан, Лурестан и часть Курдистана. Поражения настолько деморализовали султанское войско, что нередкими были случаи перехода целых воинских частей на иранскую сторону. Война закончилась подписанием в Стамбуле мирного договора, по которому сефевидский Иран закрепил за собой завоеванные земли. Султан и Порта, для которых еще не стали привычными поражения и территориальные уступки, попробовали вскоре взять реванш. В 1616—1618 гг. между Османской империей и Ираном возобновились боевые действия, но они не принесли успеха туркам. В конечном счете им пришлось подписать новый мирный договор с Ираном, который подтвердил условия Стамбульского договора 1612 г. Но и на этот раз мир оказался непрочным. Новая ирано-турецкая война (1623—1624) окончилась новыми территориальными потерями для Османской империи. Шахские войска овладели всем Ираком, под властью шаха оказались Мосул и Басра, а также священные для шиитов Неджеф и Кербела.
После смерти шаха Аббаса I положение Ирана ухудшилось, и султан Мурад IV решил начать войну против сефевидской державы. В 1635 г. его войска вторглись в Армению и Северный Иран, овладели Ереваном, Нахичеваном и Тебризом. Однако туркам не всегда удавалось закреплять свои военные успехи, так как они настолько опустошали захваченные территории, что скоро сами стали испытывать острейший недостаток в продуктах питания. Османская армия временно даже отступила, но затем вновь начала наступательные операции. В сентябре 1639 г. шах вынужден был подписать с султаном мир, по которому Ирак остался за Османской империей. Но ирано-турецкая граница в Закавказье, несмотря на военные удачи турок, не изменилась.
Миф о непобедимости султанских полчищ был развеян не на Востоке, а на Западе. Началось с тяжелых поражений на море, напомнивших редкую для XVI в. неудачу турок в битве при Лепанто. В июне 1651 г. турецкий флот, имевший в своем составе более 100 кораблей, был разбит эскадрой венецианцев, насчитывавшей 60 кораблей. А в июле 1656 г. морские силы Венеции разгромили турецкий флот у самого входа в Дарданеллы, блокировали проливы и захватили ряд находившихся под властью султана островов (Тенедос, Лемнос, Самофракия). Около 80 турецких боевых кораблей было либо потоплено, либо захвачено венецианцами. Правда, через несколько лет туркам удалось нанести поражение венецианскому флоту, отвоевать острова и ликвидировать опасную для снабжения Стамбула блокаду проливов.
Поражения в сражениях на море не были случайными. Об этом свидетельствовал характер войны Османской империи с коалицией европейских держав в 1683—1698 гг.
Вначале это была война с Австрией, являвшаяся продолжением давней борьбы за земли Венгрии. Военные действия начали турки, использовав в качестве повода обращение за поддержкой к султану венгерских феодалов, сражавшихся с Габсбургами. Армия султана, поддержанная войском крымского хана, почти в два с половиной раза превышала по численности австрийскую. Эта огромная армия (более 170 тыс. человек) двинулась на Вену и в середине июля осадила ее. Столицу Австрии защищало не более 13 тыс. солдат и ополченцев. И все два месяца осады они стойко отражали атаки турецких войск. Между тем к защитникам спешила помощь. В ночь на 12 сентября 1683 г. польский король Ян Собеский во главе 25-тысячной армии разгромил у стен Вены султанское войско. Оно потеряло 20 тыс. убитыми, оставило на поле боя 300 пушек и знамена, ставшие добычей победителей. Турки начали стремительно отступать к Буде. На этом пути армия Яна Собеского, буквально гнавшая турок от Вены, навязала султанской армии еще одно сражение, у Дуная, в котором турки вновь были разгромлены. Эти события имели историческое значение, ибо продемонстрировали всей Европе, что турок побеждать можно. Именно победы Яна Собеского стимулировали создание в 1684 г. «Священной лиги» в составе Австрии, Польши, Венгрии и Мальты — союза борьбы с Османской империей. В 1686 г. к этому союзу присоединилась Россия.
Образование «Священной лиги» создало опасную для империи военную ситуацию. В результате численного перевеса сил союзников, их превосходства в вооружении и тактике султанские войска вновь потерпели ряд поражений в Восточной Венгрии, Морее и Далмации. В 1686 г. они сдали союзникам Буду. А в 1687 г. турки были разгромлены в битве при Мохаче, в тех местах, где за 150 лет до этого они одержали победу над войсками короля Венгрии. Далее события развивались столь же плачевно для турок. Почти вся Морея была занята войсками венецианцев, а австрийцы в 1688 г. захватили Белград. Поражения султанских войск вселили в народы Балкан надежды на освобождение от османского ига. Начались восстания против султанского владычества в Болгарии, антитурецкие выступления происходили в Валахии. В 1689 г. австрийские войска действовали уже в болгарских землях, взяли Видин.
Положение Османской империи стало критическим. Тем не менее ей удалось еще на несколько лет оттянуть окончательное поражение. Как это часто бывало в войнах Османской империи с европейскими державами, ей помогали их же противоречия и соперничество. Франция, опасаясь резкого усиления Австрии, организовала крупную военную демонстрацию на Рейне, что заставило Австрию срочно перебросить туда часть своих войск из Венгрии. У султана и Порты возникла желанная передышка для сбора новых войск и их оснащения. После этого турецким войскам удалось вытеснить австрийцев из Болгарии, Сербии и Трансильвании. И все же вскоре союзники вновь начали громить султанские войска. Наконец в сентябре 1697 г. произошло решающее сражение этой долгой войны. Австрийцы нанесли султанской армии сокрушительный удар в битве при Зенте у реки Тисы. Турки потеряли только убитыми 30 тыс. человек, в битве погиб великий везир, а командовавший войсками султан Мустафа II (1695—1703) с трудом спасся бегством. Османской империи после этого поражения пришлось просить мира. В 1698 г. в Карловицах начались мирные переговоры между представителями султана и государств, входивших в «Священную лигу». В январе 1699 г. Австрия, Польша и Венгрия заключили мирные договоры с Османской империей. Россия продолжала переговоры с султаном до лета 1700 г.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
