55972 (671068), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Советская статистика того времени известна своей невысокой достоверностью (известно, что Сталин, недовольный результатами переписи 1937 г., показавшими ужасающий уровень смертности, приказал расстрелять ведущих организаторов переписи). Поэтому определить численность жертв голода очень сложно. Подсчеты, основанные на методах демографической экстраполяции, показывают, что число погибших во время голодомора в Украине составило от 3 до 6 млн. человек.
В то время как в Украине, особенно в юго-восточных ее районах, и на Северном Кавказе (где жило много украинцев) зверствовал голод, большая часть России едва почувствовала его. Одним из факторов, помогающих объяснить это обстоятельство, было то, что в соответствии с первым пятилетним планом “Украине предстояло стать колоссальной лабораторией новых форм социально-экономической и производственно-технической реконструкции для всего Советского Союза”. Важность Украины для советских экономических прожектеров подчеркивалась, например, в редакционной статье “Правды” за 7 января 1933 г., озаглавленной: “Украина — решающий фактор хлебозаготовок”. Соответственно и задачи, поставленные перед республикой, были непомерно велики. Как показал Всеволод Голубиичий, Украина, обеспечивавшая 27 % общесоюзного урожая зерна, должна была дать 38 % общего плана хлебозаготовок. Богдан Кравченко утверждает, что украинским колхозникам к тому же платили вдвое меньше, чем российским.
Украинцы, с их традицией частного землевладения, сопротивлялись коллективизации более ожесточенное чем русские. Именно поэтому режим осуществлял в Украине свою политику интенсивнее и глубже, чем где-либо еще, со всеми вытекающими отсюда страшными последствиями. Как указывал Василий Гроссман, писатель и бывший партийный активист “Было ясно, что Москва возлагает свои надежды на Украину. Результатом же стало то, что наибольший гнет впоследствии обрушился именно на Украину. Нам говорили, что частнособственнические инстинкты здесь значительно сильнее, чем в Российской республике. И действительно, общее состояние дел на Украине было значительно худшим, чем у нас”.
Некоторые считают, что голодомор был для Сталина средством преодоления украинского национализма. Понятно, что взаимосвязь национального подъема и крестьянства не ускользнула от внимания советского руководства. Сталин утверждал, что “крестьянский вопрос в своей основе является сутью национального вопроса. По сути, национальный вопрос — это крестьянский вопрос”. В 1930 г. главная газета коммунистов Украины развивала эту мысль: “коллективизация на Украине имеет перед собой специальную цель: разрушить социальную основу украинского национализма — индивидуальное крестьянское хозяйство”. Итак, в лучшем случае можно сделать вывод, что смерть миллионов людей была для Сталина неизбежной ценой индустриализации. В худшем же случае можно предположить, что он сознательно позволил голоду смести всякое подобие сопротивления в этой особенно неспокойной части его империи.
Примечательным аспектом голодомора были попытки власти стереть его из людской памяти. Еще недавно советская позиция в этом вопросе была однозначной: отрицался сам факт голода. Разумеется, если бы истинные масштабы голодомора стали общеизвестными, это' нанесло бы непоправимый ущерб тому образу “светоча мира и прогресса”, который Москва пыталась утвердить в сознании людей как внутри СССР, так и за рубежом. Поэтому долгое время режим запрещал даже упоминать об этой трагедии.
Некоторые газеты на Западе информировали общественность о голоде, однако, здесь тоже не сразу осознали его ужасающие масштабы. Не прекращавшийся в 1930-е годы экспорт зерна и отказ режима принять любую иностранную помощь вводили в заблуждение западный мир, где с трудом могли поверить, что при таких условиях в Украине может свирепствовать голод. Совершив тщательно организованные и обставленные властями путешествия по СССР, такие западные светила, как Бернар Шоу или бывший премьер-министр Франции Эдуард Эррио, ярко описывали достижения советской власти, не забывая, конечно, рассказывать о довольных жизнью, процветающих крестьянах. Московский корреспондент “Нью-Йорк тайме” Уолтер Дюранти, стараясь понравиться Сталину, неоднократно отрицал в своих статьях факт голода (хотя в частных беседах допускал возможное число жертв голода в 10 млн). “За глубину, объективность, трезвую оценку и исключительную ясность” его репортажей из СССР Дюранти в 1932 г. был награжден Пулитцеровской премией.
Хотя западные правительства знали о голоде, их позиция в этом вопросе была похожей на ту, что была изложена в одном из документов британского министерства иностранных дел:
“Мы действительно имеем в распоряжении достаточно информации, свидетельствующей о голоде на юге России, аналогичной той, что появляется в прессе... Тем не менее, мы не считаем возможной делать ее достоянием общественности, поскольку это может задеть советское правительство и осложнить наши отношения с ним”. К тому же во время Великой депрессии значительная часть западной интеллигенции, охваченная просоветскими симпатиями, решительно не воспринимала никакой критики СССР, тем более в вопросе о голоде. Как отметил Р. Конквест, “позор состоял не в том, что они были готовы оправдать любые действия Советов, а в том, что они не желали даже слышать о чем-либо подобном, не были готовы взглянуть правде в глаза”.
Репрессии 30 - 40 - хх годов.
Увеличивающееся давление на крестьянство с начала 1927 года стало причиной разногласий, возникших среди высших партийных чиновников. Бухарин, возглавлявший Совнарком после смерти Ленина, Рыков, а также глава правительственных профсоюзов, Томский, кто до этого всегда следовали Сталинской линии, начали сомневаться в своевременности увеличения давления на крестьянство. Они все еще помнили крестьянскую войну 1920. Бухарин вместе с Каменевым, секретно пришли к заключению, что “если страна умрет, тогда мы все умрем. Если страна воскреснет, тогда он [Сталин] покривляется некоторое время, а мы все равно умрем” (Дрофа, 1995, стр. 189). Робкая попытка Бухарина и его коллег возразить Сталину окончилась их судом. После этого единство Партии было восстановлено. Единственная разница была в том, что теперь Сталин держал их всех в ежовых рукавицах.
Партия нашла выход из социального, экономического и политического кризиса в объединении двух совершенно разных нововведений: создание коллективных хозяйств и уничтожение кулаков, как класса. “Происходило силовое введение двух взаимосвязанных политик: создание колхозов и раскулачивание. Ликвидация кулаков должна была подготовить материальную базу для создания коллективных хозяйств” (Просвещение, 1995, стр. 123). Этот курс был принят решением Центрального Комитета в апреле 1929. Это Собрание поддержало Сталинскую Программу, тем самым, позволяя ему свернуть НЭП.
НЭП был введен Лениным в 1921 на некоторое время. Продразверстка была отменена, вместо этого принят продовольственный налог. Снова было разрешено создавать частные фермы с максимальным числом работников, достигающим двадцати. Было прекращено подчинение труда. Вместо обесцененных денег, в 1922, в оборот были введены новые: червонец, поддерживаемый русским золотом. Ленин объявил, что НЭП введен “по- настоящему и надолго”. Для объяснения этого Ленин написал: “Мы, несомненно, потерпели неудачу. Мы хотели построить новое Коммунистическое общество по взмаху руки. Однако, это вопрос декад и поколений. Для того чтобы Партия сохранила свою душу, веру и желание бороться, мы должны возвратиться к рыночной экономике... просто небольшой шаг назад. Но для себя, мы должны ясно видеть, что наша попытка не удалась, и что невозможно внезапно изменить психологию жизни, обычаи. Вы можете попытаться силой загнать людей в новый режим, но остается вопрос - сможете ли вы сохранить власть в такой всероссийской мясорубке” (Терра, 1996, том 1, стр. 321). Введение НЭПа не затронуло политическую структуру Советского государства. Сталин не был таким предвидящим, как Ленин и к концу 1920х, начала формироваться тенденция к изменению политики.
В 1929 году Сталин показал всем, что настало время “выбросить НЭП к черту” (Интер-Дайждест, 1995, стр. 57). Он объяснял это следующим: “Ленин сказал, что НЭП введен по настоящему и надолго, но он не сказал навсегда” (Интер-Дайджест, 1995, стр. 57). В конце 1920х, зажиточные крестьяне (Нэпманы) подверглись огромным налогам, которые постепенно становились еще тяжелее. Несмотря на это, многие из них все еще верили, что если они будут платить налоги, государство оставит их в покое. Однако такого не произошло. Налоги росли и однажды стали слишком высокими для того, чтобы их платить. После этого те, кто не платил налоги, арестовывались и изгонялись. Официально никто не говорил, что НЭП закончился, но оставшиеся из зажиточных крестьян стирались с лица земли. Крестьянство проходило через капитальное “регулирование”.
Победа Сталина на Главном Съезде Партии в 1929 году произошла не только из-за его контроля над партийным аппаратом. Причиной этой победы была также психологическая готовность русских людей. Людей привлекла перспектива, предложенная Вождем о развитии социализма в одной стране. К этому времени разные классы людей как в городах, так и в деревнях начинают высказывать недовольство из-за отсутствия видимых результатов революции. Новая программа Сталина давала им определенные надежды. Сталин не только умело чувствовал публику и настроение Партии, но и так же умело использовал это. Это хорошо видно в его высказывании: “Материальное положение людей в стране не улучшается, потому что страна наполнена как внутренними, так и внешними врагами” (Сталин, 1955, том 7, стр. 221). В апреле 1929 года XVI Партийная Конференция решила провести повторную чистку партии.
Усиление партийной иерархии позволило Сталину увеличить давление на крестьянство. Как и в 1929 году, это давление привело к еще большим проблемам с запасами продовольствия. Сталин видел лишь один выход: необходимо найти врага, обвинить его и полностью уничтожить. Это решение было направлено в первую очередь на кулаков. Было принято решение взять курс на их полное уничтожение.
В конце 1929г. началась массовая коллективизация. Общественное использование земли было отменено. Вместо этого были созданы новые сельскохозяйственные единицы, называемые “колхозами”, в которых земля, скот и оборудование были общими. Весь или почти весь урожай забирался государством. Каждому члену колхоза выделяли небольшой участок земли, чтобы он мог прокормить себя.
Чтобы дать вам представление о жизни простого крестьянина во время Сталинской политики коллективизации, я бы хотел рассказать историю из первоисточника. Моя бабушка родилась и выросла в деревне, недалеко от Санкт-Петербурга. По ее воспоминаниям, всех насильно заставляли вступать в колхоз, а те, кто отказывался, оказывались в пыли на обочине дороги, весь их скот и земля отбирались, ничего не оставляя им. В колхозе нужно было работать с утра до вечера. За отработанные дни бригадир, назначенный местным Советом, ставил палочку в специальной учетной книге, но никто не получал денег. Единственной стимуляцией была редкая раздача муки. Ни у кого не было денег, чтобы купить одежду или другие вещи. Ее отец работал дровосеком в зимнее время, чтобы заработать немного денег. Растущее поколение, подростки пытались уходить в города, но единственной проблемой было то, что крестьянам запрещалось иметь паспорта. Школы были разбросаны по району. Моей бабушке надо было ходить 4 километра через лес. Во время раскулачивания, ее племянник был, затронут этим. Он был просто выгнан из деревни. Его семья должна была втайне зарабатывать деньги для переезда, а затем они уехали в Сибирь, где их никто не ждал. Никто не знает, что произошло с ними.
Сначала только деревенская беднота вступила в колхоз. Только после этого остальным крестьянам было также приказано вступить. Партийные агитаторы говорили: “Кто не вступит в колхоз, становится врагом Советов” (Лениздат, 1990, стр. 78). Сталин объявил о начале коллективизации в статье “Год великих перемен”, опубликованной в “Правде” 7 ноября 1929г. Затем он установил сроки коллективизации - 3 года. Отсутствие точных указаний и законов, в соответствии, с которыми этот процесс должен был проходить, привело к беззаконию. Даже городские обыватели, которые ничего не знали о традициях и психологии в деревне, были вовлечены в создание колхозов - так называемые “двадцатипятитысячники”. Главная цель коллективизации, установленная партией, заключалась в ликвидации кулаков как класса. Процедура раскулачивания была указана в секретной директиве Центрального Исполнительного Комитета и Совнаркома от 4 января 1930г. Кулаки, вовлеченные в антисоветские действия, арестовывались, зажиточные крестьяне переселялись в пределах района, все остальные поселялись на плохих землях вне колхоза.
Было разработано и объявлено специальное расписание в форме постановления Центрального Комитета, которое определяло темпы коллективизации. Это был простой, но очень двоякий документ. Во-первых, требовалось провести коллективизацию в основных зерновых районах Северного Кавказа, где она должна была быть закончена осенью 1930г. или весной 1931г. Такие двоякие сроки составляли главную хитрость документа. Зная, что нижестоящие агитаторы не упустят возможности отличиться, можно совершенно точно рассчитывать, что они будут рассматривать завершение в поздние сроки, как собственную неудачу. Кроме того, они постоянно будут соревноваться друг с другом для выполнения указа в кратчайшие сроки: даже раньше 1930г. Если все сработает, то это будет выглядеть, как успех Партийного руководства. Если же нет, то недовольство крестьянства увеличится, и тогда можно будет обвинить местных исполнителей, тем самым, оставляя членов Партии вне подозрений. Произошло именно то, на что надеялись руководители Партии. Раскулачивание, которое началось в 1929г., с 1930г. приняло очень жестокую форму. Крестьянские семьи лишались собственности и еды, изгонялись в Северные районы. Цель ликвидации кулачества заключалась в обеспечении материальной базой для создания коллективных хозяйств.
С конца 1929г. до середины 1930г. более трехсот двадцати тысяч крестьянских хозяйств были раскулачены, их собственность отдавалась в колхоз, где большинство зерна просто сгнивало. Михаил Шолохов, известный русский писатель, в письме к Сталину в 1929г. писал: “Кобылы жеребятся, жеребят съедают свиньи, и все это происходит на глазах у тех, кто не спал ночами, присматривая за кобылами”.
Ликвидация кулачества пошатнула дух оппозиции, так как деревни теряли самых независимых людей. Кроме того, судьба этих кулаков должна была служить примером для тех, кто не хотел присоединяться к колхозу.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
