55099 (670288), страница 3

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 3)

290.0

млрд.

долларов

265.4

млрд.

долларов

172.5

млрд.

долларов

гг.

Рис.2.1.Оборот взаимной торговли России и Грузии

в конце 90-х годов

Российский экспорт в основном базируется на ключевых, жизненно важных для самого существования республики позициях - поставках электроэнергии и газа (от Турции и США этот товар Грузия не получит).

Вообще говоря, поддержание такой важной отрасли жизнеобеспечения страны, как энергетика, в рабочем состоянии, в значительной степени зависит от России, которая до сих пор почему-то не превратила её в серьезный рычаг российской политики на южном направлении. Прекращение либо возобновление российских поставок электроэнергии, нефти и газа не увязываются с политическими процессами в двусторонних отношениях. Между тем, наблюдатели считают, что уменьшение Россией поставок газа и электроэнергии в находящуюся в долговой яме Грузию неизбежно сказалось бы на политической ситуации в республике и на позиции грузинского руководства в отношении нашей страны.¹

Россия заинтересована во взаимовыгодном сотрудничестве с Грузией по вопросам транспортировки энергоносителей из каспийских месторождений. Вместе с тем приходится констатировать, что в этих вопросах Тбилиси отдает предпочтение своим партнерам в ущерб России. В этих условиях Россия направляет усилия на то, что бы сохранить контроль странами региона над энергоресурсами Каспия и одновременно избежать соперничества с Западом на черноморско-каспийском пространстве.

2.1.Российское военное присутствие в Грузии

Важный фактор политического влияния России в Закавказье и обеспечения стабильности на южных рубежах СНГ - российское военное присутствие в Грузии. Вместе с тем функционирование российских военных баз в Грузии до сих пор не обеспечено прочным договорно-правовым основанием. Под писанный 15 сентября 1995 года договор о российских военных базах в Грузии пока не ратифицирован сторонами. При этом грузинская сторона сделала заявление, что Договор будет представлен на ратификацию только после полного восстановления суверенитета Грузии над всей ее территорией, то есть после того, как Москва обеспечит восстановление реального контроля Тбилиси над Абхазией и Южной Осетией.

В последнее время грузинская сторона возобновила претензии в отношении компенсации за вывезенное с ее территории военное имущество Вооруженных сил СССР, включая корабли Черноморского флота оценивая его в 7-15 миллиардов долларов. Вместе с тем в Тбилиси осознают, что в условиях существования конфликтных ситуаций российские базы в какой-то мере обеспечивают внутриполитическую стабильность в стране. Поэтому в действиях грузинского руководства проявляется известная двойственность: вопрос ликвидации баз прямо не ставится, но используется для политической игры с Россией и Западом. Проблемы двустороннего трудничества в военной области продолжают оставаться предметом переговоров специалистов.

Важный компонент пакета - вопрос о российских обычных вооружениях на территории Грузии в контексте договора об ограничении вооруженных сил в Европе (ДОВСЕ).¹ Этот договор и принятые в его развитие решения предусматривают жесткие количественные ограничения на российскую технику в так называемом “фланговом районе”, куда входит и Грузия. Поддержание способности наших войск обеспечить внешнюю безопасность обоих государств требует, чтобы в их распоряжении находился некий “обязательный минимум” обычных вооружений. Однако на переговорах Тбилиси уклоняется от перераспределения квот таких вооружений в пользу России.

2.2. “Чеченский фактор”

Особое внимание в переговорах с Тбилиси в конце 90-х годов Москва уделяла закреплению обязательств грузинской стороной насчет продолжения охраны чеченского участка российской границы. Начиная вторую чеченскую кампанию, российское руководство вполне правомерно надеялось на поддержку грузинских соседей. Однако сейчас приходится с сожалением констатировать, что декларация грузинских политиков о долгосрочном стратегическом партнерстве с Россией весьма далека от реальных дел. Позиция Тбилиси по чеченскому вопросу оказалась слишком неадекватной обстановке и той угрозе, которую чеченские террористы представляют для самой Грузии.

Можно сказать, чеченский фактор активно использовался властями Грузии для решения задач региональной политики, в частности, для восстановления юрисдикции над Южной Осетией. С этой целью информационные структуры МГБ Грузии распространяли дезинформацию о расположении на территории Южной Осетии баз чеченцев, а также использовании ее как перевалочную базу для переправки вооружения в Чечню. Использование таких сведений на самом деле осуществляется в целях компрометации руководства Южной Осетии, как будто бы не способного контролировать обстановку на своей территории и даже помогающего вооружению отрядов боевиков, а также в целях формирования в России негативного образа ЮОР как “базы террористов”. По некоторым сведениям, для совершения диверсионных актов против российского миротворческого контингента под видом чеченских боевиков используется бандформирование братьев Кочишвили - платных агентов грузинских спецслужб.

До конца 1999 года чеченский участок российско-грузинской границы оставался прозрачным для прохода боевиков и переброски вооружений боеприпасов и военного снаряжения. Попытки России добиться от Грузии обещаний блокировать передвижение чеченских террористов через границу успеха не имели. Неоднократные заявления по линии МИД и минобороны России о подобных перебросках руководством Грузии не воспринимались.

Расчет российских руководителей на поддержку или, по крайней мере, сочувствие Грузии в борьбе с чеченскими боевиками не оправдался. Пограничный вопрос в чеченском контексте стал инструментом давления на Россию.

Большие претензии к Тбилиси имеет и ФСБ. Не так давно органами военной контрразведкн пресечена деятельность двух военнослужащих Группы российских войск в Закавказье, завербованных МГБ Грузии с целью ведения шпионажа. Заметим также, что весьма вольготно чувствуют себя на грузинской территории и сотрудники резидентур ряда западных спецслужб.

В Грузии по-прежнему делается расчет на постоянную финансовую подпитку от США, в то время как реально американцы дают республике в семь-восемь раз меньше, чем поступает в страну денежных средств из России (по оценкам экспертов более миллиарда долларов в год). В частности, именно поэтому в адрес России было высказано столько упреков в связи с ее намерением объявить визовый режим на границе с Грузией.

Проводя антироссийскую линию, ряд средств массовой информации (например, находящаяся под опекой спецслужб газета “Алня” в номере от 20 декабря 1999 года) сообщали, что в планы России входит вторжение в Грузию для уничтожения чеченских бандформирований, ведущих партизанские действия с грузинской территории. В этой связи становятся понятными многократные н настойчивые обращения заместителя госсекретаря США С. Тэлбота в российский МIIД с просьбой подтвердить суверенность грузинской территории.

2.3. Грузино-абхазский конфликт

Осложняющим в двусторонних отношениях обстоятельством является то, что Тбилиси увязывает дальнейшее углубление российско-грузинского сотрудничества с урегулированием грузино-абхазского конфликта исключительно по собственному сценарию. В результате тупиковая ситуация в конфликте сохраняется, а конца ему не видно. По существу, весь комплекс двусторонних связей с Россией и в рамках СНГ Тбилиси рассматривало прежде всего в интересах получения односторонних выгод в процессе восстановления суверенитета над всей ее территорией.

Несмотря на громадный вклад российских миротворцев в поддержание мира между Тбилиси и Сухуми, выполнение ими в сложных условиях своих обязанностей в полном объеме в соответствии с предписанным статусом нейтрального посредника (в том числе ценой немалых потерь в личном составе - за четыре года погибло 65 российских солдат - и значительных финансовых затрат, которые Россия несет в одиночку), грузинское руководство постоянно выражало недовольство их действиями, пытаясь возложить на них не свойственные им функции по принуждению Абхазии к принятию условий урегулирования, которые ей навязывает Тбилиси. Требуя вывода российского миротворческого контингента, власти республики готовили почву для замены российских миротворцев на многосторонние силы по поддержанию мира под эгидой ООН¹. При этом, как вариант, рассматривался и план принуждения Абхазии по боснийскому или косовскому сценарию. Между тем, исходя из складывающейся обстановки, можно было предположить (и это подтверждали высказывания серьезных грузинских и абхазских политиков, а также командования миротворческими силами), что вывод российских миротворцев из зоны конфликта неизбежно должно привести к новой войне. Не в этом ли заключается тайный замысел Тбилиси?..

Грузинским руководством уже сейчас создавались условия, значительно затрудняющие жизнедеятельность российских военных объектов в Грузии и Группы российских войск в Закавказье (ГРВЗ) в целом.

Таким образом налицо последовательная и целеустремленная политика грузинского руководства, направленная на вытеснение российских вооруженных сил из Закавказья, создание таких условий, при которых России просто ничего не оставалось бы, кроме как закрыть свои военные базы в Грузии и вывести все свои воинские части за пределы этой страны.

Вывод российских войск с грузинской территории будет способствовать укреплению как в Грузии, так и в Закавказье в целом американских и турецких позиций, вытеснению России из региона, возникновению угроз ее национальной безопасности на южном направлении, что приобретает особую опасность в свете расширения НАТО на восток¹.

Правящая элита, западные партнеры Грузии, средства массовой информации действовали и действуют в настоящее время настолько скоординированно, что не остается никаких сомнений: в стране ведется активная пропагандистская кампания по дискредитации России, что бы заставить население поверить в то, что альтернативы сближению с США и НАТО у Грузии нет. Думать о том, насколько отвечает такая альтернатива национальным интересам Грузии, здесь не хотят.

2.4.Особые отношения с СНГ

Своеобразен подход Грузии к развитию ее отношений со странами СНГ. По мнению Тбилиси, необходимо новое переосмысление путей и методов интеграции на постсоветском пространстве, а самому Содружеству еще предстоит определить свою роль в формировании будущего стран-участниц¹. В конце 1999 года Грузия впервые внесла взносы в СНГ, что вроде бы свидетельствует о ее намерении не порывать с Содружеством. Однако главная цель ее присутствия в этой организации - добиться усиления роли СНГ в урегулировании абхазской проблемы. Президенту Шеварднадзе понравилась идея создания оперативной группы СНГ для ежеквартального рассмотрения хода урегулирования конфликта. Грузинская сторона, по видимому, намерена использовать механизмы Содружества для того, чтобы воспрепятствовать введению визового режима на границе с Грузией, открытой для проникновения чеченских боевиков. Эта предложенная Россией мера вызвала в Грузии крайнюю обеспокоенность и нервозность, поскольку может поле конец бесконтрольному пересечению границы грузинскими гражданами, которых на территории России насчитывается свыше одного миллиона, и паразитированию Грузии за счет российского рынка.

Откровенная слабость до последнего времени президентской власти в России негативно сказывалась на престиже Россию в ближнем зарубежье, и в первую очередь, в Грузии, где антироссийская риторика перешла всякие границы. В связи с этим российский МИД был вынужден в конце 1999 года выступить с решительным заявлением против инсинуаций официального Тблиси по поводу позиций и действий России в Чечне. Это важный шаг, свидетельствующий о том, что теперь, с приходом В. Путина, Россия не будет торговать своими политическими и экономическими интересами ради

слишком дорогостоящей “личной дружбы” с представителями бывшей советской номенклатуры, среди которой оказалось немало тайных скрытых “диссидентов”. Но это пока только наше предположение...

2.5. “Фактор Путина” уже срабатывает

Избрание В. Путина президентом России было встречено в Тбилиси напряженным вниманием. Для грузинского руководства имели огромное значение подтверждение В. Путиным верности демократическим ценностям, а также его шаги и инициативы, имеющие отношение к кавказской проблематике. Э. Шеварднадзе выразил надежду, что на этапе сотрудничество двух стран примет более активный и конструктивный характер, а рамочный Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, подписанный еще 1994 году, будет, наконец, ратифицирован Госдумой.

Так называемый “фактор Путина” в конце 90-х годов внес некоторые коррективы в позицию грузинских руководителей, в том числе и в чеченском вопросе. Важным обстоятельством при этом стал выход федеральных сил к грузинской границе и практически ее переход под их полный контроль. В этой связи главы МВД России и Грузии 24 января 2000 года подписали в Тбилиси меморандум о сотрудничестве в борьбе с терроризмом и экстремизмом¹. Они отметили особую важность подобных документов в контексте событий в Чечне. Стороны пришли также к согласию о необходимости проведения на чеченском участке границы совместной антитеррористической операции. Руководство Грузии поспешило сгладить впечатление от недавних скандальных заявлений в адрес России. Шеварднадзе, в частности, подтвердил готовность развивать с Россией добрососедские отношения и выполнять обязательства перед СНГ.

Характеристики

Список файлов реферата