54027 (669307), страница 5

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 5)

мир"⁴¹. Атлантическая хартия, подписанная правительствами США и Англии 14 августа 1941 г, декларировала право народов избирать себе "ту форму правления, при которой они хотят жить..". Заявле­ние президента от 22 февраля соответствовало общим принципам борьбы США за "открытые двери". В то же время усилия США бы­ли направлены на решение сложной проблемы: народы должны знать, что борьба идет за свободу. Убежденность в том, что, сра­жаясь с японским милитаризмом, каждый борется за свободу, объ­ективно содействовала и мобилизация людских ресурсов Азии - т.е. решению одной из главных задач, которая стояла перед США в первые годы войны на Тихом океане. Поиски американской государ­ственной машиной средств и методов привлечения на свою сторону многомиллионных масс народов колоний были вызваны самой при­родой монополистического хозяйства США. Обеспечение прибы­лей требовало от монополистических кругов США всесторонней мо­билизации материальных и людских ресурсов. Для американских монополий открывались богатейшие перспективы получения гигант­ских прибылей. Успешное использование создавшейся конъюнкту­ры зависело во многом от распределения людских ресурсов как в области промышленности, так и в сфере военных действий. Широ­кий фронт борьбы с фашизмом в Европе и на Тихом океане, необо­зримые поля сражений ждали от народов немыслимых жертв, тре­бовали самого дорогого - миллионов человеческих жизней. Мо­нополистический же капитал США стремился с большей для себя выгодой использовать ситуацию, извлечь максимум прибыли из гонки вооружений, нажиться на нуждах военного времени; увидел для себя широкие перспективы в использовании людских ресурсов стран Азии; он готов был принести в жертву миллионы жизней ра­ди обеспечения прибылей.

"Антиколониалистские " лозунги Ф.Д.Рузвельта, отнюдь не были плодом его единоличных раздумий; они так или иначе одоб­рялись "большим бизнесом", и сам президент далеко не всегда решался действовать, не заручившись одобрением влиятельных лиц. Такой крупный финансовый и государственный деятель, как Бернард Барух, выступал в роли одного из авторитетных наставни­ков администрации и требовал от Рузвельта проведения более "энергичной и активной" политики, на которую не мог без опасений соглашаться сам президент⁴². Различные средства американской дипломатии были брошены на решение сложной задачи: как при­влечь на свою сторону народы колоний и зависимых стран, как ней­трализовать японскую пропаганду, как показать себя в роли побор­ников свободы и демократии, сторонников освобождения народов от колониальной зависимости. Лозунги американского "антиколо­ниализма" политические и военные деятели администрации Руз­вельта использовали в целях осуществления "большой страте­гии", "стратегии дешевой войны". Опираясь на демагогические по­сулы американской демократии, они обращались к народам Китая, Кореи, Индии и других стран Азии с призывами активнее участво­вать в военных действиях на стороне США.

Интриги американской о политики того времени поражали представителей национально-освободительного движения. Индий­ская проблема подтвердила настоящую фальшь дипломатов США, провозгласивших актуальность американского "антиколониализма". 11 августа 1942 г. представитель США в Дели - Меррил с беспокой­ством сообщал в Вашингтон о росте антиамериканских настроений среди сторонников индийского Конгресса. В качестве иллюстраций для подтверждения своих мыслей Меррил привел заявление Ган­ди: "Вы, американцы, осуществляете общее с Великобританией де­ло. Вы не можете поэтому не признавать ответственности за то, что британские представители делают в Индии"⁴³. Инструкция амери­канского правительства своим военнослужащим в Индии преду­смотрительно обязывали придерживаться позиций полной безуча­стности по отношению к конфликтам между правительством Вели­кобритании и индийским национальным конгрессом. Представитель США в Дели Меррил в донесении от 11 августа 1942 г, советовал своему правительству сохранять "такую позицию в Индии, которая бы напрасно не беспокоила англичан"⁴⁴. В августе в Индии стал известен приказ военного командования США американским под­разделениям, расквартированным в Индии. Приказ имел в виду прежде всего первостепенную цель правительства США, состоящую в помощи Китаю, во-вторых, подчеркивалась необходимость для американских сил со скрупулезной внимательностью избегать лю­бого незначительного вмешательства во внутренние политические проблемы Индии или даже малейшего намерения поступать таким образом. Такова была "осторожность" правящих кругов США по отношению к политическим проблемам Британской империи. Ма­невры американской дипломатии вокруг индийской проблемы, скользкие предложения конгресса США предоставить Индии "статут доминиона", которые практически не мешали продлению господства над Индией в иных формах, - все это уже в годы войны также пока­зало характер американского "антиколониализма". Разумная "нере­шительность" американских "антиколониалистов" приводила, мягко говоря, к нежелательным результатам для всей антигитлеровской коалиции. Специальный представитель президента США Филиппе выступил против тех своих соотечественников, которые хотели бы "принять желаемое за действительное" В своем докладе он, в ча­стности, заявил: индийцы чувствуют, что они не имеют права голо­са в управлении страной и не несут никакой ответственности, что им не за что сражаться. Они убеждены, что принципы, которые провозгласили объединенные нации в этой войне, не относятся к ним. Американские конгрессмены, прочно связанные с английским капиталом, а потому и считавшиеся в США "друзьями Индии", пес­симистически смотрели на решения Индийского конгресса. Лицеме­рие американского антиколониализма в годы войны на Тихом океа­не подтверждалось различного рода маневрами и уловками, на ко­торые шла дипломатия США, когда дело касалось провозглашения права на независимость определенной колониальной страны. Из­вестно, что одним из важнейших вопросов послевоенного устрой­ства на Тихом океане являлась проблема будущего Кореи. Корей­цы, на деле познавшие сущность японского колониализма, связы­вали свое освобождение с победой антифашистской коалиции и справедливо ожидали от участников войны с Японией конкретного заявления о своем неотъемлемом праве на полную независимость и государственную самостоятельность. Ожидали этого заявления и другие угнетенные народы, ибо решение проблемы Кореи могло бы указать пути для освобождения колоний. Но США не только не провозгласили право Кореи на независимость в первые годы войны, но и воздержались даже от, казалось бы, внешне выгодного для них шага - официального признания "Временного правительства" Кореи. Так же реагировали американские власти на просьбы филиппинско­го эмигрантского "правительства" - признать независимость Фи­липпин.

Ведущие монополистические группировки, используя прави­тельственные рычаги, подчинили интересы стремящихся к огромным прибылям отдельных групп монополистов и проводили угодную

американскому капиталу политику. Одной из важнейших причин "нерешительности" США сделать заявление о всеобщем освобож­дении народов является солидарность американских и западноев­ропейских капиталов. Англо-американские расхождения оставались в рамках союза монополистических кругов США и Англии, направ­ленного на сокрушение Японии, и США не хотели навлечь на себя излишние обвинения в политическом вмешательстве во внутренние дела колониальных империй Запада.

Движущим мотивом каждого предприятия во время войны яв­лялось извлечение как можно большей прибыли, последняя обес­печивалась, как уже показано, всесторонней мобилизацией мате­риальных и людских ресурсов как внутри, так и вне своей страны. Лозунг "антиколониализма" представители американского капитала надеялись вполне использовать с целью мобилизации людских ре­сурсов колониальных стран. Однако инициаторы политики "антико­лониализма" отнюдь не пытались быть последовательными в осу­ществлении антиколониалистских мер. В данном случае интересы рвущихся к наживе монополистов США не совпадали с интересами американской буржуазии в целом, стремившейся к сохранению капиталистического строя в государствах, судьбы которых во мно­гом зависели от колониального мира. Государство монополистиче­ского капитала США, действуя в общих интересах правящего клас­са, готовилось сохранить порядок, способный обеспечить в пер­спективе экономическую зависимость слаборазвитых стран. Туман­ные декларации США о праве народов на "самоуправление", с восстановлением их "суверенных прав", отраженные в Атлантиче­ской хартии; отсутствие в общих заявлениях Госдепартамента упоминаний о конкретных странах, как захваченных Японией так и являвшихся колониальными владениями западных держав, вызы­вало в среде зависимых народов вполне оправданную насторожен­ность относительно истинных намерений США в войне на Тихом океане. В каждом районе или колонии, оккупированном японцами, различные слои общества воспринимали положения Атлантиче­ской хартии применительно к своим странам. Народные массы хо­тели бы видеть практическое осуществление деклараций о свободе, местная знать усматривала в обещаниях США возможную для се­бя выгоду и надежду получить власть из рук своих заокеанских по­кровителей. Вполне естественно, что в Азии ждали, когда, нако­нец, Вашингтон назовет какую-либо страну, имеющую право на свободу в послевоенном мире. Но природа американского империа­лизма не позволяла даже в самый трудный период, в начале вой­ны, официально провозгласить право определенных стран Азии на независимость. В этом были серьезные трудности американской дипломатии и пропаганды. В то же время США, используя военную обстановку, активно действовали в зоне колониальных интересов Запада, усилилось их экономическое проникновение в Австралию, Индию и другие страны. Американский "антиколониализм", по-существу, выступал в роли внешнеполитической доктрины Ва­шингтона, которая, внешне отвечая духу времени, призвана была скрыть стремление США к мировому господству.

По мере приближения победы над силами фашизма все сильнее проявлялось то глубокое противоречие, которое имело ме­сто между планами США, целями англо-американского союза в войне на Тихом океане и антиколониалистическими лозунгами аме­риканской пропаганды. Стремление империализма США к господ­ству, практическая подготовка планов прямой оккупации островов Тихого океана и основных стратегических пунктов на материке, наконец, идеи единства интересов англо-американского капитала в

борьбе с национально-освободительным движением довольно от­кровенно афишировалось в самих США и создавали для американ­ских монополистов определенные осложнения не только в деле ис­пользования антиколониалистских лозунгов для борьбы с конкурен­том, но и для повышения своего авторитета. Англичане не упускали возможности, чтобы при случае поставить сторонников антиколо­ниализма на место, напомнить своему американскому союзнику: не следует чрезмерно увлекаться антиколониализмом, если хотите ис­пользовать методы классического колониализма в войне на Тихом океане⁴⁵. Для общих интересов США и Англии было чрезвычайно важно избежать междоусобных трений, связанных или вызванных некоторыми особенностями колониальной политики США и Запада.

Сведения о закулисных интригах американских дипломатов, направленных на спасение колониальных империй Запада, так или иначе просачивались в прессу, на страницах которой было выраже­но немало тревоги по этому поводу. Лоуренс Солсбери, например, доказывал различие, которое имело место между провозглашенны­ми США антиколониалистическими лозунгами и настоящей полити­кой американского империализма⁴⁶. Он хотел показать, к чему мо­жет привести подобное положение: "Подозрения народов Азии к США могут в некоторых районах сорвать сотрудничество населения с нашими вооруженными силами, когда последние высадятся в ко­лониальных странах... Возможно, что в некоторых местах партизан­ское движение может пойти по такому пути, когда нашим людям придется воевать не с японцами, а с азиатами, которым первона­чально принадлежали отнятые у них земли"⁴⁷.

Политические соображения толкали американское командо­вание на привлечение к военным действиям на Тихом океане колониальных держав Запада: перспектива национально-освободительных революций на освобожденных от врага террито­риях убеждала правящие круги США в необходимости укрепления союза США и Англии. США, конечно, отдавали себе отчет в том, что судьбы западно-европейского империализма во многом зависят от положения в Азии. По замыслам американских политиков, поднятые на грабеже колоний и зависимых стран монополии Англии и Фран­ции должны были стать первой преградой на пути распространения социализма в Европе, а поэтому и будущее поражение западно­европейского колониализма в Азии расценивалось дальновидными американскими политиками как подрыв благополучия капиталисти­ческой системы в Европе. Английские политические деятели, со своей стороны, к концу войны вынуждены были признать более бла­гоприятное положение США в капиталистическом мире и поступить­ся частью своих интересов на Дальнем Востоке ради сохранения традиционных связей Британской империи, ради объединения сил международной реакции против национально-освободительного движения в колониях и зависимых странах. В Лондоне считали це­лесообразным не скрывать намерения определить как можно более точно сферы интересов США и Англии на Тихом океане. С этой точ­ки зрения очень важен опубликованный в 1969 году документ Гос­департамента, относящийся к июню 1945 года, и касающийся аме­риканских оценок положения в Азии к концу войны. Решение, кото­рое лучшим образом, как утверждали составители документа, со­гласуется с "двумя политиками США" состоит в "развитии Дальнего Востока в группу самоопределяющихся наций - независимых или со статутом доминиона - сотрудничающих друг с другом и с Запа­дом...". Интересы США - утверждалось далее - требовали, чтобы "Дальний Восток перестал быть источником колониального соперничества и конфликтов не только между великими державами, но и между народами Азии". В документе подчеркивалось признание и суверенитета Франции в Индокитае, невмешательство в "англий­ские владения" и т.д.⁴⁸

Как бы то ни было, по мере приближения конца войны в сре­де монополистических кругов США и Англии обострялось чувство досады, страха и ненависти в связи с усиливавшимися националь­но-освободительным движением, а вместе с этим росла и общая заинтересованность в сохранении наиболее удобных для них по­рядков в Азии⁴⁹. Западно-европейские колонизаторы, чувствуя свое военно-политическое бессилие, с надеждой смотрели в сторону США. Бывший генерал-губернатор колониальной Индонезии с большой откровенностью признавал, что в Индокитае и Индонезии послевоенные условия резко отличались от условий в других рай­онах Тихого океана: ни Франция, ни Нидерланды не имели доста­точно сил, чтобы восстановить "прежнее положение в возвращен­ных территориях"⁵⁰.

Руководители Госдепартамента полагали, что любое призна­ние Соединенными Штатами права одной из колониальных стран Тихого океана на свободу и независимость послужило бы конкрет­ным примером, на который вполне оправданно могли сослаться в Индии, Малайе, Бирме, Индонезии. В марте 1942 года Гаус писал в Вашингтоне, что "проблема Кореи зависит от стремлений к неза­висимости других азиатских народов, в том числе индийцев"⁵¹. Точка зрения Гауса разделялась и Хэллом, последний в меморан­думе на имя президента США рекомендовал отложить официаль­ное заявление о политике "всеобщего освобождения" до тех пор, пока "специфические условия", тесно связанные с Нидерландской Индией и Бирмой, "не позволят сделать это". "Специфические условия" вынуждали правящие круги США тщательно обдумывать

любое свое официальное выступление, касающееся и проблемы Таиланда. В этом случае, как и во многих других, американские по­литики считали необходимым консультироваться, сохраняя при этом чаще всего видимость единодушия, с другими колониальными державами, имевшими в этом районе традиционные колониаль­ные интересы. Между правительствами США и Англией была дос­тигнута договоренность о том, что "Любое заявление, сделанное относительно Таиланда правительствами Англии, Нидерландов и США, не должно противоречить друг другу"⁵². Дипломатическое за­игрывание США с ВИШИ затрудняло американскому внешнеполити­ческому аппарату выработку официальных заявлений по поводу бу­дущего французских колоний. Правители ВИШИ, предполагая ско­рую оккупацию Японией территорий Тихого океана, еще 22 декабря 1941 г. назначили адмирала Деку Верховным комиссаром француз­ских тихоокеанских владений. Правящие круги Франции, рискнув­шие пойти на двойную игру, и здесь остались верными интересам французского монополистического капитала. В их среде укрепля­лась надежда на то, чтобы при любом исходе войны за француз­ской буржуазией оставалось право контролировать территории ко­лониальной империи Франции. Еще до начала военных действий контроль над колониальными владениями Франции на Тихом океа­не осуществлялся официально движением Свободная Франция. Гу­бернатор Нумеа Сото 20 июля 1940 г. вступил в контакт с Де Гол-лем. А в июле 1941 г. де Голль объявил капитана 1-го ранга (впо­следствии адмирала) Тьерри д'Аржалье Верховным комиссаром французских владений на Тихом океане "⁵³.

Характеристики

Список файлов реферата