54027 (669307), страница 12

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 12)

Эта версия должна была бы освободить союзников от излиш­них антияпонских акций, но не устранить острейшие противоречия, возникшие в Индокитае в конце второй мировой войны. США гото­вились самым серьезным образом использовать гоминьдановцев для распространения своего влияния в этом районе мира, эта возможность должна была бы быть претворена в действительность благодаря выполнению англо-американского решения в Потсдаме о разграничении сфер оккупации в Индокитай В осуществлении своих проектов установления послевоенного господства на тихо­океанских территориях США встречали противодействие и Австра­лии. Когда события войны повернулись в пользу союзников, авст­ралийские лидеры решили пересмотреть свою позицию по ряду важнейших вопросов внешней политики; они правильно сочли уста­ревшими свои прежние установки, направленные лишь на то, что­бы "выжить и спасти страну от угрозы японского вторжения". Того же, взгляда придерживались дальновидные представителя новозе­ландского правительства. Если в начале войны Австралия и Новая Зеландия видели спасение от казалось бы неминуемого вторжения японской армии на континент в тесном союзе с США, то после пе­релома в ходе войны, когда удачи стали сопутствовать союзникам на Тихом океане, отношение к этому союзу резко изменилось. Оп­равившись от первых потрясений, уверовав в полную для себя безопасность со стороны Японии, правительства Австралии и Но­вой Зеландии стали проявлять недовольство по поводу того, что руки американского спасителя все больше прибирают рычаги эко­номики их стран и, конечно, обретают новые силы, которые в нуж­ное время пригодятся и для мертвой хватки.

В январе Австралия и Новая Зеландия вступили в соглашение. Статья 16 Соглашения безоговорочно выражал мнение тихоокеан­ских доминионов относительно будущего ряда островов и баз, на которые хотели водрузить свой флаг США. Статья предусматрива­ла лишение США права пользования базами доминионов после войны.¹³⁸ В Вашингтоне расценивали новое соглашение не иначе как угрозу планам тихоокеанской экспансии США; Джо Старнес от­крыто заявил в конгрессе, что соглашение ущемляет "законные по­слевоенные цели и намерения США, их безопасность и их долг в эксплуатации воздушных и морских дорог".¹³⁹ Конгрессмены полу­чили повод для пессимистических предположений относительно будущих отношений США с Австралией и Новой Зеландией.

Весной 1944 г. австралийский премьер увидел, что тихооке­анскому военному совету не удалось "действовать таким путем, как предполагало правительство Австралии".¹⁴⁰ Тихоокеанский совет получал благоприятную возможность ознакомиться со стратегиче­скими военными планами для Тихого океана, но лишь посла того, как они формулировались американским комитетом начальников штабов. США, по-прежнему, смотря свысока на союзников, и не думали выпускать поводья из своих рук. Австралия и другие тихо­океанские страны в Совете, не имеющие статута военной державы, были, конечно, ке в состоянии осуществить какой-либо контроль над военным планированием на Тихом океане. Тогда-то и обнару­жились сначала едва заметные, а затем и видимые трещины в американо-австралийско-новозеландском союзе, в прочности кото­рого до того времени мало кто сомневался. Когда начались деба­ты в Сан-Франциско, отношения между США с одной стороны, Ав­стралией и Новой Зеландией с другой, стали еще более натянуты­ми. Постоянные поиски в США новых форм колониального угнете­ния не проходили мимо внимания заинтересованных в колониа­лизме кругов правящей Австралии. Австралийская буржуазия дви­жимая эгоистическими интересами, была охвачена сильной трево­гой за будущее своих колоний. Американо-английские проекты не получили вдруг австралийской поддержки, в которой может быть не особенно нуждались, но на которую надеялись США и Англия. Австралия в Сан-Франциско выступила за распространение прин­ципа опеки не только на территории, отмеченные в Ялте, но и на все зависимые территории. В то же время лидер оппозиции в авст­ралийском парламенте Роберт Мензис цитировал американскую прессу, которая приписывала Австралии ведущую роль в борьбе против американо-английской линии по опеке. Австралийское правительство продолжало хладнокровно настаивать на своей точ­ке зрения, несмотря на возрастающее в связи с этим недовольство в Англии и США. Тогда, когда к концу войны для американской по­литики становилось чрезвычайно невыгодным публично отстаи­вать свои военные "антиколониалистические" лозунги и необходи­мость распространения принципа опеки на колониальные владения западных держав, такая непримиримая позиция Австралии особен­но раздражала ее тихоокеанских союзников. Представитель авст­ралийской делегации в Сан-Франциско Фредерик Егглестон назвал поведение американских политиков "весьма разочаровывающим" в свете прежней критики "колониального империализма со стороны американских ученых и публицистов.¹⁴¹

Почему же Австралия неожиданно пошла даже дальше аме­риканских антиколониалистов? Казалось, планы австралийской буржуазии были удивительно просты: распространение режима опеки на все "зависимые" территории, по замыслам ее лидеров, по­зволило бы модифицировать в духе времени свое господство на Папуа и в Новой Гвинее. Вместе с этим правительства Австралии и Новой Зеландии, считавшие себя равноправными участниками в войне, вряд ли могли удержаться от того, чтобы лишний раз не подчеркнуть свою возросшую роль в делах Тихого океана. Для США, привыкшим не стеснять свободу своих рук, ничего не остава­лось делать как игнорировать интересы своего партнера. В то время, как Госдепартамент выбивался из сил, чтобы создать впечатление перед колониальными народами своими "ан-тиколониалистскими" декларациями, перед союзниками - благоже­лательным отношением и верностью обязательствам, правитель­ственный аппарат, прежде всего, военное ведомство занимались более земными делами. В итоге этой деятельности и появилось "исследование" относительно будущего тихоокеанских территорий. Этот документ, подготовленный Подкомитетом правительственного Комитета по военно-морским делам, в августе 1945 г. был пред­ставлен конгрессу и содержал рекомендации, абсолютно противо­положные пожеланиям западных и тихоокеанских союзников США. "... I. Установить доминирующий контроль над бывшими японскими мандатными островами: Маршальскими, Каролинскими, Мариан­скими... а также над японскими островами Бонин и Рюкю. 2. Закре­пить особые, существенные права в районах, где американские базы были созданы на островных территориях союзных наций. 3. Полное право контроля над Манусом, Нумеа, Эспириту-Санто, Гуадалканал и другими американскими опорными пунктами, распо­ложенными в местах или на островах, которые являются подман­датными, или объектом претензий для других наций, должно быть передано США, так как: а) эти нации не способны защищать " ука­занные острова, б) эти базы связаны с нашей цепью обороны".¹⁴²

К концу войны в США все более четко проявлялось глубокое противоречие между "антиколониалистскими" заявлениями США и реальной ситуацией в бассейне Тихого океана, а также практиче­ской деятельностью организаций послевоенного планирования. Усиливались расхождения между союзниками по войне с Японией. Будущее тихоокеанских территорий, открытая борьба за столом международных конференций вокруг проблемы опеки стали тем толчком, который обнажил подлинные устремления американской политики на Тихом океане.

3.2. Политика США в отношении Японии.

Администрация Ф.Рузвельта унаследовала внешнюю полити­ку с ее традиционными основными направлениями и соответствую­щими им доктринами: Монро в Латинской Америке, "открытых две­рей" в Азии и изоляционизма в отношении Европы. Особенно вели­ко было значение изоляционизма, который, возникнув преимущест­венно как политико-дипломатический принцип, со временем пере­рос в специфически американский подход к остальному, "неамери­канскому" миру.

Американо-японские противоречия обострились в результате захвата Маньчжурии. Японская агрессия, подрывавшая отстаивае­мый США в Азии с конца XiX века принцип "открытых дверей" и соз­данную с их участием Вашингтонскую систему, оказала существен­ное воздействие на последующую политику правительства Соеди­ненных Штатов. Положение на Дальнем Востоке явилось предме­том обсуждения уже на втором заседании кабинета, причем Руз­вельт говорил о возможности войны с Японией. Все же решено бы­ло не идти дальше "доктрины непризнания" (1932г.), которая огра­ничивалась юридическим непризнанием насильственного измене­ния статус-кво в этом районе.

В политико-дипломатическом соперничестве на Дальнем Востоке США использовали соглашения, подписанные на Вашингтонской конференции 1921-1922 г., и Пакт против войны 1928 г., в нарушении которых они обвиняли Японию. Неоднократные их про­тесты вызывали японские действия в Китае, территориальная дея­тельность которого декларировалась Договором девяти держав 1922 г. Они давали знать Японии, что несоблюдение вашингтонских соглашений может привести к американскому решению отказаться от ограничений, которые налагались этими соглашениями на воен­но-морское строительство, цель политики США в отношении Японии заключалась в стремлении как можно дольше оттянуть открытый конфликт с ней. Когда 24 марта 1934 года США приняли закон, о предоставлении через 10 лет независимости Филиппинам, то Япо­ния интерпретировала в свою пользу предстоящий уход американ­цев. Объявив в декларации Амо (апрель 1934 г.) себя единствен­ным арбитром в китайском вопросе, Япония даже не реагировала на американский протест.

По мере осложнения ситуации в Европе США лишь укрепля­лись в своем стремлении к достижению компромисса с Японией. Отсюда фактическое поощрение Соединенными Штатами японской агрессии, получавшее выражение в американо-японской торговле, которая обеспечивала Японии более половины необходимых ей во­енно-стратегических материалов. В самих США этот правительст­венный курс оказался под огнем критики общественности. Общест­венные организации, включая профсоюзы, а также представители деловых кругов принимали резолюции с осуждением Японии и тре­бовали бойкота японских товаров.

С началом японской агрессии в Китай правительство США встало перед дилеммой: какую выбрать политику в отношении аг­рессора - определить Японию как такового и тем самым запустить механизм закона о нейтралитете, либо смотреть на действия японцев "сквозь пальцы". Предлогом для отказа от применения закона о нейтралитете в японо-китайской войне послужило то, что японский агрессор войны формально не объявлял. Подобной позицией США добивались одновременно нескольких целей. Хотя они и осуждали действия Японии, тем не менее старались не обострять отношения. Встав на путь "умиротворения" Японии, США надеялись этим огра­ничить ее экспансию и отсрочить вооруженный американо-японский конфликт. Неприменение нейтралитета позволило продолжать япо­но-американскую торговлю, в которой были заинтересованы неко­торые монополии. Благодаря этому, Япония еще долго импортиро­вала из США столь нужное ей стратегическое сырье (нефть, ме­талл).

В результате внезапного нападения японцев на Перл-Харбор и беспечности командования США американский флот понес круп­ные потери. Одновременно вооруженные силы Японии атаковали острова Гуам, Уэйк, Мидуэй, и предприняли широкое наступление в Юго-Восточной Азии. 8 декабря 1941 года японская авиация под­вергла бомбардировке американские аэродромы и военно-морскую базу Кавите на острове Лусон. В Вашингтоне не предвидели подоб­ного развития событий. Долгие годы руководители США строили свои расчеты на военном столкновении Японии с СССР, полагая возможным и японское нападение на британские владения, даже ожидая этого. А под прикрытием дипломатических переговоров ве­лась подготовка обеих сторон к войне. Но США хотели вступить в нее как можно позже, причем там и тогда, где наступит более бла­гоприятный для них стратегический момент. Они стремились выиг­рать время для создания более сильной армии, флота и авиации. Столкновение экономических, торговых и политических интересов между Японией и США привело к вооруженному конфликту. Японская атака на Перл-Харбор показала ошибочность расчетов амери­канского руководства и положила конец нейтралитету США. По об­разному выражению сенатора У.Брукса "изоляционизм затонул в Перл-Харборе".¹⁴³

Летом 1943 г. военно-морское министерство США наметило широкую программу строительства военных баз на Тихом океане. Было предложено аннексировать все мандатные острова Японии. Выступая в начале января 1944 года в Конгрессе, министр военного флота У. Нокс заявил: "Вопрос о заморских базах и их укреплении входит в общую систему будущей стратегии. С созданием тихооке­анских военных баз США смогут проводить глобальную страте­гию".¹⁴⁴ 9 марта в сенатской комиссии по иностранным делам он же доказывал необходимость сохранения Соединенными Штатами по­сле войны Каролинских, Маршалловых и Марианских островов, ко­торые, по его словам, должны быть переданы Соединенным Шта­там как доминирующей морской державе на Тихом океане. Такого же мнения придерживался и адмирал Леги. 11 марта он писал госу­дарственному секретарю Хэллу : "Японские подмандатные острова следует поставить под полный контроль США. Будущее этих остро­вов не должно быть предметом каких-либо дискуссий".¹⁴⁵

Объединенный комитет начальников штабов обратил внима­ние американской делегации, отправлявшейся на конференцию в Думбартон-Окс, на особую заинтересованность США в Японских островах. Министр военно-морского флота Дж. Форрестол преду­предил главу делегации Э. Стеттиниуса, чтобы вопрос о тихоокеан­ских островах с представителями других государств не обсуждался. Мнение военных кругов разделялось и в Конгрессе.

В марте 1944 г. один из доверенных Макартура - Уиллоби принял участие в подготовке специального меморандума, где среди прочего детально рассматривалась эта проблема: 1) Оккупацион­ные силы в Японии, - отмечалось в документе, - должны включать армии союзников, активно участвовавших в войне на Тихом океане. Должно быть принято, что все эти силы будут под американским командованием... 2) С окончанием военных операций и безогово­рочной капитуляцией Японии необходимо иметь союзное предста­вительство на оккупированной территории из стран, активно участ­вовавших в войне. Это представительство не должно быть до та­кой степени сильным, чтобы нанести ущерб американскому харак­теру гражданской администрации".¹⁴⁶ Эти рекомендации и легли затем в основу оккупационной политики США в Японии.

С захватом Маршалловых островов обстановка на Тихооке­анском театре военных действий серьезно изменилась. Оборони­тельная линия Японии была прорвана, притом в самом центре. США получили возможность обосновать аэродромы, якорные стоян­ки для флота на островах, расположенных в 2200 милях западнее Гавайев. Япония утратила стратегическую инициативу. Ее флот по­нес значительные потери.

Для завершения войны против Японии, по мнению участников конференции, требовалось значительное время, решено было уде­лить больше внимания координации совместных военных операций на Тихом океане, предпринять наступление в Бирме, изгнать япон­цев с Филиппин и ряда тихоокеанских островов, в том числе Ивод-зимы и Окинавы.

С поражением Германии и окончанием войны в Европе воен­но-политические позиции Японии резко ухудшились. США активизи­ровали военные действия, захватывая один за другим тихоокеан­ские острова и продвигаясь все ближе к самой Японии. К 21 июня 1945 г. были захвачены и острова Иводзима и Окинава. Начались бомбардировки самой Японии. Командование флота США считало в

сложившийся обстановке целесообразным нанести поражение Япо­нии посредством морской блокады, отрезав ее от источников сырья и нефти, которые она получала из стран южных морей. Сторонники военно-воздушных сил, в свою очередь, доказывали, что Японию можно заставить капитулировать посредством непрерывных воз­душных бомбардировок городов и промышленных центров. Объе­диненный комитет начальников штабов выступал за использование всех видов вооруженных сил армии, флота и авиации.

Характеристики

Список файлов реферата