53934 (669211), страница 8

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 8)

К сентябрю уровень напряженности в регионе оставался высоким. Как часто бывало и раньше, Иерусалим дал толчок к тому, чтобы поднять ее до точки кипения. В течение нескольких лет туннель за частью стены, окружавшей древнюю Храмовую гору, самое святое место в иудейской религии ( на которой находится Купол Камня- третье священное место ислама), был открыт для туристов. Существовали планы немного расширить туннель и сделать из него выход в преимущественно арабскую часть города. Из-за болезненного отношения к этой идее местного населения, сменявшие друг друга израильские правительства отложили планы по расширению туннеля больше чем на десятилетие.

Предприняв усилия с тем , чтобы выполнить работу спокойно, ночью, не информируя об этом службы безопасности, которые, как сообщалось, рекомендовали не делать этого, Б. Нетаньяху открыл выход 24 сентября. Эта акция не нанесла физического ущерба Куполу Камня (вопреки утверждениям некоторых арабов) и радикально не изменила баланс арабского и израильского влияния в городе. Однако, поскольку это было сделано после бурного лета, увеличившего раздражение арабов подходом Б.Нетаниягу к мирному процессу и неконструктивной позицией его правительства по вопросам прав палестинцев в Иерусалиме, открытие туннеля стало причиной ужасных беспорядков. Свыше 65 человек было убито и несколько сот ранено в ходе столкновений на Западном берегу реки Иордан. Наибольшее беспокойство у Израиля вызвал тот факт, что полиция ПА открыла огонь по израильским солдатам, когда они входили в палестинские города. Б.Нетаниягу был возмущен тем, что полиция ПА стреляла в израильтян из оружия, которое им предоставил Израиль, заявив, что этот факт абсолютно неприемлем. Он обвинил Я.Арафата в том, что тот стоял за этой акцией и отдавал «секретные» приказы своей полиции открывать огонь по израильтянам. ⁶⁵

Я. Арафат отверг эти обвинения. Он ответил, что полиция ПА защищала людей от израильской агрессии и предупредил, что он не может удерживать палестинцев, если будут продолжаться провокации и нарушение обещаний. Возможно, Я.Арафат полагал, что мирный процесс потерпел неудачу и что ему нечего терять, обращаясь к насилию, чтобы вынудить Израиль сесть за стол переговоров. Со своей стороны, полиция ПА, видимо, чувствовала, что ей необходимо открывать огонь, чтобы добиться хоть какого-то уважения у палестинцев, которые видели в лице полиции лишь коллаборационистов из-за подавления ею сопротивления противников мирного процесса. Многие палестинцы, казалось, соглашались, что стоять рядом и позволять, чтобы израильские солдаты входили в палестинские города без борьбы, значило разрушить легитимность полиции ПА в глазах палестинского народа. В итоге мирный процесс потерял свою устойчивость, в прочем он никогда не имел твердых позиций.

Стремясь сохранить отношения стабильности и имея в пассиве разваливающийся мирный процесс Б.Нетаниягу и Я.Арафат встретились в Вашингтоне на «стабилизирующем» саммите для переговоров по вопросу Хеврона. Он спланирован был таким образом, чтобы дать возможность Б.Нетаниягу и Я.Арафату встретиться на нейтральной почве вместе с королем Хуссейном, присутствие которого было полезно в прошлом. Высоких результатов от этой встречи не ожидали. Х.Мубурак отказался от приглашения, заявив, что продолжение мирного процесса требует выполнение Израилем взятых на себя обязательсв и вновь поддержал в качестве основы мирного процесса формулу «земля в обмен на мир».

Вашингтонская встреча в верхах началась 1 октября и продолжалась два дня. Ее результаты не были впечатляющими, но, очевидно, что за несколько часов переговоров один на один между Я.Арафатом и Б.Нетаниягу прошли откровенные обсуждения. Сообщалось также, что король Хуссейн, арабский лидер, который дальше всех других продвинулся к «теплому миру» с Израилем резко критиковал позицию Нетаниягу во время их приватных дискуссий. В конечном счете, никаких решений не было принято, хотя все участники говорили о новом понимании трудностей друг другу.

Участники встречи, вернувшись на родину, озвучили стремление возобновить переговоры и выразили уверенность, что вопрос Хеврона должен стать приоритетным. В то же время ни одна сторона не желала выглядеть гибкой, и Арафат предупредил, что ситуация может быстро выйти из-под контроля. ⁶⁶

В начале 1997 г. казалось возможным, что мирный процесс возобновится, наполненный новым содержанием. Самым важным обстоятельством стало то, что 15 января 1997 г. было достигнуто соглашение о передислокации израильских войск из города Хеврона, расположенного в районе Западного берега. Хевронское соглашение предусматривало вывод израильских сил с большей части территории Хеврона в течение 10 дней. Кроме того, в меморандуме, подготовленном специальным координатором США на Ближнем Востоке Деннисом Россом (a Note for the Record), фиксировались гарантии того, что вывод войск Израиля с Западного берега будет продолжен. Израиль согласился провести дополнительную передислокацию в три этапа. Осуществление первоначального этапа было намечено на март 1997 г., а два других планировалось завершить не позднее середины 1998 г. ⁶⁷однако масштабы передислокации войск не оговаривались, и казалось, что ни одна сторона не была довольна этим соглашением. ⁶⁸

Отношение многих арабских стран к Хевронскому соглашению было двойственным. Не было уверенности в том, что предоставленные США гарантии выполнения соглашения действительно надежны и серьезны, и имелись опасения, что его жесткая политика Нетаниягу в отношении мирного процесса изменится. Согласие Израиля вывести свои силы с большей части территории Хеврона и взятые им обязательства по дальнейшему выводу войск с Западного берега, казалось, свидетельствовали о сдвиге в подходе Нетаниягу к мирному процессу. Появилась надежда, что будет осуществляться дальнейшая передислокация и что в 1997 г. непрекращающиеся переговоры о создании аэропорта и морского порта в секторе Газа и коридора безопасности для палестинцев между сектором Газа и Западным берегом увенчаются, наконец, успехом.

Возобновившееся поступательное движение мирного процесса было прервано 26 февраля 1997 г., когда Нетаниягу объявил о решении построить 6500 домов для еврейских семей в арабском секторе Восточного Иерусалима, в районе, который Израиль назвал Хар Хома и который известен палестинцами как Джебал Абу Хнейм. ⁶⁹

Согласно плану строительства поселения, большая часть Восточного Иерусалима и населяющих его палестинцев оказывалась отрезанными от остальной территории Западного берега. Палестинцы предупредили о возможном возобновлении насилия, заявляя, что поселение Хар Хома было задумано для того, захватить эту землю до установления окончательных границ Иерусалима и, следовательно, являлось бы нарушением Соглашений Осло. ⁷⁰Нетаниягу санкционировал строительство, чтобы укрепить свою коалицию и показать, что он в состоянии отстоять свою позицию по проблеме Иерусалима. Многие арабские государства обвинили Нетаниягу в преднамеренной попытке остановить мирный процесс. Президент США Билл Клинтон также отнесся к этому критически. Однако США наложили вето на проект резолюции Совета Безопасности ООН, осуждавший план поселения в Хар Хома, первое вето из двух, которые США использовали в СБ при рассмотрении данного вопроса в 1997 г.

В дополнение к решению по Хар Хома, в начале марта1997 г. Нетаниягу объявил о том, что Израиль выведет свои силы еще с 9% территории Западного берега, но при Этом только небольшая часть из этих 9% будет относиться к района, контролируемым исключительно Израилем. Палестинцы сочли предложение недостаточным, поскольку они рассчитывали на вывод войск приблизительно с трети рассматриваемой территории. Эти события стали причиной нового кризиса и вызвали разочарование и отчаяние в лагере палестинцев. Когда переговоры были прекращены, президент Ясир Арафат приостановил сотрудничество с Израилем в сферах как безопасности, так и разведки. Многие палестинцы были убеждены, что правительство партии Ликуд никогда не предложит им ничего , что отвечало бы, по крайней мере, их самым скромным пожеланиям.

В середине марта против Израиля была развязана новая серия террористических актов. Нетаниягу утверждал, что Арафат косвенным образом дал «зеленый свет» террористическим группировкам. Это обвинение, казалось, получило в 1997 г. дальнейшее подтверждение, когда Арафат публично обнял Абдель-Азиза Рантизи, основателя движения «Хамас» и лидера его политического крыла- Исламского движения сопротивления. Страх перед новыми террористическими актами сохранялся на протяжении всего 1997 года и еще более подорвал доверие между Арафатом и Нетаниягу. В ответ на эти акции Израиль блокировал Западный берег и сектор Газа и изъял у ПА доходы от налоговых поступлений в нарушение соглашений в Осло. Нетаниягу также вновь поднял вопрос о том, что ПА до сих пор не аннулировала окончательно разделы Устава ООП, содержавшие призыв к уничтожению Израиля. Арафат опроверг это утверждение и указал на решение, принятое на внеочередном заседании Палестинского национального совета (ПНС) 24 апреля 1996 г., согласно которому носящие оскорбительный по отношению к Израилю характер разделы Устава были объявлены аннулированными. В ответ на это правительство Израиля заявило, что решение ПНС всего лишь продемонстрировало готовность изменить Устав, но на практике не привело к внесению в него поправок, для чего, по мнению руководства Израиля, потребуется создание имеющего юридические полномочия комитета для пересмотра Устава и ратификация нового документа Палестинским национальным советом.

В этот период Нетаниягу стал высказывать мнение , что «формула Осло» не работает и предложил отказаться от нее в пользу «короткого пути» решения вопросов, связанных с Окончательным статусом. По его утверждению, стратегия последовательных уступок с каждой стороны, призванная построить взаимное подозрение, что с помощью такой теории Израиль рассчитывал перейти к обсуждению проблем Окончательного статуса, не передавая территорию, которую он ранее согласился уступить палестинцам по условиям Промежуточного соглашения, и США были склонны согласиться с такой оценкой. Таким образом, была подготовлена почва для того, чтобы летом мирный процесс зашел в тупик.

Решение Нетаниягу о строительстве еврейского поселения в Хар Хома, принятое вскоре после подписания Хевронского соглашения, показало, что ему было необходимо удовлетворить требования различных групп внутри его коалиции. Стоящие перед ним проблемы обострились после назначения Рони Бар-Она на должность прокурора в январе 1997 г. Бар-Он незамедлительно покинул свой пост после того, как общественность выразила бурный протест по поводу отсутствия у него необходимой для этой должности квалификации. По утверждению представителей оппозиции, это было назначение, продиктованное политическими соображениями: партия SHAS, крупнейшая из ортодоксальных партий в коалиции Нетаниягу, грозила отказаться от поддержки передислокации израильских войск из Хеврона в случае, если Бар-Он не получит это назначение. В апреле было начато полицейское расследование, по итогам которого было рекомендовано привлечь Нетаниягу к ответственности за злоупотребление общественным доверием. Было решено не настаивать на обвинениях против Нетаниягу за недостаточностью доказательств, однако в его адрес прозвучал решительный призыв к отставке. Это дело, известное как «Бар-Он за Хеврон», ослабило позиции Нетаниягу и сделало его более зависимым от поддержки националистических и религиозных партий.

Но политика кабинета Б.Нетаниягу не претерпела изменений и во время трехсторонних переговоров в январе 1998 года в Вашингтоне при посредничестве и с участием президента США Б.Клинтона.

Б.Нетаниягу отверг предложение Б.Клинтона разбить очередной этап вывода войск на промежуточные стадии, увязав их с выполнением палестинцами конкретных обязательств в сфере безопасности. Б.Нетаниягу потребовал безопасности для Израиля “оптом” и с бессрочной гарантией, а не «в розницу». Он занял жесткую позицию по территориальным вопросам.

Принципиальная позиция обеих сторон приводит мирный процесс к тупику, израильтяне и палестинцы торгуются за каждый клочок земли. Компромисс заключается в том, что 13% территории хитро поделили на две составляющие:10% и 3%. 10 процентов безоговорочно переходят к палестинцам. Еще 3 процента назовут «заповедной» зоной , то есть территорией ,статус которой запрещается изменять (например, что-либо строить) в силу ее особой исторической и религиозной ценности. Но израильтяне хотят подчинить заповедник своему контролю, палестинцы –своему. Ситуация напоминает историю с полстаканом воды. Одним кажется, что он наполовину полон, другим – наполовину пуст. «Только при согласии Израиля на цифру 13% возможен диалог»- так прокомментировал обстановку полномочный представитель палестинцев на переговорах Саиб Эрикат. Без этих злосчастных 13% все переговоры о будущем палестинском государстве, разорванном на куски израильскими КПП, остаются пустыми.⁷¹

Мирный процесс не удалось «реанимировать» и когда в середине декабря 1998 года американским Президентом Б. Клинтоном была осуществлена поездка в регион, включавшая, казалось бы, весьма эффектные элементы – посещение территории Национальной палестинской автономии и организация палестино-израильско-американской встречи на самом высоком уровне. Последовало принятие Национальным советом Палестины решений об отмене антиизраильских положений Палестинской национальной хартии. Однако уже вскоре стало ясно, что все это не привело к тем результатам, на которые рассчитывал американский президент.

Трения между палестинцами и израильтянами возобновились, а перспективы решения ключевых проблем заключительного этапа палестино-израильского урегулирования так и остались достаточно туманными.

Есть и другие вопросы ситуации в регионе, требующие своего решения. Это, в частности, относится к резко возросшей активности, масштабам деятельности и дестабилизирующему влиянию в региональном и международном контексте экстремистских и террористических элементов и организаций и фактическое отсутствие до сих пор достаточно эффективного и вместе с тем сбалансированного ответа мирового сообщества на этот вызов.

По многим направлениям сотрудничество Израиля с арабским миром развивается де-факто, вне зависимости от уровня напряженности на фоне мирного процесса. В этой связи обращает на себя внимание опубликованное недавно совместное исследование двух учёных – израильского и палестинского - Эфраима Кляймана из Иерусалимского университета и Хишама Авартани из университета Ан-Наджах, которые выделяют «узкий» и «широкий» ареал развития израильско-арабского сотрудничества с перспективой дальнейшей интеграции. Центром такой интеграции они считают так называемую триаду – Израиль-Палестина-Иордания, которая имеет тенденцию и реальную перспективу расширения до так называемого секстета, в состав которого, помимо трех названных стран, войдут также Египет, Ливан и Сирия.

Таким образом, совершенно очевидно, что в настоящих условиях для дальнейшего развития процесса нормализации арабо-израильских отношений с израильской стороны требуется не политика устрашения, основанная на принципе «доказать арабам, что им не удастся уничтожить Израиль силой» и ставшая традиционной для Израиля, а последовательная политика актов доброй воли, способной доказать, что Израиль на деле готов к конструктивному сотрудничеству.

Но в рамках политики Нетаниягу констуктивное сотрудничество поставлено на самую нижнюю ступень с этим государством. Так, как непримиримость сторон в рамках принципа «территории в обмен на мир» не приемлема для Нетаниягу, и Я.Арафат не намерен отказаться от этих территорий. Иерусалим – самое больное место в конфликте Палестины с Израилем. « Не родился ещё такой арабский лидер, который мог бы отказаться от Иерусалима», - сказал Я.Арафат и он был совершенно прав. Точно так же и Нетаниягу мог заявить, что не родился израильский лидер, который мог бы отказаться от незыблемого принципа , гласящего: « Иерусалим – вечная столица Израиля и никогда больше не будет разделен». Понимая это оба лидера стойко стоят на своих позиция не уступая друг другу ни в чем.

Характеристики

Список файлов реферата