KF-015 (638750), страница 11

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 11)

Вышеуказанные типы и модели придают производным новообразованиям соответствующую семантико-стилистическую значимость, обогащая тем самым словарный состав языка новой аффективно-экспрессивной лексикой.

Исходя из структуры телескопных образований, мы все более убеждаемся в том, что телескопия выступает в качестве самостоятельного способа словообразования.

Трудность определения телескопных образований объясняется, с одной стороны, их морфолого-структурными особенностями, выступающими как результат сложного скрещивания морфем усекаемых компонентов контаминированных производных единиц (или форм: успела + удалось = успелось). С другой, это скрещивание иногда осложняется проявлением в различной степени «вложения» одной морфемы в другую или их наложение таким образом, что без помощи морфологического анализа порою трудно обойтись.

Следует отметить, что наложение морфем при телескопии несколько отличается от подобного явления при других деривационных процессах.

Если при деривации происходит частичное совпадение фонем в составе производного слова. Например: toupill(er) = toupi(e) + ill(er); utopiste = utopi(e) + iste, то в результате образования новых лексических единиц путем телескопии явление наложения одних языковых элементов на другие имеет место как при частичном, так и при более полном их совпадении, но с обязательным отнесением начала или/и конца корневых морфем производящих слов.

Так, например, в телескопном глаголе brodouiller конец корневой основы –d наслаивается на конец другой корневой основы, представленной той же фонемой, например: broder + brédouiller. Такое же явление происходит и в производном tripoter и patouiller фонема –p- выступает в качестве общего элемента.

В процессе телескопного словообразования помимо основных компонентов, принимающих участие в создании контаминированных слов, имеется и суффикс, который легко выделяется в составе производного телескопного глагола. Суффикс в подобных образованьях (radiotiser = radio + radoter + is(er)) имеет функцию не столько словообразовательную, сколько формальную и семантико-стилистическую; он помогает созвучию глагола и усиливает экспрессивность его значения.

Семантико-стилистическая функция телескопии занимает не менее важное место в плане коммуникации для носителей данного языка. Кроме того, можно сказать, что она является ведущей функцией по отношению к словообразовательной, на которую постоянно оказывает свое давление. Если словообразовательная функция заключается в создании новых лексических единиц с целью обновления и обогащения словарного состава языка, то семантико-стилистическая функция телескопии является как бы, надстройкой в словообразовательном процессе этого явления, которая стимулирует возникновение контаминированных слов и «следит» за их качественным содержанием в двух планах: семантическом и стилистическом. Именно лексико-семантическая новизна и стилистическая значимость этих слов и является действенной силой телескопии.

Об этом говорят нижеследующие глагольные образования, новые по форме и значению, которые в силу своей семантико-стилистической «свежести» могут рассматриваться в качестве «стилистических неологизмов». Приведем несколько примеров: blairnifler: blairer – разг. нюхать, чуять + renifler – разг. нюхать, чуять XIX в. = blair(er+re)nifler – «пронюхать» в смысле узнать; frôcher: frôler – задевать, слегка касаться + toucher – трогать, дотрагиваться, касаться = frô(ler + tou)cher – затрагивать, слегка касаясь.

Таким образом, телескопия является не только интересным способом словообразования, но также эффективным стилистическим приемом, используемым как в разговорной речи носителями языка, так и в художественной литературе писателями при создании всевозможных экспрессивных слов с ярко выраженным семантико-коннотативным значением.

М. Дюбуа считает, что лингвистическая телескопия представляет собой юмористический прием, к которому прибегают носители языка для образования нового «живописного» слова [16, 183].

Говоря о лексико-семантической значимости телескопных образований, следует отметить, что она зависит от исходного значения либо первого, либо второго составного компонента.

Как правило, доминирующее значение одного из компонентов явно усиливается за счет значения остальных компонентов, а также за счет значения, привносимого суффиксом (если он имеется). Часто эти значения наслаиваются друг на друга таким образом, что иногда трудно определить, какое из них является определяющим. В результате такого взаимодействия значений появляется одно качественно новое стилистически маркированное значение, которое включает в себя все остальные созначения. Об этом свидетельствуют глагольные неологизмы типа électérotiser (électriser + érotisme), bavricaner (baver + ricaner), argonautiser (argonaute + argotiser).

Интересным с точки зрения семантико-стилистического анализа является также именное телескопное образование barbachu (barbe + moustachu). Например: Le remplaçant était trouvé, un grand garçon, ni beau, ni laid, barbachu et maigre. (I.K. Huysman).

Нельзя не затронуть вопрос о продуктивности телескопии, без чего невозможно говорить ни о словопроизводительной способности и активности определенного типа, модели или способа на данном конкретном этапе развития языка.

Делая выводы из вышесказанного, следует сказать, что телескопия является продуктивным способом словообразования, о чем свидетельствует наличие многих новообразований в данной области.

Подчеркивая словообразовательную жизнеспособность телескопии в целом, можно выделить и наиболее продуктивные ее модели, учитывая большое количество образованных с их помощью новых лексических единиц.

Так, например, в области глагола наиболее распространенными и, следовательно, продуктивными моделями являются 1-я и 6-я (см. С. 82) из которых первая модель выступает в словообразовательном плане телескопии ведущей.

Также следует сказать, что телескопия является своеобразным способом словообразования.

Телескопные слова, подобно словам, созданным с помощью других способов, лежат в основе закономерностей словообразования и обуславливаются потребностями общения. Эти закономерности проявляются в форме усечения корневых морфем и отвечают экспрессивно-стилистическим тенденциям, постоянно обновляющим лексические единицы, которые теряют свою выразительность в процессе речи.

Лексика, образованная путем телескопии, носит экспрессивно-оценочный характер. Она встречается в разговорной, художественной речи и в просторечии, особенно это касается глагольных телескопных образований.

§3. СОЦИОЛЕКТЫ КАК ОДИН ИЗ ИСТОЧНИКОВ ПОПОЛНЕНИЯ

УЗУАЛЬНОГО ФОНДА

СОВРЕМЕННОГО ФРАНЦУЗСКОГО ЯЗЫКА

Любой язык выступает в той или иной форме своего существования как конкретно-историческая социальная норма. Понятия языковой нормы было свойственно языкознанию на всех этапах его развития. Особенно актуальна стала проблема нормы в лингвистике XX века.

Языковая норма в современных теориях выводятся как совокупность наиболее устойчивых, традиционных элементов системы языка, исторически отображенных и закрепленных общественной языковой практикой [7, 175].

Самую широкую языковую норму составляет национальный язык во всем многообразии не только форм своего существования, но и своих потенциальных возможностей, то есть язык как система. Нарушение этой нормы означает употребление образований не только несуществующих, но и невозможных в данном языке.

Норму языка в более узком смысле слова составляет совокупность всех более или менее обычных реализаций тех возможностей, которые представляет система. Эти нормы обязательны, но отступление от них иногда не так очевидно, как нарушение нормы первого типа. Нарушения этой нормы чаще всего связаны с лексической сочетаемостью. Например, нельзя сказать «заграничные языки».

Норму в еще более узком смысле слова составляет то, что французы обычно называют «le bon usage», то есть литературная норма. От предыдущей она отличается большей стабильностью, ограничением допускаемых вариантов, осознанностью, обработанностью, оценочным подходом с точки зрения образцовости/не образцовости [20, 94].

В отличие от первых двух литературная норма нарушается преимущественно носителями данного языка, а не иностранцами. В качестве примеров ее нарушения здесь можно было бы привести все те выражения, которые могут быть охарактеризованы как просторечные, диалектные или арютические. Именно эта норма должна находиться в центре внимания стилистики языка. Она дает нам критерий нейтрального и возвышенного, с одной стороны, и стилистически сниженного – с другой.

Языковой стиль – это разновидность общенародного языка, сложившаяся исторически и характеризующаяся известной совокупностью признаков, часть из которых своеобразно, по-своему, повторяется в других стилях, но определенное сочетание которых отличает один языковой стиль от другого [4, 68].

Специфика языковых стилей определяется прежде всего тем, что разговорная речь протекает не совсем так, как речь письменная. При общности языкового «материала» разговорная речь перерабатывает его по своим правилам, а письменная – в свою очередь, по-своему. Частично эти правила совпадают, а частично – действуют в сфере одного из языковых стилей.

Различия между разговорной и письменной речью являются основными и наиболее универсальными в системе каждого развитого современного литературного зыка.

Вторым по важности и по рельефности дифференциальных признаков выступает разграничение между стилем научного повествования (научный языковой стиль) и стили художественной литературы (художественный стиль). В научном сочинении авторы иначе излагают свои мысли, чем в сочинении художественном.

Признаки одного стиля могут частично повторяться в признаках другого стиля, хотя определенное сочетание признаков все же достаточно отличает один из стилей от других, в особенности в каждой из двух пар (разговорный-письменный, научный-художественный) в стилевом плане противопоставленных друг другу.

Разговорный стиль любого языка, опираясь на «ситуацию разговора», всегда предпочитает краткие формы полным, широко пользуется всевозможного рода аббревиатурами, неполными предложениями.

Разграничение разговорного и письменного стилей зависит от степени развития нормы литературного языка. Если норма колеблется, что отнести одно явление к разговорному стилю, а другое к письменному совсем не просто, так как норма нередко разрешает провести атрибуцию одного и того же явления одновременно к разным стилям. Сложно и перекрестное взаимодействие как между разговорным и письменным стилями, так и между научным и художественным стилями не прекращается и в наше время. Подобное взаимодействие становится сложнее и многообразнее.

По разным причинам «наступление» разговорной речи наблюдается почти повсеместно. Радио и телевидение резко подняли ее престиж. Она перестала казаться лишь средством общения в «бытовом масштабе» и превратилась в факт огромного общественного значения.

При всей подвижности границ между просторечием и разговорным стилем литературного языка несомненно, что именно просторечие оказывается связующим звеном между литературным языком и диалектами, а также – между литературным языком и языком общенародным.

Схематически это может выглядеть следующим образом:

Письменный стиль

Л итературный язык

Разговорный стиль

Разговорно-литературный Разговорно-фамильярный

стиль стиль

Просторечие

Д иалекты Общенародный

язык

Черта означает не только иерархию отношений, но и непрерывное взаимодействие.

Известно, что разговорная речь – это прежде всего речь ситуаций. Ситуация разговора как бы корректируется, дополняет и уточняет речь собеседников. В письменном стиле подобное невозможно.

Стилистическая дифференциация литературной лексики определяется расслоением литературного языка на отдельные «функциональные стили», характеризующиеся как грамматическим, так и лексическим своеобразием.

Стилистическая дифференциация лексики основана на социально-профессиональном разделении общества.

Очень значительный по объему слой в современном языке составляют слова, вводимые в словари с пометой «специальное», то есть термины, относящиеся к различным областям науки и техники, например: aton (атом), gène (ген), morphème (морфема).

Характеристики

Список файлов сочинения