30280-1 (637520), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Характерна в этом отношении повесть “Старосветские помещики”.
Писатель отразил в ней распад старого, патриархально-помещичьего быта. С иронией - то мягкой и лукавой, то с оттенком сарказма - рисует он жизнь своих “старичков прошедшего века”, бессмысленность их пошлого существования.
Тускло и однообразно протекают дни Афанасия Ивановича и Пульхерии Ивановны, ни одно желание их “не перелетает за частокол, окружающий небольшой дворик”. Никакого проблеска духовности нельзя заподозрить в этих людях. Мир, в котором живут герои гоголевской повести, тесен. Он совершенно замкнут границами их небольшого и неуклонно хиреющего поместья. Товстогубы ведут натуральное хозяйство. Оно вполне удовлетворяет все их незатейливые потребности. И нет у этих людей никакого побуждения, чтобы привести дела, заставить землю приносить больше дохода. Нет интересов у них и нет забот. Праздно и безмятежно течёт жизнь Афанасия Ивановича Пульхерии Ивановны. И кажется им, что весь мир кончается за частоколом их двора. Всё что там, за частоколом, представляется им странным, далёким и бесконечно чужим.
Гоголь рисует внутреннее убранство домика, в котором живут Товстогубы. Обратите внимание здесь на одну деталь. На стенах их комнат висит несколько картин. То, что на них изображено - единственное напоминание в этом доме, что за его пределами есть какая-то жизнь. Но, замечает Гоголь, “я уверен, что сами хозяева давно позабыли их содержание, и если бы некоторые из них были унесены, то они бы, верно, этого не заметили”. Среди картин - несколько портретов: какого-то архиерея, Петра III, герцогини Лавальер. В бессмысленной быстроте этих портретов отражена бессмыслица существования этих хозяев.
Гоголь посмеивается над бесхитростным бытиём своих героев. Но вместе с тем он и жалеет этих людей, связанных узами патриархальной дружбы, тихих и добрых, наивных и беспомощных.
Пушкин оценил эту повесть как “шутливую трогательную идиллию, которая заставляет вас смеяться сквозь слёзы грусти и умиления”. Конечно, идиллия здесь носит шутливый и, в сущности, иронический характер. Сочувствуя своим героям, писатель вместе с тем видит их пустоту и ничтожность. Идиллия в конце концов оказывается мнимой.
Повесть пронизана светлым, добрым, человеческим участием и её героями. Они и вправду могли бы стать людьми в условиях другой действительности! Но кто же виноват, что они не стали ими, что человеческое в них измельчено и принижено? Повесть проникнута грустной усмешкой по поводу того, что жизнь старосветских помещиков оказалась столь пустой и никчёмной.
Гуманистический смысл этой повести многозначен: он выражен и в чувстве глубокой симпатии писателя к своим героям, и в осуждении тех условий общественного бытия, которые сделали их такими, какими они есть. Но та же действительность могла превратить человека в бездушного торгаша, дерущего “последнюю копейку с своих же земляков” и наживающего на этом изрядном деле изрядный капитал. Перо Гоголя обретает бичующую сатирическую силу, когда он от патриархальных старичков переходит к тем “малороссиянам, которые выдираются из дегтярей, торгашей, наполняют, как саранча, палаты и присутственные места, дерут последнюю копейку с своих же земляков, наводняют Петербург ябедниками, наживают наконец капитал...”
“Старосветские помещики” развивали ту тенденцию творчества Гоголя, которая впервые наметилась во второй части “Вечеров на хуторе близ Диканьки” - в повести “Иван Фёдорович Шпонька и его тётушка”. Но “Старосветские помещики” знаменовали собой уже следующий и более зрелый этап в художественном развитии Гоголя. Мелочность и пошлость гоголевских героев вырастала уже здесь в символ тупой бессмысленности всего господствующего строя жизни. Свойственное героям “Старосветских помещиков” чувство любви, дружбы, душевной привязанности становится никчёмным, даже в какой-то мере пошлым - потому, что прекрасное чувство несовместимо с пустой, уродливой жизнью этих людей. Своеобразие гоголевской повести тонко подметил Н, В. Станкевич, писавший своему другу Я. М. Неверову: “Прочёл одну повесть из Гоголева “Миргорода” - это прелесть! (“Старомодные помещики” - так, кажется, она названа). Прочти! Как здесь схвачено прекрасное чувство человеческое в пустой, ничтожной жизни!”.
Суть дела, однако, в том, что само это “прекрасное чувство человеческое” тоже оказывается не настоящим, мнимым. Афанасий Иванович и Пульхерия Ивановна нежно привязаны друг к другу. Кажется, что они любят друг друга. Но Гоголь осложняет это впечатление размышлением о том, что а отношениях героев повести преобладает сила привычки: “Что бы то ни было, но в это время мне казались детскими все наши страсти против этой долгой, медленной, почти бесчувственной привычки”. Цитированные строки привлекли к себе внимание современной писателю критики. Шевырев ополчился против них, отметив, что ему очень не понравилась в повести “убийственная мысль о привычке, которая как будто разрушает нравственное впечатление целой картины”. Шевырев заявил, что он вымарал бы эти строки. В их защиту выступил Белинский. Он писал, что никак не может понять “этого страха, этой робости перед истиной”. Упоминание о привычке действительно разрушало ”нравственное впечатление”, первоначально создаваемое гоголевской “идиллией”. Но это впечатление и должно было, по мысли писателя, быть разрушено. Никаких иллюзий! Даже в той среде, в которой, казалось, могло бы проявиться высокое человеческое чувство героев повести, - оно искажено и там.
В художественном отношении “Старосветские помещики” весьма заметно отличаются от романтических повестей “Вечеров на хуторе близ Диканьки”. Поэтика, да и сама стилистика этого произведения весьма наглядно свидетельствовала о вызревании в Гоголе нового взгляда на жизнь и на искусство. Принципы изображения характеров и их повседневных условий жизни, бытопись “Старосветских помещиков” - всё это предвещало могучий взгляд реалистического творчества Гоголя и открывало прямую дорогу к “Мёртвым душам”.
Реалистические и сатирические тенденции гоголевского творчества углубляются в “Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем”. История глупой тяжбы двух миргородских обывателей осмыслена Гоголем в остро обличительном плане. Жизнь этих обывателей уже лишена атмосферы патриархальной простоты и непосредственности, характерной для старосветских помещиков. Поведение обоих героев возбуждает в писателе уже не мягкую усмешку, но чувство горечи и гнева: “Скучно на этом свете, господа!” Эта резкая замена юмористической тональности обнаженно сатирической с предельной ясностью раскрывает смысл повести. С виду забавный, весёлый анекдот превращается в сознании читателей в глубоко драматическую картину действительности. Гоголь как бы хочет сказать: люди, подобные Ивану Ивановичу и Ивану Никифоровичу, к сожалению, не прихотливая игра писательской фантазии; они действительно существуют, они среди нас, и потому жизнь наша так печальна. “Да! Грустно думать, - писал Белинский, - что человек, этот благороднейший сосуд духа, может жить и умереть призраком и в призраках, даже и не подозревая возможности действительной жизни! И сколько на свете таких людей, сколько на свете Иванов Ивановичей и Иванов Никифоровичей!”.
Гоголь с присущей ему обстоятельностью вглядывается в характеры своих героев: двух закадычных приятелей. Они - “два единственные друга” в Миргороде - Перерепенко и Довгочхун. Но каждый из них себе на уме. Казалось, нет такой силы, которая могла бы расстроить их дружбу. Однако глупый случай вызвал взрыв, возбудив ненависть одного к другому. И в один несчастный день приятели стали лютыми врагами.
Ивану Ивановичу очень не хватает ружья, которое он увидел у Ивана Никифоровича. Ружьё - не просто “хорошая вещь, оно должно укрепить Ивана Ивановича в сознании его дворянского первородства. Дворянство-то у него, впрочем, не родовое, а благоприобретённое: отец его был в “духовном звании”. Тем важнее ему иметь собственное ружьё! Но Иван Никифорович тоже да ещё всамделишный, потомственный! Ружьё и ему необходимо, хотя с тех пор, как купил его у турчина и имел в виду записаться в милицию, он ещё не сделал из него ни единого выстрела. Он считает кощунством променять столь “благородную вещь” на бурую свинью да два мешка с овсом. Потому-то так и воспалился Иван Никифорович, и с языка его слетел этот злосчастный “гусак”.
В этой повести ещё гораздо сильнее, чем в предшествующей, даёт себя чувствовать ироническая манера гоголевского письма. Сатира Гоголя никогда не раскрывается обнажённо. Его отношение к миру кажется добродушным, незлобивым, приветливым. Ну в самом деле, что же можно сказать худого о таком прекрасном человеке, как Иван Иванович Перерепенко! У него такая бекеша, с такими смушками! А какой у него дом в Миргороде! Да сам комиссар полтавский, Дорош Тарасович Пухивочка, заезжает к нему домой, а протопоп отец Пётр не знает никого, кто бы исправнее, чем он, исполнял свой долг христианский. Природная доброта так и бьёт ключом из Ивана Ивановича. А какой он богомольный человек! Но стоп! До сих пор были только слова. А вот и дела Ивана Ивановича - богомольные. Каждое воскресенье он надевает свою знаменитую бекешу и отправляется в церковь. А после службы он, побуждаемый природной добротой, обязательно обойдёт нищих. Увидит нищенку и заведёт с ней сердечный разговор.
“ - Бедная головушка, чего ты пришла сюда?” - “А так, паночку, милостыню просить, не даст ли кто-нибудь хоть на хлеб”. - “Гм! что ж, тебе разве хочется хлеба?” - обыкновенно спрашивал Иван Иванович. “Как не хотеть! голодна, как собака”. - “Гм!” - отвечал обыкновенно Иван Иванович: - “так тебе, может, и мяса хочется?” - “Да всё, что милость ваша даст, всем буду довольна”. - “Гм! Разве мясо лучше хлеба?”. На том и пошлёт её Иван Иванович “с богом”, обратившись с теми же вопросами к другому и третьему.
Так-то вот выглядит “природная доброта” и сердобольность Ивана Ивановича, оборачивающиеся лицемерием и совершенной жестокостью. А вслед за тем мы знакомимся с его приятелем. “Очень хороший также человек Иван Никифорович”. И такой же доброй души. Нет у Гоголя в этой повести прямых инвектив. Но обличительная направленность его письма достигает необыкновенной силы. Его ирония кажется добродушной и незлобивой. Но столько же в ней истинного негодования и сатирического огня!
Впервые в этой повести объектом гоголевской сатиры становится и чиновничество. Здесь и судья Демьян Демьянович, и подсудок Дорофей Трофимович, и секретарь суда Тарас Тихонович, и безымянный канцелярский служащий (с “глазами, глядевшими скоса и пьяна”) со своим помощником, от дыхания которых “комната присутствия превратилась было на время в питейный дом”, и городничий Пётр Фёдорович. Все эти персонажи кажутся нам прообразами героев “Ревизора” и чиновников губернского города на “Мёртвых душ”.
“Но я тех мыслей, что нет лучше дома, как поветовый суд”. И мы, зная манеру иронического письма Гоголя, уже начинаем догадываться, что это за “лучший дом” и что за порядки царят в нём. Крыша дома должна была быть выкрашена в красный цвет, “если бы приготовленное для того масло канцелярские, приправивши луком, не съели”. Судья подписывает решения, о содержании коих он и понятия не имел. А стоило судье только выйти из присутствия, как канцелярские товары начинают быстро укладывать “в мешок нанесённых просителями кур, яиц, краюх хлеба, пирогов, книшей и прочего дрязгу”. Все необычайно заняты делом и надо же было случиться - именно в этот момент бурая свинья вбежала в помещение суда и унесла прошение Ивана Ивановича...
Весело и непринуждённо нанизывает Гоголь один эпизод на другой. А картина, на которой запечатлено “почтенное дворянство” Миргорода, получилась убийственная.
Повесть имеет свою историю. Впервые она была напечатана в альманахе Смирдина “Новоселье”, с подзаголовком “Одна из неизданных былей пасичника Рудого Панька”. В 1835 году повесть появилась с незначительными стилистическими исправлениями в сборнике “Миргород”. Она была написана ранее других произведений этого сборника. В альманахе “Новоселье” “Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем” датирована 1831 годом. Однако исследователями эта дата берётся под сомнение. Повесть могла быть написана не ранее лета 1833 года.
Готовя повесть к переизданию в “Миргороде”, Гоголь написал небольшое предисловие:
“Долгом почитаю предуведомить, что происшествие, описанное в этой повести, относится к очень давнему времени. Притом оно совершенная выдумка. Теперь Миргород совсем не то. Строения другие; лужа среди города давно уже высохла, и все сановники: судья, подсудок и городничий - люди почтенные и благонамеренные”.
Предисловие это представляло собой замаскированную издевку над цензурой, обкорнавшей повесть при первом издании. Однако в самый последний момент перед выходом “Миргорода” в свет Гоголь, по причинам недостаточно выясненным, снял это предисловие. Оно сохранилось лишь в нескольких первых экземплярах книги.
Материалом для сюжета “Повести о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем” послужили известные Гоголю факты сутяжничества, между помещиками и отчасти семейные воспоминания. Повесть Гоголя нередко сопоставляют с романом В. Нережного “Два Ивана, или Страсть к тяжбам”. Здесь рассказана история ссоры и бесконечной судебной тяжбы двух приятелей - Ивана Зубаря и Ивана Хмары - с их соседом Харитоном Занозой. Роман Нережного представлял собой выразительную картину нравов провинциальной помещичьей среды. Схожи и некоторые сюжетные линии романа “Два Ивана” и “Повести о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем”. Но повесть Гоголя принципиально отличается от романа. Реалистичность замысла романа Нережного в значительной степени ослаблялась дидактической тенденцией автора. Тяжущимся бездельникам противопоставлен некий сентиментальный и мудрый пан Артамон, которому в конце концов удаётся примирить героев и обратить их на путь нравственного возрождения. Для вящего скрепления дружбы вчерашних врагов сыновья двух Иванов женятся на дочерях Харитона. Эта фальшивая идиллия, венчающая роман, ослабляла его сатирическую направленность.
Повесть Гоголя свободна от искусственно усложнённой авантюрной интриги романа Нережного. Внимание Гоголя сосредоточено прежде всего на характерах героев, обретающих огромную силу художественного обобщения и социальной выразительности. В отличие от Нережного Гоголь создаёт произведение большого сатирического накала.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
