19030-1 (636505)
Текст из файла
СТАНДАРТ, СУБСТАНДАРТ, НОНСТАНДАРТ
Вступление
Дискуссия, объектом которой являются языковой стандарт, субстандарт, нонстандарт, развернулась, в основном, среди романистов в Германии после появления в 1986 году сборника "Sprachlicher Substandart", за которым в 1989 и 1990 годах последовали еще два тома (II, III). Возникшая вокруг терминов, понятий, дефиниций полемика представляет интерес и для русистики. Некодифицированные сферы бытования русского этноязыка все очевиднее становятся предметом исследования, концентрируя внимание лингвистов на языковых явлениях, не представленных в прескриптивных грамматиках и нормативных словарях. Трудности изучения подобных языковых разновидностей связаны со сложностью самих понятий, в обозначение которых вкладывается разный смысл, приводящий зачастую к жонглированию лингвистическими терминами Standart, Substandart, Subnorm, Nonstandart, Nichtstandart. Двухступенчатая модель Standart - Substandart, к построению которой склоняются особенно романисты и германисты [1], не может охватить всю совокупность разновидностей русского этноязыка, для которого характерно иное выделение языковых сфер. Иерархическая модель русского этноязыка, включающая стандарт - субстандарт - нонстандарт, дает возможность дифференцировать языковые разновидности по горизонтали и вертикали и выделить верхние и нижник полюсы. При этом особого рассмотрения требует вопрос дефиниций отдельных разновидностей этноязыка, таких как просторечие, жаргон, сленг, арго.
1. Термины и дефиниции
Отсутствие точной дефиниции термина субстандарт, введенного в научный обиход в 30-е годы Блумфильдом (Bloomfield, об этом Albrecht, 1986, 66), побуждало лингвистов неоднократно обращаться к теоретическому обсуждению дефиниции субстандарта (Ammon, 1986, 1-64; Albrecht, 1986, 65-88 и др.). Дескриптивный анализ разновидностей отдельных этноязыков [2] дал обширный материал для дискуссии, но не привел к единому подходу к этому лингвистическому понятию. Особой ясности не вносят и словари. Так лингвистические словари, изданные в Германии, исходят из термина Standartsprache, который противопоставляется диалекту и социолекту (Lewandowski, 1979; Bussman, 1983), или рассматриваюи лингвистику разновидностей (Varietätenlinguistik), не упоминая термина Substandart (Holtus / Metzeltin / Schmitt, 1988).
В англо-американских лингвистических словарях приводятся термины Nonstandart и Substandart (Sub-standart), однако они рассматриваются как "incorrect" и противопоставлены нормам станлартного языка: "Substandart - Using speech sounds or forms differing markedly from so-called STANDART LANGUAGE, and often labelled vulgar or incorrect; conforming to the pattern of linguistic usage of the community, but not of the present gruop. Partial synonyms: Colloquial, Slang, Vulgarism." (Glossary of Linguistics Terminology, 1966, 264; ср также определение субстандарта, данное в Dictionary of Language and Linguistics, Hartmann, R.R.K./Stork, F.C.: Applied Science Publishers, LTD, London 1972, 225; Longman Dictionary of Applied Linguistics, Richards, Jack/Platt, John/Weber, Heidi, Longman Group Limited, England 1985, 280).
Такому пониманию субстандарта для русистики более приемлем термин нонстандарт, истоки которого прослеживаются в работах В.М. Жирмунского, М. Фасмера, В. Кипарского задолго до того, как появился сам термин и его лингвистическое понимание в научном обиходе. Решающая роль, однако, в понимании нонстандарта отводится социолингвистам, которые вслед за Ш. Балли, Дж. Фёрсом, М.М. Бахтиным основное внимание уделяли проблематике социальной дифференциации языка. В западной русистике исследования касаются как общих вопросов субстандарта (Lehfeldt, 1991; Jachnow, 1991), так и сравнительного аспекта его изучения в славянских языках (Hinrichs, 1992; Кёстер-Тома, 1992) [3]. Советское языкознание видело свою задачу в изучении кодифицированного литературного языка (похожее положение было в Румынии, Греции и др. странах), что объясняется политической установкой в целом и "барьером дозволенного", который стоял перед каждым отдельным русистом: "...текущим языком общества русистика, да, и пожалуй, и лингвистика в целом, никогда по-настоящему не занималась. Больше того, обращение к нему как предмету изучения может показаться не вполне научным делом: ведь мы всегда изучали лучшие образцы, мы привыкли ориентироваться на метров языка, на авторитеты, и старались избегать 'отрицательного' языкового материала" (Караулов, 1991, 4).
До сих пор в русистике в центре исследований находился литературный язык - языковой стандарт русского языка (ср., напр., употребление термина стандарт Е.Д. Поливановым, 1927, Д. Брозовичем, 1967 и выступление против его употребления Ф.П. Филина, 1981). Введение термина стандарт необходимо ввиду чрезмерной "привязки" термина "литературный язык" к понятию "язык литературы", особенно условному в наши дни, когда стандарт создается во многом средствами массовой информации, а также иерархической коррелятивностью с его оппозитом нонстандартом в отличие от негативной отнесенности терминов нелитературная речь, просторечие, vulgar speech и т.п. В какой-то мере аргументом в пользу употребления термина стандарт может служить и широкое вхождение самого слова стандарт и производных стандартный, стандартно, стандартность в современный русский язык, что способствует быстрому усвоению лингвистического термина.
В германистике употребляется, в основном, термин Standartsprache, иногда Hochsprache. В англо-американской лингвистике под Standart-English подразумевается British English и American English, которые рассматриваются лингвистами как равные стандарты, в то время как Scottish English, Irish English, Canadian English, South African English, Australian English и др. не имеют статуса станлартных языков.
Вместо термина нестандарт в связи с ассоциацией в русском языке с не/шаблонностью [4] следует отдать предпочтение употреблению термина субстандарт (Substandart), принятого в романской и англо-американской лингвистике, и термину нонстандарт (Nonstandart), который наряду с термином Nicht-Standart распространен среди германистов [5]. Такое употребление подчеркивает упомянутую выше иерархичность соответствующих понятий, а также признание за нонстандартом права на существование в качестве неотъемлемого "оппозита" стандарту. Оно поможет этому направлению утвердить свое место в русистике. Различие между стандарт - субстандарт - нонстандарт не должно идти по дихотомической оси: правильно - неправильно. Искусственность подобного противопоставления видна из многочисленных русских пособий "Правильно ли мы говорим?", а также помет в словарях и грамматиках [6]. Выделение в русском этноязыке общей базы, 'common core' (термин ввел Ch. Hockett) позволило подойти к определению субстандарта и нонстандарта, отталкиваясь от противоположного, суммируя то, что к ним не относится. Диатопическая (глобально региональная - локально региональная) и диастратическая ("высокий" и "низкий" ярус речевых явлений) классификации субстандарта, проведенные Радтке (Radtke, 1979, 43-58) и им же в дальнейшем подробно разработанные (Radtke, 1990, 128-171), не нашли поддержки у русистов: "Aus Gründen der vertieften Systematik werden Substandarts bekanntlich in diatopische und diastratische klassifiziert, wobei allerdings eine strikte funkzionale Abgrenzung häufig nicht sinnvoll ist" (Jachnow, 1991, 10). К аналогичному выводу пришли и русисты-диалектологи, на практике вынужденные отказаться от дифференцированной функционально-стилистической маркировки лексики (напр., в "Словаре русских народных говоров", Л., 1964-1993), но детализированно фиксирующие ее на "географической" оси.
Применяя многоступенчатую модель в выделении разновидностей русского этноязыка, целесообразно не только разграничить стандарт, субстандарт и нонстандарт, но и, исходя из этой модели, отнести к субстандарту языковые разновидности, обладающие системой на всех языковых уровнях (напр., диалект, язык фольклора). Нонстандарт включает языковые формации, не представляющие систему и распространенные на лексико-фразеологическом уровне (напр., жаргон, мат). Однако такое подразделение не является статичным. Просторечие занимает, например, промежуточное положение между субстандартом и нонстандартом, в то время как разговорная лексика отчасти относится к стандарту, отчасти к субстандарту. Термин субстандарт определяется зачастую ex negativo (ср. Ammon, 1986; Jachnow, 1991), к которому относят те элементы, которые, если исходить из стандартного русского языка, находятся на противоположной оси. Введение обоих терминов субстандарт и нонстандарт дает возможность детально подойти к данной проблематике, а также включить в трехступенчатую модель те языковые элементы, которые нельзя с уверенностью отнести ни к одной из вышеназванных сфер. Разграничение нонстандарта на группы и подгруппы (напр., жаргон, сленг, мат и т.п.) обусловлено рядом экстралингвистических параметров. Иллюстрацией этому служат, напр., социально маркированные уровни во французском языке: niveau intellectuel, niveau moyen, niveau populaire и ситуационно маркированные registres: registre familier, tres familier, registre soigne, registre soutenu, registre tres soutenu, registre tres recherche (Crevisse, 1986). Непосредственность участия партнеров, неподготовленность - как важнейший признак устной речи и непринужденность речевого акта коммуникации - являются необходимым условием для реализации речевого акта в нонстандарте. Однако, если в стандартном языке из вышеназванных экстралингвистических параметров важнейшим является официальность / неофициальность общения, то в нонстандарте речевой акт коммуникации осуществляется независимо от этого параметра. При официальном общении происходит скорее варьирование в речи носителей русского языка норм стандарта и узуса нонстандарта, которые трудно поддаются четкому делению. Это способствует свободному тематическому протеканию делового речевого акта, обиходно-бытового общения, интеллектуального разговора, причем прагматический фактор, определяющий отношения между участниками коммуникативных отношений, играет важную роль. Выделению нонстандарта способствует также территориальная принадлежность, образовательный и социальный уровни, ситуативность, устность / письменность, официальность / неофициальность, отношение к слушателю / читателю, предмет сообщения, цель коммуникации, степень влияния других языков. Последнему фактору стало уделяться внимание лишь в последнее время (Караулов, 1992, 5-18), но он имеет значение только в тех случаях, когда русский язык является вторым / третьим родным языком или же когда на нем говорят в иностранном окружении, либо он является свободно освоенным иностранным языком.
Суммируя сказанное, следует подчеркнуть, что употребление термина нонстандарт целесообразно в случаях, когда необходимо дать обобщенное представление о речевых подсистемах, в какой-то степени противоположных нормативному стандартному языку. При этом, разумеется, другие более частные термины (просторечие, жаргон, сленг и т.п.) сохраняют свою актуальность как концентрирующее определение этого обобщающего понятия.
2. Субстандарт
К субстандарту относятся языковые элементы, обладающие свойствами системы, которые проявляются на всех языковых уровнях. К типичным языковым сферам субстандарта принадлежит диалект, а также язык фольклора. Разговорный кодифицированный и некодифицированный язык занимает промежуточное положение между стандартом и субстандартом.
2.1. Не/кодифицированная разговорная лексика
Пражской лингвистической школой был введен в употребление термин "кодификация грамматической нормы" (Codification de la norme grammaticale, Codification of the grammatical norm, Kodifikation der grammatischen Norm, Kodifikace gramaticke normy, Вахек, 1964, 88), который особенно при описании нормы, употребляется зачастую синонимически к терминам норма, нормированность. Наличие языковой нормы нельзя рассматривать как кодификацию языка. Норма становится кодифицированной только в том случае, если она сознательно для этого выбрана грамматиками, учебниками, средствами массовой коммуникации и т.д. и разработаны принципы ее выделения (Dokulil, 1971, 94 и след.). Начавшаяся в 20-30 годы "языковая политика", представителями которой были, кроме Пражской лингвистической школы, также лингвисты Г.О. Винокур, Л.П. Якубинский, Л.В. Щерба, перешла в "языковую культуру" как лингвистическую дисциплину, во главе которой стояли Д.Н. Ушаков, В.В. Виноградов, Е.С. Истрина и др. лингвисты. Отсутствие четких, научно обоснованных определений и условность границ прежде всего между кодифицированной и некодифицированной разговорной лексикой (как, впрочем, просторечной и жаргонной) повлекло за собой расхождения в стилистической характеристика слов в лексикографических изданиях. Это неоднократно отмечалось в статьях, анализирующих материалы словарей, Ю.С. Сорокиным, С.И. Виноградовым, Л.П. Катлинской, Г.Н. Скляревской и другими.
Проблема разграничения кодифицированной разговорной лексики, относящейся к стандарту, и некодифицированной, относящейся к субстандарту, является основной для дальнейших исследований. Социолингвистические исследования должны дать необходмый для анализа материал, характеризующий групповые особенности употребления вышеназванной лексики. Носителями тех и других речевых жанров являются зачастую одни и те же лица, которые могут выступать в роли носителей всех функциональных стилей (научного, производственно-технического, публицистического, делового) стандартного русского языка. Носители кодифицированного и некодифицированного разговорного языка, не испытывая трудностей эксталингвистического характера, переключаются не только с одного речевого жанра функционально-стилистической разновидности разговорного языка на другой (семейный разговор, диалог портного с клиентом), но и владеют жанрами кодифицированного стандартного языка (справка, отчет, объявление). Переключение со стандартного языка на нонстандарт не представляет для них никаких затруднений: после доклада на специальную тему делается выговор ребенку; за интервью с корреспондентом следует разговор с продавцом. Кодифицированный разговорный язык описан подробно и обстоятельно. Достаточно упомянуть серию работ, выполненных под руководством проф. Е.А. Земской ("Русская разговорная речь", 1978: "Русская разговорная речь: общие вопросы, словообразование, синтаксис", 1981: "Русская разговорная лексика: фонетика, морфология, лексика, жест", 1983), исследования ученых Саратовского, Воронежского и других университетов. Эта разновидность этноязыка отражена в словарях русского языка, обычно с пометой разг., представлена она и в грамматиках (хотя зачастую в сносках).
Характеристики
Тип файла документ
Документы такого типа открываются такими программами, как Microsoft Office Word на компьютерах Windows, Apple Pages на компьютерах Mac, Open Office - бесплатная альтернатива на различных платформах, в том числе Linux. Наиболее простым и современным решением будут Google документы, так как открываются онлайн без скачивания прямо в браузере на любой платформе. Существуют российские качественные аналоги, например от Яндекса.
Будьте внимательны на мобильных устройствах, так как там используются упрощённый функционал даже в официальном приложении от Microsoft, поэтому для просмотра скачивайте PDF-версию. А если нужно редактировать файл, то используйте оригинальный файл.
Файлы такого типа обычно разбиты на страницы, а текст может быть форматированным (жирный, курсив, выбор шрифта, таблицы и т.п.), а также в него можно добавлять изображения. Формат идеально подходит для рефератов, докладов и РПЗ курсовых проектов, которые необходимо распечатать. Кстати перед печатью также сохраняйте файл в PDF, так как принтер может начудить со шрифтами.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
