182935 (629691), страница 4
Текст из файла (страница 4)
Какими бы высокими ни были темпы роста товарных операций кредитных кооперативов и МНБ, они не способны были удовлетворить растущие потребности деревни в специальных кооперативах, особенно по сбыту и переработке крестьянской продукции, что и обусловило рост товарных операций не только как попутных для кредитных товариществ, но и как самостоятельных форм кооперативного движения. На втором этапе получают широкое распространение сельскохозяйственные общества, число которых в 1914—1917 гг. возросло более чем в 10 раз, а количество членов в них, по данным за 1914 г., составило примерно 390—400 тыс. Однако, несмотря на большой количественный рост, роль этих обществ в развитии производительных сил сельского хозяйства оставалась ограниченной. Параллельно с сельхозобществами развертывается сеть сельскохозяйственных товариществ—кооперативов со снабженческо-сбытовыми функциями, осуществлявших и отдельные элементы переработки продукции. Большинство из них были специализированными по животноводству, пчеловодству, совместному приобретению машин, позднее—по переработке и сбыту картофеля, плодов и овощей. Общее число их— 2100—для такой огромной территории было незначительным, к тому же многие из них находились в западных губерниях; в центральных, южных и восточных губерниях их было очень мало. Тем не менее определенную роль в жизни крестьянского хозяйства они играли. Все сельхозтоварищества России имели к 1916—1917 гг. примерно 100 млн. рублей оборотных средств61, или в среднем по 45 тыс. на одно товарищество, что позволяло в чем-то помочь крестьянам. Одновременно с развитием объединений общего назначения—сельскохозяйственных обществ и товариществ—складываются и специализированные кооперативы, ведущие обслуживание четко определенной отрасли сельскохозяйственного производства. Из такого типа объединений наиболее заметных размеров в дореволюционной России достигла кооперация в области молочного дела—заготовки и переработки молока и сбыта переработанной продукции. Кооперативное маслоделие и сыроварение, зародившееся в конце прошлого века, после 1905 г. также вступает в пору бурного подъема. Число маслодельных артелей за 1904—1917 гг. возросло в 10 раз. В 1908 г. возник «Союз сибирских маслодельных артелей», объединивший к началу войны 1864 маслодельных артели и 600 потребительских обществ. В 1911 г. образовался там и второй союз—«Приуральский союз маслодельных артелей». К 1913 г. он объединил 141 артель62. Кооперативное маслоделие в Сибири стало играть существенную роль в экономике крестьянского хозяйства, в борьбе против засилья частных заводчиков и скупщиков масла. В 1912 г. Несколько иной характер приняла специализация в области первичной обработки льна. Первая попытка организации кооперативного сбыта льна была предпринята в 1912 г. в Прибалтике. В 1914 г. возникли договорные объединения кооперативов по организации совместного сбыта льна в Тверской и Московской губерниях, а в сентябре 1915 г. представители 43 кооперативов учредили Центральное товарищество льноводов (ЦТЛ)—всероссийское кооперативное объединение в области льноводства. В отличие от маслоделия в области льноводства специальные кооперативы не создавались, а ЦТЛ работало со всеми первичными кооперативами и кооперативными союзами, которые в качестве одной из своих функций соглашались вести скупку льна у его производителей и частично осуществлять его первичную обработку. Такие первичные кооперативы и союзы становились членами ЦТЛ, которое брало на себя организацию сбыта заготовленной продукции, в том числе и за границу, переработку льна на своих предприятиях, а также снабжение крестьян через первичные кооперативы и союзы необходимым инвентарем, семенами и др. Такая специализация оказалась целесообразной, сеть и операции ЦТЛ быстро росли. В 1915—1916 гг. оно вело операции с 6 союзами и с 33 отдельными первичными кооперативами, во второй сезон—1916—1917 гг.—уже с 18 союзами и 82 отдельными кооперативами, в сезон 1917—1918 гг.—с 33 союзами (в операциях со льном в которых подключились более 4000 первичных объединений, в основном кредитных) и 139 отдельными кооперативами. Стоимость заготовленного льна возросла с 1 млн р. в первом здесь названном году до 27 млн р. во втором, и до 180 млн в 1917/18 г. Общее число крестьянских хозяйств, приобщившихся благодаря ЦТЛ К кооперативному сбыту льна, составило, по определению различных авторов, от 1,5 до 2 млн занятых выращиванием этой культуры в 19 губерниях. Удельный вес этой системы в общих заготовках льна возрос с 0,6% в 1915/16 г. до 6,3% в 1916/17 г. и до 19,2% в 1917/18 г. Работа по организационному оформлению системы сельскохозяйственной кооперации резко ускорилась после февральской революции и принятия Временным правительством соответствующих законоположений. Продолжалась эта работа и после Октябрьской революции, приобретя зримые очертания к концу 1918 г. Однако функционировать с таким трудом сложившейся системе уже не пришлось, о чем речь пойдет в следующей части данной работы. Во-первых, материальное положение рабочего класса России продолжало оставаться тяжелым. Рабочим удалось в ходе ожесточенной борьбы с предпринимателями добиться некоторого повышения заработной платы. Но цены на потребительские товары повышались еще в больших размерах. При росте заработной платы в 1913 г. на 31% по сравнению с 1900 г. средние цены повысились в 1905 г. на 43,7%, в 1912 г.— на 45,7%, продукты животноводства соответственно на 48,4% и 53,7%, на прядильные товары—на 34,7% и 52,2% по сравнению со средними ценами за 90-е годы XIX века66. В этих условиях рабочим, как и прежде, было трудно собрать минимально необходимые средства для создания достаточно крепких экономически, независимых от предпринимателей кооперативов, способных устоять в конкурентной борьбе с частными торговцами. Во-вторых, сравнительная хозяйственная устойчивость возникших ранее фабрично-заводских и железнодорожных обществ удерживала рабочих от вложения средств в независимые кооперативы, где дивиденды, особенно в первые годы, могли быть ниже, да и риск гибели новых обществ был большим. В-третьих, создаваемые рабочими независимые общества находились под неустанным гласным и негласным наблюдением со стороны царского государственного аппарата, подвергавшего их жесткому контролю в большей степени, чем любую другую форму кооперативного движения. Такая настороженность вполне объяснима, хотя в принципе царизм не имел ничего против того, чтобы рабочие за свой счет улучшали материальное положение. Его пугал рост организованности рабочих, а также далеко не мифическая угроза использования рабочих кооперативов для политической деятельности революционных партий. С особым ожесточением правительство противилось созданию союзов рабочих кооперативов, которые могли бы в определенной мере способствовать их хозяйственному укреплению. До Февральской революции ни один союз рабочих кооперативов не был официально разрешен властями. В-четвертых, становление независимых обществ протекало в годы общего подъема политической активности и экономической борьбы рабочих. Так, за 1905—1914 гг. число участников стачечного движения превысило 8 млн—в 20 раз больше, а число участников политических забастовок достигло 5 млн— в 160 раз больше, чем за предшествовавшее десятилетие. В этих условиях вопрос о медленных частичных улучшениях материального положения через кооперацию как-то сам по себе отодвигался на второй план.
Первым крупным независимым рабочим кооперативом было потребительское общество «Трудовой союз», возникшее в Санкт-Петербурге в 1906 г. История его весьма поучительна. За менее чем трехлетний период существования оно прошло этапы быстрого расцвета, упадка и гибели. К концу 1907 г. «Союз» объединял свыше 9 тыс. членов, создал по всему городу сеть отделений (19 лавок), пользовался большой популярностью среди петербургского пролетариата. Но, едва достигнув высшей точки своего развития, он начал распадаться и в 1909 г. прекратил свое существование. Такая же участь постигла и другой петербургский кооператив— «Труженик». Возник он в 1907 г., объединил 1800 членов и через 3 года ликвидировал свои дела. Среди главных причин гибели первых крупных рабочих кооперативов нужно на первое место поставить неумение вести хозяйственную деятельность, отсутствие опыта организации дела и опытных организаторов в условиях капиталистического хозяйства. Эти уроки пошли на пользу рабочим. Они стали более внимательно относиться к коммерческой деятельности. Создаваемые впоследствии в Петербурге кооперативы были небольшими по размеру, развивались медленно, но в хозяйственном отношении оказались более устойчивыми, чем «Трудовой союз». Наряду с процессом образования независимых рабочих кооперативов усиливается борьба рабочих за раскрепощение зависимых обществ. Рабочие добиваются расширения прав органов управления обществами, замены в них ставленников администрации выборными лицами, открытия свободного доступа в кооперативы независимо от места работы, сокращения дивиденда на пай и т. п. Следует отметить, что борьба за превращение потребительских обществ в независимые была чрезвычайно сложной не только в смысле ожесточенного сопротивления капитала, но и в смысле регулирования отношений между самими рабочими, так как такая ломка была связана на первых порах с временными материальными потерями, особенно для верхней части членов общества, имевшей большие паи. Массовое высвобождение рабочих кооперативов из-под зависимости капиталистов начинается лишь после февральской революции. В 1916 г. 23 рабочих общества объединяются под названием «Московское союзное товарищество потребительских обществ». В том же году возникает «Петроградский союз потребительских обществ (Петросоюз)». Классовая принадлежность этих союзов в их официальном названии не указывалась, ибо это привело бы к немедленному закрытию союзов. Только после Февральской революции, получив официально право на существование, растут союзы рабочей кооперации, быстро увеличивают число членов. Союз рабочих потребительских обществ г. Москвы к середине 1917 г. объединил 90 обществ, в том числе 64 чисто рабочих с 129 тыс. членов. Петроградский союз рабочих потребительских обществ объединил 50 рабочих обществ. Кинешемский союз объединил 62 рабочих общества с 250 тыс. членов (кроме того, в союз вошло 358 сельских обществ с 60 тыс. членов)75. Подводя общие итоги развития рабочей кооперации, можно сделать вывод, что, несмотря на крайне неблагоприятные экономические условия и жесточайшие полицейские преследования, рабочая кооперация за первое десятилетие своего существования выросла в серьезную силу.
Проведенные нами подсчеты на основе учета всех разрозненных данных, содержащихся в выявленных к настоящему времени источниках, и высказанных в литературе суждений позволяют следующим образом уточнить параметры рабочей кооперации в России. К 1 января 1917 г. в стране функционировало как минимум 1050 рабочих обществ, что составляло 4,5% от общего числа потребительских кооперативов, к 1 января 1918 г. это число достигло не менее 1400—4% от общего числа потребобществ. Количество членов в них на первую дату может быть оценено в 1,5—2 млн, на вторую дату—в 3—3,5 млн без учета рабочих, состоявших членами всесословных потребительских кооперативов. Степень кооперирования рабочих, как нам представляется, составила на первую дату 15—25%, на вторую—30—40% от их общей численности в тех отраслях, где имело место функционирование специально рабочих кооперативов. Возникнув первоначально в городах и на промышленных предприятиях, потребительские общества с каждым годом получают все более широкое распространение в деревне. К 1904 г., как отмечалось выше, на сельскую местность приходилось уже 40% их общего числа. В последнее предреволюционное десятилетие сельские общества становятся преобладающими в системе потребительской кооперации. По наиболее полным из сохранившихся данным—списку всех потребительских обществ на 1 января 1912 г.,—из общего числа 7276 на сельские приходится 5230, или 71,9%77. Для последующих лет могут быть сделаны только предположительные подсчеты. При сохранении такого же процентного отношения на 1 января 1917 г. из общего числа 23500 их должно было быть 16920, на 1 января 1918 г. из 35 тыс.—25200. Действительные цифры, видимо, были несколько меньшими, так как в годы войны из-за продовольственных трудностей городские и особенно рабочие кооперативы росли более быстрыми темпами. К числу заметных явлений в развитии потребительской кооперации на втором этапе относится быстрый рост Московского союза потребительских обществ (МСПО), превратившегося фактически во всероссийский центр потребительской кооперации. Наряду с МСПО возникают и другие крупные союзы потребительской кооперации. В 1909 г. возник Киевский союз потребительских обществ, в 1910 г.—Кубанский союз потребительских обществ и Кавказское кооперативное товарищество, в 1911 г.—Варшавский союз потребительских обществ, в 1912 г.—Пермский союз потребительских обществ и Товарищество потребительских обществ Юга России (ПОЮР)82. В 1914 г. число областных и губернских союзов достигло 10, в 1915 г. 13, в 1916 г.—52, в 1917 г.—42583. Итоги развития потребительской кооперации за 1905— 1917 гг. убеждают в том, что она, так же как и кредитная, стала массовой организацией населения. Однако в отличие от кредитной, в основном обслуживавшей производственные нужды крестьян, потребительская объединяла и крестьян, и рабочих, а также другие слои города и деревни, помогая им Центросоюз: Меморандум Международной кооперативной делегации.
Удовлетворять самые насущные потребности—в пище, одежде, товарах повседневного обихода.
О том, насколько этот вид кооперации справлялся с названной задачей, более наглядно, чем уже приводившиеся данные, говорят цифры о среднем обороте на одного члена общества. В 1912 г. он составил для рабочих независимых обществ 205 р. в год, фабрично-заводских—397, железнодорожных—230, городских всесословных—221, сельских—156 р. в год. Сам факт реализации значительной части своих доходов через кооперацию в условиях отсутствия какого-либо дефицита на рынке потребительских товаров подтверждает целесообразность пользования этим видом кооперативных услуг.
В целом же потребительская кооперация стала не только серьезным источником удовлетворения своих потребностей для отдельных групп населения, но и важным фактором экономической жизни страны в целом. В 1913 г. оборот всех торговых заведений России по потребительским товарам составил 11754 млн р. Оборот потребительской кооперации составил в 1913 г. 250 млн р., в 1917 г.—1298 млн довоенных рублей86. Таким образом, удельный вес оборота потребительской кооперации в 1917 г. составил 10% ко всему обороту потребительских товаров за 1913 г. Если же учесть, что в 1917 г. общий реальный товарооборот сократился по сравнению с 1913 г., то удельный вес кооперативного оборота в 1917 г. можно определить на уровне 12—13%. В рассматриваемый период, как и до 1905 г., не получила сколько-нибудь заметного развития кустарно-промысловая кооперация. Как и на первом этапе, артели кооперировали в основном закупку сырья, сбыт продукции, использование кооперативного кредита и лишь в незначительной мере—непосредственно производство. Только накануне войны возникли первые союзы промысловой кооперации—Важский союз смолокуренных артелей (г. Шенкуренск Архангельской губернии) и Московский союз кустарных артелей («Артель-союз»). Если даже допустить, что к 1917 г. среднее число членов на одну артель возросло в два раза по сравнению с данными анкеты 1912 г., то и тогда в артели оказались бы объединенными не более 60 тыс. человек, т. е. чуть более одного процента общей численности ремесленников и кустарей.
Общий итог развития кооперации за рассмотренные здесь 12 лет феноменален. Ни по темпам роста, ни по масштабам кооперативное движение не знало аналогов в мире, хотя социально-экономические предпосылки для него в России находились в стадии складывания и были еще далеки от идеально благоприятных. Что же касается административно-политических предпосылок, то они были крайне неблагоприятными и немало тормозили развитие кооперации. «Секрет», видимо, во внутренних источниках этого движения, в заложенных в нем потенциальных возможностях приспосабливаться к различным исходным условиям и строить свою работу с учетом этих условий, что явится предметом рассмотрения в последующих главах данной работы.
3. Социальный состав и социальная направленность деятельности кооперации















