182748 (629598), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Опубликованный 13 ноября 2008 года экономический обзор Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) констатировал, что развитые экономики мира вступили в рецессию. Международное рейтинговое агентство Fitch Ratings полагало, что рецессия будет самой суровой со Второй мировой войны, и впервые развитый мир вступает в неё синхронно. 25 ноября 2008 года сообщалось, что, согласно расчётам Министерства экономического развития России, впервые с момента начала мирового кризиса зафиксировано снижение ВВП в России в одном месяце по отношению к предыдущему: в октябре ВВП снизился на 0,4 % по отношению к сентябрю, хотя в годовом выражении, по сравнению с октябрем 2007 года, вырос на 5,9 %.
В половине ноября 2008 года угроза скорой дефляции в развитых странах стала темой экономических обозрений и анализа. В начале декабря 2008 года ректор Академии народного хозяйства при правительстве РФ Владимир Мау полагал: «В условиях нынешнего кризиса вполне мыслима ситуация сочетания дефляции в одной части мира и стагфляции в другой. Мир может столкнуться с двумя параллельно разворачивающимися моделями кризиса, требующими противоположных подходов. Борьба с дефляцией в западном мире будет выталкивать инфляцию во внешний для него мир, в развивающиеся экономики. А последние, повторяя западные подходы к борьбе с кризисом, быстро окажутся в ловушке стагфляции».
Экономический обозреватель газеты The Financial Times Мартин Вулф в номере от 10 октября 2008 года рассматривал возможные последствия кризиса 2008 года для процесса глобализации: «Как переживет кризис глобализация, которая зависит от продолжения либеральной рыночной политики во всем мире? Технологии (особенно удешевление информации и средств коммуникации) тоже, конечно, играют большую роль, но сами по себе они не способны развивать глобализацию. Куда большую роль играет решимость развивать открытые финансовые системы, поощрять прямые инвестиции и снимать торговые барьеры. Именно торговля — главный двигатель глобализации. Нынешний финансовый кризис таит в себе три опасности для глобализации. Во-первых, он может отбить желание либерализовывать финансовые рынки. Если даже США и Европа не справляются с управлением свободным финансовым рынком, как могут развивающиеся страны надеяться удержать контроль над ним? Во-вторых, он может подорвать веру в модель капитализма, основанную на свободном рынке. Наконец, кризис может ухудшить состояние мировой экономики».
13 октября 2008 года The Times писала, что в мире последует постепенный отход от однополярной глобальной валютной системы, основанной на долларе. Ссылаясь на «Жэньминь жибао» газета привела мнение китайского экономиста Ши Цзяньсюня, призвавшего к «диверсификации валютной и финансовой системы и справедливому финансовому порядку, который не будет зависеть от Соединённых Штатов».
Американский финансист Джордж Сорос в Die Welt от 14 октября 2008 года предрекал относительное ослабление экономики и упадок США и возвышение Китая: «В то время как у нас накапливались долги, они [китайцы] экономили и копили богатство. Китайцам через какое-то время будет принадлежать большая часть мира, поскольку они переведут свои долларовые резервы и вклады в США в настоящие активы. Это изменит расстановку сил. Сдвиг власти в сторону Азии произойдет в результате совершённых Америкой за последние 25 лет грехов.».
«Новая газета» 15 октября 2008 года, говоря о совместных действиях стран ЕС по оздоровлению финансовой системы, писала: «Для Евросоюза кризис сделал то, что не смогла сделать за десяток лет единая валюта евро: ЕС намерен начать формирование настоящего экономического правительства ЕС, в котором государства работали бы рука об руку с Европейским центральным банком.»
В интервью российскому журналу The New Times от 18 ноября 2008 года профессор международной политической экономики Университета Джона Хопкинса философ Фрэнсис Фукуяма сказал: «… это не конец капитализма. Я думаю, это конец „рейганизма“. У Рейгана было несколько идей, одна из которых состояла в том, чтобы сократить налоги, но траты оставить на прежнем уровне: считалось, что это приведёт к экономическому росту. И привело, но это же породило и множество проблем. Другая идея состояла в дерегуляции, в том числе и в дерегуляции финансовых рынков. И именно здесь таились самые крупные ошибки, эти идеи необходимо в корне пересмотреть. Именно сейчас у американской политической системы появилась возможность рассматривать новые пути и новые идеи. В последние два месяца, когда разворачивался кризис, доллар на самом деле укреплялся. Почему? Потому что в условиях ухудшающейся ситуации в экономиках многих стран инвесторы тем не менее полагают, что Соединённые Штаты лучше всего сохранят их сбережения. Я думаю, что вероятность того, что США потеряют позицию мирового экономического лидера, очень мала».4
2 Финансовый кризис и его последствия для экономики России
В нашей стране многие долго не верили, что финансовый кризис докатится и до нас. С одной стороны, мы уже в значительной степени интегрированы в мировую экономику и зависим от неё. С другой стороны, непрерывные разговоры о нашем устойчивом экономическом росте и больших золотовалютных резервах оказывали убаюкивающее действие. Казалось, наших возможностей достаточно, чтобы одновременно и наращивать государственные расходы, и продвигать инвестиции частного сектора, и реализовывать крупные амбициозные проекты. Но эта программа начала давать сбои ещё до того, как закрутились мировые финансовые коллизии: в России начала неудержимо расти инфляция. А теперь экономические трудности становятся ещё ощутимее: нефть подешевела, иностранный капитал бежит из России, банки закрывают кредиты, а компании ломятся в любые двери, лишь бы рефинансировать долги. Правда, по данным нашей статистики, экономика всё ещё растёт. Но насколько надёжны эти данные? И как долго продлится этот "рост" в условиях обостряющегося кризиса?
Русская служба "Би-би-си" провела в Москве опрос, пытаясь выяснить отношение россиян к возможности серьёзного кризиса в нашей стране. Россияне испытывают смешанные чувства по отношению к финансовому катаклизму. Некоторые говорят, что им нечего терять, другие надеются на помощь руководства страны, а кто-то обеспокоен всерьез. Многие уверены, что накопленный стабфонд позволит смягчить удар, и его хватит на ближайшее время, но все зависит от того, насколько глубоким окажется мировой кризис. Некоторые опасаются, что эти средства инвестированы в американский финансовый рынок, и, из-за сложившейся ситуации в США, они могут просто обесцениться, причем довольно быстро. К тому же есть опасения, что эти деньги используются крайне неэффективно. Еще одной составляющей кризиса стало падение цен на нефть, что привело к сокращению притока нефтедолларов в российский бюджет. По мнению опрошенных, основную массу россиян кризис пока не затронул. Пока он коснулся тех, кто планировал взять ипотечный кредит, но в сложившейся ситуации вынужден отказаться от своих планов.
Первым звонком может оказаться сокращение персонала в частных компаниях, которые связаны с ситуацией на фондовых рынках или возлагают надежды на осуществление долговременных инвестиционных планов. Теперь их реализация может оказаться под угрозой, и это может стать серьёзным препятствием для дальнейшего экономического роста. Сокращение штатов может коснуться и тех, кто работает в финансовой сфере. Это, в силу обратной связи, не может не отразиться на финансировании реального сектора, который также может пострадать. В первую очередь это относится к строительству. Здесь относительно длинный производственный цикл, требующий постоянной финансовой подпитки. При её дефиците возможны несоблюдение сроков строительства, сокращение работников, снижение зарплаты. Негативные последствия в той или иной степени могут распространиться по экономической цепочке и на другие отрасли. Наши предприятия привыкли брать кредиты у своих региональных банков и за счёт них осуществлять производственную деятельность. Теперь, когда у банков возникают сложности с наличностью, предприятиям будет труднее продолжать бесперебойную работу. Возможны нарушения условий хоздоговоров, несоблюдение обязательств по приобретению сырья и сбыту продукции. Следствием этого могут быть вынужденные простои, задержки выплаты или сокращение зарплаты. Дополнительное сокращение реальных доходов населения, и без того снижающихся из-за инфляции - одно из возможных последствий нынешнего кризиса. Если в этих условиях население в массовом порядке увеличит свои текущие расходы, возникнут трудности в розничной торговле: снизится товарооборот, произойдёт затоваривание дорогостоящими товарами длительного пользования и т.д.
Сейчас власти принимают энергичные меры, во многом аналогичные тем, которые приняты в США и Европе. Они касаются прежде всего финансовой поддержки банковской сферы. Российские банки брали большие кредиты на Западе. Теперь их надо отдавать, а кредитные учреждения столкнулись с кризисом ликвидности. Помощь государства поможет решить эту проблему. Президент РФ Дмитрий Медведев подписал пакет законов, направленных на стабилизацию финансовой ситуации в стране. Во исполнение этих законов Внешэкономбанк получит от Банка России 50 млрд долларов. Ещё 250 млрд долларов ВЭБ получит из Фонда национального благосостояния. В результате ВЭБ сможет давать предприятиям и банкам кредиты в валюте. В свою очередь, предприятия смогут расплатиться с краткосрочными займами, взятыми за рубежом. Банки не закроют кредитные линии бизнесу и не перестанут кредитовать население. Сбербанк - самый крупный банк, работающий с гражданами - получит 500 млрд рублей в виде дешёвых (под 8 процентов годовых) кредитов. Также получат кредиты Внешторгбанк (200 млрд рублей ) и Россельхозбанк (25 млрд рублей). Центральный Банк получает право кредитовать коммерческие банки, имеющие высокий рейтинг надёжности. Федеральный закон 174-ФЗ от 13 октября 2008 года предусматривает стопроцентное страхование банковских вкладов населения на сумму до 700 тысяч рублей. Эти меры призваны помочь отечественным банкам избежать банкротства, расширить свои возможности по кредитованию реального сектора экономики и гарантировать надёжность вкладов граждан. Особенно важно, что эти меры будут способствовать преодолению дефицита долговременных кредитов, поскольку длинные деньги очень важны для выполнения стратегических планов подъёма российской экономики. Это тем более необходимо в условиях, когда из-за кризиса затрудняется получение нашими банками иностранных кредитов.
Россия осознала, что она оказалась гораздо уязвимее к мировому финансовому кризису, чем сама ожидала, и решила сесть за стол переговоров со странами Запада. По удачному определению, сформулированному в заголовке редакционной статьи английской "Файнэншл Таймс" от 8 октября 2008 г., "Россия поняла, что она в одной тонущей лодке со всеми". Призыв президента России Дмитрия Медведева всем миром бороться с глобальным финансовым кризисом заслуживает одобрения. Тем самым Россия показывает свою готовность участвовать в разрешении самой сложной мировой экономической проблемы за последние десятилетия. Дмитрий Медведев предложил пять принципов выхода из финансового кризиса. Он считает необходимым, во-первых, упорядочить и привести в систему как национальные, так и международные институты регулирования; во-вторых, избавиться от дисбаланса между объёмом выпускаемых финансовых инструментов и реальной доходностью инвестиционных программ, поскольку конкурентная гонка зачастую приводит к образованию финансовых "мыльных пузырей"; в-третьих, укрепить систему управления рисками и исключить иллюзии по поводу бесконечного роста стоимости любого актива; в-четвертых, обеспечить максимальное раскрытие информации о компаниях, ужесточить надзорные функции и усилить ответственность рейтинговых компаний; в-пятых, сделать доступными для всех выгоды от снятия барьеров в международной торговле, от свободы перемещения капиталов. Более того, по мнению Дмитрия Медведева необходимо пересмотреть деятельность существующих международных экономических институтов и создать новые. Он считает, что ещё в 90-е годы МВФ и ВТО себя серьёзно дискредитировали. Конечно, дискуссии о совместном ответе на финансовый кризис не могут снять массу противоречий, влияющих сегодня на отношения между Западом и Востоком. Однако со временем финансовое сотрудничество может создать между сторонами достаточное доверие для того, чтобы возродить пошатнувшиеся надежды на заключение нового соглашения о партнерстве и сотрудничестве между Россией и ЕС. Позитивный подход к этому соглашению может, в свою очередь, привести и к улучшению политических отношений между Россией и Западом. Это очень важно в стратегическом плане.
3 Перспектива выхода из кризиса и преодоление негативных последствий
3.1 Перспективы выхода из финансового кризиса
Россия выходит из глубокой циклической депрессии на стадию оживления конъюнктуры вслед за такими странами, как Болгария, Венгрия, Латвия, Литва, Польша, Румыния, Словакия, Словения, Хорватия, Чехия, Эстония. Причем в России работает достаточно такой фактор, как “запаздывания реформ”, аналогичный “запаздывающей модернизации” в других представленных странах Центральной и Восточной Европы.
В России в экономике и политике принимались решения, противоречащие проводимому курсу
Российская экономика переживала финансовый кризис начиная с осени 1997 г., который в августе 1998 г. вступил в острейшую фазу. Составные элементы этого кризиса хорошо известны и неоднократно упоминались в научной и публицистической печати, а именно: дефицитный бюджет и основанный на нем рост государственной задолженности; неуклонное ухудшение финансового положения реального сектора; острая напряженность на валютном рынке, выявившая теснейшую связь состояния экономики с непонятным межстрановым движением спекулятивного капитала; неустойчивость банковской системы, сопряженная с высокой долей “плохих долгов”, большими валютными пассивами и малыми валютными активами, чрезмерной зависимостью от вложений в высокодоходные государственные долговые обязательства, и др.
Известно, что непосредственными причинами обвала рубля 17 августа 1998г. явились сокращение валютных поступлений от экспорта энергоносителей и уход в 1997-1998 гг. за рубеж спекулятивного капитала с рынка ГКО. Именно он стал эпицентром кризиса, так как на нем совместились все кредитные и валютные риски – большая вероятность наступления неплатежеспособности российского государства и девальвации рубля. Очевидно, что если бы российское государство вместо допущения нерезидентов на рынок ГКО выпускало бы для них и резидентов номинированные в долларах или инвалютных рублях облигации, то можно было бы устранить валютный риск и таким способом снизить стоимость обслуживания государственного долга и уменьшить масштабы кризиса. И если бы Центральному банку не нужно было бы поддерживать рынок ГКО, он мог бы осуществлять только обеспеченную эмиссию, что предотвратило бы обвал рубля.
Стало общим местом утверждение, что российская программа стабилизации экономики и финансов не являлась антикризисной, ибо ее основная установка сводилась к очередному наращиванию внешних займов, призванных поддержать пирамиду ГКО-ОФЗ за счет конвертации части внутренних краткосрочных обязательств в долгосрочные внешние. Практически эта программа давала дополнительные гарантии по сохранению фиксированного обменного курса для удержания иностранных спекулянтов на рынке российских государственных облигаций. Как правило, кредитов МВФ хватало только на период стабильного курса рубля, и этот период использовался финансовыми спекулянтами для выхода из пирамиды ГКО до ее краха. Тем самым реальный смысл запрограммированных “антикризисных мер” заключался в возможности вывезти из России капитал с запланированной сверхприбылью и без риска потерь на девальвации рубля.
Подлинная сущность российского финансового кризиса – это:
во-первых, явное “разрешение на махинации” в банковской сфере без использования жестких методов контроля над операциями банков – будущих банкротов;
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
