129923 (618908), страница 2
Текст из файла (страница 2)
Открытие центрального торможения использовалось И.М.Сеченовым не только для объяснения того, как формируется волевая личность. Когда рефлекс обрывается, не перейдя в движение, то это, по И.М.Сеченову, вовсе не означает, что первые две части рефлекса оказались напрасными. Не получив внешнего выражения, завершающая часть рефлекса (а она, как отмечалось, несет в качестве движения познавательную нагрузку) «уходит вовнутрь», превращается в мысль, хотя и незримую, но продолжающую служить организатором поведения. Этот процесс преобразования внешнего во внутреннее получил имя интериоризации /42, 353/.
Таким образом, физиологическим основанием сеченовской схемы психической деятельности является саморегуляция поведения организма посредством сигналов. Глубинные преобразования в категории рефлекса открыли перспективу нового понимания предмета психологии. Впервые в истории психологии предмет этой науки охватывал не только явления и процессы сознания (или бессознания), но весь цикл взаимодействия организма с миром, включая его внешние телесные действия. И.М.Сеченов стал пионером науки, предметом которой служит психически регулируемое поведение.
Исследования И.М.Сеченова оказали огромное влияние на развитие науки о поведении в целом, а также на физиологию, психологию, медицину, педагогику и другие науки. Наиболее известным последователем И.М.Сеченова стал Иван Петрович Павлов, разработавший учение о высшей нервной деятельности (поведении).
Одно из центральных понятий теории И.П.Павлова - понятие условного рефлекса. Впитав сеченовскую идею нераздельности организма и среды и сигнальной регуляции отношений между ними, И.П.Павлов изобрел множество экспериментальных моделей, на которых изучалось приобретение организмом новых форм поведения и перестройка сложившихся.
Итак, организм человека действует в неразлучной с ним среде, включающей в себя огромное количество раздражителей, на которые он и ориентируется. Однако не все раздражители из этого потока становятся для организма сигналами. Есть раздражители, которые, безусловно, вызывают ответную реакцию (реакция зрачка на свет, отдергивание руки от горячего и т.п.). Раздражители этих рефлексов принято называть безусловными. Но есть и другая категория раздражителей, к которым организм не остается безразличным только в том случае, если их действие становится биологически значимым, т.е. способным принести ему пользу или вред - не своим воздействием на живое тело, а сигнальной функцией. Эти раздражители указывают на условия, которых следует избегать или к которым нужно стремиться путем соответствующих действий (рефлексов). Именно эти рефлексы и были названы И.П.Павловым условными.
Для порождения условного рефлекса нужен не только раздражитель, воспринимаемый органами чувств (в виде звука, запаха и т.д.), но и подкрепление правильности реакции на него. Именно тогда раздражитель трансформируется в сигнал. Сигнал и подкрепление, достигаемое действием организма, образуют основу поведения. Сигнал указывает на «картину среды», в которой оказался организм. Подкрепление позволяет организму выжить в этой среде (спастись от опасности или добыть нужную пищу). Сочетание сигнала с подкреплением позволяет организму набираться опыта. Выработка условных рефлексов - основа обучения, приобретения опыта. Зная набор условий, от которых зависит создание условного рефлекса, можно предписать программу поведения. И.П.Павлов доказал это на множестве экспериментов /42, 355-356/.
Таким образом, сигналы, воспринимаемые органами чувств, вызывают в организме не только нервные, физиологические процессы. Полезное и вредное выступает в виде психических образов. Поэтому сигнальная функция придает рефлексу двойственный характер. Он, как подчеркивал И.П.Павлов, является одновременно и психическим, и физиологическим явлением.
Многие свои опыты И.П.Павлов ставил над животными. Переход от изучения животных к исследованию организма человека привел его к выводу, что следует разграничивать два разряда сигналов, управляющих поведением. Если поведение животных регулируется первой сигнальной системой (эквивалент - чувственные образы), то у людей в процессе общения формируется вторая сигнальная система, в которой в качестве сигналов выступают элементы речи. Таким образом, именно благодаря ним в результате анализа и синтеза чувственных образов происходит возникновение обобщенных умственных понятий. В том случае, если происходит подкрепление сигнала (т.е. удовлетворяется потребность организма), между ним и реакцией на него организма устанавливается связь. И эта связь устанавливается в коре больших полушарий головного мозга. При повторении связи становятся все более прочными, хотя и остаются временными. Если в дальнейшем связи не подкрепляются, то прежние условные рефлексы тормозятся. В организме постоянно происходит дифференцировка сигналов, т.е. различение полезных и вредных от бесполезных.
Варьируя бессчетное число раз совместно с множеством учеников (школу Павлова прошло около 300 исследователей) условия образования, преобразования, сочетания рефлексов, И.П.Павлов открыл законы высшей нервной деятельности. За каждым несложным на первый взгляд опытом скрывалось множество разработанных понятий (о сигнале, временной связи, подкреплении, торможении, дифференцировке, управлении и т.д.), дающих возможность причинно объяснять, предсказывать, модифицировать поведение человека.
Незыблемым постулатом павловской концепции являлось положение о том, что условный рефлекс возникает на основе безусловного. Теоретические контуры этой картины с множеством экспериментальных вариантов придавали ей репутацию классической. «Но будущее научного исследования, - любил говорить Павлов, - темно чревато неожиданностями» /42,358/.
В связи с переменами в политической жизни России И.П.Павлов начал изучение проблем, относящихся к категории эмоциональных стрессов. Первая из них касалась соотношения условных рефлексов, имеющих полярное подкрепление, которое в одном случае удовлетворяло потребность организма в пище, в другом - угрожало его существованию. С этого момента ведет свое начало развитие учения об «экспериментальных неврозах». Невозможно было объяснить, почему неожиданно для экспериментатора возникало состояние срыва рефлексов, когда поведение приобретало характер, который впоследствии стали называть невротическим. Силы, которые вступали в действие, следовало искать не в корковой нейродинамике, а за ее пределами, точнее - в поле поведения. Именно в нем реакциям придается патологический характер. Механизм неврозов, по И.П.Павлову - это сшибка двух противоположных нервных процессов: раздражительного и тормозного.
В период, непосредственно предшествовавший революции в России, интересы Павлова устремляются к анализу движущих сил поведения, его мотивов. Он выступает с докладом о «рефлексе цели», «рефлексе свободы», говорит о «рефлексе рабства». Здесь явно сказалась роль социальной перцепции, изменившей в новой, смутной общественной атмосфере направленность его научной мысли /42, 359-360/.
«Рефлекс цели, - подчеркивал Павлов, - имеет огромное жизненное значение, он есть основная форма жизненной энергии каждого из нас». Рефлекторная концепция ставит деятельность организма в зависимость от внешних влияний. В то же время, вводя понятие о рефлексе цели, Павлов указывал на важность энергетического потенциала живой системы /42, 360/.
Таким образом, выделение И.П.Павловым рефлекса цели означало, по сути дела, включение принципа мотивационной активности в детерминистскую схему анализа поведения. Вместе с тем обращение к одному лишь научному плану недостаточно, чтобы объяснить зарождение нового понятия. В данном случае категориальный сдвиг был обусловлен воздействием той напряженной социальной атмосферы, в которой работал ученый. И.П.Павлов впервые заговорил о рефлексах применительно к людям, имея, однако, в виду не объяснение их действий работой механизма, изученного на животных, а энергию мотива.
Идеи, сходные с павловскими, развивал Владимир Михайлович Бехтерев. Объективная психология В.М.Бехтерева как психология поведения основана на экспериментальном исследовании рефлекторной природы человеческой психики; он исходил из того, что рефлексологические исследования, в том числе рефлексологический эксперимент, не заменяют, но дополняют данные, получаемые при психологических исследованиях, при анкетировании и самонаблюдении. В принципе, говоря о связи между рефлексологией и психологией, можно провести аналогию о соотношении между механикой и физикой, так как известно, что все многообразные физические процессы можно в принципе свести к явлениям механического движения частиц. Аналогичным образом можно допустить, что все психологические процессы сводятся, в конечном счете, к различным типам рефлексов. Но если из общих понятий о материальной точке нельзя извлечь свойства реальной материи, то невозможно и вычислить логически конкретное многообразие изучаемых психологией фактов только из формул и законов теории рефлексов. В дальнейшем В.М.Бехтерев исходил из того, что рефлексология в принципе не может заменить психологию, и поэтому последние его работы выходят за рамки рефлексологического подхода.
В работах В.М.Бехтерева наблюдалось стремление связать психическую деятельность с энергетическими законами, в частности, с законом сохранения энергии. По его мнению, даже самые сложные и тонкие формы поведения можно рассмотреть как частные случаи действия общего закона механической причинности, так как все они не что иное, как качественные трансформации единой материальной энергии.
Однако Бехтерев не ограничивался теорией энергетизма, связывая рефлекс и с биологией, с точки зрения которой жизнь есть сумма сложных физиологических процессов, обусловленных взаимодействием организма со средой и приспособлением к среде. С этой точки зрения, рефлекс есть способ установления некоторого относительно устойчивого равновесия между организмом и комплексом условий, действующих на него. Таким образом, появляется одно из основных положений Бехтерева о том, что отдельные жизненные проявления организма приобретают черты механической причинности и биологической направленности и имеют характер целостной реакции организма, стремящегося отстоять и утвердить свое бытие в борьбе с меняющимися условиями среды. /42, 362/
Таким образом, можно заметить, что в процессе исследования механизмов рефлекторной деятельности, В.М.Бехтерев отстаивал мысль о воспитуемости, а не наследуемом характере рефлексов. В книге «Основы общей рефлексологии» В.М.Бехтерев доказывал, что, например, не существует врожденного рефлекса рабства или свободы, и утверждал, что общество как бы осуществляет социальный отбор, создавая нравственную личность, и, таким образом, именно социальная среда является источником развития человека. Наследственность же задает лишь тип реакции, но сами реакции воспитываются обществом. Доказательством такой пластичности, гибкости нервной системы, ее зависимости от окружающей среды являлись исследования генетической рефлексологии, доказавшие приоритетность среды в развитии рефлексов младенцев и детей раннего возраста.
Одной из важнейших проблем в психологии В.М.Бехтерев считал проблему личности, при этом трактовал личность как интегративное целое. Важнейшей целью своих работ он считал изучение человека и умение его воспитать. В.М.Бехтерев фактически ввел в психологию понятия индивида, индивидуальности и личности, считая, что индивид - это биологическая основа, над которой надстраивается социальная сфера личности. Интересно, что, как и З.Фрейд, он отмечал доминирующую роль бессознательных мотивов во сне или при гипнозе и считал необходимым исследовать влияние опыта, приобретенного в это время, на сознательное поведение. Исследуя отклоняющееся поведение, он исходил из ограниченности тех способов коррекции, которые во главу угла ставили положительное подкрепление желательного поведения и отрицательное - нежелательного. Он полагал, что любое подкрепление может зафиксировать реакцию. Избавиться от нежелательного поведения можно, создав более сильный мотив. Таким образом, В.М.Бехтерев предвосхитил идеи о роли сублимации и канализации энергии в социально приемлемом русле.
Бехтерев отстаивал очень важную мысль о том, что во взаимоотношениях коллектива и личности приоритетной является именно личность, а не коллектив. Из этой позиции он исходил, исследуя коллективную соотносительную деятельность, объединяющую людей в группы. Он выделил людей, склонных к коллективной или индивидуальной соотносительной деятельности, изучая, что происходит с личностью, когда она становится участником коллектива, и чем вообще реакция коллективной личности отличается от реакции отдельно взятой личности. В своих экспериментах, посвященных влиянию внушения на деятельность человека, Бехтерев впервые обнаружил такие явления, как конформизм, групповое давление, которые только через несколько лет стали изучаться в западной психологии. Доказывая, что развитие личности невозможно без коллектива, Бехтерев вместе с тем подчеркивал: влияние коллектива не всегда благотворно, ибо любой коллектив нивелирует личность, стараясь сделать ее шаблонным выразителем своей среды. /42,364-365/
Таким образом, можно сделать вывод, что обычаи и общественные стереотипы ограничивают личность и ее деятельность, лишая ее возможности свободно проявлять свои потребности. Личная свобода и общественная необходимость, индивидуализация и социализация - две стороны общественного процесса, идущего по пути социальной эволюции. Говоря о стереотипизации личности, ее отчуждении от своей внутренней сути при социализации, В.М.Бехтерев фактически развивал те же мысли, что и представители экзистенциальной философии, основные положения которой легли в основу гуманистической теории личности. Таким образом, можно сделать вывод, что в русле школы В.М.Бехтерева зарождались основы еще одной отечественной теории личности.
Алексей Алексеевич Ухтомский - один из самых выдающихся русских физиологов. Он разработал важнейшую категорию как физиологической, так и психологической науки - понятие о доминанте. Это понятие позволило трактовать поведение организма системно, в единстве его физиологических и психологических проявлений./42,365/
Он делал основной упор на центральной фазе целостного рефлекторного акта, а не на сигнальной, как первоначально И.П. Павлов, и не на двигательной, как В.М. Бехтерев. Но все три восприемника сеченовской линии прочно стояли на почве рефлекторной теории, решая каждый под своим углом зрения поставленную И.М. Сеченовым задачу детерминистского объяснения поведения целостного организма. Если целостного, а не половинчатого, то непременно охватывая системой своих понятий феномены, относящиеся столько же к психологии. Таковым являлось, в частности, представление о сигнале, перешедшее к И.П. Павлову от И.М. Сеченова. Таковым же являлось и учение А.А. Ухтомского о доминанте. Считать доминанту полностью физиологическим принципом - значит утратить существенную часть эвристического потенциала этого понятия./42, 366/
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
