118111 (618104), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Казалось бы, что на выборах 1999 г. должна была повториться та же ситуация, что и в 1995 г., – от мажоритарной части системы должны были в значительной степени выиграть малые партии. Но анализ списков депутатов от одномандатных округов показывает, что ситуация сложилась не столь однозначная. Большая часть избранных депутатов-одномандатников не являлись партийными в строгом смысле слова. Около 48,6% из них были выдвинуты инициативными группами избирателей, т.е. их можно назвать независимыми, еще 43,7% депутатских мест, распределяемых по мажоритарной части системы, получили кандидаты от партий, преодолевших 5%-ный барьер по федеральным спискам. Таким образом, малым партиям по одномандатным округам досталось всего 4,1% мест.

Мы уже упоминали, что наиболее успешно в одномандатных округах действуют партии, имеющие разветвленные региональные структуры и/или пользующиеся поддержкой местных органов власти. На выборах в 1999 г . такими партиями были КПРФ и ОВР, получившие сопоставимое количество мандатов по спискам и в одномандатных округах. СПС и «Яблоко», не имеющие административной поддержки в регионах или не обладающие региональными ячейками, смогли провести соответственно 5 и 4 своих кандидата. ЛДПР не получила ни одного мандата. «Единство» в то время только претендовало на «партию власти», поэтому получило лишь 9 мест. И только 4,1% мест были получены депутатами, выдвинутыми малыми партиями, не преодолевшими 5%-ный барьер.

В итоге, больше всего мест в Думе получила КПРФ, второе и третье места практически с равным количеством мандатов разделили между собой «Единство» и ОВР.¹¹

Выборы 2003 г. кардинально отличаются от всех предыдущих и по условиям проведения, и по ходу избирательной кампании, и по тем результатам, которые были получены. В них приняли участие 23 партии и избирательных объединения, но преодолеть 5%-ный барьер смогли только 3 партии («Единая Россия», КПРФ, ЛДПР) и блок «Родина», созданный непосредственно перед выборами. Не смогли получить места в парламенте по партийным спискам долгожитель политической арены - «Яблоко» и СПС.

«Партия власти» «Единая Россия» в условиях моноцентрического режима получила значительные преимущества в проведении избирательной кампании как на федеральном, так и региональном уровнях. Вследствие этого за партийный список «Единой России» проголосовало 37,57% избирателей. Особенности конверсии голосов в места по пропорциональной части избирательной системы, обеспечившей крупным партиям «премию», позволили «партии власти» получить 53,33% депутатских мандатов по спискам. По результатам соревнования в одномандатных округах представителям от «Единой России» было отведено 46,49% мест. Это позволило партии сформировать крупнейшую фракцию в Думе без создания коалиций с другими партиями.

Таблица 4.

Результаты выборов в Государственную Думу в 2003 г.

Партия	Голоса, %	Места в ГД по спискам, %	Места в ГД по одномандатным округам, %	Суммарное количество мест, %
«Единая Россия»	37,57	53,33	46,49	49,89
КПРФ	12,61	17,78	5,41	11,63
ЛДПР	11,45	16,00	0	8,05
«Родина»	9,02	12,89	3,60	8,28
Другие партии	24,65	0	14,41	7,16
Против всех	4,70	-	-	-
Независимые	-		30,09	14,99
		100,0	100,0	100,0

Около четверти голосов избирателей ушли впустую, поскольку были отданы за партии, не сумевшие преодолеть необходимый 5%-ный заградительный барьер. По оценкам Б.И. Макаренко, благодаря перераспределению от не преодолевших барьер партий победители получили дополнительно 68 мандатов (если бы выборы проходили только по пропорциональной системе, то эта цифра составила бы 135).¹² В результате этого индекс диспропорциональности был достаточно высоким – 13,69, несмотря на то, что эффективное число электоральных партий в 2003 г. оказалось самым низким по сравнению с предыдущими выборами и составило 4,75. За счет значительной доли «потерянных» голосов (24,65%) эффективное число парламентских партий, рассчитанное по партийным спискам, оказалось почти в два раза меньше эффективного числа электоральных партий (2,79).

И опять же, как и в случае выборов 1995 и 1999 гг., мажоритарная часть электоральной формулы помогла 8 партиям, потерпевшим неудачу при голосовании за списки, получить мандаты в Думе. Но кроме депутатов от малых партий думские мандаты достались и независимым кандидатам, получившим 30% мест, распределявшихся по одномандатным округам. В последствии большая часть «независимых» депутатов примкнула к фракции «Единая Россия», обеспечив ей конституционное большинство в парламенте.

Кто же выигрывал и проигрывал от смешанной системы?

Процент мест, полученных «партиями власти» по результатам голосования по пропорциональной части избирательной системы, был выше, чем по мажоритарной. Смешанная система способствовала прохождению в парламент независимых депутатов и представителей партий, не прошедших в законодательный орган по пропорциональной части системы. Подобная ситуация означала возрастание издержек «властной вертикали» на осуществление контроля за депутатами. Кроме того, смешанная система, хоть и осложняет, но не ликвидирует полностью возможность блокирования «оппозиционных партий» (например, Яблоко и СПС) в одномандатных округах. Напротив, как показывает практика, подобная возможность иногда используется оппозиционными партиями на выборах в региональные законодательные собрания. Внедрение на федеральных выборах полностью пропорциональной системы, запрещение предвыборных блоков и формирования совместных списков политических партий ликвидируют почти все возможности предвыборного коалиционирования, в том числе создания коалиций, направленных на подрыв доминирования «партии власти».

Использование только пропорциональной системы позволяет властным кругам концентрировать, а не распылять ресурсы при создании искусственных подконтрольных «оппозиционных» партий, способных «откусить электоральные куски» от неконтролируемых или слабо контролируемых политических сил, с которыми сложно или даже бессмысленно бороться путем введения высокого 7% барьера (например, КПРФ). Этим во многом объясняется создание «Справедливой России», объединившей ресурсы «Родины», Партии жизни и Партии пенсионеров.

Таким образом, введение пропорциональной системы в условиях моноцентрического соревнования может рассматриваться как способ сохранения статус-кво – доминирования «партии власти». Вместе с тем, эффекты осуществленной реформы могут оказаться неожиданными для авторов. История знает немало примеров, когда власть получает совсем другие игроки, нарушающие все планы инициаторов реформ. Так, выборы сыграли злую шутку с правительством Е. Бузека и «Солидарностью» в Польше в 2001 г . – 8%-ный барьер для блоков и 5%-ный для партий вообще не дали возможности «Солидарности» пройти в парламент (блок «Солидарность» получил лишь 5,5%, а еще одна партия–ветеран, «Уния свободы», только 3%). Немало примеров и того, как искусственно созданные образования начинают занимать самостоятельную, независимую позицию по отношению к первоначальным «заказчикам» проекта (например, блок «Родина»).

Вместе с тем, учитывая условия нынешнего институционального дизайна, благоприятствующие воспроизводству моноцентрического соревнования, можно полагать, что ситуация неопределенности будет носить временный характер, а само по себе введение пропорциональных правил не будет являться гарантией от возникновения опасностей президенциализма.¹³

Заключение

В современной российской электоральной социологии пока не сложилось общепринятого определения электорального поведения граждан. Тем не менее, это понятие очень широко используется при анализе хода избирательных кампаний различного уровня, при прогнозировании и анализе результатов соответствующих выборов.

Избиратели, как правило, рассматривают кандидатов как своих патронов, которым они доверяют собственную защиту, под покровительство которых избиратели готовы встать, но не безусловно, а только если эти кандидаты продемонстрируют готовность решать проблемы своих избирателей. Избиратели отлично понимают, что их представитель, которого они поддержат на выборах, должен суметь защитить их интересы, а для этого должен иметь доступ к соответствующим ресурсам: властным, финансовым, материальным и другим. В результате голосование на выборах становится все менее идеологизированным и все более прагматичным: избирается личность, а не политическая позиция.

Клиентелистские отношения в процессе выборов закрепляются российским законодательством, поскольку его нормы не обеспечивают реального равенства прав кандидатов.

В отличие от выборов федерального уровня на выборах глав администраций регионов, как правило, побеждает действующий глава. Фактически, весь регион является его клиентурой, эти отношения понятны и самому главе и гражданам, проживающим в этом регионе. Действующий губернатор или президент может проиграть только, если он, как патрон, продемонстрирует невыполнение своих обязательств. Пока же клиентские отношения сохраняются и их стороны соблюдают негласные и неформальные договоренности, - избиратели доверяют руководителю региона и поддерживают его.

Существующие факторы электорального поведения традиционно принято рассматривать в рамках трех подходов: социологического, соцально-психологического и рационально-инструментального.

Социологический подход. Основы данного подхода к анализу электорального поведения были заложены в результате исследования, проведенного группой амери­канских ученых под руководством П.Лазарсфелда по материалам президентских выборов 1948г.

Социально-психологический подход. В рамках данного подхода электоральное поведение по-прежнему рассматривается как преимущественно экспрессивное, но объектом, с которым солидаризируются избиратели, выступает не большая социаль­ная группа, а партия. Поэтому человек часто голосует за ту же самую партию, за которую голосовали его отец, дед или даже более отдаленные предки.

Рационально-инструментальный подход. Первый толчок к разработке кон­цепции, исходящей из инструментального характера выбора при голосовании, дала классическая работа Э.Даунса «Экономическая теория демократии». Фундамен­тальное для этой концепции положение состоит в том, что «каждый гражданин голосует за ту партию, которая, как он полагает, предоставит ему больше выгод, чем любая другая».

Политическому режиму в России свойственен «моноцентризм (наличие доминирующего актора, достижению целей которого не способны препятствовать все другие акторы, вместе взятые)». В России реализуется угроза президенциализма, связанная с нарушением принципа разделения властей посредством контроля над парламентом с помощью «партии власти». Опыт российских парламентских выборов 1995, 1999 и 2003 гг. подтверждает данную тенденцию.

Для оценки этого явления интересно сравнить значения эффективного числа электоральных партий и эффективного числа парламентских партий, подсчитанных двумя разными способами: эффективное число парламентских партий по смешанной системе (в расчет включаются количество мест, полученных партиями и по партийным спискам, и в одномандатных округах) и эффективные числа электоральных и парламентских партий по пропорциональной части избирательной системы.

Характеристики

Список файлов курсовой работы