114687 (617273), страница 2

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 2)

В основе хорошей речи лежит прежде всего ее правильность, это тот базис, на котором основываются все прочие качества образцовой речи. Говорящий должен быть уверен, что создаваемый им текст соответствует всем нормам литературного языка: орфоэпическим, акцентологическим, морфологическим, синтаксическим, лексическим, стилистическим. Письменная речь должна соответствовать также орфографическим и пунктуационным нормам.

Правильность речи – это соответствие ее языковой структуры действующим языковым нормам.

Структурно-языковые типы норм

1. Нормы произношения регулируют выбор акустических вариантов фонемы или чередующихся фонем — на каждом шаге развертывания речи и в каждом слоге отдельные слова. Можно [зълатой], нельзя [золотой]; можно [декан], нельзя [д'экан]; можно [агарот – усад'ба], нельзя [агарод – усат'ба].

2. Нормы ударения регулируют выбор вариантов размещения и движения ударного слога среди неударных. Можно квартал, нельзя квартал. Нормы русского современного ударения в литературном языке тесно связаны с морфологическими свойствами частей речи и оказываются одним из их формальных показателей. Подвижность и разноместность современного русского ударения делает его трудным для усвоения, в особенности лицами, для которых русский язык неродной и усваивается ими не в раннем детстве, что приводит к «накладыванию» новых акцентологических норм на старые, уже усвоенные в родном языке.

3. Нормы словообразования регулируют выбор морфем, их размещения и соединения в составе нового слова: можно наблюдатель, но нельзя —наблюдальщик, можно охотник, но нельзя — охотщик, можно лесной, речной, но нельзя — лесовой, рековой.

1. Нормы морфологические регулируют выбор вариантов морфологической формы слова и вариантов ее сцепления с другими: можно офицеры, инженеры, нельзя — офицера, инженера; можно много дел, нет мест и нельзя — много делов, нет местов.

2. Нормы синтаксические регулируют выбор вариантов построения предложений — простых и сложных; можно: Когда я подъезжал к этой станции и задумчиво глядел в окно, у меня с головы слетела шляпа; нельзя: «Подъезжая к сией станции и глядя на природу в окно, у меня слетела шляпа».

3. О нормах лексических мы уже говорили. Читатель, возможно, помнит, что нет оснований регулирование выбора слов и их значений приписывать действию нормы. Норма действует жестко и категорично, к тому же в сфере речевого автоматизма. Выбор слова и его значения, как правило, не предписывается жестко и категорично и зависит от решения, которое примет сознание говорящего или пишущего. Этот выбор регулируется обычно не нормой, а целесообразностью — принципом, который действует достаточно мягко и вместе с тем требовательно, удовлетворяя нужды речевого общения. Но все же на долю нормы в лексике кое-что остается: это те слова и фразеологизмы, применение которых исключено литературным языком.

7. В современной лингвистической литературе иногда говорят и о нормах стилистических, имея в виду, прежде всего, несоответствие выбранного слова или синтаксической структуры условиям общения и господствующему стилю изложения. Так, по словам К. И. Чуковского, один из переводчиков «принес в издательство «Всемирная литература» такой перевод романтической сказки:

«За неимением красной розы жизнь моя будет разбита». Горький сказал ему, что канцелярский оборот «за неимением» неуместен в романтической сказке. Старик согласился и написал по-другому:

«Ввиду отсутствия красной розы жизнь моя будет разбита», чем доказал полную свою непригодность для перевода романтических сказок».

Нет, видимо, людей «пригодных» и «непригодных» для усвоения норм литературного языка. Но есть, оказывается, люди «непригодные» для художественного перевода и сочинения художественных текстов. Это лишний раз подтверждает мысль о том, что в стиле господствуют не нормы, а целесообразность, когда нужны и вкус, и талант.

Нормы ударения в современном русском литературном языке многолики и нелегки для усвоения — тем более, что они далеко не всегда совпадают с диалектными закономерностями ударения, оказывающими широкое влияние на говорящих. Как хорошо известно, нелегкость усвоения норм ударения объясняется двумя его особенностями — разноместностью и подвижностью. Ударение в нашем языке — разноместное, потому что в разных словах падает на разные слоги (первый, второй и т. д.); ударение — подвижное, потому что в одном и том же слове, при изменении его формы, может перемещаться с одного слога на другой. Ударение усваивается вместе со словом — подобно тому, как усваивается значение слова: надо запомнить, перевести в речевой навык свойственное слову ударение, как надо усвоить, перевести в навык словесное значение. Вот эта индивидуальность словесного ударения хорошо объясняет те затруднения, какие допускает, изучая русский язык, иностранец, и те, к сожалению многочисленные и досадные, ошибки, которые делает человек, для которого русский язык — родной. Главная трудность остается, потому что в самих словах почти нет указаний на то, в какой акцентологический тип то или иное слово входит.

Вот некоторые сведения об ударении в именах существительных, прилагательных и глаголах.

Об ударении в именах существительных

Если присмотреться к словам современного русского литературного языка, то можно отчетливо увидеть подвижность ударения. Но это вовсе не значит, что любое взятое нами слово при его изменении по падежам, родам, числам, временам и т. д. перемещает ударение с одного слога на другой. Во многих словах, в частности во многих именах существительных, ударение неподвижно во всех парадигмах, как, например, в слове капля.

Казалось бы, имена существительные с неподвижным ударением не должны вызывать затруднений у говорящих; но ведь в их сознании «рядом» находятся и имена с неподвижным ударением, и имена с ударением подвижным; возникает взаимовлияние типов ударений, и в речи появляются ошибки — ударение сдвигается с установленного для него нормой места, неподвижное превращается в подвижное.

Есть в современном русском литературном языке немало имен существительных с неподвижным ударением па окончании; конечно, если такое существительное в именительном (или винительном) падеже единственного числа имеет так называемое нулевое окончание, ударение вынуждено передвинуться на основу; то же самое может произойти и в отдельных словах — в форме родительного падежа множественного числа: тура — тур, сума — сум, графа — граф.

Помимо имен существительных с неподвижным ударением на основе слова и с неподвижным ударением на окончании слова, наш язык имеет группы имен с перемещаемым ударением — с основы на окончание и с окончания на основу.

Различают пять разновидностей подвижного ударения в именах существительных.

1. Ударение с основы в единственном числе перемещается на окончание во множественном по образцу: орден — ордена — ордену — орден — орденом — об ордене, но ордена — орденов — орденам — ордена — орденами — об орденах.

2. Ударение с основы в единственном числе и в именительном (а также винительном, если существительное неодушевленное) множественного перемещается на окончание в косвенных падежах множественного числа по образцу: голубь — голубя — голубю — голубя — голубем — о голубе; голуби, но голубей — голубям — голубей — голубями — о голубях.

Таким образом, вторая разновидность почти повторяет первую, за исключением ударения в именительном падеже множественного числа.

1. Ударение с окончания в единственном числе перемещается на основу во множественном по образцу; коза — козы — козе — козу — козой — о козе, но козы — коз — козам — коз — козами — о козах. Третья разновидность имеет схему движения ударения, обратную по сравнению со схемой второй разновидности.

2. Ударение с окончания в единственном числе перемещается на основу в трех падежах множественного — именительном, родительном и винительном; дательный, творительный и предложный сохраняют ударение на окончании; образец: волна — волны — волне— волну — волной — о волне, но волны — волн — волны, а затем ударение опять на окончании — волнам — волнами— о волнах. Этот тип имен дает много колебаний в ударении под влиянием предшествующего типа.

5. Пятая разновидность знает передвижение ударения с окончания в единственном числе на основу в винительном падеже того же числа; множественное число не дает устойчивой схемы движения ударений; образец: щека — щеки — щеке — щекой — о щеке, но щёку, щёки — щёк — щекам — щёки — щеками — о щеках. Множественное число, из-за неустойчивости схемы ударения, дает в этом типе имен немало колебаний нормы.

Об ударении в именах прилагательных

Ударение имен прилагательных наименее устойчиво в кратких формах, поэтому нас часто затрудняет задача— выбрать нужное, т. е. правильное, ударение в кратких формах прилагательных белый, важный, правый и многих других. Мы часто становимся в тупик, не зная, что выбрать — вы правы или вы правы, облака белы или облака белы, дела важны или дела важны.

Правда, в подавляющем большинстве имен прилагательных ударение в краткой форме падает на тот же слог, который имеет ударение и в полной: говорливый — говорлив, говорлива, говорливо, говорливы; громоздкий — громоздок, громоздка, громоздко, громоздки.

Если внимательно всмотреться в морфемное строение таких прилагательных, можно заметить его некоторые особенности: например, наличие суффиксов -ив-, -лив-, -чив, -им-, -н-, -альн-, -ельн-, -ист- и др. А это означает, что имена прилагательные с неподвижным у дарением имеют формальные признаки, позволяющие эти прилагательные отличать от тех, в которых ударение в кратких формах подвижно и падает то на основу, то на окончание.

Так как именно прилагательные с подвижным ударением очень часто вызывают нарушения норм литературного языка в нашей речи, их усвоению должно бы уделяться особое внимание уже в средней школе. Перечень таких прилагательных не очень велик, но все же значителен, причем в него входят и очень употребительные имена прилагательные, часто мелькающие в живой речи, и если ударение в них смещено, это замечается слушателями и мешает взаимному общению людей. Вот почему вопрос: как же правильно — вы правы или вы правы, платья длинны или платья длинны — этот вопрос нельзя считать праздным.

Есть закономерность: если ударение в краткой форме женского рода падает на окончание, то в остальных кратких формах оно стоит на основе и обычно совпадает с ударением в полной форме: белый — бела, бел, бело, белы.

В русском литературном языке действует прочная норма: если в краткой форме женского рода ударение падает на окончание, то в сравнительной форме оно оказывается на суффиксе -ее: длинна — длиннее, видна — виднее, нужна — нужнее и т. д.; если же в краткой форме женского рода ударение стоит на основе, то и в сравнительной степени оно остается на основе же: красива — красивее, лилова — лиловее, прекрасна — прекраснее.

Об ударении в глаголах

В каждой части речи есть более стойкие и менее стойкие участки нормы. Менее стойкие, естественно, подвержены большим воздействиям различных сил, колеблющих или искажающих норму. К. таким участкам и должно быть привлечено внимание в первую очередь при изучении речевой культуры. В глаголе — формы прошедшего времени, формы причастий страдательных и, в меньшей мере, формы лица в настоящем и будущем.

Обычно ударение в формах прошедшего времени такое же, как и в инфинитиве: бежать — бежал, бежала, бежало, бежали. Если форма инфинитива — очень древняя и кончается звуками -ста, -чь, ударение во всех формах прошедшего времени падает на окончание: беречь— берёг — берегла, берегло, берегли. Ударение в глаголах на -сти и -чь «ведет себя» вполне надежно, кроме глаголов с приставкой вы-, которая всегда ударная в формах совершенного вида, а в формах вида несовершенного перетягивает в описываемых глаголах ударение с окончания на основу. В формах (глаголах) несовершенного вида на -сть и -чь сохраняется общая закономерность ударения в глаголах — в формах прошедшего времени оно падает на тот же слог, что и в инфинитиве.

На общую схему движения ударения в формах прошедшего времени может оказывать влияние аффикс -ся, и ударение в возвратном глаголе может отклониться от ударения в глаголе невозвратном. Так, глагол забрать, по общему правилу, имеет в прошедшем времени ударение забрал, забрала, забрало, забрали; глагол же забраться распределяет ударение в формах прошедшего времени несколько иначе: забрался, забралась, забралось, забрались. Возвратные глаголы, соотнесенные с невозвратными глаголами перемещают ударение в формах прошедшего времени на окончание.

Богатство речи определяется прежде всего общей культурой говорящего, его способностью мыслить. Богатой является речь человека, обладающего большим словарным запасом, умеющего использовать эти слова с учетом присущих им различных смысловых оттенков, владеющего разнообразием синтаксических конструкций, интонаций в устной речи. Речь тем богаче, чем она разнообразнее по своей языковой структуре, чем реже повторяются в ней одни и те же элементы. Богатство речи определяет все прочие коммуникативные качества речи.

Русский язык обладает огромным словарным запасом, частично он отражен в толковых словарях. Самый большой словарь русского литературного языка, состоящий из 17 томов, включает 120 480 слов. Словарные запасы конкретных людей в количественном отношении могут очень сильно различаться. В «Словарь языка А.С. Пушкина» включено 21 290 слов, имеющих разнообразные значения. С. А. Есенин употребил в своих произведениях 18 890 слов. Н. В. Гоголь только в «Мертвых душах» использовал более 10 тысяч слов. Образованный взрослый человек, как считают ученые, должен владеть 10—12 тысячами слов родного языка, из них в активном употреблении обычно находятся полторы — две тысячи слов.

Характеристики

Список файлов курсовой работы