58348 (610757), страница 4
Текст из файла (страница 4)
«Вижу тебя, милое чадо мое, на кресте: наг ты висишь, бездыханен…».
завершал Кирилл свои праздничные слова обращением: или к слушателям с призывом прославить еще раз праздник, или к героям повествования с «похвалой» им или молитвой, тот или иной евангельский сюжет в пересказе Кирилла Туровского иногда приобретал характер своеобразного лирического стихотворения в прозе, когда он от описания, от косвенной речи переходит к прямой. У Кирилла Туровсокго действующие лица его рассказа часто беседуют между собой, часто изливают свои чувства в пространственном монологе. Есть у него «повести», целиком распадающиеся на монологи действующих лиц повествования. Типичный пример «повесть о погребении Иисуса Христа, вошедшая в состав четырех по счету его речей».
«Ангельское же воинство, за ними поспешая, взывало: «Возьмите, врата, ваших князей, пусть внидет царь славы!» И они, освобождая связанные души, из темниц выпускали; другие говорили: «Где твое, смерть, жало? Где твоя, ад, победа?» К ним оцепеневшие бесы взывали: «Кто этот царь славы, с такого на нас наступивший властью».
особо выделить нужно «Притчу про душу и тело», в основе которой лежит известный рассказ о том как какой-то человек поручил стеречь свой сад двум сторожам: безногому и слепому. Это своеобразный памятник публицистической деятельности Кирилла Туровского. В нем в форме завуалированного памфлета Кирилл обращался к Владимиро-суздальскому князю Андрею Боголюбскому и растовского епископа Федорца «Федора», который объявил себя при поддержке князя автокефальным.
Древний биограф Кирилл утверждал, что он написал целый ряд речей и посланий, обличающих князя Андрея. Из этих произведений Кирилла, имеющих общественно-политическое содержание, до нас дошло только одно – «Притча о душе и теле». Это произведение, единственное дошедшее до нас, написанное «на злобу дня».
Прототипом слепца в притче был епископ Федорец, а хромец – Андрей Боголюбский, который в жизни был на самом деле хромым. Притча начинается со слов осуждения двоих. 8. Кирилл не жалеет сильных слов, чтобы обличить служителей церкви, которые поставлены «стрещи святых тайн от враг христов, сиречь от еретик и зловестных искусителей», но не оправдывают заслуженного доверия и своего высокого назначения.
Обличая и осуждая стремящегося к автокефалии епископа, Кирилл Туровский превозносит церковную иерархию, возглавляемую константинопольским патриархом. «Ничто так не любо богу, как не возноситься в чинах, и ничто столь не омерзительно ему, как высокомерная заносчивая хвастливость в захвате сана не по божьи».
В ХП веке в литературе Древней Руси уже успели выработать разные жанры повествования – летописного и других жанров. Слова Кирилла Туровского утвердили в литературе той эпохи еще один тип повествовательно-риторического.
Свой вклад Кирилл Туровский как оратор внес и в развитие современного ему литературного языка Древней Руси. Обращает на себя внимание необыкновенная гибкость, которую он сумел придать языку церковной письменности той эпохи.
Значение и роль Кирилла Туровского в истории старобелорусской литературы, в истории и культуры белорусского народа – огромнейшая.
Среди других великих сочинителей стоит имя «убогого мниха Кюрила», Кирилла Туровского. Кирилл был поэтом, лириком, написавшим стихом и прозой сочинения, прославившие в веках автора и Туровскую землю.
Произведения Кирилла Туровского послужили не только источником, но и образцом письменности для многих поколений. Его чтили не только на родине. Написанные в 12-м веке молитвы, являлись образцом, и употреблялись вплоть до 19 века в богослужениях. Язык, которым написаны речи и притчи, прост и понятен, читается легко и сейчас.
Изучив произведения Кирилла Туровского, можно смело ставить его на одну ступень с византийскими авторами, так как его произведения написаны очень искусно. И не зря его называли «вторым Златоустом».
Основанные на богатых поэтических и литературных традициях, произведения Кирилла Туровского показали высокий уровень знаний и умений.
Историческая заслуга Кирилла Туровского в том, что он писал так мастерски, как до него не писал никто.
Историки отмечают, что знаменитые Нестор и Илларион писали для узкого круга. А молитвы и речи Кирилла Туровского написаны для всех, настолько были доступны и понятны. Почти до Державина в русской литературе не появился писатель силы, значимости и высоты морального чувства как Кирилл Туровский – совесть своего нелегкого и бурного времени.
В белорусской литературе не много найдется писателей, равных Кириллу Туровскому.
Через древнюю и средневековую русскую мысль неизменно проходят споры о «свободе воли человека». Кирилл Туровский один из тех, кто высказывался за признание этого принципа. Свобода человека подразумевалась им как свобода выбора между добром и злом.
Если иметь ввиду то, с какой заботой, тревогой, прозорливостью относился Кирилл Туровский к обще державным ситуациям Киевской Руси, если принять во внимание литературно-поэтический дар Кирилла Туровского, его широкую эрудированность, близость державным делам и государственным деятелям, то представляется весьма вероятной его причастность к созданию «слова о полку Игореве». 2.
Исследователи давно установили, что в выборе аллегорических толкований, создании аллегорических картин, и в их истолковании, Кирилл Туровский не всегда был оригинален. Он опирался на византийские образцы, порой и цитировал или перелагал фрагменты из «слов» прославленных византийских проповедников – Иоанна Златоуста, Симеона Логофета, Епифария Кипрского но, в целом, «слова» Кирилла Туровского не просто компиляция из чужих образов и цитат: это свободное переосмысление традиционного материала, в результате которого появляется новое, совершенное по форме произведение. Оно пробуждает в слушателях чувство слова, раскрывающее богатейшие возможности поэтической речи.
Творчество Кирилла Туровского свидетельствует о том, что древнерусские книжники в канун монголо-татарского нашествия, надолго прервавшего культурное развитие Руси, свободно владели всем арсеналом приемов, известных классикам византийской литературы.
Кирилл жил в трудную и сложную эпоху. К середине ХП века Киев почти утратил свое политическое значение. Процесс феодализации великокняжеской власти подходил к своему завершению. Русь окончательно распалась на удельные княжества, число которых постоянно увеличивалось. Все более затяжной характер принимали княжеские усобицы, ослаблявшие и разъединявшие силы народа перед возраставшей угрозой иноземного нашествия. Попытки Андрея Боголюбского возродить традиции политики Владимира Мономаха оказались неудачными: в 1174 году он был убит боярами-заговорщиками. Роль Кирилла в этих событиях установить трудно. Известно, что Кирилл «Андрею же Боголюбскому князю многи послания написа»» эти письма, однако, не сохранились.
Мировоззрение Кирилла тесно связано с идеями Климента Смолятича. В период своего «столпничества» Кирилл полагал, что мирянин не наследует «царства», поскольку он отягощен страстями и весь запятнан грехами. «Нет места чистого в нем, вся скверна», – писал Кирилл. По его мнению есть только один путь спасения – это «ангельское житие», монашество. В «столпнических» воззрениях Кирилла обнаруживается один любопытный аспект. Кирилл делает заключение о мнимости вочеловечения Христа. По его мнению, не мог принять образ человека тот, кто сам пожелал спасти от скверны плотского существования. Он утверждает, что «прилагать» тело к бесплотному Богу – ересь. Это, по Кириллу», притча», иносказание. Следовательно, делает он вывод, человеческое чуждо Божественному, а мирское – церковному. Скорее всего, здесь Кирилл под ересью подразумевал распространенное среди книжников софийского направления арианское восприятие Христа как совершенного человека. Но, сам Кирилл далек от церковной доктрины. Однако, Кирилл, стремясь в своем рвении «Замкнуть уста», арианствующим книжникам и, не задумываясь о догматической строгости, противопоставляет божественное и человеческое. Критике арианства туровский епископ посвятил одно из своих слов, в котором борьбу никейских Отцов Церкви с учением александрийского пресвитера Ария он сравнивает с грандиозной баталией.
Пастырская деятельность Кирилла после избрания его епископом, смягчает его прежний аскетизм. Теперь он занимается поиском моральных критериев жизнедеятельности человека. Подобные идеи высказывал и Владимир Мономах, пытавшийся определить общезначимый идеал мирской жизни. Однако, если князь исходил при этом из личного опыта, из практики, то Кирилл никогда не выходил за рамки Священного Писания. Он так и не смог довериться до конца разуму и поэтому всегда искал опору для собственных мыслей в евангельских заповедях.
Вслед за Климентом Смоляничем туровский епископ обращается к аллегории, пытаясь таким образом преодолеть мистико-аскетическое неприятие мирских ценностей. Рационализируя богословие, Кирилл, как и Климент Смолятич, стремился защитить разум, отстоять его право на постижение истины. 4.
Говоря о высоком уровне красноречия ХП века, мы можем опираться на творчество Климента Смолятича, произведения которого дошли до нашего времени. Сведения о Клименте весьма ограничены. Его фамилия дает повод предполагать, что родом он из Смоленска. До святительства подвизался в монастыре, находящемся в Зарубе, под Киевом.
В 1146 году ставший великим князем киевским Изяслав Мстиславович предложил кандидатуру Климента Смолятича на митрополичью кафедру. Однако попытка поставить русского митрополита без благословения Консстантинополя, встретила противодействие среди некоторых русских иерархов. В 1147 году поставленне все же состоялось, но положение Климента было непрочным.
После смерти своего покровителя Климент вынужден был оставить митрополичий престол.
Летопись отмечает, что такого великого «книжника и философа» не бывало на русской земле:
«…и бысть книжник и философь так, якоже в Русской земли не бяметь», «…и прилежна молитве и прочитанию божественных писаний, и зело книжен и учителен, и философ великий, и много написания написав».
Начитанность Климента подтверждается его посланием к смоленскому просвитеру Фоме, дошедшим с толкованиями мниха Афанасия. Поводом для написания послания явилось, видимо, натянутые отношения с просвитером. Фома обвинял Климента в тщеславии и в стремлении представить себя философом. Это послание Климент зачитал перед князем и обратился к Фоме с ответным посланием, которое и дошло до нас.
«…есть в письме твоем порицание нашему тщеславию, и о том я с удовольствием прочел я перед многими свидетелями и пред князем Изяславом Говоришь мне: «философию излагаешь», – и это совсем несправедливо ты пишешь, оставив Священное писание, излагал я Гомера, и Аристотеля, и Платона, которые средь греческих столпов славнейшими были; если же и писал, то не тебе, а князю, да и то не часто. Но, удивительно говоришь ты мне: «Прославляешься», а я объясню тебе, кто такие славолюбцы – которыре присоединяют дом к дому, и села к селам,…, – но от них-то я грешный Клим, как раз и свободен. Вместо домов и сел, у меня земли четыре локтя, чтобы вырыть могилу. Эту гробницу видели многие, если же ее вижу каждый день на семь раз, не знаю, с чего помышлять мне о славе, – ведь нет мне много пути до церкви, кроме гробницы».
В послании особенно характерны аллегорические толкования отдельных спорных мест Священного Писания, главным образом Ветхого Завета: это позволило автору выказать разнообразной литературы, преимущественно переводной византийской: «что же касается этого Давида, будто «возлюбили рабы твои каменья, и о прахе его жалеют» – да о прахе ли бог отец говорил или о камне? Если позволишь мне, любимый, истолковать, – камень и есть прах. Ибо вот бог отец об апостолах говорит, если вчитаеся в Книгу Бытие, у свидетеля бога, Моисея: «Ибо сказал господь бог: вот Адам стал как и мог…» – не то ли это, что читаю я тщеславия ради?».
Ссылки на Гомера, Платона и Аристотеля не доказывают его непосредственного знакомства с греческими классиками. Цитаты из них обыкновенно брались из третьих рук, причем имена языческих авторитетов приобретали у поздних христианских писателей почти нарицательный смысл. Однако, упоминается, что Климент знал греческий язык, владел приемами риторики, а также компетентность в вопросах церковного права позволяют предположить, что Клиент Смолятич получил образование в одной из высших школ в Византии.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
