58348 (610757), страница 3
Текст из файла (страница 3)
Кирилл, Святой Туровский – знаменитый проповедник и писатель ХП века. Родился в городе Турове. «Был сыном богатых родителей» – вот все, что написано про его рождение и происхождение. 3. Материал к биографии Кирилла дает его Житие, написанное, скорее всего, в ХШ веке, и включавшееся в рукописные Прологи. С молодых лет Кирилл Туровский посвятил себя Богу, избрав подвиг столпничества, куда и перенес свою библиотеку). Он сделался знаменит как проповедник «божественных писаний», впоследствии был поставлен епископом Туровским.
Кириллу Туровскому бесспорно принадлежат, из дошедших до нас памятников ХП в., восемь «слов», 3 притчи, около тридцати молитв и несколько канонов.
Сочинения Кирилла Туровского пользовались на Руси большим уважением и большой популярностью. Они дошли до нас в многочисленных списках и вплоть до 17 века «Слова» Кирилла известны в сербских и болгарских списках.
Блестящий оратор и поэт, Кирилл Туровский уже у современников пользовался славой «второго Златоуста», «восспявшего натче всех на Руси».
Основное направление творчества Кирилла – эпидиктическое красноречие. Его речи до 17 века переписывались в составе сборников-антологий «Златоуст» и «Торжественник» наряду с речами знаменитых греческих мастеров церковного красноречия – честь, которой удостаивались в старину немногие авторы. Факт этот интересен тем, что видно: творчество Кирилла Туровского служило наглядным свидетельством выдающегося успеха молодой русской литературы. Включая речи Кирилла в сборники, утверждалось право русских писателей на равное место с наиболее прославленными греческими церковными писателями древности. Историческая заслуга Кирилла заключается в том, что уже в середине ХП века он довел до предельного совершенства мастерство церковного торжественного красноречия, поднял древнерусское художественное слово на высоту, недосягаемую для его предшественников. Некоторые речи Кирилла симметрией своих составных частей, поэтической фразеологией и ритмическим строем напоминают стихотворение в прозе. На них лежит печать не только высокой литературной культуры, не всегда обычной даже для греков-учителей, но и подлинного таланта.
Златоустность Кирилла Туровского, мощь его дара, поэтического мастерства была на самом деле несравнимая. Кирилл Туровский – поэт своего времени, был необычен тем, что делал средневековую литературу авторской, обходя традицию безличностного летописания, писал красиво, раскованно и эмоционально.
Правы те исследователи, которые говорят о художественном слове Кирилла Туровского как о слове и традиционном и новаторском.
Как философ-богослов Кирилл принадлежал к тому направлению христианско-богословной мысли, представители которого, комментирую библейский текст, свою задачу усматривали в том, чтобы вскрыть его «истинный», «сокровенный» смысл и его «иносказательный» подтекст; ту же цель ставил и Кирилл Туровский: следуя примеру своих учителей, он «переводил» не только текст, но и каждую его часть одного плана в другой – аллегоричный, иносказательный. Этот «перевод» текста требовал изобретательности, больших познаний в богословской литературе.
Есть основание думать, что дошедшие до нас речи Кирилла Туровского привлекали внимание не столько содержанием, сколько пышным великолепием. По содержанию они были мало доступны для рядового читателя; почти все они были посвящены проблематике не общественно-политической, а философско-богословской, комментированию того или иного библейского текста.
Н.К. Гудзий пишет, что Кирилл Туровский в своих произведениях почти совершенно не откликался на современную ему злобу дня. Его высказывания поддерживает А.С. Орлов. Он говорит, что в своих произведениях Кирилл далек от современной действительности.
Однако, отстояв свою самостоятельность, Туровское княжество во второй половине ХП века переживало время политического расцвета, и только позднее, в начале ХШ века распалось на еще более мелкие владения. Как писатель и церковный деятель Кирилл Туровский созрел в условиях борьбы Турова за свою феодальную самостоятельность. Проблема единства Русской земли не стояла в Турове так остро, как в княжествах, непосредственно граничивших со степью и подвергавшихся нападениям половцев. Здесь не раздавались призывы к объединению князей для борьбы с кочевниками; напротив, всякая коалиция князей представляла угрозу для самостоятельности Турова.
В произведениях Кирилла Туровского действительно много рассуждений обще морального характера, много риторики и стереотипной патетики. Однако, если отбросить груды византийского шаблона, то можно без труда обнаружить, что в творчестве Кирилла Туровского нашли отражение те основные проблемы русской жизни ХП века. Можно найти в притчах и в Словах выступление против язычников и еретиков, за сплоченную, единую, экономически сильную и независимую церковь со строгой иерархией сверху донизу.
Последние годы Кирилла прошли в монастыре «у Святого Николы в Турове», где и окончился его земной путь. Там и были написаны Кириллом его молитвы. То были по сути писанья завещательные, прощальные. Кирилл Туровский оставил нам свои молитвы.
«Молютися, Господи, дайждь ми, милостиве, немерцающий безконечный нетленный свет лица Твоего некогда видети. Ныне же, помощию Твоею понуждаем, о милости Твоей радуяся волию глаголя: Слава Ти, святая, единосущная и неразделимая и животворящая честная Троице…» 20, ст. 76.
высшее, что создал Кирилл – его молитвенный стих. Именно в молитвах полностью раскрылась душа Кирилла: «…писанью преданы помыслы моя, словеса же и делеса, скверны вся и беззаконья на слышанье всему миру». Своими молитвами и молениями просил нисхождения благодати себе, спасения своей души. «Прими беседу молитвы моя и даждь ми каплю милости твоея». «Прими мое исповядание, прими глас молитмы моея, ибо спасения прошу». Молитвенное творчество Кирилла – суть его духовной и литературной деятельности – почти неизвестно. Более столетия назад издатель первого и единственного собрания сочинений епископ Минский и Туровский Евгений писал: «Молитвы составляют лучшую часть творений Кирилла, и этими-то молитвами, перешедшими в церковно-народное употребление, святитель туровский мог иметь наиболее обширное и благотворное влияние на христиан русских. И теперь его молитвы могут считаться лучшими из существующих в церковном употреблении молитвенных творений».
Некоторые из молитв Кирилла уже звучат по-белорусски, они переведены на современный белорусский язык.
Самого высокого мнения об этой части литературного наследия Кирилла Туровского был и знаменитый историк церкви Е.Е. Голубинский. Он писал, что молитвам Кирилла «по всей справедливости должно быть дано место наряду с лучшими молитвами греческими», то есть тему, что сочинены признанными всем миром писателями древности.
Молитвенный цикл Кирилла насчитывал десятки произведений, из которых до нас дошло лишь немногим более тридцати. Цикл составляет большую часть всего сохранившегося. В нем видение царства земного и небесного, духовные искания, рассуждения о смысле и необходимости, вечности и бренности, похвала святости и многое другое, что являлось в откровении, в раздумьях, в молитвенном искании.
Кирилл молится непрестанно, умом и сердцем:
«Очисти скверну души моей и буди ми помощник. Очисти уста моя словес твоих чистотою. Прими воздыхания убогаго моего сердца. Прими словесную сию жертву от уст грешен. Обнови душу мою покаянием. Да спасена ми будет душа». Молитвы Кирилла написаны для каждого дня недели, то есть на все дни «седницы». Они читались и читаются всякий день после заутрени, после дневных служб и после вечерни. Это сложившийся покаянный цикл, написанный древнерусским книжным стихом, истоки которого в старославянской молитвенной поэзии.
Известный писатель-славянофил Ю.Ф. Самарин считал, что сочинения Кирилла –
Молитвы Кирилла рано вошли в обиход православного христианина, стали частицей молитвенного круга у православных народов. Древнейший дошедший до нас рукописный сборник с молитвами Кирилла Туровского, датируется ХШ веком. На пергаментных листах этого сборника, сберегаемого в Ярославе и частично в Москве, заглавия молитв таковы: «недостойного Кирилла», «Грешного монаха Кирилла» и т.д.
В 1596 году в Вильно выходит первое печатное издание молитв Кирилла. Древние белорусские текстологи идеально подготовились к изданию молитв Кирилла Туровского. Как показывает сличение с самыми ранними списками молитв, первое их печатное издание можно было считать безупречным. Издание послужило образцом для последующих.
Старобелорусские издатели считали Кирилла отцом церкви, учителем, наставником христианским.
«Написание» Кириллово почиталось ими за образец духовного и словесного творчества, виделось шедевром. Сам же Кирилл весьма скромно оценивал себя и свои деяния:
«…елико вас увидите сие мое написание не поряците мне грубости ради, но помолитеся о мне и всех…».
Главным предметом молитв является человек, обремененный ношей грехов. Тяжелые думы о слабости и ничтожестве человека, скорбь о его греховности и немощности, проходящие через все молитвы Кирилла, являются ярким контрастом тому бодрому и жизнерадостному настроению, которым проникнуты все его ораторские произведения, ввиду чего молитвы приписываются Кириллу предположительно.
Взгляды на достоинство произведений Кирилла Туровского весьма различны. С одной стороны – в нем видят народного аллегоризатора в стиле современных ему византийцев, с другой – превозносят его за возвышенность его идеалов, за красноречие и за изящество формы его произведений. Кирилл Туровский был вполне сыном своего века и, имея от природы большой поэтический талант, развивавшийся в обстановке монашеской и затем затворнической жизни, не мог не подчиняться влиянию Златоуста и других проповедников. В его поучениях преобладает красноречие, торжественное над учительским. Богатое воображение и одушевление, соединенное с восторженно-радостным настроением – вот характерные черты проповедей Кирилла. Что касается зависимости его от византийских образцов, то прямых и буквальных заимствований из них нет, хотя каждую страницу можно было бы иллюстрировать соответственными местами из святоотеческих поучений. Насколько поучения Кирилла поражают подчас обилием образов и сравнений, настолько просты, но вместе с тем, проникнуты одушевлением. По форме они состоят из обращения и моления, заканчиваются кратким словословием, но по содержанию представляют значительное разнообразие.
До нашего времени дошло большое число торжественных Слов и проповедей Кирилла. Повесть о беларизце и мнишестве. Сказание о черноризческом чине, восемь Слов на церковные праздники – на Пасху, на Фомину неделю, на Вознесение и т.д.; кроме того, сохранилось Послание к архимандриту Киево-Печерского монастыря Василию. 7.
Речи Кирилла Туровского с точки зрения своей художественной структуры действительно безупречны. Речи свои сам он рассматривал как составную часть праздничной литургии, как торжественный гимн.
Литературную свою задачу Кирилл обычно определял следующими словами: «прославити», «воспети», «возвеличити», «похвалити», «украсити словесы». Слова эти – верный знак того, что Кирилл составляя речь, решающее значение придавал ее стилистическому оформлению.
Речи Кирилла Туровского – произведения риторического искусства, очень сложного и тонкого, восходящего к праздничным декламациям античных софистов.
Кирилл Туровский, помимо всего прочего, является и популизатором Евангелия. В увлекательных, драматических картинах он излагает сцены из Нового Завета, особенно останавливаясь на сценах воплощении Христа, на троичности божества, на других христианских положениях, которые больше всего подвергались критике со стороны критиков.
«…И всякий народ поклонится, признавая, что господь Иисус Христос в славе бога отца – един».
в сочинениях Кирилла Туровского имеются и прямые выпады против еретиков, а также против «бесовских игр».
«…Того дерева вкусили еретики, которые в обмане, будто зная духовный путь, заблуждались…». От того древа вкусил Каин; не будучи посвящен, на святительский посягнул сам, позавидовавши священному Авелю, которого по завести и убил».
Писания Кирилла по содержанию всегда направлены к толкованию Евангельских истин. Форма сочинений Кирилла исполнена большого мастерства; владевшим сложными уподоблениями, всеми риторическими правилами украшения речи. Он писал так, что его слова и проповеди вписывались в церковную традицию; и по содержанию, и по форме они соответствовали лучшим образцам этого жанра.
В «Слове на новую неделю по Пасхе» Кирилл так восхваляет праздник, уподобляя ликование верующих о воскресении Христа весеннему пробуждению природы: «Ныне весна красуется, оживляя все сущее на земле: бурные ветры, тихо вся, умножают плоды. Весна же прекрасная – это вера Христова, которая через крещение к жизни пробуждает человеческую природу, буйные же ветры – греховные помыслы, которые покаянием обращаются в добродетели и душеполезные плоды умножают».
Опытный ветия, Кирилл Туровский всегда составлял свои речи по заранее обдуманному плану: каждая речь у него в строгом соответствии с правилами эпидиктического красноречия и четко делится на три части: вступление, часть повествовательная и заключение.
Вступление – обязательный элемент ораторской речи. Его назначение – «открыть» речь, привлечь к ней внимание, наметить задачу, которую ставит себе оратор.
Вступление у Кирилла невелико по объему и немногословно. Обычно он говорит здесь о празднике, которому речь посвящена, либо о себе самом: выражал радость по поводу наступления праздника, предлагал слушателям присоединиться к нему и совместно прославить виновников торжества, высказывал сожаление, что «ум его бессилен должным образом хвалу к хвале приложити», даже просил, например, в Слове 7, пророка Захария облегчить ему задачу – придти на помощь и положить «начаток» слову.
Избранную для вступления тему он развивал чаще всего не прямо, а косвенно, при помощи развернутого сравнения. За исключением 8 речи, в основе которой лежит церковно-исторический момент.
Вступление к речи 8 в честь отцов Никейского собора он говорит: «Как историки и витии прислушиваются к рассказам о войнах и битвах, чтобы прославить в слове и воспеть мужество бившихся за царя своего и не обращающихся в бегство во время боя с врагами, – так подлежит и нам воздать хвалу храбрым и великим воеводам божиим…».
Иногда он ограничивался простым распространением отдельных эпизодов евангельского рассказа. Но, гораздо чаще, прибегал к дополнению. Сюжет дополнялся подробностями, отсутствующими в источнике. Вводил новые эпизоды, если текст давал для этого повод, широко пользовался прямой речью.
Вступление5 к 5 речи: «Неизмерима небесная высота, не испытана глубина преисподней, неведома тайна божественного помысла. Велика милость божия на роде человеческом, который помиловал нас. Того ради хвалить и петь должны мы, братья, и прославлять господа Бога и спасителя нашего Иисуса Христа, не забывать чудес его великих.
Приступая к повествовательной части речи, Кирилл обычно перебрасывает мост от прошлого к настоящему, пытается сделать слушателей непосредственными свидетелями евангельского события. Он пользовался разными способами, чтобы поддержать иллюзию: глаголы систематически употреблял в настоящем времени. Отдельные эпизоды начинал словами «днесь», «ныне».
«Ныне же Иосифа благообразного с мироносицами восславим, послужившего после распяния телу Христову. Был и он ученик Иисусов, ожидавший царства божия».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
