175917 (596118), страница 9
Текст из файла (страница 9)
Самоидентификация − один из базовых стратификационных критериев, на основании которого ряд авторов выделяет средний класс, называемый в этом случае субъективным средним классом. Проведенное исследование также включало рассмотрение среднего класса, выделенного по этому критерию.
Факторами, определяющими общественное положение, в исследовании выступали следующие шесть переменных, каждая из которых может принимать два значения (1 − «да, влияет» и 0 − «не влияет»):
социальное положение членов семьи;
образование;
профессия;
занимаемая должность;
размер дохода семьи;
место проживания.
Исследование показало, что объективные критерии индивидуальной самоидентификации проявляют себя следующим образом:
возраст влияет на самостратовый выбор: молодому поколению свойственны более высокие социальные амбиции, а в «третьем возрасте» происходит статусная деградация;
отсутствие высшего образования существенно снижает шансы подняться выше среднего слоя, а отсутствие среднего специального образования, как правило, не пускает и в средний слой;
уровень материальной обеспеченности является важным критерием самоидентификации; интервал личных заработков от 12 до 15 тыс. руб. − это порог, по достижении которого люди уже не видят себя представителями нижних социальных слоев;
связь между должностной позицией и оценкой общественного положения проявляется в том, что с повышением формального социального статуса (до руководящих должностей различного уровня) число высоко оценивших свое общественное положение увеличивается; однако наличие среди руководящих работников заметной доли тех, кто считает свое положение средним или даже ниже среднего, свидетельствует о несформированности ролевых статусных позиций в современном российском обществе;
наличие постоянной работы и одновременно регулярной дополнительной занятости в большей степени предопределяет попадание на средние и верхние ступени социальной лестницы;
высокая оценка собственного профессионализма предопределяет и высокую социальную самооценку; в верхних стратификационных группах практически нет плохих профессионалов, что косвенно свидетельствует о том, что профессионализм является необходимым условием продвижения по социальной лестнице; этот ресурс оказывается, тем не менее, недостаточным для получения адекватного материального вознаграждения;
успехи и неудачи на пути социально-экономической адаптации во многом предопределили самостратовый выбор, и с повышением уровня адаптированности растет и социальная самооценка.
В результате исследования выявились следующие особенности социально стратифицированных домохозяйств:
во всех регионах, включенных в исследование, доля домохозяйств, отнесенных к среднему слою по уровню самоидентификации, не опускается ниже 30%, но в Москве и С.-Петербурге их представительство превышает 50%;
для семей, отнесенных к низшему слою, характерно большее представительство женщин в составе семей; по мере продвижения вверх по социальной лестнице половой баланс выравнивается, и в домохозяйствах, составляющих средний слой, достигается паритет мужчин и женщин;
домохозяйства, относящиеся к среднему слою, имеют в своем составе заметно большее число членов семей, имеющих высшее образование, минимальное представительство неработающих и максимальное − работодателей и самозанятых, а также руководителей различных уровней;
более интенсивный и эффективный характер занятости членов домохозяйств, отнесенных к среднему классу, определяет и большее разнообразие источников доходов; в домохозяйствах данного типа скорее аккумулируются зарплата, доходы от предпринимательства, доходы от приработков, а по мере понижения социального статуса домохозяйств число данных источников доходов сокращается;
домохозяйства, классифицированные по признаку социальной самоидентификации, заметно различаются по типу сберегательного поведения; основное отличие состоит в том, что домохозяйства, составляющие средний класс по признаку самоидентификации, отдают предпочтение хранению накоплений в виде наличной валюты; в то же время эти домохозяйства в большей степени практикуют диверсификацию видов сбережений;
отличаются домохозяйства среднего класса и по потребительскому поведению, которое характеризуется большим ассортиментом платных услуг и интенсивностью их потребления;
домохозяйства среднего класса постепенно начинают осваивать, и более успешно, чем другие, различные страховые программы, но пока масштаб распространения добровольного страхования еще очень мал, особенно это касается добровольного медицинского страхования; здоровье, таким образом, даже в понимании наиболее «продвинутых» домохозяйств еще не стало ни социально-экономической ценностью, ни объектом эффективного инвестирования;
отношение к инвестициям в образование в целом более позитивное; по-видимому, домохозяйства среднего класса озабочены проблемой статусного воспроизводства и рассматривают высшее образование в качестве инструмента сохранения и поддержания социальной идентичности.
Таким образом, в исследовании последовательно были проанализированы состав и структура трех средних классов, выделенных по каждому из критериальных признаков − социально-профессиональному статусу, материально-имущественному положению и самоидентификации. С точки зрения социально-профессиональных позиций к среднему классу относится 21,9% домохозяйств, по материальному положению − 21,2%, по самоидентификационным оценкам − 39,5% .
Проведенное исследование позволило выделить, прежде всего, так называемое, «ядро» средних классов. Это домохозяйства, которые демонстрируют все базовые признаки среднего класса. Ядро средних классов − бесспорный и наиболее стабильный средний класс.
Вообще говоря, ядро средних классов можно было бы назвать «идеальным средним классом», если бы не следующее обстоятельство. При выделении средних классов в каждом поле в средние классы попадали обладатели не всех используемых показателей, а лишь определенных их комбинаций. Напомним, в частности, что по материально-имущественному критерию «пропуском» для вхождения в средний класс выступало наличие не всех шести индикаторов, а не менее трех. Следовательно, теоретически в ядро могли попасть семьи, не владеющие, например, сбережениями или достаточно представительным имущественным набором или даже относительно высокими текущими доходами. Таким образом, абсолютно «идеализировать» ядро средних классов было бы преждевременно.
Вместе с тем группа домохозяйств, обладающих только двумя характеристиками, также представляет большой интерес. Эти домохозяйства настолько близки к средним классам, что нельзя не принимать их во внимание, особенно если мы хотим не только зафиксировать масштаб сегодняшнего среднего класса, но и попытаться понять, каковы перспективы его расширения, при каких условиях в него могут влиться новые социальные слои и какие именно из этих социальных слоев имеют наилучшие шансы. И действительно, в эту группу входят семьи, взрослые члены семьи которых, например, не имеют высшего образования, что, впрочем, не помешало им состояться экономически (в материальном отношении) и социально (в терминах самоидентификации). Другой пример − относительно обеспеченная, высокообразованная семья, которая, однако, снизила социальный статус, например, по сравнению с дореформенным периодом, и в настоящее время невысоко оценивает свое положение. Наконец, наиболее проблематичным (и, как показывает последующий анализ, распространенным) является случай, когда домохозяйство обладает высокими профессиональными и статусными признаками, однако в современной социально-экономической ситуации его доходы и материальное положение в целом относительно низки. Вместе с ядром они рассматриваются как относительно устойчивая социальная группа, демонстрирующая признаки среднего класса.
В результате совокупность домохозяйств, которые обладают не менее чем двумя признаками среднего класса, рассматриваются как база среднего класса и называется обобщенным средним классом.
В ходе исследования выяснилось, что ядро средних классов − этот наиболее бесспорный и стабильный средний класс − оказалось невелико по своему масштабу: оно составило 6,9% домохозяйств. По городской выборке его размер ощутимо больше − 12,9%. Современный обобщенный средний класс составляет около 20% российских домохозяйств и 30% городских. Совокупный средний класс как образование, в которое входят семьи, имеющие хотя бы один признак средних классов, составил 52%.
3.2 Перспективы развития российского среднего класса в условиях экономики инновационного типа
Итак, к среднему классу в России относятся около 20% домохозяйств. Много это или мало, зависит от угла зрения. В любом случае эти результаты опровергают тезис «в России средних классов нет», как, впрочем, и антитезис «подавляющее большинство россиян − средний класс». 20%-ная доля средних классов, хотя и уступает аналогичным оценкам размеров средних классов в развитых рыночных экономиках (60-70%), все же, на наш взгляд, достаточно весома, чтобы нельзя было не замечать факт существования средних классов в современной России.
С другой стороны, то, что лишь немногим более 50% российских домохозяйств обладают базовыми характеристиками, присущими среднему классу, не дает оснований и для излишнего оптимизма. Ведь по существу полученная конфигурация средних классов означает следующее. Общепринятой или по меньшей мере доминирующей является точка зрения, что причиной резкого сокращения численности среднего класса в России стало драматическое падение доходов и качества жизни населения, которое принесли экономические реформы начала 90-х годов. Подтверждая, что дефицитность данного ресурса действительно существенна, обратим все же внимание, что это отнюдь не единственная причина. Не менее значим тот факт, что социально-профессиональные параметры среднего класса отнюдь не так распространены, как следует из часто повторяемого утверждения, что Россия − страна с высокообразованным населением. Дефицитны оказались и наличие высшего образования, и, по-видимому, его качество, раз оно не дает возможности найти высокооплачиваемую и престижную работу. В частности, весомая группа домохозяйств (21%) с довольно благополучным материальным положением и высокими самоидентификационными характеристиками тем не менее не может войти в обобщенный средний класс по той причине, что профессиональный статус его членов не просто не отвечает уровню, присущему средним классам, но оценивается как низший. И этот сегмент значительно больше, чем «потери», вызванные недостаточностью других критериальных признаков − материального положения (7,1%) и самоидентификации (3,3%).
По-видимому, 50% − это максимальная оценка потенциала среднего класса в обозримой перспективе при условии успешного социально-экономического развития страны. Именно эти социальные группы, относящиеся сегодня к средним классам лишь частично, не утратили шансов на перемещение в ядро средних классов и превращение в полноценный стабильный и уверенный средний класс.
Потенциал для роста среднего класса составляют также домохозяйства, которые Т. Малеева называет «еще не низшие, но уже не средние» или «протокласс» 0. В отношении низшего слоя в нашей стране бесспорны лишь случаи полного совпадения всех параметров: к низшим слоям относятся семьи, демонстрирующие низшие значения по каждому из анализируемых критериев. Доля таких домохозяйств оказалась равной 10,8% в базовой выборке и несколько ниже 6,4% в городской. Это оценка тех слоев, которые не имеют в своем распоряжении никаких значимых экономических и социальных активов. С точки зрения материального положения они находятся за чертой бедности. Они не обладают высшим образованием, вследствие этого малоконкурентоспособны на рынке труда или обречены на занятость на низкооплачиваемых и не престижных рабочих местах. Наконец, они не испытывают иллюзий по поводу своего социального положения, относя себя к низшим слоям общества.
В упомянутое выше образование входят к семьи, не имеющие ни одного признака среднего класса, но не относящиеся к низшим. Для ясности приведем социальный портрет такой семьи.
На содержательном уровне сюда будут относиться группы, которые соответствуют хотя бы одному из трех следующих признаков:
группа близка к среднему классу по текущим образовательным и/или трудовым позициям при относительно низкой вероятности вхождения в средний класс в будущем;
группа контрастирует со средним классом по текущим позициям, но ее представители могут в принципе быстро войти в состав среднего класса при изменении обстоятельств (например, найти или сменить место работы);
представители группы способны в принципе с достаточно высокой вероятностью войти в состав среднего класса, хотя и не в самом ближайшем будущем (например, получив по окончании вуза диплом о высшем образовании).
Эти группы находятся на нижней границе среднего класса, не входя в его состав, но образуя своего рода периферию.
На операциональном уровне формирование этой группы происходит следующим образом. Поскольку средний класс выделен по наличию высшего образования, регулярной занятости и характеру труда, в нижний средний класс войдут группы, которые недотягивают до среднего класса по одному из этих признаков. Соответственно в состав нижнего среднего класса включаются следующие периферийные группы:
занятые на рынке труда нефизическим трудом, не имеющие высшего образования;












