42385 (588210), страница 4
Текст из файла (страница 4)
最近 «北京晚报»所讨论的问题，大家很有兴趣。Zuijin «Beijingwanbao» suo taolun de wenti, dajia hen you xingqu. «Всем интересен вопрос, который обсуждался во вчерашней «Вечерней пекинской газете» [8, c.93].
Языки типа китайского часто не требуют формализованной пассивной конструкции для перевода семантического объекта в формальный субъект, поскольку предикативных отношений топик – комментарий вполне достаточно:
信已经寄出去了。Xing yijing jichuqule. «Письмо уже отправлено».
这件事，我昨天是知道的。Zhejian shi, wo zuotian shi zhidao de. «Это обстоятельство, я узнал вчера».
这个句子难什么？Zhege juzi nan shenme? «В чем заключается трудность [при усвоении] этого предложения?»
Иными словами, по отношению к китайскому языку совершенно не имеют смысла рассуждения о том, происходит ли некая инверсия, есть «ненормальное», маркированное передвижение в начальную позицию: образование структуры OSV дополнения-объекта, поскольку самое значимое - начальная позиция топика, который по отношению к действию или иной другой утверждаемой характеризации может быть чем угодно. По всей видимости, порядок SVO принимается за основной и типологически значимой исключительно и учебных целях, когда необходимо отработать нормы элементарного говорения и создать представление китайском как о языке, имеющем структурированную грамматику «европейского» типа.
3.Типологические сдвиги в современном китайском языке
Китайский язык – ярчайший представитель изолированных языков. То есть в китайском языке почти полностью отсутствует явление словоизменения. Таким образом, если взять отношения таких единиц как звук – слог – морфема, то для изолирующих языков будет характерно следующее.
Отдельный звук не может быть носителем смысла в изолирующих языках и, в свою очередь носителем смысла не может быть тонированный или не тонированный звук.
Слог, являясь носителем смысла, имеет строго фиксированное строение, так как в каждом языке существует определенное количество звуков и сравнительно небольшое количество типов слогов. Слог в изолирующих языках почти не подвержен звуковым видоизменениям и совпадает в границах с морфемой [12, c.14].
Выдвижение слога, как носителя смысла в изолирующих языках на положение важнейшей единицы звукового строя – слогофонемы, некоторыми лингвистами рассматривается как отличительная черта изолирующих языков. Однако данный факт не отрицает смысловыразительной функции у звуков изолирующих языков в широком смысле этого слова, слоги состоят из звуков и тем самым участвуют в выражении смысла. Более того, слоги различаются именно звуковым составом. Они могут, например, различаться за счет одного звука: 当dang «быть» и 帮 bang «помогать», 工gong «работа» и 懂dong «понимать».
Данный факт служит основанием составления минимальных пар и выделения звуков – расчлинителей смысла, то есть звукофонем.
Тот факт, что слоги в китайском языке являются носителем какого-либо значения, проявляется в законе морфологической значимости слогоделения. Деление на слоги речевой цепи есть обычно одновременное деление на морфемы и простые слова. Морфемная граница в этом случае не проходит внутри слога. Например, в русском языке: слоговое деление – мы-ло, морфемное деление – мыл-о.
Закон морфологической значимости слогоделения создает аналогию роли слога в изолирующих языках с неизолирующими языками. В последних мы можем говорить о морфологической значимости звукоделения и тоже рассматривать это как некий закон. Данный факт ярко выражен в наличии алфавитного звукобуквенного письма во вьетнамском языке. Об этом говорит вспомогательное звукобуквенное письмо в Китае, использующее также латинскую графику.
Уже сегодня не является новостью то, что в законе морфологической значимости слогоделения существуют некоторые исключения. В китайском языке, например, начинает действовать «оживляющая» способность отдельных звуков выражать смысл. В данном случае имеется ввиду явление эризации. Здесь суффикс 儿er сливается с корнем в один слог: 门men - 门儿menr «дверь», 头tou - 头儿tour «голова». В этом случае морфемная граница оказывается внутри слога, следовательно, носителем смысла является уже не слог как целое, а его части.
Кроме того, в речевой цепи, особенно в беглой, наблюдается редукция слогов. Так, например слово 我们women «мы» в беглой речи превращается в «womn». Или: 你们 Nimen – nimn «вы» , 一个yige – yig «один», 桌子zhuozi – zhuoz «стол». В этом случае экспонентом суффиксальной морфемы выступает уже не слог, а согласный звук.
Хотя в изолирующих языках почти все слоги являются носителями смысла, все же встретившийся в речевой цепи слог не всегда может выражать какое-либо значение. Так, в китайском, вьетнамском и других языках восточной и юго-восточной Азии имеются двусложные слова, которые неразложимы на морфемы. Это так называемые слова с неясной этимологией: 蝴蝶hudie «бабочка», 蛤蟆hama «лягушка», 蚂蚁mayi «муравей», 葡萄putao «виноград», 玻璃boli «стекло», 和尚heshang «монах».
К третьей группе исключений относятся иностранные заимствования. Заимствования в китайском языке – это результат влияния иностранных культур. Исторически обусловленная изолированность китайской культуры объясняет то, что до недавнего времени пласт общеупотребительных заимствований был очень невелик. Следовательно, актуальность данной проблемы по сравнению с настоящим временем была значительно ниже. Но в течение последних 16 лет произошли большие изменения во всех сферах китайского общества. Эти изменения не обошли стороной и язык, который, как социальное явление, чутко реагирует на любые изменения в обществе [9, c.159].
Входя в китайский язык, иностранные лексические единицы подвергались переоформлению в соответствии с внутренними законами его развития, они изменяли звуковой состав в соответствии с его звуковой системой, если они имели в своем составе звуки, не характерные для китайской системы. Вследствие этого появились весьма употребительные слова. Например: 乌托邦wutuobang «утопия» от английского слова «utopia», 巧克力qiaokeli «шоколад». В китайском языке существуют разные способы заимствований. Такие, как соединение китайской морфемы с фонетическим заимствованием (登记卡dengjika «регистрационная карта»: 登记dengji «регистрация» и 卡ka «карта» от английского «card»), соединение фонетического заимствования с родовым словом (樘戈舞tanggewu «танго»: английское «tango» и китайское 舞wu «танец») и так далее. Но наибольший интерес представляют фонетические заимствования, то есть передача звучания иноязычного элемента: 恤xu «майка» (shirt), 可可keke «какао», 沙发shafa «софа» и так далее. В китайском языке такие заимствования в основном состоят из слогов, которые не несут какого- либо смысла. Так, например, 卡路里 kaluli «калория» состоит из卡ka «карта», 路lu «дорога», 里 li «верста». Или, 模特儿moter «модель»: 模mo «образец», 特te «только»,儿er суффикс предметности. То есть, мы видим, что ни один слог в данных словах не несет никакого смысла. В большинстве случаев такого рода заимствования это названия денежных единиц (卢布lubu «рубль»,戈比gebi «копейка»,生丁shengding «сантим», 比索bisuo «песо»), а также названия лекарственных препаратов (科第因 kediyin «Кодеин», 氨基比林anjibilin «Амидопирин»).
Впервые о нарушении закона морфологической значимости слогоделения упоминает Солнцева Н.В. в своей статье «Куда идет китайский язык?». Китайский язык – это представитель изолирующих языков. Но, как и все другие языки мира, китайский язык непрерывно развивается под влиянием большого количества внешних и внутренних факторов. И, соответственно, со временем изменяется облик языка, приобретают свою силу новые законы, а старые получают большое количество исключений. Это, например, относится к закону морфологической значимости слогоделения и его исключениям, которые мы рассмотрели выше. К числу внутренних факторов мы можем отнести рост словарного состава. В китайском языке это происходит в основном за счет стяжения слогов, эризации, образования новых сложных слов за счет новых сочетаний простых. К внешним факторам здесь можно отнести смешение языков, особенно если языки входят в один языковой союз. В результате такого смешения в языке появляются не просто заимствования различного типа, но происходит полная или частичная потеря морфологии языка, что, в свою очередь, ведет к типологическим сдвигам. В процессе исследования нам удалось выяснить, что язык не стоит на месте, он развивается и проходит определенные этапы своего развития.
В настоящее время лингвисты принимают 3 стадии развития языка: изолирующий, агглютинирующий и флективный тип. Эти 3 типа языка не противостоят друг другу, а развиваются последовательно, друг за другом.
По современным представлениям, изоляция – это способ связи слов в предложениях и словосочетаниях в условиях невыраженности в словах собственными ресурсами их отношений с другими словами. Но в рамках изоляции может существовать и агглютинация, и флективность.
Наиболее ярким примером агглютинативных показателей в китайском языке могут служить глагольные видовременные суффиксы 了le，过guo，着zhe [13, c.16]:
去巴黎的时候，我们参加了各种各样的名胜古迹. Qu Bali de shihou, women canjiale ge zhong geyang de ming sheng guji. «Когда мы были в Париже, мы посетили различные памятные места».
父亲有很不好的毛病：他吃着饭看报纸. Fuqin you hen buhao de maobing: ta chizhe fan kan baozhi. «У отца есть очень вредная привычка: он читает газеты во время еды» [2, c.192].
他一次也没找过我. Ta yici ye meizhaoguo wo. «Он ни разу не искал меня».
Суффикс инхоативного способа при глаголах недвижения 起来qilai:
保立斯进来了屋子里的时候大家笑起来了. Baolisi jinlaile wuzili de shihou dajia xiaoqilaile. «Когда Борис вошел в комнату, все рассмеялись».
Видовой префикс продолженности действия 在zai:
今天马里亚不能给您打个电话，她在工作. Jintian Maliya buneng ge nin dage dianhua, ta zaigongzuo. «Сегодня Мария не может позвонить вам, она сейчас работает».
Показатель множественности 们men:
那时代孩子们穿了补丁摞补丁的衣服. Na shidai haizimen chuanle buding luo buding de yifu. «В то время одежда детей была вся в заплатках».
Показатель множественности указательных местоимений 些 xie:
这里所说出的一些看法我不同意. Zheli suoshuode yixie kanfa wo bu tongyi. «С некоторыми из высказанных здесь мнений я не согласен» [8, c.226].
Показатель порядковых числительных 第:
请给我那第三本书. Qing gei wo na disan ben shu. «Подай мне, пожалуйста, вон ту третью книгу».
Здесь были приведены показатели «чистой» агглютинации. Кроме них существуют и другие показатели, которые на современном этапе развития языка можно оспорить. К ним можно отнести, например, показатели пассива 杯 bei，让 rang，叫jiao. Существует мнение, что такие показатели являются служебными словами и не имеют ничего общего с признаками агглютинации. К ним также относятся повторы глаголов, выражающие кратковременное действие. Например:看看，她小时候胖过. Kankan, ta xiaoshihou pangguo. «Посмотри, в детстве она была полной».
К так называемой «спорной агглютинации» можно отнести и повторы классификаторов, выражающие множественность у неодушевленных имен. 本本画报都很有意思. Benben huabao dou hen youyisi. «Все журналы интересные». 条条道路都可到那儿. Tiaotiao daolu dou ke dao nar. «Туда ведет любая дорога» [10, c.28].
Многие лингвисты считают, что древнейший китайский язык имел признаки флективности, или даже считался флективным языком. Ученые сделали такой вывод исходя из данных, полученных при изучении языков юго-восточной Азии. Как говорилось выше, язык находится в непрерывном развитии, он постоянно изменяется и совершенствуется. Но каждый язык идет по своему пути и находится на своем этапе развития. Примерно в одном направлении развивались языки юго-восточной Азии, к которым относится китайский язык. Яхонтов отмечал, что в китайском языке существовала древнейшая морфология, которая в последствии полностью исчезла. Сейчас мы можем видеть морфологию древнекитайского языка в языке лати, который находится на более раннем этапе своего развития, но развивающийся в том же направлении, что и китайский язык.
Итак, мы видим, что в результате эволюции китайский язык постепенно движется к агглютинирующему типу языков. Со временем китайский язык наравне с использованием слов-повторов, стал создавать сложные слова, которые в настоящее время доминируют над простыми словами. Здесь будет целесообразно сравнить современный китайский язык с вэньянем, где предпочтение отдавалось односложным словам. Например: 目mu - 眼睛yanjing «глаз», 木mu - 树木shumu «дерево» и так далее.
Кроме того, происходит постепенная грамматикализация компонентов, и чаще всего вторых, так как в китайском языке действует порядок «определение - определяемое» и таким образом происходит превращение их в словообразовательные и словоизменительные суффиксы. Также в китайском языке начался процесс перехода полуаффиксов в разряд чистых аффиксов. Например, в разряд префиксов полностью перешел элемент 老lao, который в настоящее время обозначает лицо или прилагательное, указывающее на какое-либо качество. Например: 老好子 laohaozi «искренний человек», 老手 laoshou «мастер» и так далее.
Некоторые термины родства превратились в аффиксы и дают половую характеристику личности: 吧阳 bayang «барменша» («ba» взяли из английского bar + мать).
В результате взаимодействия китайского языка с другими языками мира, в результате развития социально-экономических процессов в Китае появляется большое количество сложносокращенных слов, которые строятся по новым моделям.
Все больше и больше грамматикализуются служебные слова. Мы уже приводили пример с глаголом 在zai.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
