42352 (588203), страница 10
Текст из файла (страница 10)
Крестьянин всегда старался поставить свое жилище фасадом на юг, на юго-восток, либо юго-запад [Бломквист, с.58].
Домашнее пространство у русских делится по диагонали на две части: левая сторона с печью (очагом), образует женское пространство (бабий кут), правая сторона с красным углом- мужское [СД, с.117].
Соединение признаков женский и левый, мужской и правый является почти универсальным [Топоров, Иванов, с.267], но возможны инверсии: непряха-изба [Даль,2, с.10].
Определенным образом ориентированное жилище позволяет человеку постоянно и однозначно ощущать свое положение в пространстве [Байбурин, с.128].
Красный угол часто являлся объектом различных магических действий охранительного характера, а также святошных гаданий. Передний угол является почетным местом, в некоторых обрядах [Зеленин, с.315].
Также значима, с семиотической точки зрения, крыша. Кров и дом являются почти синонимами. «Родной кров» – то же самое, что «отчий дом». Крыша строилась в первую очередь; по ее размерам ставили дом [Зеленин, с.314].
Н.М. Шанский отмечает этимологическую близость лексем кров и сокровище. «В древнерусском языке они выступали как синонимы, обозначая и ‘место, где можно укрыться, и приют, и жилище и даже комнату‘. Сейчас они семантически разошлись. Слово кров – архаизм и относится к традиционно-поэтической речи. В ней оно известно в значениях «крыша», «защита», «жилище, приют», выступает в качестве компонента фразеологизма «остаться без крова» [Шанский, 2002, №1 с.35]. Сокровище в современном русском языке обозначает драгоценность.
С крышей было связано также большое количество ритуалов. Например, перебрасывание предметов через крышу [СД, с.118].
Крыша является верхней границей дома. В настоящей работе уже упоминалось об изображениях на торцевой части крыши охранительных символов. Для защиты от молнии, пожара втыкали в крышу ветки ели, лещины, головешки от костра, сожженного на страстную неделю, оставляли на крыше освященный хлеб [СД, с.118].
Установка кровли – последний элемент строительства. Если до постройки дома это место мыслилось как осваиваемое человеком (которое должно быть защищено от вреда, смерти, злого духа, нечистой силы), то с момента установки кровли это место- объект освоения, включения в род, приобщения к роду.
Построенный дом остается не вполне освоенным пространством. Обряд перехода в новый дом, «влазины» имеет строго регламентированную структуру.
Общая схема переселения на новое место такова: в назначенное «счастливое» время вся семья переходит на новоселье и переносит с собой священный огонь (=божество), угли из печки, либо другой атрибут очага; иконы, петуха (курицу), кошку (воплощение домового), которую впускали первой.
Это действо сопровождалось «приглашением» домового. В этот день гадали, иногда освящали углы. Примечательно, что обычай крестить углы существовал еще до христианства [Рыбаков, с.516-517].
При входе в дом хозяева стремились избежать «первой» смерти.
«Всякий, вошедший в дом «первым», по народному поверью, «до году помрет»; посему, когда входят в новый дом, то впускают в него прежде кошку» [Байбурин, с.128].
Д. К. Зеленин приводит пример избежания «первой» смерти на белорусском материале: «сперва в доме ночуют одни животные... первые шесть ночей; первую ночь- петух и курица, вторую- гусь и кот с кошкой, затем поросенок, овца, корова, лошадь, и лишь на седьмую ночь, если животные остаются целы и невредимы, туда приходит сам хозяин» [Зеленин, с.316].
«Хорошей приметой считается, если петух, вошедший в новую избу, запоет – это предвещает хозяевам счастливую и веселую будущность» [ПВ,2 с.62]..
«В новый дом стараются пустить живое существо (петуха, курицу, кошку), которое, скорее всего, выступает в роли ритуального двойника человека, его дублера... Выбор кошки, курицы и особенно петуха и с этой точки зрения не случаен, так как в системе восточнославянских верований им приписывалась очистительная функция [Байбурин, с.105].
Входят в дом члены семьи по старшинству. А. К. Байбурин приводит пример, как все родственники проходят в дом, держась за нитку, по очереди протягивая внутрь друг друга [Байбурин, с.112].
Перенос домового вместе с какими-либо атрибутами очага имеет основной смысл не оставить на старом месте своей доли. Доля воплощается в образе домового и «характеризует категорию освоенного, своего, обжитого [Байбурин, с.111].
Считается, что новый дом «омывается» чьей-либо смертью или любым другим событием жизненного цикла. Поэтому стремились после переезда как можно скорее справить свадьбу.
Новоселье – не только семейный праздник, но еще и событие в жизни села. «На новоселье приглашаются члены семьи и соседи. Гости приходят с хлебом-солью, с подарками» [Бломквист, с.134]. Новоселье противопоставлено всем названным праздникам уже тем, что дом с этого момента мыслится как нечто целое; освоенное и является локусом повседневных обрядов, примет и календарных обрядов, а также событий цикла жизни семьи. В самих обрядах дом персонифицируется, то есть становится объектом-участником обряда [Червинский, с.34].
Уже при переходе семьи на новое место в обрядовом приглашении домового «новое» противопоставляется «старому»: «Суседушко, братанушко! Пойдем в новый дом; как жили в старом доме хорошо и благо, так и будем жить в новом...» [ПВ,2 с.61]. Сравните пословицу: «Держись друга старого, а дома нового» [ПРН, с.581].
В жизненном цикле крестьянской семьи существует множество обращений-диалогов к домовому. Задаются вопросы, ответом на которые может считаться скрип стены, вой в печи и тому подобное
Связь с домовым-предком нередко осуществляется через ритуальные трапезы, устраиваемые в пространстве дома: поминальные, святочные и календарные [СД, с.119]. А. Н. Афанасьев приводит множество примеров, один из которых – «приносят жертву» домовому- оставляют горшок каши на загнетке [ПВ,2 с.38]
С домашним (хоромным) богом связано множество примет, которые чтутся и теперь, однако в трансформированном виде. Прежде всего, это касается правила не здороваться, не прощаться, не беседовать и ничего не передавать друг другу через порог [ПВ,2 с.60]. Также существует ряд запретов–: свистеть в доме, рассыпать соль, мести несколькими вениками [СД, с.118].
Дом как объект-участник обряда на свадьбе и похоронах фигурирует носителем идеи рода, его силы, воплощением жизненной и социальной модели.
Как уже упоминалось в настоящей работе, дом считается полностью освоенным, когда в нем совершен один из обрядов жизненного цикла.
Образ дома как символ богатства и изобилия – устойчивый фольклорный мотив обрядовых песен [СД, с.119]. Например, обращение невесты к дому при ожидании жениха, при прощании с домом в свадебных причитаниях.
В настоящей работе упоминалось о значении матицы и печи в свадебных обрядах. Метонимически матица, равно как и другие значимые элементы дома, обозначает весь дом.
Зарождение новой семьи– такое же знаковое событие в жизни села, как и появление нового дома. Если в новом доме был неженатый парень, либо незамужняя девушка, то как правило, там устраивали посиделки (мирские сходки). «В коллективной жизни села важное значение приобретали те дома, которые выделялись по каким-либо признакам. Посиделки устраивались в тех домах, где имелись молодые парни и девушки» [СД, с.117]. На таких сходках и знакомились молодые люди; засылали сватов.
Свадебный ритуал (смотрины, сватовство, девишник и т.д.) детально рассмотрен в работах многих этнографов (например, в цитируемой работе Н. В. Зорина). Важные семантические аспекты, во-первых, преемственность семьи, то есть родительское благословение «совет да любовь» происходит по аналогии с обрядом перехода в новый дом (в первом случае «доля» принимается вместе с короваем, в последнем––––––– –«доля» «зазывается» на новое место). Приобщение новому дому и ритуальное обметание углов в доме жениха, а также осмотр загнетки (матицы). Во-вторых, первая брачная ночь в неотапливаемом помещении и возжигание очага невестой после первой брачной ночи. Также значимыми являются перебрасывание через крышу предметов: «молодая, прежде чем войти в дом, мужа, перебрасывала через дом яблоко, свой пояс и др., произносила заклинания, чтобы ей повиновались как новой хозяйке» [СД, с.119] и приобщение молодой к домовому (предку) семьи жениха: «в доме мужа молодая должна была дотронуться до печи; присесть у очага, обойти его три раза, поклониться очагу, бросить туда монетку, кусок свадебного пирога» [СД, с.119].
Наиболее сакральный момент обряда–- принесение невестой иконы из своего дома и водружение образа в святом углу дома жениха.
В обрядовой причети невесты значимы обращения к дому при ожидании жениха, а также при прощании с отчим домом.
В размещении сватов под матицей дом уже становится ‘объектом-участником приобщения, освоения, носителем идеи и силы рода‘ [Червинский, с.34].
Дом, не меняя исходных значений космогонического и обрядового компонентов ‘своего, внутреннего, ограниченного, замкнутого, защищенного, места обитания субъекта‘; ‘пространства совершения и участника‘, приобретает в лирических свадебных песнях следующие основные значения:
1. высокий терем, родительской дом– ‘место благополучного рождения и воспитания‘ девицы (молодца); ‘место, в котором сидит девица‘, из которого матушка наблюдает за играми повзрослевшей дочери; ‘место, честь которого соблюдала девушка‘; ‘место, куда девицы приглашали войти молодца‘.
2. избушка, светелка девицы на горе– ‘место, в котором девица зажигает свечу, прядет в ожидании милого‘.
3. дом свекра, мужа, чужой лихой семьи– ‘место страданий, мучений оторванной от родни, от своей стороны молодой жены‘; ‘место возвращения после тайного свидания с милым‘; ‘место совершения мести свекру, свекрови, мужу‘; ‘место встречи брата, отца, матери, приезжих навестить молодого‘.
4. дом молодой хозяйки, счастливой жены, новый дом– ‘место, по которому ходит молодая жена, говорит с мужем, будит его, муж к ней обращается ласково, успокаивает ее, уговаривает, выполняет ее желания‘.
5. дом молодых, терем-теремчик– ‘место благополучной семьи, молодца-жениха, девицы-невесты‘.
6. родительский дом, родная сторона после замужества– ‘место, куда стремится молодая с чужой стороны, куда прилетает в облике кукушки, ласточки, перепелки, откуда гонит ее жена брата‘.
7. внутреннее помещение дома (светелка, горница)– место игр и встреч девушек с парнями‘ (на посиделках, вечерках, супрядках); ‘место, где собираются незамужние девицы зимними вечерами прясть, вышивать, петь‘.
Эти значения более подробны и более близки внутреннему миру субъекта – личному, семейно-родовому, социально-психологическому. В лирических песнях регулярны грамматические значения категорий включения в род, приобщения к роду, категории жизненного цикла, социального устройства, группирующихся вокруг основной, центральной категории рода, категории «я» коллектива-субъекта [Червинский, с.36-37].
«Приобщение к домашнему пространству символизировали специальные ритуальные действия. Бабка-повитуха дотрагивалась ножками новорожденного до печи или обходила с ним вокруг очага. Возвращаясь из церкви после крещения ребенка, отец клал его на несколько минут на порог» [СД, с.119].
Дом мыслится пространством обитания, носителем идеи рода. Очаг (печь) концентрирует в своей семантике элементы различных кодов; является центром дома, собирает вокруг себя всех членов семьи. Порог дома– регламентированная граница.
В погребальном обряде дом означает ‘место обряжения на тот свет умершего, отправления его в последний путь‘ «В момент, когда гроб для умершего, осмысляемый как его ‘новый дом‘, вносят в дом, все выходят, особенно беременные женщины. Крайне осторожно осуществляется вынос покойного из дома: стучат гробом о порог дома, чтобы покойный попрощался со своим ‘старым‘ домом и больше туда не возвращался; переворачивают в доме всю мебель, выливают, выбрасывают за покойником из дома камень, головешки из очага, выметают или моют пол, открывают все окна и двери, выносят из дома и сжигают вещи покойного. После того как гроб вынесен, мусор на улице заметают к дому, чтобы все его обитатели остались в нем. Дом, где случилась смерть, считается опасным местом. В течение первых сорока дней ожидают возвращение души покойного в свой дом: оставляют для нее еду, питье, вывешивают на окно полотенце, не гасят огонь в очаге» [СД, с.119-120].
В погребальной причети дом оказывается одним из детально проработанных фрагментов, что делает это понятие особенно интересным с точки зрения его структурирования основными оппозициями, с одной стороны, и способом конкретной реализации основных признаков, с другой.
Основное функциональное назначение дома в плаче– защита живых от смерти.
Гроб как посмертное жилище (домовина) описывается перебором элементов, присущих дому (окна, двери), но отсутствующих.
Дом, таким образом, противопоставлен домовине (гробу) и воплощает жизнь как таковую. Он един с заключенной в нем жизнью… общая идея дома как охраняющего и ограждающего жизнь внутри себя повторяется в представлениях об отдельных его элементах: окно, дверь/ ворота с запорами и замками, особенно прорабатывается «пограничная зона» дома– сени и крыльцо как элементы, связывающие собственно жилую часть с пространством вне дома.
Через код дома в плачах передается противостояние жизни и смерти. Табуируя прямые номинации смерти, покойника и т п плач передает эти понятия через систему оппозиций, полярные члены которых конкретизируют общие понятия жизни и смерти: окно светлое– окно темное, почерневшее; печь жаркая– печь нетопленная.
Основной особенностью концепта дом в погребальных плачах оказывается противопоставление дома живого человека и дома покойника, а также дома и гроба как посмертного жилища. Эти противопоставления реализуются, многократно усиливаясь, применительно к каждому элементу дома. Релевантному своду текстов причети» [Невская, с.106-121].
Таким образом, Л. Г. Невская отмечает, что основное концептуальное значение дома– вывод смерти из дома жилого в дом иной. Путем противопоставлений достигается основная цель– защита жителей дома от смерти. В причети происходит подмена понятий, в которой домом покойника становится гроб, а дом семьи остается воплощением жизненной и социальной модели.
В обряде через символическое прощание покойника с домом (стучат гробом о порог) подчеркивается «непринадлежность» в дальнейшем покойника к этому дому, что противопоставлено приобщению к домашнему пространству младенца (ребенка после крещения отец клал на несколько минут на порог).
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
