Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 7)

При конструировании ч. 3 ст. 104.1 УК законодатель использовал формулу "лицо должно было и могло знать", применяемую в ч. 3 ст. 26 УК. Соответственно этому и механизм доказывания того, что лицо, принимая имущество, должно было и могло знать о том, что оно получено преступным путем, подобен доказыванию преступлений с такой же формой вины.

Норма, закрепленная в ч. 3 ст. 104.1 УК, направлена на защиту прав добросовестного приобретателя. Она согласуется с требованиями ст. 302 ГК и Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 г. № 6-П, в соответствии с которым права лица, считающего себя собственником имущества, не могут защищаться путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю⁵⁴.

Анализ имевшихся данных о судебной практике показывает, что за первое полугодие 2007 г. судебным приставам поступило для исполнения 369 приговоров судов о конфискации имущества со ссылкой на ст. 104.1 УК. Причем если суды г. Санкт-Петербурга при оформлении решения о конфискации сослались на эту статью в 66 приговорах, то суды Ленинградской области - лишь в 2 приговорах. Однако во втором полугодии 2007 г. картина изменилась. За весь 2007 г. судебным приставам поступило на исполнение около 1900 решений судов о конфискации в соответствии со ст. 104.1 УК и более 2500 решений судов о конфискации в соответствии со ст. 81 УПК. Всего же за 2007 г. от реализации конфискованного имущества было выручено более 30 млн. рублей.

Полагаем, что законными являются те приговоры, в которых в качестве материального основания лишения имущества указываются нормы гл. 15.1 УК, а процедурные аспекты соответствуют требованиям ст. 81 УПК.

В последние годы Россия активно включилась в трансграничное перемещение капиталов. Но многие государства не смогли бы выполнить запрос российских правоохранительных органов об изъятии находящегося на их территории имущества в связи с применением к осужденному конфискации-наказания в силу того, что их законодательство такого института не знает. Вместе с тем сформированный в Российской Федерации в 2006 г. механизм конфискации соответствует международным обязательствам России и сопрягается с правовыми механизмами изъятия имущества, действующими в других странах. Как показали международные семинары в Вене (сентябрь 2007 г.), в Белокурихе (ноябрь 2007 г.) и в Куала-Лумпуре (декабрь 2007 г.), в настоящее время у стран, где находится российская собственность, не имеется юридических оснований для отказа в выполнении запросов об изъятии имущества, полученного преступным путем, доходов от этого имущества или имущества, служащего совершению преступления, при наличии соответствующих судебных решений, обоснованных достаточными доказательствами.

§ 3. Проблемы применения конфискации имущества в уголовном праве

Федеральным законом от 27 июля 2006 г. № 153-ФЗ в Уголовный кодекс Российской Федерации включена конфискация имущества. С инициативой о восстановлении данной меры уголовно-правового воздействия в действующем законодательстве ранее высказывались Генеральный прокурор РФ, министр внутренних дел РФ, депутаты Государственной Думы и члены Совета Федерации РФ, судьи Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ⁵⁵. Аналогичные предложения с указанием на отрицательный эффект, вызванный исключением конфискации имущества из числа наказаний, содержались и в публикациях видных ученых, исследующих проблемы теории и практики применения норм уголовного права⁵⁶.

Если в существовавшей до принятия Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ редакции УК РФ конфискация имущества относилась к дополнительному виду наказания (п. "ж" ст. 44 и ч. 3 ст. 45), то в настоящее время она в силу наименования раздела VI УК РФ относится к иным мерам уголовно-правового характера.

Следует отметить, что законодательная регламентация уголовно-правового института конфискации имущества и механизм его реализации, заложенный в нормах УПК РФ, имеют отдельные упущения смыслового и юридико-технического характера. Это обстоятельство обусловливает необходимость рассмотрения следующих проблемных вопросов данной темы.

Основными отличиями конфискации имущества как меры уголовно-правового характера от конфискации имущества как меры наказания состоят в том, что:

- во-первых, конфискация формально исключена из перечня видов наказаний;

- во-вторых, конфискации подлежит не все имущество лица, признанного виновным в совершении преступления, а лишь деньги, ценности, иное имущество, полученные в результате совершения преступлений, любые доходы от этого имущества, в том числе: а) используемые или предназначенные для финансирования терроризма, деятельности организованной преступной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества (преступной организации); б) деньги, ценности и иное имущество, в которые имущество, полученное в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы; в) орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому;

- в-третьих, конфискации подлежит и имущество других лиц, если они при принятии имущества знали или должны были знать, что оно получено в результате преступных действий;

- в-четвертых, если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в ст. 104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о конфискации данного предмета невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, которая соответствует стоимости данного предмета;

- в-пятых, при решении вопроса о конфискации имущества в первую очередь должен быть решен вопрос о возмещении ущерба, причиненного законному владельцу. При отсутствии у виновного иного имущества, на которое может быть обращено взыскание, кроме указанного в частях первой и второй ст. 104.1 УК РФ, из его стоимости возмещается ущерб, причиненный законному владельцу, а оставшаяся часть обращается в доход государства.

Так Ц. в кассационной жалобе и дополнении к ней утверждает, что только исполнял обязанности водителя автомобиля и не был осведомлен о совершаемых мошенничествах. Приговор считает излишне суровым. Просит учесть его помощь следствию, раскаяние в содеянном молодой возраст и назначить наказание ниже низшего предела, предусмотренного законом, определить размер ущерба, учитывая его фактическое участие в преступлениях, отменить обращение автомобиля в доход государства.

Судебная коллегия считает, что обжалуемый приговор подлежит изменению в следующей части и по следующим основаниям.

Постановлением следователя от 31 июля 2006 г. была признана вещественным доказательством и приобщена к уголовному делу автомашина марки ВАЗ-2101 государственный регистрационный знак "М 104 ка 69", принадлежащая Королеву, фактически приобретенная Ц. Приговором указанная автомашина обращена в доход государства без приведения обоснования такого решения суда. Судебная коллегия считает принятое судом первой инстанции решение неправильным. Согласно положениям ч. 3 ст. 81 УПК РФ, конфискации подлежат только орудия преступления, принадлежащие обвиняемому, а также имущество, указанное в п. п. "а" - "в" ч. 1 ст. 81 УПК РФ. К орудиям преступления автомашина не относится, поскольку она не использовалась непосредственно для достижения преступного результата, не обладает она и признаками, предусмотренными п. п. "а" - "в" ч. 1 ст. 81 УПК РФ. Поэтому установленных законом оснований конфискации автомашины у суда первой инстанции не имелось.

Кроме того, само признание автомашины вещественным доказательством не соответствует требованиям закона. Из постановления следователя от 31 июля 2006 г. усматривается, что вещественным доказательством автомашина признана потому, что служила средством передвижения при совершении преступлений. Однако в ч. 1 ст. 81 УПК РФ такое основание признания предмета вещественным доказательством отсутствует, что не было учтено судом первой инстанции.

Принимая во внимание изложенное, Судебная коллегия считает необходимым исключить из приговора указание об обращении автомашины в доход государства⁵⁷.

Буквальное толкование ст. 104.1 УК РФ не позволяет некоторым правоприменителям прийти к однозначному выводу о том, за совершение каких преступлений может быть применена конфискация имущества. Об этом свидетельствуют и результаты проведенного автором настоящей статьи интервьюирования судей, адвокатов, а также представителей прокуратуры и органов внутренних дел. В одних случаях правоприменители приходят к выводу о том, что исчерпывающий перечень преступлений, при совершении которых применяется конфискация имущества, указан в п. "а" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Представители другой группы практикующих юристов указывают, что на основании п. п. "б" и "г" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискации подлежат деньги, ценности и иное имущество, в которые имущество, полученное в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества были частично или полностью превращены или преобразованы, а также орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, при этом вне зависимости от того, какое преступление это лицо совершило.

Действительно, в п. п. "б" и "г" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ не указано, к каким составам преступлений они применяются. Это создает определенные проблемы в понимании и применении данной статьи УК. На основании результатов смыслового и систематического толкования данных пунктов нам представляется, что в них идет речь о тех же преступлениях, что и в п. "а" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ. Поэтому конфискация имущества как мера уголовно-правового характера, на наш взгляд, применима лишь к тем преступлениям, составы которых указаны в п. "а" ч. 1 ст. 104.1 УК РФ.

3. В части 3 ст. 104.1 УК РФ определено, что имущество, указанное в частях первой и второй этой статьи, переданное осужденным другому лицу (организации), подлежит конфискации, если лицо, принявшее имущество, знало или должно было знать, что оно получено в результате преступных действий.

Мы согласны с тем, что когда лицо знало о том, что передаваемое ему имущество было приобретено передающим его лицом в результате преступных действий, то его следует конфисковывать. Разумеется, это может быть осуществлено при наличии достоверных, достаточных и допустимых доказательств знания первого об указанных обстоятельствах. Однако последующая формулировка, содержащаяся в ч. 3 ст. 104.1 УК РФ, вызывает у автора определенные опасения. То, что лицо, принимающее имущество, "должно было знать" о его преступном происхождении, - понятие относительное. Представляется, что установление данного факта может зависеть не от соответствующих объективных доказательств, а от усмотрения и предположения сотрудников правоохранительных органов.

Нам представляется, что при решении данного вопроса судам следует тщательным образом анализировать материалы дела, показания самого лица, в отношении которого решается вопрос об изъятии имущества, показания свидетелей и иные, заслуживающие внимания доказательства. Если в ходе судебного заседания будет достоверно установлено, что лицо по обстоятельствам дела могло осознавать и должно было осознавать, что имущество было получено в результате преступных действий, оно подлежит конфискации.

В статье 104.2 УК РФ указывается, что если конфискация определенного предмета, входящего в имущество, указанное в ст. 104.1 УК РФ, на момент принятия судом решения о его конфискации невозможна вследствие его использования, продажи или по иной причине, суд выносит решение о конфискации денежной суммы, соответствующей стоимости данного предмета. Однако в данной статье не указано, какая именно (рыночная, инвентаризационная, остаточная) стоимость данного предмета либо стоимость, по которой данный предмет был реализован лицом, совершившим преступление, должна учитываться при решении соответствующего вопроса.

Нам представляется, что судам следует принимать во внимание именно рыночную стоимость соответствующего имущества, которая может быть установлена путем приглашения в судебное заседание и допроса соответствующих специалистов, а также имеющимися в уголовном деле актами ревизии или оценки, заключением товароведческой экспертизы и другими доказательствами.

По приговору суда У. признана виновной в контрабанде, т.е. перемещении в крупном размере через государственную границу Российской Федерации товаров, совершенном с сокрытием от таможенного контроля, сопряженном с недекларированием.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

12 августа 2007 года, примерно в 11 часов 50 минут, У., вылетая из Московского международного аэропорта Шереметьево-2 рейсом Москва - Атланта, с целью незаконного перемещения через таможенную границу Российской Федерации, не предъявила к таможенному контролю и не задекларировала в установленном законом порядке в письменной форме иностранную валюту в сумме 12859 долларов США и 5980 российских рублей, что эквивалентно 333974 рублям 51 копейке, и является крупным размером, которые были обнаружены и изъяты сотрудниками Шереметьевской таможни при таможенном досмотре.

Вина У. в совершении преступления установлена и подтверждается показаниями свидетелей, протоколами следственных действий и другими доказательствами, исследованными судом и приведенными в приговоре.

Тщательно и всесторонне исследовав собранные доказательства, дав им надлежащую оценку, суд обоснованно постановил обвинительный приговор.

Вместе с тем, состоявшиеся судебные решения подлежат изменению по следующим основаниям.

Согласно протоколу N 1 (с учетом изменений) к Конвенции о защите прав человека и основных свобод ст. 1 "Защита собственности" - каждое физическое лицо имеет право на уважение своей собственности, никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Характеристики

Список файлов ВКР