35219 (587784), страница 4

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 4)

Когда имеются достаточные основания и соблюдены все условия для избрания меры пресечения, судья не вправе произвольно отказать в удовлетворении соответствующего ходатайства прокурора, следователя или дознавателя. Судья может проявить лишь известное усмотрение в выборе решения.

Дело в том, что судейское усмотрение не произвольно, оно достаточно жестко ограничено, во-первых, требованиями законности, во-вторых – тем, что А. Барак назвал «процедурными ограничениями», к числу которых относятся справедливость и мотивированность; в-третьих – «материальными ограничениями» (разумность делаемого выбора)³⁵.

Наиболее полно, в чистом виде судейское усмотрение проявляется в ситуациях недостаточной правовой и фактической определенности. Именно поэтому, несмотря на наличие процедуры кассационного обжалования группы постановлений об избрании мер пресечения, вышестоящие суды ограничивают усмотрение нижестоящих совсем не часто. Так, согласно статистическим отчетам в 2008 году Ростовским областным судом было отменено всего лишь 6,07% постановлений по ходатайствам о применении меры пресечения в виде заключения под стражу и продлении срока содержания под стражей из всех обжалованных, а за 6 месяцев 2009 года – 4,9%. При этом отмененные постановления об отказе в удовлетворении ходатайства и об удовлетворении ходатайства соотносились как 57% против 43% в 2008 году и 44% против 56% в первом полугодии 2009 года³⁶.

Наконец, третий тип усмотрения касается выбора между различными альтернативами, относящимися к самой норме, ее выбору. Применение судейского усмотрения при квалификации призвано позволять судьям адекватно реагировать на изменяющиеся условия жизни. Важнейшими механизмами понимания нормы выступают поиск объективного смысла текста, реконструкция и создание смыслов, впрямую связанные с феноменом «добавочного смысла», который может быть заключен в тексте с самого начала (хотя создатель и не подозревал об этом) либо может выявляться на этапе восприятия и понимания текста как новый творческий акт; возможен и третий путь: при неизменности материального тела текста под влиянием каких-либо факторов происходит его смысловое обогащение³⁷. Проблема понимания закона детерминирована, в первую очередь, сущностным содержанием норм закона, закрепляющего ранее неизвестные институты, придающего качественно иной смысл ранее употреблявшимся терминам. В этом плане хрестоматиен пример с одним из авторов американской конституции, которому в судебном порядке было указано на неправильное понимание им самим текста разработанного им акта.

Наибольшие сложности в понимании и применении закона вызывают нормы, при создании которых законодатель хотя и не имел намерения предоставить исполнителю возможность действовать по своему усмотрению, однако норма получилась недостаточно ясной, сложной, что вынуждает правоприменителя вносить элемент усмотрения. Так, с момента принятия УПК РФ однозначно не был разрешен вопрос о возможности возвращения уголовного дела прокурору (ст. 237 УПК РФ) со стадии судебного разбирательства. На практике судьи мотивировали отказы в возвращении ссылками на норму ст. 237, указывая, что она находится в Главе 34 УПК («Предварительное слушание»), т.е. не применяется в судебном разбирательстве. При возвращении дела с указанной стадии суды ссылались на ст. 256 УПК РФ в перечне решений, принимаемых в ходе судебного заседания в совещательной комнате, называющей и решение о возвращении уголовного дела прокурору. В данной ситуации очень рельефно просматривалась свобода судейского усмотрения. Более широкое распространение получила практика возвращения дел со стадии судебного разбирательства, и на правомерность такого подхода указал Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 5 марта 2007 г. Свобода судейского усмотрения оказалась, с одной стороны, ограниченной, а с другой – именно благодаря ей сформировалось общее правило³⁸.

Итак, судейское усмотрение неразрывно связано с психологической, интеллектуальной деятельностью лица, с его внутренним убеждением. Внутреннее убеждение мы можем рассмотреть, с одной стороны, как результат судейского усмотрения, характеризующий убежденность судьи в правильности принятого решения, с другой – как основу выбора им возможного решения; в то же время внутреннее убеждение помимо оценки судейского усмотрения представляет собой еще и сам процесс формирования убеждения при исследовании доказательств.

При исследовании проблемы внутреннего судейского убеждения важно определить, каковы же его место и роль в уголовном процессе в целом и уголовно-процессуальном доказывании в частности. По этой проблеме в науке можно выделить четыре подхода.

Дореволюционными исследователями, такими, как Л.Е. Владимиров, Н.А. Терновский внутреннее убеждение рассматривается как мерило оценки доказательств³⁹. Судья действительно не может сравнить непосредственно одни доказательства с другими; операции по установлению относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств проводятся с их отражениями в сознании. Придя к выводу о наличии у определенной совокупности доказательств требуемых законом свойств, судья в дальнейшем сравнивает доказательства именно с отражением этой совокупности в его сознании. Однако согласиться с основанными на этой точке зрения выводами М.С. Строговича, М.А. Чельцова-Бебутова, С.А. Голунского – едва ли можно, ибо они пошли по пути абсолютизации внутреннего судейского убеждения.

Так, С.А. Голунский в одной из своих ранних работ, в частности, призывал «теорию об объективной оценке доказательств решительно отвергнуть» ⁴⁰. То есть, если судья убежден в относимости, допустимости, достоверности и достаточности совокупности доказательств, то они действительно обладают такими свойствами.

Внутреннее убеждение характеризуется как принцип. Впервые оценку доказательств по внутреннему убеждению как самостоятельный принцип уголовного процесса рассмотрел М.А. Чедьцов⁴¹, поскольку оценка по внутреннему убеждению во многом подчиняет себе не только средства из процесса доказывания, но и все производство по делу.

Наконец, внутреннее убеждение в основной массе работ рассматривается как метод (способ) свободной оценки доказательств и результат такой оценки – внутреннее убеждение «есть не критерий (мерило) оценки доказательств, а результат оценки доказательств» ⁴². Это верно, ибо внутреннее убеждение представляет собою путь разрешения задач и достижения целей оценки.

Вместе с тем, не следует противопоставлять внутреннему убеждению как методу внутреннее убеждение как мерило оценки доказательств или внутреннее убеждение как центральный элемент принципа свободной оценки доказательств – все это разные аспекты одного и того же понятия; поэтому считаем возможным применительно к определению места и роли внутреннего судейского убеждения в уголовном процессе использовать термин «инструмент оценки доказательств». Можно сказать, что внутреннее убеждение представляет собой основной инструмент свобод ной оценки доказательств, поскольку позволяет производить основные операции с доказательствами для их оценки: анализ с точки зрения относимости, достаточности, достоверности их самих и источников их получения, синтез имеющихся данных и др., и в дальнейшем – для формирования вывода о доказанности отраженных в доказательствах обстоятельств.

Таким образом, внутреннее убеждение в уголовно-процессуальном познании является основным инструментом, проявляющимся на двух уровнях отражения: оно позволяет оценить свойства доказательств и, вместе с тем, играет важнейшую роль при оценке обстоятельств дела, поскольку позволяет установить достаточность собранных доказательств для вывода о доказанности наличия в объективной действительности факта. Внутреннее убеждение выполняет двойную задачу: перевод из объективного в субъективное (психологическое отношение субъектов) и перевод из субъективного в объективное (результат познания опосредствуется внутренним убеждением).

2. Роль внутреннего судейского убеждения в правилах оценки доказательств. Факторы, влияющие на внутреннее судейское убеждение

1. Значение внутреннего судейского убеждения в процессе доказывания

Внутреннее судейское убеждение в процессе оценки доказательств представляет собой формирование собственного взгляда судьи на наличие у доказательств определенных законом свойств и на достаточность доказательств для определенного вывода по делу; внутреннее убеждение рассматривается как процесс и как результат оценки доказательств. Процесс формирования внутреннего убеждения основан на рациональном познании причинно-следственных связей, ценностном подходе к фактам объективной действительности, чувственном переживания результатов познания. Формирование внутреннего убеждения – это формирование знания об обстоятельствах преступления (или о его отсутствии), приобретаемого опосредствованным путем в процессе уголовно-процессуального доказывания и называемого потому выводным знанием.

Внутреннее убеждение как процесс оценки доказательств характеризуется следующими чертами. Во-первых, лица, оценивающие доказательства, должны руководствоваться своим убеждением, лично оценивать доказательства, а не исходить из той оценки, которую дали доказательствам другие органы и лица. Во-вторых, закон не устанавливает каких-либо формальных правил, влияющих на оценку; никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. В-третьих, оценка доказательств различными участниками процесса, в том числе и вышестоящими должностными лицами и органами, не обязательна для их последующей оценки следователем и судом.

В литературе внутреннее убеждение традиционно рассматривается как взаимодействие разума, чувств и воли: переход от незнания опосредствованным путем к знанию, вера в правильность этого знания и готовность действовать в соответствии с ним⁴³.

Процесс формирования внутреннего судейского убеждения – это путь накопления знаний об обстоятельствах дела путем исследования доказательств, тесно связанный с этапами производства в суде. Так, суд (судья) в судебных стадиях уголовного процесса в суде первой инстанции: изучает материалы уголовного дела с целью решения вопроса о назначении судебного заседания или предварительного слушания; участвует в исследовании собранных и получении новых доказательств; сопоставляет свою оценку с оценками, данными сторонами в прениях; принимает окончательное решение в совещательной комнате.

Оценка имеющихся в деле доказательств по внутреннему убеждению происходит на всех стадиях перечисленных этапов. При этом три первых этапа характеризуют внутреннее убеждение в гносеологическом аспекте как вероятностное знание, в психологическом – наличием сомнений. На последнем этапе речь идет уже о достоверности знания (гносеологический аспект) и вере в правильность этого знания и готовности действовать в соответствии с ним (психологический аспект). Что же касается сомнений, они в процессе познания неизбежны. Однако сомнения – это субъективная категория. Оно характеризует состояние исследователя в отношении каких-либо выводов и обусловливает более тщательную и детальную проверку тех положений, в которых исследователь сомневается. Сомнение никогда не возникает в сознании произвольно, всегда имея под собой определенные основания. Сомнение четко указывает на необходимость собрать новый материал, объясняющий или преодолевающий сомнения. И лишь в случае невозможности собрания и проверки доказательств, устраняющих сомнения, эти сомнения признаются неустранимыми и влекут предусмотренные законом последствия.

В самом упрощенном виде внутреннее убеждение можно представить с позиций формальной логики. Действительно, исследователь располагает определенными посылками, с которыми в принципе позволяет работать аппарат формальной логики. Вот почему так велик соблазн формализовать процесс формирования внутреннего убеждения, как это иногда делается в литературе⁴⁴ либо построению условных и категорических силлогизмов. Безусловно, формальную логику нельзя недооценивать, но не следует, и переоценивать в силу специфики доказательственного материала. Судебное доказывание значительно шире, сложнее формально-логического доказывания; оно не укладывается в рамки обычного силлогизма: большая посылка – правовая норма, а меньшая – преступление. Для принятия решения по делу суду необходимо изучить не только внешние признаки познаваемых явлений, но и проникнуть в их сущность, познать закономерности их функционирования и развития, характер взаимосвязи с другими явлениями. Формальная логика – это логика «статики»; диалектика же позволяет исследовать явления в процессе их движения – развития и изменения. Оценив свойства доказательств, установив факты, процесс их возникновения и изменения, связи между ними, суд приходит к выводам о наличии или отсутствии того или иного события.

Первым шагом к получению знания о совершенном преступлении является оценка доказательств, т.е. установление наличия у них, предусмотренных законом свойств. Как мы показали выше, свобода оценки доказательств не означает ее произвольности: закон предписывает определенные правила такой оценки. Так, в соответствии со ст. 88 УПК РФ доказательства подлежат оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а их совокупность – с позиций достаточности. Таким образом, как справедливо подчеркивает П.А. Лупинская, «закон предоставляет определенную программу действий, которой обязаны подчиняться лица, оценивающие доказательства «по своему внутреннему убеждению», подвергает определенному регулирующему воздействию формирование субъективного вывода об оценке доказательств» ⁴⁵.

Вопрос о порядке оценки свойств в определенном смысле схоластичен: безусловно, последней оценивается достаточность совокупности относимых и допустимых доказательств, что не препятствует, при признании ее недостаточной, возвращаться к получению дополнительных доказательств и их оценке. Бессмысленно оценивать с точки зрения допустимости или достоверности неотносимое доказательство, как, впрочем, и недопустимое с позиций его относимое. Но все же особенности человеческого мышления таковы, что из всего множества окружающих нас событий, явлений и фактов необходимо сначала отобрать те, которые относятся к предмету исследования, и «отбросить» все остальные.

1. Оценка относимости и допустимости доказательств

В основе оценки доказательств как относимых лежат объективные связи между предметами и явлениями действительности: причинно-следственные, условные, пространственно-временные и другие. Оценка относимости доказательств состоит в выявлении их связи с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, объясняемой, в частности, действием общей причины. Оценка относимости доказательства по внутреннему судейскому убеждению проводится путем сопоставления информации, содержащейся в этом доказательстве, с тем кругом обстоятельств, которые необходимо по данному делу установить. Относимость прямых доказательств в более очевидна, но и здесь возможна неоднозначная их оценка в разных обстоятельствах и при различных обвинениях. Гораздо сложнее вопрос об относимости косвенных доказательств: решение его выступает, как правило, в форме предположительного суждения о его возможной связи с подлежащими установлению обстоятельствами, при этом оценка доказательства как относимого может меняться в ходе исследования.

Характеристики

Список файлов ВКР