32225 (587392), страница 5
Текст из файла (страница 5)
Непрофессиональный элемент превосходит профессиональных судей по богатству жизненного опыта, разнообразию знаний об окружающей действительности, необходимых для правильного и справедливого решения вопросов о виновности, благодаря её разнородному личному составу.0
Уязвимость правосудия осуществляемого двумя раздельными коллегиями заключается в двух моментах, первый из которых, кроется в невозможности профессионалов дисциплинировать обсуждение вопросов факта непрофессионалами, как последние в свою очередь не достаточно способны уравновесить субъеективность профессионалов при вынесении наказания виновному. Зачем дисциплинировать коллегию непрофессионалов? Лучшим и наиболее показательным ответом на этот вопрос является кинофильм «12 разгневанных мужчин», в котором показано как на практике представители народа будучи приглашёнными к отправлению правосудия относятся к своему долгу поиска истины по делу, выявлению и оценки мотивов деяний подсудимого. Присяжные сразу зайдя в совещательную комнату производят голосование о виновности, по результатам которого 11 из них голосует «за» и очень сильно возмущены тем, что один из них проголосовал против, которому задают ворпос: Разве ты считаешь его невиновным? Следует ответ: Нет, не считаю./ Так в чём же твоя проблема?/ В том, что у меня нет абсолютной уверенности в его виновности ./— Далее присяжные начинают диалог на многие часы, в ходе которого выясняется, что первый возразивший присяжный был единственным, у кого не было проблем влиявших на его решение о виновности подсудимого, когда у всех остальных вначале голосовавших «за» были личные на то мотивы. Один очень спешил на футбольный матч и боялся на него опаздать, если завяжится дискуссия, другой имел сына его неуважающего и угрожавшего убить, а поскольку дело было по обвинению сына в убийстве своего отца, то он решился отыграться на чужом человеке за своего непутёвого сына, третий просто будучи обеспеченным негром считал, всех бедных негров преступниками, и поэтому презумировал, что бедный чернокожий обвиняемый был виновен, и так у каждого из этих присяжных была какая-то личная проблема заставлявшая их без рассуждения и анализа обвинения признать его виновным, и по законам того штата тем, самым посадить его на электрический стул. Но благодаря одному единственному беспристрастному присяжному завязалась дискуссия, в ходе которой все остальные со временем переменили своё мнение и оправдали подсудимого. Страшно даже представить что бы произошло не окажись в той коллегии присяжных того единственного вспомнившего о презумпции невиновности и проголосовавшего за оправдание. Ведь этого человека могло и не оказаться в коллегии присяжных, а его место мог занять человек подобный остальным присяжным. Ведь своё решение присяжные не мотивируют, а тайна совещательной комнаты не разглашается, таким образом субъективизм и необоснованность голосования никогда полностью не раскрывается. Сторонники классического суда присяжных могут сказать, что этот кинематографический прецедент устраним тщательной процедурой формирования скамьи присяжных, но мы возразим, что эта процедура при всей её важности и проработанности не способна отвести присяжных по причине их не беспристрастности, если последняя кроется где-то глубоко в подсознании присяжного. Процедура отбора присяжных способна устранить лишь поверхностную предубеждённость, что важно, но недостаточно для непорочного правосудия. Профессиональный судья в смешанной коллегии всегда сможет быть тем, кто положит начало мыслительному анализу обвинения и выносимого по нему решения. Участие профессионального судьи в обсуждении решения вместе с непрофессиональными, заставляет последних более ответственно подходить к своему долгу перед обществом в целом, и подсудимым в частности. Для того, чтобы гарантировать в максимально возможной ныне степени беспристрастность судей, как профессиональных так и непрофессиональных, необходимо, чтобы оба эти элемента сдерживали друг друга, а это возможно исключительно в смешанной судебной коллегии.
Очень важным на наш взглядявляется тот момент, что смешанная коллегия в отличии от коллегии присяжных, мотивирует своё решение, а для того чтобы что-то мотивировать это надо исследовать, поэтому обязанность мотивации решения существенно гарантирует его обдуманность.
Поскольку континентальная форма суда присяжных (когда некоторые вопросы решаются совместно двумя коллегиями, а некоторые раздельно) является своеобразным промежуточным звеном то выводы сами напрашиваются после рассмотрения аспектов её крайних вариантов, поэтому ввиду сильно ограниченного объёма данной работы мы считаем просто необходимым и возможным оставить детальное рассмотрение этого вида коллегиальной формы отправления правосудия с участием народного элемента для самостоятельного изучения читателя.
Одним из аргументов против народного участия в правосудии является сравнительно большое количество вынесенных при их участии оправдательных приговоров, количество которых в суде присяжных является наиболле высоким, а в смешанной коллегии меньшим. Тут следует обратить внимание на то, что раз уж всё относительно, то в данном случае за минимум признаётся колличество оправдательных приговоров вынесенных коллегией профессиональных судей. Да действительно коллегия профессионалов почти не выносит оправдательных приговоров, их число подозрительно мало и на пост советском пространстве варьируется в пределах одного процента от общего числа дел, но за этим коварным числом скрывается множество несправедливых осуждений, поэтому уж лучше пусть, если надо выбирать из двух зол, будут оправданы некоторые виновные, чем осуждены невинные, чем наоборот. Но причина очень высокого количества оправдательных приговоров выносимых присяжными заключается в несовершенности этой процессуальной формы, относительно смешанной единой судебной коллегии, что уже было нами рассмотрено выше.
Известно, что обе формы народного участия в уголовном правосудии в течении всего периода своего существования были предметом острой научной полемики. Анализ современной литературы по этой проблематике даёт основания полагать, что все аргументы «за» и «против» как суда присяжных так и суда «шеффенов» когда-то уже высказывались, опровергались и высказывались снова. Упрёки по поводу правовой безграмотности непрофессионального элемента, их пассивности и отстранённости уже давно стали «общим местом», но ни в одной из стран не дали достаточных оснований для отказа от одних правовых форм народного участия, для замены их другими, а тем более — для устранения из правосудия непрофессионального элемента.0
Общее колличество стран вообще не привлекающих к отправлению правосудия непрофессионалов ничтожно мало, что позволяет считать их исключением из общего правила — Япония, Аргентина, Доминиканская Республика и некоторые другие.0
Глава 2. Единоличное правосудие в Латвии и зарубежом.
2.1. Состояние преступности и эффективность судебной системы в Латвии.
Уровень преступности в стране начал стремительно расти с конца 80-ых начала 90-х годов. Своего пика он достиг в 1992 году и составил 61900 зарегистрированных преступных деяний. В последующие годы наблюдался небольшой спад преступности, но после 1998 года преступность вновь начала расти. Если в 1998 году было зарегистрировано всего 36700 преступлений, в 1999 году — 44000, в 2000 году — 50200.
Число преступлений зарегистрированных в 2000-ом году сравнительно с 2001-ым годом возросло на .... преступлений или на .....%.
Коэффициент преступности, который формируется из количества преступлений приходящихся на 10000 населения, в Латвии на 2000-ый год составил 212, что на 28 пунктов больше, чем было в 1999 году. Но все же этот коэффициент в Латвии является самым низким в Прибалтике, так в Литве он составлял 223, а в Эстонии аж 402. При этом следует отметить, что за год рост этого коэффициента был почти вдвое более быстрым, нежели в Литве, где он повысился лишь на 15, а не на 28 пунктов как у нас.
В 2000 году было зарегистрировано на 6,1% больше тяжких преступлений, чем в 1999-ом году. В общем их удельный вес в общей массе преступлений сравнительно с 1999-ым годом (43.3%) снизился и в 2000 году составил 40.2%.
В стране на 2000 год было всё ещё высоко число убийств и попыток убийств. Было зарегистрировано 219 убийств, что на 2.3% больше чем в предшествующем году. В среднем в неделю совершалось 4 убийства, два из которых в Риге. По данным Центрального управления Статистики Латвии интенсивность совершения убийств в нашей стране в 2.4 раза больше чем в Дании, в 2.8 раза больше чем в Норвегии, и в 4.6 раза, чем в Швеции.
В 2000-ом году общий прирост преступности произошёл в стране в первую очередь за счёт преступлений против собственности. По прежнему высок удельный вес этого рода преступлений в общей структуре преступности, он составил 73.6%, что на 1.6% больше чем 1999-ом году.
Кражи количественно превосходят все остальные преступления против собственности. Существенно возросло число квартирных и карманных краж.
В 2.5 раза возросло количество преступлений связанных с незаконным изготовлением, хранением и реализацией наркотических веществ. Если в 1995-ом году их было зарегистрировано 271, тот в 2000-ом — 665.
Раскрываемость преступных деяний по состоянию на 1 января 2001-го года составила 42.9% от зарегистрированных в предшествующем году преступлений, что на 4.1% меньше, чем в 1999-ом году. В то же время в Латвии наиболее высокий уровень раскрываемости среди Балтийских стран, так в Литве он соответствует 40.4%, а в Эстонии — 31.1%.
Нераскрытыми остались 28700 преступлений, из них 32% убийств, 35.8% тяжких телесных повреждений, 29.9% изнасилований. Кражи формируют самую большую группу нераскрытых преступлений, нераскрытыми в 2000-ом году остались 68.4% всех краж.
По подозрению в совершении преступлений в 2000-ом году было задержано 17800 человек, что на 4.2% больше чем в предшествующем году. 37.8% повторно совершили преступные деяния. Более трети задержанных лиц, совершая преступление, находились в состоянии алкогольного опьянения. Всё ещё сохраняется опасная тенденция совершения преступлений в группах; в 2000-ом году 36.7% человек совершали преступления в группах (1999=35.1%; 1998=38.5%).
Среди преступников преобладают лица, которые не учатся и не работают. В 2000 году они составили 61.7% от числа всех преступников (1999=61.2; 1998=61.8).
Сохраняется значительная криминогенная активность среди несовершеннолетних. В 2000-ом году ими было совершено 3923 преступления, что на 4.4% больше, чем в предыдущем году. Половина преступных деяний (51.5%) совершено ими в группе, и каждый пятый в момент совершения преступления находился в состоянии опьянения. В числе преступлений несовершеннолетних особо высокий удельный вес принадлежит тяжким преступлениям.
В 2000-ом году за совершение уголовных преступлений было осуждено 12689 человек, что на 1.35% меньше, чем в предыдущем году. К лишению свободы был приговорён каждый пятый осужденный., из них 382 несовершеннолетних или 21.35 от числа всех несовершеннолетних осуждённых лиц; 22 несовершеннолетних были приговорены к лишению свободы на срок от 5 до 10 лет.
Число заключенных в тюрьмы на 1 января 2001 года было 4967 человек, в их числе 222 женщины. 59.8% повторно отбывают срок лишения свободы.0
Следует отметить, что к сожалению статистические данные о количестве преступлений нельзя принимать за зеркальное отражение криминогенной ситуации в стране, так как помимо официально зарегистрированной преступности есть ещё и латентная преступность, которую составляют те преступления, о которых люди не сообщили из-за боязни или по каким-то иным причинам они не были доведены до сведения правоохранительных органов. Здесь также можно упомянуть, что причиной не сообщения о преступлениях правоохранительным органам является не столько боязнь угроз со стороны злоумышленников, сколько неверие в эффективную защиту со стороны сотрудников правоохранительных органов и неверие в благочестивость блюстителей порядка. Так, например, 53.1% рижан отрицательно отвечает на вопрос Центрального Управления Статистики о том, обеспечивают ли правоохранительные органы их безопасность, 36.2% отвечают, что частично, и лишь 10.7% полагают, что им обеспечена безопасность. К сожалению, в нашей стране действительно язык не поворачивается отозваться о деятельности стражей порядка как о достаточно эффективной. Уж слишком редко мы слышим о разоблачении нерадивых стражей порядка, и при этом слишком часто сталкиваемся со злоупотреблениями полномочиями с их стороны, это творится начиная с автодорог и заканчивая несправедливыми, порой даже абсурдными решениями судов. Из личного опыта прохождения практики в полиции, будучи второкурсником, можем указать на то, что полицейские в подавляющем большинстве неохотно уважают права и свободы человека, но часто возмущаются тем, что в народе к ним относятся с презрением, но тут надо просто не забывать о жизненном принципе, что подобное рождает подобное.
Касательно показателей деятельности судебной системы, преимущественно суда первой инстанции можно привести следующие данные.
В 2000 году в суд поступило 11096 уголовных дел, рассмотрено было 11115, из них 192 дела было прекращено, 269 отправлено на доследование, 333 переданы по подсудности, таким образом 10312 дела были окончены вынесением приговора, а 5226 дел к концу года остались нерассмотренными; за данный год было осуждено 12689 человек и лишь 142 оправданы.
В 2001 году в суд поступило 11854 дела, рассмотрено 11442, из них 165 дел было прекращено, 198 отправлено на доследование, 452 переданы по подсудности, таким образом 10577 дел были окончены вынесением приговора, и 5637 вновь остались к концу года нерассмотренными и перешли на следующий год; за сей год было осуждено 12679 человек и лишь 125 оправданы.
По данным за 2002 год было осуждено 12615 человек и оправдано 108, что подтверждает тенденцию роста обвинительного уклона латвийского правосудия.
В 1998 году было осуждено 12952, оправдано 152; в 1999 году осуждено 12862, оправдано 148.0
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
