ВКР (1205202), страница 6
Текст из файла (страница 6)
Данные понятия встречаются в тех или иных интерпретациях в ряде законодательных и нормативных правовых актов. Если в Конституции Российской Федерации данные понятия встречаются как различные группы гарантированных прав, то в Уголовном кодексе Российской Федерации эти понятия уже объединены: «… незаконное собирание и распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную и семейную тайну» (ст. 137)75. В указе Президента Российской Федерации от 06 марта 1997 г. № 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера» частная жизнь входит в состав персональных данных: «сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность (персональные данные)…» 76. Таким образом, единого законодательного определения термины «личная и семейная тайна» и «тайна частной жизни» не имеют.
Очень развернутое определение «личной тайне» дано И.В. Смольковой, по мнению которой, «личная тайна – сведения о состоянии здоровья, особенно в тех случаях, когда человек страдает такими болезнями, которые считаются постыдными с позиции общественной морали, любовные связи, особенно когда они сопряжены с супружеской изменой, дурные привычки, склонности, пристрастия, врожденные, наследственные и приобретенные пороки, граничащие порой с нервно-психическими аномалиями, скрытые физические недостатки; порочное социальное прошлое гражданина, а также порочащие человека деловые и дружеские связи. К личным тайнам также относится тайна общения и творчества, тайна интимных взаимоотношений, тайна дневников, личных бумаг. Каждая личность сама определяет круг и границы личной тайны. Личная тайна является составной частью частной жизни, относительно обособленной зоной наиболее деликатных, интимных сторон жизни человека, когда разглашение определенных сведений является не только нежелательным, но и вредоносным, пагубным с нравственной точки зрения» 77.
Семейная тайна, по мнению многих цивилистов – «сведения, касающиеся семьи и по моральным соображениям скрываемые от постороннего глаза семьей, под которой в социальном аспекте понимается союз лиц, основанный на браке, родстве, принятии детей на воспитание, характеризующийся общностью жизни, интересов, а в юридическом смысле – круг лиц, связанных правами и обязанностями, вытекающими из брака, родства, усыновления или иной формы принятия детей на воспитание» 78.
Однако, данные определения правоведов не носят нормативного характера и могут служить архивистам лишь ориентиром при ограничении доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера.
Таким образом, отсутствие четкого определения категорий архивной информации о человеке, попадающих под критерии: «личная и семейная тайна», «тайна частной жизни», вынуждает работников архивов на свое усмотрение и в соответствии со своим опытом и компетенцией ограничивать доступ к тем или иным архивным документам, содержащим сведения о личной и семейной жизни отдельных людей. В то же время невыдача документов, которые на взгляд архивиста содержат сведения о личной и семейной жизни других людей, расценивается пользователями как незаконное ограничения их права на доступ к информации79. Отсутствие четкого определения понятий «персональные данные», применительно к архивным документам, «личная и семейная тайна» и «тайна частной жизни» весьма затрудняет соблюдение баланса законодательного ограничения доступа к архивным документам, содержащим подобные сведения и правом пользователей на доступ к информации.
Достаточно парадоксальна ситуация, сложившаяся в российском законодательстве с термином «персональные данные» (применительно к информации, содержащейся в архивных документах). Нормативным актом, впервые наполнявших смысловым содержанием термин «персональные данные» стал указ Президента Российской Федерации от 06 марта 1997 г. № 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера», в котором персональными данными названы сведения о фактах, событиях и обстоятельствах частной жизни гражданина, позволяющие идентифицировать его личность (персональные данные), за исключением сведений, подлежащих распространению в средствах массовой информации в установленных федеральными законами случаях80. В этом же перечне оказались сведения, составляющие различные виды тайн, охраняемых государством, защита которых достаточно эффективно регулируется законодательством Российской Федерации, в частности, применительно к архивным документам. Со вступление указа в силу термин «персональные данные» обрел определенные черты: к персональным данным стали относить ту информация о частной жизни лица, в соответствии с которой оно может быть идентифицировано. Окончательную формулировку термин «персональные данные» получает с принятие федерального закона от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных». Однако выход закона проблему трактовки термина «персональные данные» (применительно к информации, содержащейся в архивных документах) не решил: статья 2 указанного закона гласит «действие закона не распространяется на отношения, возникающие при организации хранения, комплектования, учета и использования содержащих персональные данные документов Архивного фонда Российской Федерации и других архивных документов...» 81.
Таким образом, федеральный закон от 27 июля 2006 г. № 152-ФЗ «О персональных данных» констатирует наличие в архивных документах персональных данных, но регулирование отношения в области ограничения доступа к ним отдает на откуп архивного законодательства, которое и по сей день не содержит законодательного определения «персональные данные» (применительно к информации, содержащейся в архивных документах), а также не содержит закрепленных тематических групп персональных данных, позволяющих ограничить доступ к архивным документам, их содержащим.
Вторая составляющая проблемы – отсутствие четких критериев отнесения информации о человеке, содержащейся в архивных документах, к информации ограниченного доступа. В архивных документах содержится огромный комплекс информации о человеке в целом, однако в архивном законодательстве не обозначена причина (критерий) отнесения отдельных групп информации о человеке к информации ограниченного доступа.
Первые законодательные и нормативные правовые акты, касающиеся доступа к информации о человеке, не решали проблему в целом, а рассматривали отдельные группы конфиденциальной информации. В связи с этим в них не была обозначена причина отнесения отдельных групп информации о человеке к конфиденциальной информации. Отсутствие мотивированного основания в условиях многообразия тематических групп информации лишало архивистов возможности использовать его в качестве критерия разделения информации о человеке на общедоступную и конфиденциальную82.
Регулирующий правоотношения в архивной области федеральный закон от 22 октября 2004 г. № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации» вводит два критерия отнесения информации о человеке к информации ограниченного доступа.
Первый из них звучит так: «… сведения о личной и семейной тайне гражданина, его частной жизни…» 83. При попытке воспользоваться данным критерием для ограничения доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера, происходит возвращение к первой, озвученной выше, составной частью проблемы – отсутствие в законодательстве Российской Федерации определений данных терминов.
Второй критерий обозначен следующим образом: «… сведения, создающие угрозу для его (гражданина) безопасности…84 ». Однако в тексте закона нет пояснения какие группы сведений, создают угрозу для безопасности человека.
Таким образом, определения критериев, содержащихся в архивном законодательстве и разделяющих информацию о человеке на общедоступную и ограниченного доступа, не содержит необходимых разъяснений. А следовательно, применение их в работе архивистов весьма затруднительно.
Третья составляющая проблемы – отсутствие градации временных рамок ограничения доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера, в зависимости от категории персональной информации. Впервые в российском законодательстве период ограниченного доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера был введен Основами законодательства Российской Федерации от 07 июля 1993 г. № 5341 «Об Архивном фонде Российской Федерации и архивах» и устанавливался на срок 75 лет со времени создания документов, содержащих сведения о личной жизни граждан (об их здоровье, семейных и интимных отношениях, имущественном положении), а также создающих угрозу для их жизни и безопасности жилища, если иное не предусмотрено законом85. Стоит отметить, что данное ограничение доступа распространялось на все документы государственной части Архивного фонда Российской Федерации, содержащих информацию ограниченного доступа.
В соответствии счастью 2, 3 статьи 25 федерального закона от 22 октября 2004 г. № 125-ФЗ «Об архивном деле в Российской Федерации», действующего ныне, ограничивается доступ к конфиденциальной информации о человеке на 75 лет со дня создания документов, содержащих такую информацию86. Данный закон распространяет эту норму на все архивные документы, независимо от форм собственности.
Таким образом, доступ к документу, содержащему сведения персонального (конфиденциального) характера ограничивается с момента его создания и на срок – 75 лет, а после истечения этого срока информация ограниченного доступа становится общедоступной.
На наш взгляд установление единого периода ограничения доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера представляется недостаточным и необоснованным. Например, срок ограничения доступам на 75 лет к таким комплексам документов, содержащим сведения персонального характера как: образование, профессия, информация о знании иностранных языков и другие, слишком велик, что приводит к искусственному увеличению нагрузки на архивохранилища, а также, лишает исследователей и иные группы пользователей возможности работать с подобной информацией, например, в научных или исследовательских целях.
С другой стороны, и это более важно, установление срока ограничения доступа сроком в 75 лет для комплексов документов, содержащих информацию об усыновлении (удочерении), состоянии здоровья, насилии над ребенком, его физическом состоянии и т.д., недостаточен, так как он не может обеспечит гарантированное статьей 23 Конституции Российской Федерации право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени87.
Говоря о недостаточности 75-летнего срока ограничения доступа к отдельным комплексам архивных документов, стоит упомянуть и о том, что в начале 1990-х годов в связи со сменой общественно-политического строя, сложных преобразований в нашей стране, в состав Архивного фонда Российской Федерации влился большой комплекс документов КПСС, содержащих множество сведений персонального характера. Это обстоятельство и тот факт, что многие из этих документов созданы в первой половине XX в., а, следовательно, срок ограничения доступа к ним истекает, призывает учитывать международный опыт в ограничении доступа к документам, возникшим в подобных обстоятельствах. Французский архивист Мишель Дюшен в своих работах неоднократно обращал внимание на следующий факт: «В государствах, испытавших революционные ситуации, гражданские войны, военные перевороты или другие серьезные социальные или политические потрясения, свободный доступ к документам, имеющим отношения к названным событиям, может привести к открытым разоблачениям (обвинениям), террористическим актам мести и сведению счетов» 88.
Таким образом, отсутствие градации временных рамок ограничения доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера, в зависимости от категории персональной информации, является большим пробелом законодательства, способным привести к нарушению данного Конституцией Российской Федерации права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени89.
Четвертая составляющая проблемы ограничения доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера заключается в отсутствии законодательно закрепленного порядка и возможности использования указанных документов до момента истечения срока ограничения доступа к ним. Как уже было отмечено выше, в соответствии с законодательством Российской Федерации ограничение на доступ к архивным документам, содержащим сведения о личной и семейной тайне гражданина, его частной жизни, а также сведения, создающие угрозу для его безопасности, устанавливается на срок 75 лет со дня создания указанных документов. С письменного разрешения гражданина, а после его смерти с письменного разрешения наследников данного гражданина ограничение на доступ к архивным документам, содержащим сведения о личной и семейной тайне гражданина, его частной жизни, а также сведения, создающие угрозу для его безопасности, может быть отменено ранее чем через 75 лет со дня создания указанных документов90.
Анализируя данное положение закона, можно сделать вывод, что возможность отмены ограниченного доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера до истечения установленного законодательством срока возможна в двух случаях: письменное разрешение самого гражданина (субъекта информации), письменное разрешение наследников гражданина в случае его смерти. Более, никаких разъяснений относительно наличия права доступа к данным категориям архивных документов до истечения срока ограничения, и тем более, порядка такого доступа, в законодательстве нет. Кроме того, некоторые правоведы полагают, что предоставление наследникам умершего гражданина (субъекта информации) права давать письменное разрешение на отмену ограничения доступа к архивным документам, содержащим сведения персонального характера не соответствует положениям статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя. По мнению, Т.А. Бирюковой, предоставление наследникам такого права является фактом распоряжения ими правом наследодателя, связанным непосредственно с его личностью91.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
