Диссертация (1101664), страница 21
Текст из файла (страница 21)
«Говор струй, шёпот листьев, прохлада, само молчаниеприрода, скамья под деревом, пение птиц, плеск озера, жужжанье невидимыхнасекомых» (С.289-290) – всё это делает сад природным храмомромантической любви, любовной встречи, особенно если в нём присутствуюткусты сирени: именно там, «между двух кустов сирени» (С.289), геройполучил от Софьи первый поцелуй.211Лихачёв Д.С.
Поэзия садов: к семантике садово-парковых стилей. Сад как текст. 2-е изд., испр идоп. – СПб.: Наука, С.- Петербург. отд-ние, 1991. С.8.1053.3.2. Роман «Обломов» (1859)Роман «Обломов» был задуман в 1847 г. и писался в течение 12 лет.В романе выявлены 40 единиц семантического поля «цветок» (206словоупотреблений). Среди них наиболее часто используется слово сад (49словоупотреблений), чуть реже – лексема цветок (31 словоупотребление) ифитоним сирень (28 словоупотреблений), сиреневая ветка – 4.
Употребленийостальных единиц меньше десяти: цвет (жизни) – 5, цветик – 3; ландыш – 6,ерань – 4, роза – 4, резеда – 3, бархатцы – 2, камелия – 2, мирт – 2, гиацинт– 1, ноготки – 1, померанцевые цветы – 1, розан – 1; померанцевая ветка – 2;садик – 4, цветник – 3, оранжерея – 3, ваза – 2, (цветочный) горшок – 1,куртина – 1, теплица – 1; садовник – 4; букет – 8, венок – 2; цвести – 4,расцвести – 2, расцветать – 4, расцветание – 3, процветать – 2, отцвести– 1, вянуть – 1, увянуть – 3, увядать – 4, распуститься – 2, распускаться – 1,опасть – 1.Образ сирени, представленный в романе «Обломов» преимущественнокак цвет жизни героя, обрамляет роман. Лейтмотив сирени проходит черезвсю жизнь героя.
Сирень представляет собой традиционный символдворянской усадьбы. В русском языке слово сирень появилось в первойполовине XIX века (сначала и в форме сирена, ср. у Пушкина: «кусты сиренпереломала»). Это слово заимствовано в русский язык из немецкого, где«siringe < лат.
syrinx, syringa, восходящего к греч. syrigx – трубка»212.Происхождение названия сирень связывают также с древнегреческойлегендой о Сиринге. На Востоке сирень служит эмблемой расставания:влюблённый вручает её своей возлюбленной, когда они расстаются навсегда.Это восприятие сирени передалось западноевропейской и русской культуре.«Старая английская пословица даже говорит, что тот, кто носит сирень,никогда не будет носить венчального кольца»213.212Шанский Н.М.
Школьный этимологический словарь русского языка / Н.М. Шанский, Т.А.Боброва – М.: Дрофа, 2004. С.289.213Золотницкий Н.Ф. Цветы в легендах и преданиях. – М.: Фирма «Т-Око», 1992. С.338.106Первое упоминание сирени относится к части «Сон Обломова», гдеизображены идиллические картины природы имения Обломовки. Именно вэтом «благословенном уголке земли», «чудном краю» герой провёл своёдетство, здесь же формировался его характер. В сновидении героя образсирени сопровождает фигуру давно умершей матери, что придаёт сюжетусновидения грустный оттенок: перед образами мать «подсказывала ему словамолитвы. Мальчик рассеянно повторял их, глядя в окно, откуда лилась вкомнату прохлада и запах сирени»214 (С.111).
Запах сирени, ставший вподсознании героя воплощением детства, имеет коннотацию неосязаемости,неуловимости, невозвратности.В упомянутой древнегреческой легенде нимфа Сиринга, чтобыизбавиться от преследования бога Пана, страстно полюбившего её с первоговзгляда, превращается в тростник, из которого тот сделал себе свирель. Таккак дудку можно было сделать из сердцевины сирени, этот куст стал носитьимя Сиринги215. Прототипическая семантика сирени, выступающей в романекак залог любви Ольги и Обломова, предсказывает их роковой разрыв.Как пишет Г.П.
Козубовская, «для понимания любовного романаОбломова и Ольги важен растительный код. Рассматривая Ольгу, Обломовсравнивает её с цветком: «…и вся эта голова… как она нежно покоится наплечах, точно зыблется, как цветок, дышит ароматом» [Гончаров, 1979, IV:202]. Свидания происходят в саду: испытывающий преизбыток чувств,Обломов рвётся в сад»216. Любовь между героем и героиней всё времяиллюстрируется цветущей веткой сирени, которая насыщена символикой.Из-за несдержанного признания Обломова они очутились в неловкомположении. Однако стремление к тому, чтобы «спасти нравственнопогибающий ум, душу» (С.212), даёт Ольге право принять эту вину на себя:«Да ведь я виновата: я попрошу у него прощения» (С.214). Именно за этим214Примеры даются по изданию: Гончаров И.А.
Обломов: Роман в 4-х частях // Собраниесочинений в 8 т. Т.4. – М.: Гос. изд-во худож. лит., 1953.215Там же. С.339.216Козубовская Г.П. Середина XIX века: миф и мифопоэтика: Монография. – Барнаул: БГПУ, 2008.С.227.107следует сцена их встречи в парке, где героиня, пытаясь намёком выразитьсвоё прощение, разделяет с героем радость от ветки сирени, за образомкоторой сохраняется значение первого пробуждения чувств любви илюбовной встречи: «Она молчала, сорвала ветку сирени и нюхала её, закрывлицо и нос. – Понюхайте, как хорошо пахнет! – сказала она и закрыла нос иему» (С.215). Закрывая лицо веткой сирени, героиня пытается скрытьвнутреннее волнение, запах же сирени вселяет в неё чувство спокойствия иутешения.Но реакция Обломова превышает ожидания Ольги – он, словноотвергнув её, «поднёс ей несколько ландышей» со словами: «– А вотландыши! <...> те лучше пахнут: полями, рощей; природы больше.
А сиреньвсё около домов растёт, ветки так и лезут в окна, запах приторный. Вон ещёроса на ландышах не высохла» (там же).«– А резеду вы любите? – спросила она». Вопрос Ольга задала ненапрасно. Необдуманный ответ героя, в котором содержатся его отказ отпредложенного цветка, а также от розы – классического символа страстнойлюбви, демонстративное проявление антипатии к резеде, ко всем цветамобнаруживает его страх перед предстоящим объяснением в любви: «– Нет:сильно очень пахнет; ни резеды, ни роз не люблю. Да я вообще не люблюцветов; в поле еще так, а в комнате – сколько возни с ними...
сор...» (там же).Другую интерпретацию этого диалога даёт О.Н. Григорьева217, приводяскрытый подтекст некоторых реплик героев: «… Вся история их любвидаётся автором как история «невыразимого» чувства. Это поиск другого,тайного языка.Она молчала, сорвала ветку сирени и нюхала её, закрыв лицо и нос.– Понюхайте, как хорошо пахнет! – сказала она и закрыла нос и ему. (Вотмоя любовь, возьмите её, а вы так же меня любите?)– А вот ландыши! Постойте, я нарву, – говорил он, нагибаясь к траве, – те217Григорьева О.Н. «Я к вам пишу – чего же боле?...» (А.С. Пушкин и русский любовный этикет)// Слово. Грамматика.
Речь. Сборник статей. Вып.II. – М.: Паимс, 1999. С.9-17.108лучше пахнут: полями, рощей; природы больше. А сирень всё около домоврастёт, ветки так и лезут в окна, запах приторный. Вон ещё роса наландышах не высохла. (Да, я тоже люблю вас, но моя любовь другая, онаискреннее, глубже, а потому тише, скромнее, в ней природы больше).Он поднёс ей несколько ландышей.– А резеду вы любите? – спросила она. (Она хочет другого, более внятногопризнания).– Нет: сильно очень пахнет; ни резеды, ни роз не люблю. Да я вообще нелюблю цветов; в поле ещё так, а в комнате – сколько возни с ними... сор...
(Явообще не люблю об этом говорить, всё это ненужное, сор)»218.Очевидно, что за этим отчаянным Да я вообще не люблю цветовпрячется Я люблю Вас.Ориентация на язык цветов в этом диалоге очевидна. Ландыш исконисимволизирует чистоту, нежность и душевность, поэтому неудивительно, чтоименно этому чисто-белому цветку отдаёт своё предпочтение герой, которыйобладает такими же качествами. «Ландыш в романе становится двойникомпомеранцевой ветки, возникающей в идеальных мечтах Обломова: «Онпредставлял себе, как он ведёт Ольгу к алтарю: она с померанцевой веткойна голове…» [Гончаров, 1979, IV: 325].
Померанцевая ветка, с одной стороны,– символ судьбы, фатальной неизбежности, с другой, – будучи отнесённой кцитрусовым, обозначает почти по-пушкински несостоявшийся сюжет овозможном счастье <…>. Так, цветы в романе оказываются не толькознаками женской красоты, но и сюжетного хода событий. Вегетативный кодв романе ведёт к расшифровке его сюжета, читаемого под знаком скрытогоцитирования пушкинского романа: “А счастье было так возможно”»219.Ландыш также вызывает ассоциацию со слезами, проливаемыми от горя:согласно христианскому сказанию, он произошёл из падавших каплями слёз218Там же.
С.10-11.Козубовская Г.П. Середина XIX века: миф и мифопоэтика: Монография. – Барнаул: БГПУ, 2008.С219.219109Пресвятой Богородицы при стоянии у креста распятого Сына220; крупныеогненно-красные ягодки, вырастающие после цветения ландышей, вфольклоре традиционно объясняются слезами, какими цветок оплакиваетрасставание с весной (поскольку в цветении его видят символ наступлениявесны)221. В славянской традиции цветок именуется девичьими слезами,слезамидевушки.ПодаренныеОбломовымОльгеландышибудтопредполагают, что своей любовью он обречёт возлюбленную на горючиеслёзы.
Это предзнаменование нашло отголосок в предпоследней частиромана, где Гончаров, описывая окончательное расставание героев,акцентирует внимание на плаче героини: «Слёзы <...> изливались безотрадно,холодными потоками, как осенний дождь, беспощадно поливающий нивы»(С.381).«За резедой издавна закрепилось ещё и другое название – почти каксиноним болеуспокоитель, восходившее к этимологии названия растения:резеда < лат.
resedare – лечить, исцелять, успокаивать»222. В Европе резедапоявилась в 1742 г. в королевских садах Франции, где цветок получилназвание трава любви (фр. l’herbe d’amour). Сопричастность резеды клюбовным шифрам, по мнению К.И. Шарафадиной, в определённой степенимотивирована исполненной ею ролью любовного посредника/вестника междуНаполеоном и Жозефиной223. Таким образом, негативное отношениеОбломова к сирени, розе и резеде, обещающим сердечную привязанность,можно объяснить отсутствием у него уверенности в самом себе, возможностивзаимного чувства.Ольга, погрузившись в сомнения, «не знала <...>, что ей сказать, чтосделать», опять «нюхала ландыши и сирени».
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
