Диссертация (1101340), страница 22

Просмтор этого файла доступен только зарегистрированным пользователям. Но у нас супер быстрая регистрация: достаточно только электронной почты!

Текст из файла (страница 22)

я тебя не съем,Я только в приторную чушьТвоих элегий и поэмВолью моей печали яд,Зажгу их мощью и огнем,И о тебе заговорятКак о звезде в краю родном!.. (с. 306).Полагаем все же, что Надсон следует здесь не христианской, святоотеческой,а революционно-демократической (Белинский, Чернышевский) и романтической129Подробнее см.: Кошемчук Т.А. «Мой демон» в русской лирике: опыт познания внутреннего человека впоэтической антропологии классического периода // Проблемы исторической поэтики. Вып. 8. 2008. С.

275-295.130Там же. С. 275.110традициям, согласно которым демон – мятежный и гордый дух, воплощениебунта и протеста, отрицания буржуазной действительности.Итак, Поэт, по Надсону, это прежде всего страдалец. Поэтому и у Музылавровый венок заменен терновым, поэтому Она и умирает. Сам же поэт – центр,в котором сходятся все скорби и страдания общества. Таком образом, поэзия дляНадсона – это «песня горя». Однако он довольно часто отклоняется от своих жедеклараций, от требований писать «скорбные» стихи. Надсон умер певцом своихличных чувств, мыслей и впечатлений, умер в тот момент, когда в нем уженазревал поворот от скорбной темы.

Если бы этот поворот свершился, русскаялитература обрела бы совсем другого поэта.3.4. Сюжет «любви к мертвой возлюбленной» («дешевовский» цикл)Центром любовной лирики Надсона, несомненно, является «несобранныйцикл»автобиографическихстихотворений,посвященныхраноумершейвозлюбленной поэта Наталье Михайловне Дешевовой.

Как отмечал А. Царевский,«только раз такая (возвышенная. – Л. Б.) любовь осенила душу Надсона, но затоуже во всю жизнь и освещала и согревала эту душу, отрадным маяком блестелапоэту на всем его жизненном пути, даже и долго спустя после смерти Н. М. Д.»131.Атрибутировать ей все любовные стихи Надсона, конечно, невозможно.

Заисключением десятка ранних стихотворений с посвящением Н. М. Д., никакихуказаний на этот счет поэт не оставил, и приметой связанных с ее именемстихотворений является лишь их подчеркнутый автобиографизм («похоронные»мотивы, изображение «портрета» Наташи), очень личные интонации и темапамяти («Да, это было все...», «О любви твоей...», «За что?», «Стряхнув угар...» идр.).Знакомство Наташи Дешевовой и Надсона продолжалось немногим болееодного года – с декабря 1877 года по март 1879 г., когда она неожиданно умерлаот скоротечной чахотки. На момент знакомства Надсону исполнилось 15 лет, ихотя он рано повзрослел, чувство его вряд ли успело созреть.

Об этом есть прямое131Царевский А.А. Указ. соч. С. 69.111признание поэта, сделанное через год после смерти Наташи в дневнике: «Какиеже, в самом деле, были мои отношения к Наташе?Я не был в нее влюблен, но я любил ее так, как и не подозревал, что могулюбить. Я любил в ней сестру, любил чистую и безгрешную девушку, любилидеал свой. Я знаю, что другой Наташи я не встречу! (Только сейчас заметил, чтоя плачу – и мне не стыдно этих слез)...» (10 июня 1880 г.)132.Из дневников Надсона мы узнаем, что до встречи с Наташей Дешевовой онбыл чрезвычайно влюбчив. Возможно, его многочисленные кратковременныевлюблённости, а также непростое детство, жизнь в чужой семье способствовалинакоплению эмоциональной зрелости и определенного сердечного опыта.Дневниковые записи рисуют человека, готового к серьёзному и глубокомучувству, но как минимум в ранних стихах, 1879 года, оно предстаёт пока ещеэкзальтированным, по-юношески сверхэмоциональным, литературным.Первое, кажется, у Надсона любовное стихотворение «Романс» (23 июля1878 г.) отмечено чтением Пушкина («Я вас любил» – прямое заимствование) иЛермонтова («Я ждал тогда напрасно состраданья» и т.

п.) и присутствиемобщеромантического элегического комплекса мотивов: расставание, ревнивыемечты, жажда свидания, «разбитые желания». Вот первые две строфы, которымнаходим параллель в дневниках Надсона:Я вас любил всей силой первой страсти.Я верил в вас, я вас боготворил.Как верный раб, всё иго вашей властиБез ропота покорно я сносил.Я ждал тогда напрасно состраданья.Был холоден и горд ваш чудный взгляд.В ответ на яд безмолвного страданьяЯ слышал смех и колких шуток ряд (с. 60).132Полное собрание сочинений С.Я. Надсона. Т.

2. Пг., 1917. С. 168.112В прозе (в дневнике) Надсон гораздо менее литературен, хотя и не забываетпроцитировать Лермонтова (запись от 30 января 1878 года): «Напрасно бросал яна нее вопросительные взгляды: она не видала или не хотела видеть и пониматьих значения. Наконец я сам сознал, как были нелепы все мои объяснения, инехорошо стало у меня па сердце. Я сознал опять себя ничтожным, неумелым,заброшенным, одиноким. В первый раз я полюбил действительно, полюбил такстрастно и сильно, как я сам не ожидал, и в первый же раз испытал счастьевзаимности; но, Боже мой, как недолго было это счастье! Да и была ли этовзаимность? Нет, это просто каприз кокетки, и я стал жертвою, доверчивою,глупою жертвою пустого каприза.

Больно мне было это сознание, а между тем всебыло черезчур очевидно, чтоб я мог продолжать себя обманывать, да и зачем: всеравно, ведь все это исчезнетПри слове холодном разсудка,И жизнь, как посмотришь с холодным вниманьем вокруг,Такая пустая и глупая шутка!»133Это известный феномен – наличие психологического и стилистического«зазора» между эго-документом (дневник, письмо) и лирическим высказыванием(стихотворение) на одну и ту же тему.

Не случайно подростку Надсону в«подходящей» ситуации на память приходит Лермонтов: и воспроизводить попамяти, и подражать чужим стихам гораздо проще в силу «формульности»лирики, нежели ориентироваться в прозе на чужие переживания и стиль. Проза(особенно автобиографическая), как это ни парадоксально, «обязывает» автора кболее личному, индивидуальному самовыражению, к поиску «своих» слов.Двенадцатилетний подросток может отметить в своём дневнике, что ему«нравятся только хорошенькие», но после встречи с Наташей Дешевовой онпишет: «Что я нашёл особенно хорошего в Наташе – не знаю, я не хочу об этомдумать, я знаю одно, что всю жизнь свою я готов отдать за неё, и мне довольно133Полное собрание сочинений С.Я. Надсона. Т. 2.

С. 134–135.113этого сознания. Мне дорого всё, что хоть самым отдалённым образом касается её,дорого всё, на что обращает она своё внимание <…>»134 (4 февраля 1878 года).Девушка стала предметом его мыслей, чувств и мечтаний. Приходитосознание того, что его чувство – настоящее и что все былые словесные еговыражения – ложь, «фальшь». 6 февраля 1878 года Надсон записывает вдневнике: «Первое и главное это то, что я принуждён был сознаться самому себе,что я влюблён, и как! Я готов всё отдать за одно слово, за один взгляд Наташи.Боже мой, я сознаю, что всё это глупо, пошло, но что же мне делать? Я знаю одно:я ни разу до этих пор влюблён не был. И все те фразы о любви, которымипересыпан весь мой дневник – фальшь.

Я сам ошибался: я принимал за любовьжелание любви, поклонение тому неопределённому, но прекрасному идеалу,который нарисовало мне воображение и чувство. Я отказываюсь от своегопрошлого, я весь отдаюсь теперь новому, светлому чувству моей первой любви,всей душой переношусь в заманчивый мир страданий и наслаждения, счастья,упоения, надежды, мечты и ревности»135. Заметим, однако, что, отказываясь отпрежних своих представлений о любви, сформированных под влияниемромантической литературы («поклонение тому неопределённому, но прекрасномуидеалу»), Надсон для описания нового своего чувства пока не может найти иных,не клишированных, т.

е. всё тех же романтических, мало того – прямо пришедшихиз лирики, слов-«сигналов» («всей душой переношусь» etc.). В особенностиблизок ему Лермонтов. Не встречая ответного чувства на свой «горячий призывлюбви», причем не только к Наташе, но ко всему миру, Надсон цитирует«Демона» и подчеркивает именно «литературный» характер своих переживаний:«Что ни говорите, а лучше Лермонтова нет у нас поэта на Руси. Впрочем, я, можетбыть, думаю и говорю так оттого, что сам сочувствую ему всей душой, что сампереживаю то, что он пережил и великими стихами передал в своих творениях. Нетак бы я думал, если б Наташа любила меня!»136 (8 февраля 1878 г.).134Полное собрание сочинений С.Я. Надсона.

Т. 2. С. 142.Там же.136Полное собрание сочинений С.Я. Надсона. Т. 2. С. 144.135114Причина душевного переворота Надсона была связана не только с чувством кНаташе. Вся семья Дешевовых оказала на него огромнейшее благотворноевлияние. «… там тепло и хорошо становится наболевшему сердцу», – писал он обих доме. И ещё: «Я вышел от них… с какой-то гордостью и сознанием, что я чегото стою». Надсон встретил искренне расположенных к нему людей, которые нетолько с добротой отнеслись к юному поэту, не только поверили в его дарование,но и помогли ему сделать первые шаги в публикации стихов. Именно мать Н.М.Дешевовой способствовала появлению первой публикации стихотворенияНадсона «На заре» в журнале «Свет». Однако общение с семьей Дешевовыхпродлилось недолго – около полутора лет – до внезапной смерти Наташи 13 марта1879 года.

На следующий день – 14 марта – Надсон написал стихотворение «Надсвежей могилой (Памяти Н. М. Д.)»:Я вновь один – и вновь кругомВсё та же ночь и мрак унылый,И я в раздумье роковомСтою над свежею могилой:Чего мне ждать, к чему мне жить,К чему бороться и трудиться:Мне больше некого любить,Мне больше некому молиться!.. (с. 70).Этимпосвящением,собственно,изавершаетсярядстихотворений,написанных Надсоном при жизни Наташи Дешевовой.

Заметим, что к любовнойлирике оно имеет непрямое отношение и, скорее, сочетает в себе приметы элегии«на смерть», с ее «поэтикой личной утраты» и установкой на «публичностьнадгробного слова», и «унылой» элегии137.Следует отметить также, что это стихотворение (его начало и конец) являетсясвоего рода переложением тех самых строк из лермонтовского «Демона»,которые вспомнились Надсону год назад, 8 февраля 1878 года:И вновь остался он, надменный,137См.: Козлов В.И. Русская элегия неканонического периода.

С. 27-29.115Один, как прежде, во вселенной,Без упованья и любви!Подобного рода цитат, «сопровождающих» и «комментирующих» переживанияНадсона, в его дневнике немало. Как видим, отделить личное и литературное влюбовных стихах, причем не только Надсона, во многих случаях непредставляется возможным.И еще одно – интертекстуальное – наблюдение. Строчка «Мне большенекого любить» неожиданно «проявится» в знаменитом дореволюционномромансе Н.А.

Характеристики

Список файлов диссертации