Диссертация (1101219), страница 23
Текст из файла (страница 23)
Назаренко отмечает, что к аналогичным заменам прибегают исовременные переводчики пьес А.П. Чехова на чешский язык, когда типичночешская формула звучит в контексте более естественно: «Александр Игнатьевичиз Москвы» – «Pan plukovník je z Moskvy». Такая замена представляетсяоправданной, т.к. для чешского речевого этикета неприемлемо обращение квоенному офицеру по имени [Назаренко 2010: 383].Форма имени-отчества в переводе может быть заменена не только наформальный этикетный аналог, но и на обращение, соответствующее конкретномуконтексту.
По мнению Ю. Тувима, предлагающего в качестве примера подробныйперечень вариаций одного и того же имени, иллюстрирующих то, как изменяетсяобращение в зависимости от ситуации [Tuwim 1979: 307], «всё зависит отконтекста и отношений между людьми (когда речь идёт об обращении к комунибудь). Если эти персонажи могут говорить друг другу «ты», мы простоопускаем «имя-отчество»1. Между тем случаи такого отказа от воспроизведениярусской формы имени-отчества с заменой в соответствии с контекстом врассмотренных переводах единичны:1Там же, с.
433.127оригиналНиколай Иванович, где вы? Что этозафантазии?Маляриюхотитеподцепить? Идите чай пить!чешский перевод (А. Моравкова)Kde jsi, Nikolaji? Co má znamenattahle romantika? Chceš si uhnathorečku? Čaj je na stole!Как показывает данный пример, при отказе от отчества без введенияузуальной титульной формы или обращения может внешне радикальноизменяться тональность разговора, обращение на «вы» заменяется обращением на«ты» (см.
глаголы в форме единственного числа: jsi, chceš). Однако по существу вприведённом контексте такое обращение не менее соответствует отношениямгероев, чем обращение на «вы» в оригинале. Следовательно, ключевую роль ввыборе оптимального способа передачи обращения играет контекст.Несмотря на советы Т. Котарбиньского, Ю. Тувима и других авторитетныхпрактиков перевода воздержаться от употребления русской формы имениотчества в звательной форме в принимающем языке, вопрос такой адаптациирешается переводчиком в каждом случае по-разному. В уже рассмотренныхвариантах переводов отчества вместе с личными именами могут принимать иформу звательного падежа, причём в чешском языке это распространяется и наженские имена (см.
§ 3.1). В переводе на македонский язык имена в сочетании сотчествамивообщенепринимаютформувокатива,заединственнымисключением, когда имя представлено в вокативе, а отчество в исходной форме:оригиналПозвольте, Иван Николаевич, ктоже вас не знает?македонский перевод (Т. Урошевич)Дозволете, Иване Николаевич, такоj не ве познава?Однако подобная смешанная форма производит впечатление неестественнойи для принимающего языка.
По отношению к другому персонажу применяетсяуже обычная форма того же антропонима:оригиналСейчас же, Иван Савельевич, личноотвези.македонский перевод (Т. Урошевич)Иван Савелевич, веднаш личнооднеси ги.128Невполнеправомернымпредставляетсяотдельноеупотреблениевзападнославянском или южнославянском тексте естественной для русскогоречевого обихода формы отчества, к тому же отражающей синкопированноеразговорное произношение: рус. Иваныч – макед.
Иванич, чеш. и словацк. Ivanyč.Исходной формой является гипотетическое Иванович / Ivanovič, что для чешскогоили македонского читателя может не быть очевидным. Вдобавок в функцииобращения как полное, так и синкопированное отчество выглядит явнонепривычно для иностранного читателя. Тем не менее в сербском и чешскомпереводе оно свободно обретает форму вокатива:оригиналПокайся, Иваныч! Тебе скидка выйдет!чешский перевод А. МоравковойPřiznej se, Ivanyči! Oni ti sleví trest!сербский перевод (М. Чолич)Покаj се, Ивановичу! Узеће ти то уобзир као олакшаваjућу околност!чешский перевод Л.
ДворжакаJežíšmarjá přiznej se, Ivanyči. Ať mášaspoň ňákou polehčující okolnost!Ср.: польский перевод(И. Левандовска, В. Домбровский)Przyznaj się, Iwanycz! Krócej będzieszsiedział!Синкопированная форма Палосич (Павел Иосифович) в каждом из вариантовперевода «Мастера и Маргариты» воспроизведена особым образом. Так,Л.
Дворжак по описанному выше принципу заменяет всю имеющуюся в текстеформу имени-отчества на функциональный аналог – конструкцию Pane vedoucí!Остальные переводчики стремятся передать звучание формы имени-отчества.М. Такачова отказывается от усечённой формы, заменяя её полной, никак неотражающей редукции звуков, которая происходит в разговорной речи:129Совершенно пожелтев, продавщицатоскливо прокричала на весь магазин:– Палосич! Палосич!словацкий перевод(М.
Такачова)Predavačka ozelenela a úzkostlivozvrieskla na celý obchod:– Pavel Josifovič!–Палосич!–повторилсяотчаянный крик за прилавкомкондитерского <…>– Pavel Josifovič! – ozvalo sa znovaúpenlivévolanieodpultuscukrovinkami <…>оригиналАналогичным образом поступает и А. Моравкова, вводя, однако, полнуюформу данного обращения в виде звательного падежа: „Pavle Josifoviči!”Естественно, что ни форма Pavel Josifovič, ни Pavle Josifoviči в полной мере непередаётречевойинтонациииопределённогоэмоциональногонастроя,воспроизведение которых явно в синкопированном Палосич, однако воссоздатьадекватнуюпараллельформы,представленнойврусскомтексте,здесьпрактически невозможно, тем более что сама конструкция имени-отчества длязападнославянской речевой культуры нехарактерна.В македонском же тексте присутствует и транскрипция оригинальноговарианта Палосич, и разъясняющий её двухчастный вариант Павел Jосифович.Оптимальный вариант представил М.
Чолич в сербском переводе: двухчастнаяформа Павел Jосифович, данная к тому же в форме вокатива, редуцируетсяпостепенно, отчего не проигрывает ни фонетическая, ни содержательная сторона:оригиналСовершенно пожелтев, продавщицатоскливо прокричала на весь магазин:– Палосич! Палосич!сербский перевод (М. Чолич)Потпунопожутевшиулицу,продавачица преплашено повика прекоцеле радње:– Павеле Jосифовичу! Пал Осичу!– Палосич!–повторилсяотчаянныйкрикзаприлавкомкондитерского <…>– Палосичу! – поново се зачуочаjнички повик иза тезге са слаткима<…>Таким образом, проанализированный в данной главе материал позволяетсделатьвыводынетолькооположениирусскогоименникав130словообразовательной и словоизменительной системах других славянских языков,но отчасти и о состоянии этих систем.
Наибольший интерес вызывают яркиеявления морфологии славянских языков, утраченные или редкие в русском, вбольшей степени – форма вокатива. При этом ни в одном из языков, примерысловоупотреблениявкоторыхрассматривалисьвглаве,несуществуетупотребительной формы отчества, а следовательно, и трёхчастной формы имени,подобной той, что бытует в русском языке. В принципе возможно предположить,что относительно твёрдая (по сравнению с другими, утратившими вокативславянскими языками) позиция звательной формы в чешском, сербском имакедонском языках и обусловила тот факт, что в них не развились трёхчастныеименные формы (фамилия и имя в сочетании с отчеством).В настоящее время можно говорить о кризисе обоих упомянутых явлений –как вокатива, так и трёхчастной именной формы.
В македонском речевом обиходе,как было отмечено, стали реже употребляться формы вокатива, то есть при ужеотсутствующемсклоненииименнаяформастремитсякокончательномуединообразию. В чешском и сербском языках звательная форма сохраняет болееустойчивое положение, однако её употребление всё чаще оказывается связано сособыми коммуникативными ситуациями, когда нужно не просто привлечьвнимание собеседника, а сделать эмоциональный акцент на содержании разговора.В словацком языке вокатив употребляется в единичных случаях, немногим чаще,чем остатки этой формы в русском языке. Вместе с тем в русской речевойкультуре постепенно снижается частота употребления отчеств; в периодическихизданияхсталаособенночастовстречатьсядвухчастнаямодель,предусматривающая называние только имени и фамилии – очевидно, позападноевропейскомуупотребленияобразцу.имени-отчестваОднаковследуетрусскомязыкепризнать,остаётсячтотрадициязначительнымдействующим фактором речевой культуры.131Выводы к главе IIКак показывает рассмотренный материал, транскрипция в настоящее времяявляется одним из количественно преобладающих способов при передаче онимоввхудожественномтекстенаблизкородственномязыке;намногорежеиспользуется транслитерация.Помимо влияния сложившейся традиции написания имени собственного,отказ от транскрипции как универсального способа передачи онима может бытьсвязан с целым рядом факторов, наиболее значительными из которых являютсяследующие:– стремление к воссозданию внутренней формы онима в принимающем языкеили круга ассоциаций для принимающей культуры (в этом случае переводчикиприбегаюткспособамкалькированияилиэквивалентнойзаменыимёнсобственных);– соблюдение требований благозвучия;– необходимость избежать так называемых семантических приращений,ложных этимологических связей и нежелательных ассоциаций.Выбор между представлением традиционного этимологического эквивалентаимениилиеготранскрипцией,как ивыбормеждусемантизациейитранскрипцией, относится к сфере индивидуальных переводческих решений исвязансприоритетнойпозициейвинтерпретациитекста.Междутеминдивидуальная творческая манера переводчика не свободна от влияния общейисторико-культурной парадигмы времени и страны, где выполняется перевод,уровня развития литературы у народа принимающего языка.
![](https://s.studizba.com/z.php?f=/templates/si/i/noavatar.png&w=100&h=100&t=1"){kind=avatar}
